Лекции.Орг

Поиск:




Адела» - бизнес с благотворительными целями




Мне предоставился благоприятный случай начать деятельность в этой области в конце 1962 года. Два прогрессивных американских сенатора, Джекоб Джевитс и Хьюберт Хамфри, собирались тогда организовать компанию и учредить механизмы управления, которые способствовали бы перестройке частного предпринимательства в Латинской Америке. Меня спросили, не соглашусь ли я встать во главе проекта. Идея поиска новый путей развития целого континента привлекла и вдохновила, однако меня несколько смутил столь явный акцент на частную инициативу. Проработав всю жизнь в частной промышленности, я никогда не разделял ту точку зрения, которая связывает с частными предприятиями разумное и надежное управление экономикой в целом. Я не считал, что неограниченная свобода частного сектора представляет собой лучший путь к форсированию экономического развития в Латинской Америке или где бы то ни было еще. Возможно, Италия, лучше, чем любая другая страна с рыночной экономикой, позволяет сравнить преимущества частных, государственных и смешанных предприятий. Уже достаточно давно в Италии компании, в которых участвует государство, эффективно контролируют деятельность в больших секторах экономики, таких, как железные дороги, авиалинии, другие сферы коммунального обслуживания, сталелитейные предприятия, судоверфи, банки и нефтепромышленность; сейчас такое проникновение продолжается в ряде других областей, включая горнодобывающую, химическую, пищевую, цементную, машиностроительную, строительную, стабильно увеличивая свой вклад в общее производство товаров и услуг в стране. Я считаю, что предприятия, контролируемые государством, должны в такой же мере ориентироваться на получение прибылей, как и частные. Экономические результаты далеко не всегда подтверждают эти надежды, но, видит бог, такое случается и с частными предприятиями, так что примеры неудачных починов можно найти в обеих этих категориях. Поэтому я считал, что каждая из них может выполнять полезные функции и каждая в зависимости от конкретных обстоятельств имеет свои преимущества. Так что мне не хотелось бы попасть в число тех, кто поддерживает лишь одну из них.

Однако проект двух сенаторов, выступающих поборниками частной инициативы, вызвал у меня интерес главным образом по двум причинам. Во-первых, он мог стать пробным камнем для оценки наличного внутреннего частного капитала в районе Латинской Америки, который мог быть использован для промышленных операций. Ведь во многих случаях как раз в те времена, когда он особенно нужен дома, такой капитал в поисках более безопасных или более выгодных объектов вложения уплывает в Европу или в Северную Америку, или просто всевозможными путями устремляется за границу за более высокой процентной ставкой или более выгодным обменным курсом. А если он инвестируется внутри страны, то, как правило, лишь с целью монополизировать рынок, используя любые, тарифные и нетарифные барьеры, в конечном счете при любых условиях стремясь получить гарантированную прибыль.

Расцветший в Латинской Америке экономический национализм является в известной мере побочным продуктом этих протекционистских умонастроений, а также той неэффективной промышленной структуры, которую они создали - не только, кстати, в частном, но и в государственном секторе. Так что определенный приток действительно готового к риску иностранного капитала способствовал бы усилению разумной деловой конкуренции и, думаю, оказал бы в конечном счете благотворное влияние. Это в свою очередь могло бы послужить толчком к модернизации и рационализации местной промышленности. Кроме того, такой пример, возможно, имел бы и известный психологический эффект, поощряя привлечение в страну определенной части плавающего за границей местного капитала.

Не менее соблазнительной казалась мне тогда и возможность изменить неконструктивное и недальновидное отношение многих представителей европейских и американских промышленных и финансовых кругов. Громогласно утверждая, что Латинская Америка совершенно необходима Западу, они, тем не менее, решались вкладывать в нее свои деньги лишь тогда, когда это наверняка обещало чрезвычайно быструю прибыль и скорое возвращение капиталовложений обратно на родину. Так создавалась весьма благоприятная почва для проникновения всякого рода неразборчивых в средствах иностранных спекулянтов, чьи сомнительные деяния и пустые обещания еще больше подогревали и без того преобладающие в широких слоях латиноамериканской общественности националистические и шовинистические настроения.

По всем этим причинам я принял на себя руководство проектом, который был столь же североамериканским, сколь и латиноамериканским. Вместе с тем я вовсе не собирался связывать себя с ним на многие годы. Поэтому было заранее условлено, что мои функции ограничатся разработкой предварительного общего плана осуществления проекта и изысканием необходимых для того финансовых средств, после чего будет назначен директор, который и станет претворять проект в жизнь. Зная, что дело предстоит отнюдь не из легких, я заранее предупредил, что не желаю никаких вознаграждений, но что мне необходима полная свобода действий.

Отправным пунктом нам служила убежденность в том, что Латинской Америке действительно необходимы значительные инъекции капитала, функционирующего на принципах умеренного риска, которые бы сопровождались использованием соответствующих технических знаний и методов управления, но что только одни эти меры сами по себе не в состоянии обеспечить стабильного успеха. Я достаточно хорошо знал Латинскую Америку, чтобы понимать необходимость поисков новых форм и путей международного сотрудничества, но я также отдавал себе отчет, что для того, чтобы эти новые средства были здесь приняты и принесли длительный, стабильный успех, нужны какие-то качественно новые, творческие подходы и идеи.

В результате было найдено совершенно новое решение - создать кооперативную инвестиционно-управленческую компанию, в которой были бы объединены средства многих континентов. Главная цель ее деятельности заключалась в том, чтобы мобилизовать добрую волю, деньги и научные достижения промышленных стран на развитие частного сектора латиноамериканской экономики. Несмотря на новизну этой идеи, которая, возможно, шла вразрез с установившейся в деловом мире практикой, нам удалось подготовить достаточно убедительный проект будущей компании. Настолько убедительный, что два года спустя, в сентябре 1964 года, сенаторы Джевитс и Хамфри впервые сообщили мне о создании новой компании-«Атлантическое развитие Латинской Америки», или сокращенно «Адела». И история ее была историей успеха.

Основная новизна компании «Адела» состояла в ее корпоративной структуре и статусе коллективного предприятия. Ее капитал состоял из относительно небольших взносов множества крупнейших промышленных и финансовых компаний, которые представляли различные секторы экономики и разные страны - главным образом Западную Европу, США, Канаду и Японию, к которым позднее присоединилась и сама Латинская Америка. Все акционеры могли на равных правах участвовать в делах компании, никак не ограничивая при этом своей основной деятельности, даже в том случае, если они оказывались конкурирующими. «Адела» должна была символизировать их общую заинтересованность в улучшении дел в Латинской Америке, близких к их собственным, но развитие которых не хотела в одиночку поддерживать никакая местная группа или иностранная компания.

Другой новой отличительной чертой компании «Адела» была ее общественная целенаправленность. Хотя здоровая ориентация на прибыль и серьезный деловой прагматизм были, естественно, присущи ей, как и всякому частному предприятию, это сочеталось с сознанием международной и социальной ответственности, которое с самого начала составляло основную цель создания компании. Любые ее капиталовложения, будь то создание новых или расширение старых предприятий, должны были делаться в строгом соответствии с национальными планами и политикой страны-хозяина. И поскольку средства были относительно невелики, «Адела» должна была быть чрезвычайно осторожной в выборе направлений деятельности, концентрируя ее главным образом на проектах, которым отдавался приоритет в национальных планах развития. Более того, чтобы стимулировать заинтересованность местных компаний, «Адела» должна была, как правило, иметь минимальную долю в капитале каждой из компаний, оказывая при этом техническую помощь, а также услуги по планированию и организации управления.

Ясно, что это было нечто абсолютно новое. И на первых порах нам не так-то легко было добиться признания твердолобых бизнесменов, не желавших принимать нас всерьез. Больше года ушло у меня на налаживание контактов в различных странах четырех континентов. Не легче было и совместить достижение двух целей, одна из которых была направлена на стимулирование социально-экономического прогресса, другая - на получение прибыли. К счастью, компании «Адела» удалось преуспеть и в том и в другом. Легко плавая по бурным волнам политических и экономических трудностей, присущих многим районам Латинской Америки, «Адела» очень скоро была признана одной из наиболее преуспевающих международных компаний, занимающихся финансированием и развитием.

Как и планировалось, «Адела» оказалась более «многонациональной», чем любое другое предприятие. Чтобы избежать давления со стороны какого бы то ни было правительства, она была зарегистрирована в Люксембурге - стране, которая придерживается политики невмешательства в такие вопросы. Ее акционерами были более 230 крупных корпораций и финансовых учреждений из 23 стран. Капитал ее был достаточно равномерно распределен между ними и возрастал по мере того, как к ней присоединялись все новые и новые компании. Ни одна из групп акционеров не имела в компании решающего влияния. Чтобы показать свою поддержку принципов компании «Адела», акционеры решили делегировать в члены правления компании ведущих представителей администрации своих фирм - список, достойный называться Готским альманахом большого бизнеса. В то же время очень большими полномочиями было наделено и исполнительное руководство компании, которое было действительно многонациональным и децентрализованным за счет разбросанности по всему континенту региональных отделений, обладающих значительной автономией и хорошо знающих специфику местных условий.

Одно из важнейших требований, которое с самого начала предъявлялось к деятельности «Аделы», заключалось в том, чтобы она играла роль катализатора и свой собственный капитал использовала главным образом как усилитель. Капитал этот был относительно невелик, всего лишь 60 миллионов долларов. Несмотря на это, за десять лет «Адела» приняла непосредственное участие в создании и развитии нескольких сотен предприятий, представляющих широкий спектр различных секторов экономики, включая промышленность, сельское хозяйство, торговлю и туризм, потребовавших два миллиарда долларов новых инвестиций и создавших более 250 тысяч новых рабочих мест. По утверждению руководства компании, косвенные результаты ее деятельности на территории Латинской Америки увеличили вклад «Аделы» в развитие региона приблизительно еще на шесть миллиардов долларов.

Как бы, однако, красноречиво ни выглядели эти цифры, не в них заключается основное значение проекта в целом. Главное в том, что «Адела» на собственном примере продемонстрировала возможность новых способов оживления и даже перестройки функций и деятельности частного предприятия в изменяющемся мире. Присутствуя при ее рождении, а затем практически непрерывно в течение 10 лет являясь членом Исполнительного комитета «Аделы», я испытываю глубокое удовлетворение от того, что внес вклад в это абсолютно новое, невиданное предприятие.

Однако следующее десятилетие обещает стать гораздо труднее, и, возможно, как раз оно-то и будет решающим. Как отметил прекрасно знающий свое дело президент «Аделы» Эрнст Келлер, Латинская Америка «скоро будет состоять из промышленных, менее развитых и наименее развитых стран. Перед лицом этих предстоящих во втором десятилетии изменений в характере взаимоотношений, моделях развития и экономических условиях особую важность приобретет предвидение того, что случится в будущем, и умение правильно решить, что должно быть сделано, где, когда и кто именно должен это сделать». Чтобы по-прежнему выполнять свои полезные функции, «Адела» должна была быть гибкой, находить все новые и новые пути развития своей деятельности и применения как собственных, так и чужих идей, технических знаний, нововведений, капитала. Только так она сможет оставаться на уровне требований современности и всегда чутко реагировать на новые явления, которые возникают почти в двадцати странах, принимающих участие в ее деятельности.

В мире сейчас существуют столь сильно отличные друг от друга человеческие системы и условия, что невозможно повсюду использовать одни и те же стандартные решения, не учитывающие должным образом национальных и региональных требований и особенностей. Абсолютно точная копия «Аделы» не применима нигде, кроме Латинской Америки. Собственно, почти такие же предприятия были созданы для районов Юго-Восточной Азии и Африки, но их деятельность проходила со значительно меньшим успехом.

Тем не менее, я хочу отметить, что недавно возникла идея создать «глобальную Аделу». Хотя на первый взгляд предложение кажется весьма экстравагантным, оно вполне заслуживает более детального изучения, ибо его реализация может заставить тех, кто занимается международным бизнесом, осознать необходимость нововведений, заставить думать о поисках новых решений в тех случаях, когда традиционные решения оказываются непригодными или недостаточными. Сейчас изучается и обсуждается новый международный экономический порядок. По моему мнению, здесь абсолютно необходима срочная и планомерная реформа нынешнего шаткого и неадекватного порядка, а также формулирование общего плана, который бы поставил на более рациональную основу промышленное и сельскохозяйственное производство в мировых масштабах. Чтобы быть реалистичным и эффективным, любой новый порядок или план такого рода должен исходить из того, что в течение еще долгих лет во многих секторах экономики и во многих районах мира частное предпринимательство может сохранить свою незаменимую роль. Но чтобы в недалеком будущем служить новому обществу и при этом с достаточной эффективностью достигать своих собственных целей, частный сектор мировой экономики должен быть систематизирован и при этом должны быть пересмотрены его масштабы, сфера компетенции и принципы функционирования.






Дата добавления: 2015-05-06; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 405 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Поиск на сайте:

Рекомендуемый контект:




© 2015-2022 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.005 с.