Отличительными чертами Давида были верность Богу, кротость и смирение. Эти и другие стороны его души более отчетливо видны в псалмах, которые им были написаны и которые составляют основу книги Псалтирь. Некоторые псалмы Давида приводятся непосредственно в исторических книгах (2 Цар. 22:1-51).
Царствование Давида, несмотря на его ошибки и грехи, было самым выдающимся. Давид был праведником и навсегда остался идеалом царя, все последующие правители сравниваются с ним, и никто не превосходит его. Он совместил царское и пророческое служение. Его имя навсегда стало связанным с мессианским обетованием, последующие пророки, предсказывая пришествие Христово, нередко называли Христа Давидом или отраслью Давида (Ис. 11:1); пророк Иезекииль пророчествует о добром пастыре - Давиде, которому Господь даст пасти овец своих (Иез. 34:23), хотя Давид ко времени Иезекииля уже давно умер. Идеал царя. явленный Давидом, был дополнен идеалом процветающего царства, каким был Израиль при сыне Давида Соломоне.
Глава 15. Царствование Соломона
Воцарение Соломона
Когда Давид состарился, третий по старшинству после Амнона и Авессалома сын Давида, Адония, решает сделаться царем, не дожидаясь смерти своего отца. В этом стремлении он получает поддержку от Иоава и от священника Авиафара, — ближайших соратников Давида, которые пребывали с ним еще с тех времен, когда тот скрывался от Саула. Можно предположить, что такое поведение было вызвано желанием сохранить и еще более укрепить свои позиции при сыне Давида, которому они обеспечат престол. Недалеко от Иерусалима у источника Рогель в долине Кедронской они устроили жертвоприношение (3 Цар. 1:9) и помазали Адонию на царство.
Узнав об этом, к Давиду спешно являются Вирсавия и пророк Нафан, которые предлагают ему сделать царем Соломона (3 Цар. 1:17, 24-27). Давид поддержал эту мысль (3 Цар. 1:33), и тогда руками священника Садока и пророка Нафана у источника Гион, неподалеку от того места, где был помазан Адония, был помазан на царство Соломон (3 Цар. 1:38-39). Когда об этом узнали Адония и все им приглашенные, они стали разбегаться по домам. Все они были до времени прощены.
Умирая, Давид завещал Соломону: «Вот, я отхожу в путь всей земли, ты же будь тверд и будь мужествен и храни завет Господа Бога твоего, ходя путями Его и соблюдая уставы Его и заповеди Его, и определения Его и постановления Его, как написано в законе Моисеевом, чтобы быть тебе благоразумным во всем, что ни будешь делать и везде, куда ни обратишься; чтобы Господь исполнил слово Свое, которое Он сказал обо мне, говоря: “Если сыны твои будут наблюдать за путями своими, чтобы ходить предо Мною в истине от всего сердца своего и от всей души своей, то не прекратится муж от тебя на престоле Израилевом”» (3 Цар. 2:2–4). Затем Давид наказал Соломону оказать милость сынам Верзеллия Галаадитянина, помогавшему Давиду во время бегства от Авессалома, и покарать некоторых из числа тех, кто при жизни провинился перед ним (3 Цар. 2:5-9): Иоава и Семея. Что за странное распоряжение? Выходит, Давид лишь старался выглядеть великодушным, на самом деле никому ничего не прощая и сводя старые счеты руками сына? Скорее всего, дело в другом. Мы уже видели, что Иоав, Адония и прочие, пользуясь большим авторитетом и властью, уже проявляли в той или иной степени свои властолюбивые стремления еще при жизни Давида. Вполне естественно предположить, что эти люди могли представлять собой смертельную опасность для молодого и неопытного царя, каким был Соломон. И для того, чтобы обезопасить последнего, Давид и дает ему столь жестокое распоряжение.
После воцарения Соломон исполняет завещание Давида: предает смерти Иоава (3 Цар. 2:26-34), отправляет священника Авиафара в ссылку (первосвященником остается Садок). Также Соломон вынужден казнить Адонию (3 Цар. 2:25), после того, как Адония просит отдать ему в жены одну из служанок Давида Ависагу Сунамитянку, прислуживавшую Давиду перед смертью (3 Цар. 2:17). Это было вполне определенным выражением притязания на царство, так как Ависага считалась наложницей царя, хотя реально таковой не являлась. Так, когда Давид воцарился в Хевроне, то первое требование его к Авениру было вернуть ему Мелхолу, жену его, дочь Саула, которая после его бегства была отдана другому мужу (2 Цар. 3:13-16). Когда Адония попросил того же самого, то Соломон сказал матери своей: «зачем ты просишь Ависагу Сунамитянку для Адонии? Проси ему также и царство, ибо он мой старший брат» (3 Цар. 2:22). Соломон видит продолжающиеся претензии Адонии на воцарение и вынужден его казнить.
