Немецкая романтическая историография зародилась во время захвата Германии Наполеоном. История должна была вернуть немцам чувство самоуважения в годы бедствия и поднять дух народа. Показательно, что историк Генрих Луден, читавший историю Германии в Иенском университете в течении обоих семестров 1807 г. не имел ни единого слушателя, а в 1808 г., когда объявил вводный курс «Об изучении отечественной истории», собралась не только аудитория, но и передняя, лестницы, двор были полны студентов. («мы не последыши ленивого племени, а потомки доблестного, крепкого, благородного рода»).
Позднее, в немецкой общественной жизни выделилось два течения:
а) национально-буржуазное – стремившееся с помощью истории доказать необходимость объединения Германии, былая сила которой связана со средневековыми императорами.
б) консервативно-дворянское – защищавшее свои сословные привилегии, а вместе с ними и политическую раздробленность Германии. Они с помощью истории пытались доказать гибельность перемен в политическом и социальном строе.
Первое направление, в связи со слабостью немецкой буржуазии, вышло на ведущие позиции только в 30-40-е гг. XIX в. В первой трети века господствующее положение принадлежало консервативно-дворянской романтической историографии.
Но независимо от политических направлений немецкие историки сознавали, что необходимо обращаться к первоисточникам. С 1819 г. началась работа по составлению издания «Исторических памятников Германии» (Monumenta Germaniae Historica) (MG) – крупнейшего научного предприятия XIX в. Первый том вышел в 1826 г. Полвека эту деятельность возглавлял Георг-Генрих Пертц, сгруппировавший вокруг себя лучшие научные силы Германии. За это время вышло 26 фолиантов MG. С 1875 г. издание MG было взято на себя государством и продолжается до сих пор.
Публикация источников с учётом предыдущего опыта эрудитов и новейших достижений филологии сыграла важную роль, т. к. в процессе этого издания были выработаны современные методы научной критики источников.
Правда, в первой трети XIX в. историки принадлежали к т. н. повествовательному (нарративному) направлению романтической историографии. Они ставили задачей воссоздать прошлое с помощью проникновения, «вчувствования» в него, прежде всего через посредство хроник и других повествовательных памятников. Им были свойственны все типичные «романтические» черты: идеализация средних веков, национализм, часто приводивший к искажению истины, во многих случаях – сознательному.
Генрих Луден писал, что Карл Великий был чистокровный германец с голубыми глазами. В далеко запрятанном примечании делал оговорку: источники ничего не говорят о цвете глаз императора, но он прибавил эту чёрточку из чувства патриотизма (т. е. наивные, грубые приёмы).
Один из представителей нарративной школы Генрих Лео (1799-1878) восхвалял христианскую церковь, инквизицию, крестовые походы, сожжение на кострах, кровавые подвиги герцога Альбы в Нидерландах, проявлял чисто зоологическую ненависть к «национальным врагам» немцев (французов называл «нацией обезьян»).
От нарративно-романтического направления следует отличать историческую школу, созданную Леопольдом фон Ранке (1795-1886), и оказавшую со второй половины XIX в. сильное влияние на всю историографию. Хотя господствующее положение в Германии эта ветвь заняла с 50-х гг. XIX в., но она возникла в тесной связи с романтизмом, была частично ветвью романтической историографии, а частично её продолжением.
Его работы: «История романских и германских народов с 1494 до 1535 г.» с важным приложением «К критике новых историков» (1824), «История Германии в эпоху реформации» (1839-1847, 6 тт.), «Римские папы в течение последних четырёх столетий» (1834-1837, 3 тт.), «Французская история преимущественно в XVI-XVII вв.” (1852-1861, 6 тт.), “Английская история преимущественно в XVII столетии» (1859-1867, 9 тт.).
Отличительной особенностью творчества Ранке и его учеников было органическое соединение романтической концепции истории с новейшими методами критики текстов. Ранке выработал исследовательские приёмы, показал, как с помощью глубокой внутренней критики источника и сопоставления его с другими разложить его на составные части и выяснить степень его достоверности.
Вторая характерная черта Ранке как исследователя – его недоверие, даже пренебрежение ко всем видам повествовательного источника. Выше всего он ставил источник документальный, стремясь построить своё изложение на официальных документах, привлекая повествовательный материал лишь в качестве дополнительного. В связи с установкой на официальный документ, в Германии под влиянием Ранке развивается особый вид исторических произведений – регесты. Регесты – это в сущности канва политической истории, даваемая в виде перечня официальных документов с указанием их краткого содержания, причём в регесты включались не только документы, дошедшие до нас, но и такие, о существовании которых мы знаем только на основании сообщений нарративных источников или ссылок в существующих документах.
Из этих особенностей метода Ранке легко установить его сильные и слабые стороны. Сильная сторона – опора на достаточно надёжные свидетельства (если признать, что официальные документы являются таковыми). Слабая – история выступает, главным образом, как дипломатическая, внешняя история. События внутренней политики, социально-экономические отношения отражены очень слабо.
Третья особенность Ранке – его «объективность», совершенно отказывался от каких бы то ни было оценок (но! – история Мюнстерской коммуны – опирался на сочинения людей, не бывших в Мюнстере и на свидетельство предателя, открывшего ворота епископским ландскнехтам).
Построения Ранке также были европоцентристскими, развитию неевропейских народов во «Всемирной истории» (последнем крупном труде) внимания почти не уделял, но и среди европейцев главные - романо-германские, особенно, конечно, с германским элементом. В историческом развитии Ранке на первый план выдвигал государство, а из всех государств – прусскую монархию, которую считал венцом творения, самым совершенным делом бога и рук человеческих.
Т. о. идейный багаж Ранке был не очень велик, как сказал один историк о нём – «великий талант, но мелкий ум». Но он был официальным историком Пруссии, отсюда то влияние, которое он оказал на всю немецкую историографию.
До середины XIX в. ведущую роль в немецкой историографии играл не Ранке, а т. н. Гейдельбергская школа историков, названная так по университету, в котором протекала педагогическая и научная деятельность основателя школы – Фридриха-Христофа Шлоссера (1776-1861). Гейдельбергская школа выступала против «архивно-дипломатического» метода Ранке, главным для них выступало не правительство и его деятельность, запечатлённая в официальных документах, а общая картина движения всего народа на пути прогресса. Один из представителей этой школы – Вильгельм Циммерманн (1807-1878) в «Истории крестьянской войны» (1841) впервые отметил сходство событий 1525 г. с английской XVII в. и французской XVIII в. революциями.
