Наука и культура
Культура современного человечества неразрывно связана с наукой, причем прослеживается взаимовлияние культуры на науку и наоборот. Так, результаты науки могут угрожать самой сущности культуры. А от общечеловеческих и личностных установок, ценностей, традиций зависят ориентиры науки. Проблема формирования культуры науки становится актуальной на сегодняшний день.
М.К. Мамардашвили рассматривает науку как культуру: «Культурой наука является в той мере, в какой в ее содержании выражена и репродуцируется способность человека владеть им же достигнутым знанием универсума и источниками этого знания и воспроизводить их во времени и пространстве, т.е. в обществе, что предполагает, конечно, определенную социальную память и определенную систему кодирования. Эта система кодирования, воспроизводства и трансляции определенных умений, опыта, знаний, которым дана человеческая мера, вернее, размерность человечески возможного, система, имеющая, прежде всего, знаковую природу, и есть культура в науке, или наука как культура» [6, с.9]. Наука исходит из убеждения в самоценности каждого отдельного человека как свободного существа и одновременно взаимосвязи всех людей в добре и зле.
Раскрывая тайны природы, наука не приближает к ней человека. Все человечество уходит от единства с природой в мир искусственных изобретений. Природа дала человеку в руки оружие – интеллектуальную и моральную силу, но он может пользоваться этим оружием и в обратную сторону, поэтому человек без нравственных устоев оказывается существом нечестивым и диким [3, с.89].
Человек представляет собой запрограммированное существо, лишенное личностных свойств, неспособное к самостоятельному мышлению. Человек готов поступиться своими принципами ради материального и «статусного» благополучия. На первый план выходят физические наслаждения. В связи с отказом человека от нравственных норм и ценностей усиливается цинизм и нигилизм [4].
Проблемы мировоззренческой ориентации человека, осознание им своего места и роли в обществе, цели и смысла социальной активности, ответственности за свои поступки и выбор форм и направлений своей деятельности становятся главными.
Представители гуманитарных и естественных наук живут как бы в разных социальных измерениях, с разными ценностными ориентирами, мотивами и ожиданиями. В этой ситуации, прежде всего, антисциентистски настроенные мыслители выдвигают тезис о «кризисе» или даже «гибели» культуры. Действительно, приращение культурных ценностей должно опираться на традиции, а в современное время эти традиции изменяются столь стремительно, что это часто происходит за период жизни одного человека.
На протяжении только одного столетия человечество переходит от письма и устного творчества к компьютерному общению, от устных разговоров и бесед – к общению с помощью различных телекоммуникационных средств. Причем темпы этих изменений все время нарастают. А поскольку в основе таких изменений лежат научные открытия, то это и дает повод для обвинений в адрес науки. На самом деле понятие «кризис» культуры фиксирует лишь резкое увеличение скорости разрушения старых ценностей, сжатие временных рамок этого процесса, что не позволяет новым явлениям и открытиям адаптироваться к традиционной системе культуры. Если бы этот процесс шел постепенно, то культура как бы «привыкала», впитывала и отбирала новые ценности, гармонично сочетая их с традиционными [1, с.65-66].
По мнению А. Эйнштейна научная картина мира оказывается во многом результатом развития культуры общества [7, с.9-10].
С подобной точкой зрения солидаризуется В.С. Степин, который указывает, что идеалы и нормы науки, лежащие в основе картины мира любого уровня, «всегда скоррелированы с особенностями культуры соответствующей исторической эпохи» [2, с.23].
С. Кара-Мурза писал: «В XX в. тезис о свободе науки от ценностей был фактически подменен. И. Кант, и Вебер говорили об ограниченности науки как способа познания, о ее неспособности задавать ориентиры и идеалы. Сейчас, например, этот тезис утверждает безответственность науки за последствия использования знания. В том же, что касается указаний и ориентиров, всякие ограничения забыты. Трудно найти социальную группу, которая бы более активно отстаивала в политике свои идеалы и интересы, чем научная элита, используя при этом сугубо научные / то есть якобы ценностно-нейтральные / атрибуты как мощное оружие именно в столкновении идеалов и моральным норм» [5, с.3-15].
Таким образом, гуманистическая значимость и ценность науки обусловлены социально-экономической, политической и правовой политикой в стране. Результаты научного прогресса оказывают непосредственное влияние на всеобщий интерес человечества.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Кузнецов В.Г., Кузнецова И.Д., Миронов В.В., Момджян К.Х. Философия: Учебник. – М.: ИНФРА-М, 2008. – 519 с.
2. Степин В.С. Идеалы и нормы научного исследования. Идеалы и нормы в динамике научного поиска. Минск, 1981. 215 с.
3. Аристотель. Политика // Сочинения. – М., 1991. – С. 89.
4. Философия: учеб. для вузов / под общ. ред. В.В. Миронова. – М.: Норма, 2008. – 928 с.
5. Кара-Мурза С. Наука и кризис цивилизации // Вопросы философии. – 1990. - № 9. - С. 3-15.
6. Мамардашвили М.К. Как я понимаю философию. – М. 1990. – 341 с.
7. Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1965. 215 с.
