Если вернуться к приводившемуся ранее в данной книге (в главе о сегментации) примеру, можно увидеть, что наше мировоззрение ставит вопросы для дальнейшего изучения, сообщает методы проведения исследования о сегментации, а также способы формирования и толкования знаний об этом явлении (Mines, 2007). Таким образом, очевидно, что способы бытия, пути действия и познания переплетаются в процессе исследования.
Далее следует заимствованный у Кэти Чармаз краткий пример относительно обоснованных теорий, который тоже иллюстрирует эту мысль. Нижеприведенная цитата объясняет, что я имею в виду.
Обоснованная теория помогает нам познать изучаемые сферы и методы разработки теорий, с помощью которых мы их понимаем. В классических трудах об обоснованной теории Глейзера и Штрауса говорят о том, что открытие концепции происходит на основе данных, отделенных от научного наблюдателя. Не разделяя их позицию, я полагаю, что нельзя открыть ни данные, ни теории. Скорее мы являемся частью мира, который изучаем, и частью данных, которые собираем. Мы формируем наши обоснованные теории на базе наших отношений и взаимодействий с людьми в прошлом и настоящем, а также на основе научных парадигм и практики исследования (Charmaz, 2006: 10).
Как правило, я не одобряю и не использую длинные цитаты, но заявление Чармаз имеет ключевое значение для понимания того, каким образом мировоззрение воздействует на проводимое исследование и знания, полученные по его завершении. В первом предложении цитаты содержится признание того, что мы входим в различные сферы, когда
Таблица 16.1, Условия, влияющие на проведение исследования: сравнение трех подходов
выбираем явление для изучения. Второе предложение указывает на основоположников обоснованной теории Глейзера и Штрауса, которые используют термин «открытие» по отношению к обоснованным теориям. Открытие — веское слово, и характер описанной ими действительности вытекает из его значения. Оно подразумевает, что отдельно от нас существует мир, ожидающий, чтобы его открыли. Этот мир существует независимо и отдельно от исследователей. Потому Глейзер и Штраус рассматривали себя обособленными от самой науки. Чармаз смотрит на эту проблему иначе: она рассматривает себя как часть исследуемого ею мира и утверждает, что такая позиция способна повлиять на собранные данные. Таким образом, на выбор того или иного пути познания влияют способы бытия и проведения исследований.
Ценность исследования
Ценность, приписываемая исследованию, зависит:
• от вашей оценки его значимости;
• тех вкладов, которые вы внесли, предоставив доказательство;
• аудитории, на которую оно нацелено;
• значимости, которую данная аудитория ему приписывает.
Кроме того, научное сообщество проведет его оценку посредством критики вашей работы. Выступая в роли практического метода, исследование должно соответствовать четырем главным критериям:
• быть точным;
• полезным для потенциальных потребителей;
• своевременным;
• предоставить научному сообществу и специалистам-практикам пищу для размышления путем распространения знаний.
Роль здравого смысла в процессе исследования
Все вышесказанное я хотел бы дополнить следующим утверждением: нельзя забывать о важной роли реальности в поиске новых концепций и приложений. Это позволит вам избежать критики относительно насущности вашей работы. Крайне редко предлагаются общие решения для специфических проблем, да и не может один и тот же формат устроить абсолютно всех. Важен контекст. Не так-то легко уловить дух времени, найти новых потребителей, новые рынки, применить новые бизнес-модели или просто попытаться
понять существующих потребителей, их поведение и то, какое воздействие оказывают глобализация и электронная коммерция или какие возможности они предлагают. Всегда полезно применить здравый смысл для проверки в реальных условиях той или иной гипотезы после рассмотрения различного рода данных, включая советы практиков, теоретиков и консультантов. Давайте порассуждаем...
