17 Кусты с травостоем
высоким и лес
в земле Видара вырос.
Поспешно там спешится
сын нестрашимый,
и будет отмщен отец.
18 Андхримнир варит
Сэхримнир-вепря
в Эльдхримнир-чане —
мясо прекрасно,
но немногим известно,
что этим эйнхериев кормят.
19 Жадного Гери
и Фреки-прожору3
кормит Родитель Ратей;
но к войнам привыкший,
оружием славный,
жив Один вином — и только.
20 Мыслящий Хугин,
помнящий Мунин4
кругоземно летают.
Вернется ль, не знаю,
Хугин ко мне;
за Мунина больше тревожусь!
21 Тунд половодный
воет, и волка
Фернира рыба резвится;
вброд же ту воду
народу павших
нет сил пересечь5.
22 Вальгринд — для мертвых
врата — средь поля,
свята в святых решетка;
издревние врата,
и вряд ли многим
ведомы створов запоры.
23 Горниц пять сотен
и сорок, как помню, —
в обители Бильскирнир6 есть:
домом под кровлей,
знаю, владеет
чадо мое величайшим.
24 Дверей пять сотен
и сорок, как помню, —
в Вальгалле есть:
в дверь каждую восемь
воинов сотен
выйдет на битву с Волком7.
25 Над залом Родителя Ратей
Хейдрун-коза
листья Лерада8 ест;
мед ее ярый
льется в братину —
тот мед не иссякнет вовек.
26 Над залом Родителя Ратей
дуборогий олень
листья Лерада ест
и в Чан Кипящий,
в начало всех рек,
в Хвергельмир каплет с рогов9.
27 Доль и Ширь,
Скорь и Ярь,
Студь и Битвохоча,
Мчица, Жрица,
Рейн и Торопа,
Болтунья и Рева,
Старица и Копьекиша —
вьются вкруг божьих сокровищ, —
Гремуча и Луга,
Вспуча и Круча,
Жада и Ложетеча.
28 Двиною одна зовется,
Быстриною — вторая,
третья — Вода Велика,
Млеча, Леча,
Буча, Бегуча,
Лють и Буря,
Алчица, Волчица,
Доль и Надежа,
Бережа и Непрохожа;
а Звонь и Молонья —
людские реки,
но ниспадают в Хель.
29 Через Кёрмт и Эрмт,
через две Керлауги
Тор поневоле вброд
каждый же день —
ходит теперь на судбище к
Иггдрасиль-древу,
ибо мост божий
обложен огнем,
святы воды вскипают.
30 Радый и Златый,
Свет и Фыркун,
Крепкожилый и Среброгривый,
Сверк, Власопят,
Златогрив, Легконог —
вот кони, на коих асы
каждый же день
скачут теперь
на судбище к Иггдрасиль-древу.
31 Тремя корнями
тот ясень-древо
на три страны пророс:
Хель — под первым,
хримтурсам — второй,
под третьим — род человеков.
32 Белка по имени
мысь Вострозубка
снует по Иггдрасиль-древу,
сверху она
слово орла
вниз темному Нидхёггу носит.
33 Две пары оленей
вершину древа
гложут, вытянув выи;
Туротрор, Умерший,
Мешкий и Чуткий.
34 И змей немало
под Иггдрасиль-древом —
больше, чем думают дурни иные;
Пустошник и Подземельник —
Могильного Волка дети,
тоже Серый и Скрытень,
Снотворец и Витень;
мне же ведомо; ветви
Древа им вечно грызть.
35 Иггдрасиль-ясень
терпит страсти,
коих не знают люди;
олень объедает,
ствол подгнивает,
Нидхёгг терзает снизу.
36 Христи Мглиста10
рог да подаст мне,
тож Секирница и Протыка,
Сечь и Сила,
Страдь и Дружина,
Мечезвоница и Копьемеча;
а Защита и Щада,
и Советница тоже
пусть эйнхериям пиво подносят.
37 Ранний и Резвый
разом берутся,
солнце высоко возносят;
у них же под мышками
мехи кузнечные
скрыли благие боги.
38 Щит Свалин, Студящий, —
стоящий пред солнцем,
перед блестящей богиней,
и вот же, я знаю,
когда упадет он,
горы и море сгорят.
39 Лгун — имя волка, —
который гонит
ее, ясноликую, в чащу;
второй — Ненавистник,
исчадье Волка,
бежит перед светлой невестой небес11.
40 Из мяса Имира
земля содеяна,
море — из крови его,
горы — из кости,
лес — из волосьев,
из черепа — свод небес.
41 Мир из ресниц его
Мидгард сынам человечьим,
сделали боги благие,
из мозгов же его
сотворили благие
тучных туч облака.
42 Заслужит милость
всебожью и Улля,
кто погасит огонь,
ибо, как чаны
подымут, тут чада
асов увидят миры.
43 Челн досчаный в начале
Ивальди чада12,
Скидбладнир строить пришли,
корабль наилучший
пресветлому Фрейру,
достойному отпрыску Ньёрда.
44 Иггдрасиль — древо
из древес наилучшее,
Скидбладнир — лучший из стругов,
Один — из асов,
Слейпнир — из коней,
Радуга13— из мостов,
Браги — из скальдов,
из ястребов — Хаброк,
а пес наилучший — Гарм.
45 Вот лик свой явил я
чадам божьим,
да явится помочь победных,
дабы все асы
вместе воссели
на скамьи Эгира
в застолье Эгира14!
46 Я — Грим-личина15
и Ганглери-странник,
Вождь — мне имя,
тож Шлемоносец,
Друг и Сутуга,
Третей и Захват,
Высокий и Слепо-Хель,
47 Истый, Изменный,
Истогадатель,
Радость Рати и Рознь,
тож Одноглазый,
тож Огнеглазый,
Злыдень и Разный,
Личина и Лик,
Морок и Блазнь,
48 Секиробородый,
Даятель Побед,
Широкополый, Смутьян,
Всебог и Навь-бог,
Всадник и Тяж-бог, —
вовек не ходил я
среди человеков,
своих не меняя имен.
49 Ныне у Гейрёда
я — Гримнир-личина;
я же у Эсмунда был
Мерин, впрягшийся
в сани, Кормилец;
я на тинге — Цветущий,
я же в битве — Губитель;
Ярый, Равный,
Вышний, Брадатый,
Посох и Щит для богов16.
50 Звал меня Сёккмимир
Узд и Обузд,
я же стар-йотуна перехитрил
и победил я
один на один
славного Мидвиднир-сына.
51 Пьян ты, Гейррёд,
пил-то без меры;
и не помогут тебе
ни я, ни эйнхерии,
ни милость Одина —
многое ты потерял.
52 Много сказал я,
да мало ты помнишь;
друг тебе недругом стал,
вижу, друже,
лежит на земле
меч твой, и весь в крови.
53 Конец твой знаю:
ныне же к Иггу,
клинком упокоен, пойдешь;
дисы в гневе;
ныне дерзнешь ли
на Одина глянуть, представ.
54 Один я ныне,
доныне — Игг страшный,
Сутуга — допрежде того,
Сторожкий и Конунг,
Сплетель и Тайный,
Гаут и Мерин в богах,
Снотворец и Витень —
и все они, знаю,
ныне во мне едины!
Поездка Скирнира
Фрейр, сын Ньёрда, сидел однажды на престоле Хлидскьяльв и озирал все миры. Он глянул на Йотунхейм и увидел там деву-красавицу, она шла от дома отца своего в кладовую. После этого он сильно затужил.
Скирнир был слугой Фрейра. Ньёрд просил его поговорить с Фрейром. Тогда молвила Скади:
1 Вставай-ка, Скирнир,
ступай немедля,
спроси у нашего сына,
кем недоволен
воин умелый
и чем он разгневан».
Скирнир сказал:
2 «Меня ж обругает,
коли немедля
спрошу у вашего сына,
кем недоволен
воин умелый
и чем он разгневан».
(Скирнир сказал Фрейру:)
3 «Поведай мне, Фрейр,
правитель вышних,
я знать хотел бы,
почто ты все время
один и невесел
в доме сидишь, хозяин».
Фрейр сказал:
4 «Как мне поведать,
дружка мой младший,
что меня гложет?
Всем альвов светильня
светит все время,
не светит — моей охоте».
Скирнир сказал:
5 «Неужто охота,
спрошу, столь великая,
что и сказать невозможно?
Мы сызмала дружны,
но в прежнее время
мы доверяли друг другу».
Фрейр сказал:
6 «В усадьбе Гюмира
я видел деву —
милее нет;
сиянием дланей
она озаряла моря
и небесный свод.
7 Любви не бывало
сильней и горше
в прежнее время;
асы и альвы,
они не хотят
деву мне в жены отдать».
Скирнир сказал:
8 «Дай мне коня,
через темное пламя
чтобы меня пронес,
дай мне клинок,
чтобы сам он рубился,
сам йотунов бил».
Фрейр сказал:
9 «Вот тебе конь,
через темное пламя
чтобы тебя пронес,
вот и клинок,
чтобы сам он рубился,
коли он в верных руках».
Скирнир сказал коню:
10 «Сумерки пали,
пора в дорогу
к йотунам нам по сырым камням:
оба вернемся
иль оба сгибнем
в плену у турсов могучих».
Скирнир поскакал в Йотунхейм к усадьбе Гюмира. Вокруг жилища Герд была ограда, а у ворот злые собаки. Он же увидел пастуха, сидящего на пригорке, и сказал:
11 «Скажи мне, пастырь —
тебе же с бугра
все дороги видны, —
как пронести мне
мимо собак
весточку дочери Гюмира?»
Пастух сказал:
12 «На смерть идешь?
Иль из мертвых явился?
………
Весточку ты
вовек не доставишь
славной дочери Гюмира».
Скирнир сказал:
13 «Чего бояться,
коли решился
пойти на опасное дело:
час предназначен,
и день исчислен —
судьбой мне век отмерен».
Герд сказала:
14 «Что там за гром,
слышу, гремит
прямо в горнице нашей?
Земля дрожит,
и вся трясется
Гюмирова усадьба».
Служанка сказала:
15 «Там — человек,
он спрыгнул с коня
и на травку пустил пастись».
Герд сказала:
16 «Проси приезжего
быть гостем в доме
и нашего меду отведать,
хотя, быть может,
это явился
нашего брата убийца».
(Герд сказала Скирниру:)
17 «Ты не из асов,
ты не из альвов,
ты не из ванов светлых, —
почто же скакал
сквозь ярое пламя
и к нам явился?»
(Скирнир сказал:)
18 «Я не из асов,
я не из альвов,
я не из ванов светлых, —
однако скакал
сквозь ярое пламя
и к вам явился.
19 Одиннадцать яблок,
все золотые,
твои они будут, Герд,
коль слово молвишь,
мол, Фрейр мне желанен,
желанен и жизни милей».
(Герд сказала:)
20 «Одиннадцать яблок
с мужем в придачу
мне брать неохота:
не будет Фрейр,
покуда мы живы,
моим супругом».
Скирнир сказал:
21 «В придачу – обручье1,
которое с юным
с Бальдром в костре горело:
таких же по весу
восемь обручий
в десятую ночь родит».
(Герд) сказала:
22 «На что мне обручье,
которое с юным с
Бальдром в костре горело;
золота хватит
у Гюмира в доме,
а я в этом доме — хозяйка».
Скирнир сказал:
23 «А видишь, дева,
меч светозарный,
волшебный в моей деснице:
голову деве
срубит, коль скоро
молвишь не то, что надо».
Герд сказала:
24 «Тебя бояться
с мужем в придачу
мне совсем неохота,
но если Гюмир
тебя застанет,
знаю, будете
биться насмерть!»
Скирнир сказал:
25 «А видишь, дева,
меч светозарный,
волшебный в моей деснице:
он же зарубит
старого йотуна,
ты же отца потеряешь.
26 Волшебным железом
девы коснусь —
и будет, как мне охота;
окажется дева
там, где никто
вовеки ее не увидит,
27 там, на Орлей скале,
будешь ты сидеть,
там сидеть-глядеть,
где лишь Хель видать,
там вкушать еду,
где на вкус еда
гаже гадов ползучих,
28 а пойдешь куда —
станешь чудищем,
чтобы Химнир глазел,
чтобы всяк глядел —
пуще стража богов
ты прославишься,
зверем ты будешь в клетке;
29 горе, беда,
хворь да нужда,
пусть тебя мучат пуще,
а присядешь где,
мной заклятая,
чтоб тебе не было роздыху —
черной немочью мучайся;
30 чтобы день изо дня,
чтобы тролли
тебя во владениях йотуна грызли,
в доме льдистого
чтобы день ото дня,
чтоб слабела ты,
чтоб хирела ты
да не знала бы радости,
а печаль-туга
чтобы мучили пуще;
31 трехголовый турс
тебе мужем будь,
или вовсе безмужняя сдохни,
счахни, иссохни от порчи,
как на пажити
в осень скошенный
сохнет чертополох;
32 вот я в лес пошел,
я в сыром лесу
прут волшебный искал,
прут волшебный нашел…
33 в гневе Один,
владыка асов,
и Фрейр разгневался:
стала, дева, ты,
непокорная,
ненавистна богам;
34 слышьте, йотуны,
слышьте, турсы —
племя Суттунга,
асы, слушайте:
проклинаю я,
заклинаю я
ее счастье в замужестве,
ее радость в замужестве;
35 чтобы Хримгримнир
посадил тебя
в клетку смертную крепкую
да поили б тебя
духи подземные
только козьей мочой,
а другого питья
не видать бы тебе —
вот и будет, как мне охота,
и не будет, как тебе охота;
36 вот я руну «турс»
и три руны в придачу —
«скорбь» и «похоть»,
и «черная немочь» —
захочу сейчас
начерчу сейчас,
а когда захочу — уничтожу…»
(Герд сказала:)
37 «Во здравие, вестник,
старого меду
выпей из льдистого кубка!
Не думала я,
что придется отдать
любовь мою сыну ванов».
(Скирнир сказал:)
38 «Ответь же вестнику,
скажи мне честно
прежде чем вспять отправлюсь,
когда и куда ты
придешь на свиданье
к могучему сыну Ньёрда».
(Герд сказала:)
39 «Роща Барри,
мы оба знаем,
укромное место:
там Герд подарит
на девятую ночь
любовь свою сыну Ньёрда».
Тут Скирнир поехал домой. Фрейр поджидал его на дворе, поздоровался и спросил:
40 «С коня не сходя,
в дом не входя,
сразу скажи мне, Скирнир:
какие вести
из Йотунхейма?
Радость принес или горе?»
(Скирнир сказал:)
41 «Роща Барри,
мы оба знаем,
укромное место:
там Герд подарит
на девятую ночь
любовь свою сыну Ньёрда».
(Фрейр сказал:)
42 «Ночь — это долго,
две — еще дольше,
а как же мне три прожить?
Месяц порою
бывает короче
любой половины ночи».
Песнь о Харбарде
Тор возвращался с востока и вышел на берег пролива. На другом берегу пролива был перевозчик с лодкой. Тор окликнул его:
1 «Эй, парень-парнище,
на том бережище чего стоишь?»
А тот ответил:
2 «Эй, стар-старичище,
через водищу чего орешь?»
(Тор сказал:)
3 «Ищу переправу,
плачу харчами,
за плечами в плетенке —
снеди на целый день;
сам-то в дорогу
набил утробу
селедкой с овсянкой
и есть не хочу».
(Перевозчик сказал:)
4 «Что ты кичишься
набитым брюхом!
А знаешь ли, что тебя ждет?
Домой воротишься под вечер, а дома
мать твоя померла!»
(Тор сказал:)
5 «Вот уж, как есть,
весь наихудшую
ты мне накаркал,
что мать померла».
……………………
(Перевозчик сказал:)
6 «Гляжу, не похоже,
что ты троедворец;
к тому же без обувки,
к тому же без одежи —
тоже хозяин мне! — сам без порток».
(Тор сказал:)
7 «Гони-ка лодчонку
да сейчас отвечай-ка:
чья это лодка?
От кого перевоз?»
(Перевозчик сказал:)
8 «Хильдольв, хозяин
острова Радсей,
он приказал мне
держать переправу:
воров, конокрадов,
сказал, не вози,
а только хороших
людей, мне известных.
Скажи свое имя —
авось переправлю».
(Тор сказал:)
9 «Скажу, хоть стою
на чужом берегу,
вот род мой и званье:
отец мне Один,
а брат мне Мейли,
а сын мне Магни,
а сам я сильнейший —
бог Тор перед тобою!
Теперь уж и ты
назови свое имя1».
(Перевозчик сказал:)
10 «Нет нужды мне скрываться —
зовут меня Харбард».
Тор сказал:
11 «Скрываться нет нужды,
коль ты никого не боишься».
(Харбард сказал:)
12 «Кого мне бояться,
неужто тебя?
Коли мне суждено
помереть не сегодня,
я тебя одолею!»
(Тор сказал:)
13 «Нет мочи как неохота
в воду лезть да поклажу мочить!
Погоди, человечишко,
я с тобою за ругань сквитаюсь
на твоем берегу!»
(Харбард сказал:)
14 «Я тебя подожду
на моем берегу;
я, пожалуй что, посильнее,
чем Хрунгнир покойник2».
(Тор сказал:)
15 «То-то, Хрунгнира вспомнил!
Я его одолел —
вот был великанище,
головища из камня! —
я прикончил его
и ногами попрал.
А ты чем похвалишься, Харбард?»
(Харбард сказал:)
16 «А я в это время
у Фьёльвара жил,
на острове Альгрен
пять зим зимовал:
сколь хочешь с мужами
мы биться могли,
а пуще любиться —
с девицами спать».
(Тор сказал:)
17 «Ну, а девы-то как?»
(Харбард сказал:)
18 «Которая умная дева,
та сама к нам ходила,
которая хитрая дева,
та дома сидела —
хотела веревку
сплести из песка
да выкопать яму
поглубже земли.
А я хитроумьем
всех обошел:
все семеро, сестры, были моими,
со всеми любился, со всеми спал.
А ты чем похвалишься, Тор?»
Тор (сказал:)
19 «А я великана
Тьяци убил3,
Альвальди сына
я очи закинул
аж на самое небо;
пусть каждый увидит
силу мою! —
они и поныне в небе.
А ты чем похвалишься, Харбард?»
Харбард сказал:
20 «А я соблазнял
наездниц ночных4 —
жен уводил у мужей;
мне Хлебард по дружбе
дал, великан,
волшебную ветку,
а я этой веткой
ему же мозги заморочил».
Тор сказал:
21 «Так ты ж за добро
злом заплатил!»
Харбард сказал:
22 «Дуб обломали
другому на пользу —
всяк о себе печется!
А ты чем похвалишься, Тор?»
Тор сказал:
23 «Был на востоке,
перебил великанш,
жили в горах
и вредили немало;
те великанши
столько рожали,
что скоро земли
не осталось бы людям.
А ты чем похвалишься, Харбард?»
Харбард сказал:
24 Ходил я в Валланд5,
затеял смуту,
рати стравливал,
да не мирил:
к Одину павшие
шли воители,
а к Тору — одни рабы».
Тор сказал:
25 «Будь твоя власть,
ты бы так бестолково
богов наделял бы людьми».
Харбард сказал:
26 «У Тора — сила,
да духу мало:
с испугу, со страху
в варежку влез —
аж забыл, что Тором зовется, —
дыхнуть боялся,
так испугался,
не храпел, не пердел,
лишь бы Фьялара не разбудить»6.
Тор сказал:
27 «Харбард, такой-разэтакий,
убить тебя мало!
Дай только залив переплыть!»
Харбард сказал:
28 «Да погоди ты
переплывать залив —
мы же еще не доспорили!
А ты чем похвалишься, Тор?»
Тор сказал:
29 «Был на востоке,
потоки стерег,
там Сваранга дети
со мною затеяли свару:
метали в меня каменья,
да только того и добились,
что сами же стали
пощады просить.
А ты чем похвалишься, Харбард?»
Харбард сказал:
30 «Был на востоке,
с девицей гулял,
болтал с белолицей
и тайно встречался,
золото ей дарил —
вот и добыл золотую».
Тор сказал:
31 «А ты там нехудо время проваживал».
Харбард сказал:
32 «А ты бы; Тор,
мне мог бы помочь
ту белолицую деву стеречь».
Тор сказал:
33 «Уж я бы помог,
да не ведаю как».
Харбард сказал:
34 «Уж я бы тебе поверил,
да ты ведь — хитришь».
Тор сказал:
35 «Что я, старый башмак,
чтобы пятки щипать?»
Харбард сказал:
36 «А чем ты похвалишься, Тор?»
Тор сказал:
37 «Берсеркских жен
бил на острове Хлесей:
порчу они
на людей наводили».
Харбард сказал:
38 «Стыдно дело, Тор,
с женами воевать!»
Тор сказал:
39 «Да разве же это жены?
Не жены они, а волчицы:
челн они мне проломили —
на берегу он сушился —
и Тьяльви, слугу моего,
прогнали и мне самому
угрожали железными палками.
А ты чем похвалишься, Харбард?»
Харбард сказал:
40 «Я шел с дружиной —
сюда она поспешала
войну объявить
и копье окровавить».
Тор сказал:
41 «Ты только за тем и спешил,
чтобы как-нибудь мне досадить!»
Харбард сказал:
42 «Коль судьи присудят,
я с тобою готов расплатиться
за такую досаду
вот этим колечком!»7
Тор сказал:
43 «И кто тебя научил
таковой срамоте:
вовек я не слышал
слова срамнее».
Харбард сказал:
44 «Меня учили
старые люди,
которые в домовинах живут».
Тор сказал:
45 «Вот славно придумал;
могильные ямы
назвал жилыми домами».
Харбард сказал:
46 «Назвал как назвалось».
Тор сказал:
47 «Погоди, я с тобою
за хулу расплачусь,
дай только пролив переплыть:
волком взвоешь,
когда по тебе
молот мой прогуляется».
Харбард сказал:
48 «Сив8 твоя дома
гуляет с любовником —
с ним расплатись,
то-то подвиг для Тора!»
Тор сказал:
49 «Вздор мелешь,
меня задоришь,
болтливая баба,
все, поди, врешь».
Харбард сказал:
50 «Я истину молвил,
а ты — опоздаешь;
будь лодка у Тора,
давно был бы дома».
Тор сказал:
51 «Харбард, такой-разэтакий,
из-за тебя опоздаю!»
Харбард сказал:
52 «Подумать только,
великому Тору
простой перевозчик — помеха».
Тор сказал:
53 «Тебе мой совет;
подавай-ка лодчонку —
хватит ругаться, —
родителя Магни9
ты должен перевезти».
Харбард сказал:
54 «Иди ты отсюда,
здесь нет перевоза».
Тор сказал:
55 «Коль нет перевоза,
скажи хотя бы,
где тут дорога окольная».
Харбард сказал:
56 «Сказать недолго,
идти-то — дольше:
дойдешь до колоды,
а дальше — до камня,
возьмешь левее,
а там уже Верланд,
там Тору-сыночку
Фьёргюн укажет
дорогу к дому,
к Одину путь».
Тор сказал:
57 «А поспею ли засветло?»
Харбард сказал:
58 «С трудом да бегом
доберешься, пожалуй,
только под утро».
Тор сказал:
59 «Вот что попомни:
ты надо мной посмеялся,
и я тебе не забуду,
как ты меня перевез».
Харбард сказал:
60 «А ешь тебя тролли!»
Перебранка Локи
Об Эгире и богах
Эгир, именуемый также Гюмиром, наварил пива для асов, как только получил огромный котел, как о том уже рассказано1. На пир пришли Один и Фригг, его жена. Тор же не пришел, поскольку был на востоке2. Была там Сив, жена Тора, были там Браги и Идун, его жена. Тюр тоже был там; он был однорукий, — Волк Фенрир откусил ему руку, когда был связан. Были там Ньёрд и жена его Скади, Фрейр и Фрейя, Видар, сын Одина. Локи там был, и слуги Фрейра — Бюггвир и Бейла. Много там было асов и альвов.
Эгир имел двух слуг — Фимафенга и Эльдира. Золото сияло там вместо светочей. Пиво там само подавалось. То было превеликое святое место. Гости с похвалой говорили, какие хорошие слуги у Эгира. Локи не мог стерпеть этого и убил Фимафенга. Тогда асы, потрясая своими щитами, завопили на Локи, и прогнали его в лес, а затем вернулись к застолью.
Локи пришел обратно и встретил Эльдира. Локи сказал ему:
1 Эй, ты, Эльдир,
не смей уходить,
прежде ответь-ка мне:
чем там кичатся
сейчас над чашами
дети богов победных?
Эльдир сказал:
2 Успехами в битвах,
доспехами хвалятся
дети богов победных;
ни асы, ни альвы
сейчас над чашей
о тебе любезно не молвят.
Локи сказал:
3 Так вот, я надумал:
войду в дом Эгира,
на возлияние гляну,
сварой и спором
попотчую асов,
пиво подпорчу желчью.
Эльдир сказал:
4 Гляди, коль ты вздумал,
войдя в дом Эгира,
на возлияние глянув,
грязью и дрязгом
забрызгать всесильных, —
о тебя же вся дрянь оботрется.
Локи сказал:
5 Гляди, коли вздумал
вздорить ты, Эльдир,
в поруганье со мной тягаться,
обильней будут
обиды ответные!
Что же ты разболтался?
Тогда Локи вошел. Но сидевшие там увидели, кто это, и все замолчали. Локи сказал:
6 Скиталец усталый
к застолью вашему,
Лофт3 пришел издалека;
кто же из вас,
асы, подаст мне
чашу чистого меду?
7 Почто притихло,
застолье достойное, —
или молвить неможется:
честь и место
да чаша меда!
или: с порога прочь!
Браги сказал:
8 Ни чести, ни места,
ни чаши меда
тебе здесь не будет:
всевластным известно,
с кем невместно
пить асам на пиршестве.
Локи сказал:
9 Оба мы, Один,
во время оно
кровью братство скрепили4;
припомни: пива
не пить без меня
тобою было обещано.
Один сказал:
10 Вставай ты, Видар!
пусть волчий отец5
в застолье нашем воссядет,
лишь бы Локи
гостей не злословил
в доме этом, у Эгира.
Тут Видар встал и наполнил чашу для Локи, но тот, прежде чем выпить, сказал асам:
11 Слава асам
и асиньям слава,
и всем всеблагим богам,
но только не Браги,
на бражных лавках
сидящему посередине.
Браги сказал:
12 Меч отменный
прими, а в придачу
коня и гривну от Браги:
хоть раз среди асов
распри не сей!
Берегись, не гневи богов!
Локи сказал:
13 Нет же коня у тебя,
ни гривны —
нет у Браги добычи брани;
из асов и альвов
в застолье всевластных
самый опасливый —
ты, гораздый бегать от битвы!
Браги сказал:
14 Не в этом бы доме,
у Эгира, вздорить,
на дворе бы нам встретиться! —
я бы руками голыми
голову оторвал бы!
Погоди у меня, дождешься!
Локи сказал:
15 Храбришься ты, Браги,
украса седалищ,
за чашей браги — не в брани;
давай воевать
коль, вправду, охота, —
смелый не стал бы медлить!
Идун сказала:
16 Брось это, Браги! —
брань богородным
и приемным сынам не прилична;
лучше бы с Локи
в склоку не лезть
в этом доме, у Эгира.
Локи сказал:
17 Молчи-ка ты, Идун!
елико из жен
велико блудить горазда:
не зря же любилась
даже и с тем,
кто брата убил твоего.
Идун сказала:
18 Локи злославить
я совсем не желаю
в этом доме, у Эгира, —
я только хотела
утишить распрю,
не буянил бы, пьяный. Браги.
Гевьон сказала:
19 Вы понапрасну
два аса, бранитесь,
поругая один другого,
ведь Лофт — сам он знает —
горазд на проказы
и прать на рожон не прочь.
Локи сказал:
20 Молчи-ка, ты Гевьон!
а то я напомню,
как тебя соблазнил юнец:
дарил обручья,
а ты за это
его на бедра
себе возлагала.
Один сказал:
21 Безумен ты, Локи!
наидерзейший,
ты в Гевьон разбудишь гнев,
всего живого ей
ведомы судьбы
не меньше, чем мне.
Локи сказал:
22 Молчи-ка ты. Один!
с начала времен
людей ты судил неправо:
в распре не раз,
кто праздновал труса,
тому ты дарил победу.
Один сказал:
23 Пусть в распрях не раз,
кто праздновал труса,
тому я дарил победу,
зато восемь зим
ты в подземье сидел,
был дойной коровой,
был женкой рожалой,
ты — бабоподобный муж!
Локи сказал:
