Бри Диспейн
Пропавший брат
Темная богиня — 2
Аннотация
Грейс Дивайн, движимая одной лишь бескорыстной любовью, излечила Дэниела Калби от проклятия волка… но потеряла свою семью. Ее брат Джуд превратился в оборотня и сбежал из дома, любимая мать помешалась от горя из-за исчезновения сына, а отец колесит по всей стране, пытаясь разыскать ее пропавшего брата.
А тут еще новый знакомый — Толбот, недавно приехавший в город охотник за монстрами, уверяет, что может помочь ей стать героем и отыскать брата. Но тренировки с новым другом не только развивают в ней сверхспособности, но и портят ее отношения с Дэниелом и подпитывают ее внутреннего волка. Не зная о темном пути, по которому идет, Грейс и не подозревает, что старый враг вернулся и смертельная ловушка вот-вот захлопнется.
Впервые на русском языке!
Бри Диспейн
Пропавший брат
Памяти моей любимой бабушки Милдред Кой
Не знаю, насколько тебе нравились мои фантастические истории о вервольфах и охотниках за демонами, но ты всегда поддерживала меня и гордилась мною.
Мне очень тебя не хватает. Каждый день.
Твоя любящая внучка Бри
ПОСЛЕДСТВИЯ
— Делай то, что он требует, и останешься в живых, — прохрипел грубый голос прямо в ухо юноше. Затем последовал болезненный удар по почкам. Парень рухнул на бетонный пол, раскинув руки в стороны.
— Стало быть, именно он и пытался сбежать? — спросил кто-то другой более низко и гортанно. Голос явно принадлежал человеку постарше и напоминал рычание. — Здесь тебе не клуб, мальчик. У нас никому не разрешается просто бросить игру и сваливать домой.
Юноша закашлялся. Изо рта потекла кровавая слюна.
— Нет… Я не собирался…
Он попытался подняться на колени, но сильный удар швырнул его вперед, и он снова растянулся ничком. Мысли скакали и путались, все время возвращаясь к одному — как он умудрился попасть в такое страшное место.
А ведь они говорили, что он нашел здесь настоящий дом. Утверждали, что завсегдатаи и обитатели — его друзья. Называли его своим братом…
Он же этого хотел. И добивался изо всех сил.
Но он ошибся…
— Ты полностью в моей власти, — процедил высокий мужчина, показываясь из затемненного алькова. — И поэтому расскажешь мне то, что я желаю узнать.
Понятно. Он в тюрьме. А эти люди — не его семья…
Мужчина, которого называли Отцом, возвышался над юношей и сверлил его сверкающим, испепеляющим взглядом желтых глаз. В них будто отражалась сама смерть.
— Начинай! — проорал он и наступил сапогом на вытянутую руку парня. Надавил на кольцо, надетое на его палец, и вбил металл каблуком прямо в плоть жертвы.
Парень вскрикнул — но не из-за режущей боли от обломков кольца. Кожа и связки уже отрывались от раздробленных костей, но его волновало другое. Он понял, что сейчас погибнет. Он умрет. За что? За все то, что сделал, и за тех, кого любил… Словом, за все, что оставил после себя.
ГЛАВА 1
НЕОЖИДАННЫЙ ЗВОНОК
Четверг, вечер, очередная, восемьдесят вторая, тренировка
— Ты справишься, — сказал Дэниел, прерывисто дыша. — Точно.
— Да, постараюсь, — у меня дрожали пальцы, когда я сжала кулаки.
Боль от резкого перехода из одного состояния в другое — вот что всегда меня поражало. При этом степень моей подготовленности не имела никакого значения. Все начиналось со странного ощущения, вроде покалывания, которое зарождалось в глубине тела. Потом боль захватывала каждую мышцу, отчего я тряслась с головы до пят. Бицепсы будто плавились в огне.
— Давай, Грейс! Не останавливайся!
— Заткнись! — рявкнула я, выдавая очередной боксерский свинг.
Дэниел рассмеялся и пригнулся влево. Я промазала. Удар пришелся мимо его боксерской перчатки.
— Ай! — я покачнулась, но Дэниел успел меня поймать и легонько оттолкнул в сторону. Я заскрипела зубами, но в конце концов нашла шаткое равновесие. Предполагалось, что я могу быть более активной и подвижной. — А ты — перестань мотаться, как маятник!
— Твой противник, — заметил Дэниел, — не будет стоять неподвижно. Не думаю, что он позволит себя отлупить. — И парень жестом пригласил меня к новой атаке.
— Кто знает? Может, он догадается, что это самое лучшее в его плачевном положении. — Я рванулась к Дэниелу, чередуя хуки и джебы. Он закрылся перчатками, отражая мое нападение. Затем скользнул вбок, и мой следующий свинг поразил пустое пространство.
— Ух! — я потрясла головой. Подвеска из лунного камня била меня по шее. От амулета исходило тепло, кожа покраснела и пульсировала от жара.
— Ты слишком выкладываешься за один раз. Экономь энергию. Джеб — основной удар, поэтому наноси его быстро. Просто выбрасывай руку вперед и сразу же убирай.
— Ладно… — буркнула я. Мышцы ныли не переставая. Но не от усталости. Дело в моих силах и возможностях. В «способностях», как их называл Дэниел. Они не желали просыпаться. Я никак не могла их разбудить, хотя постоянно тренировалась. Если бы я сподобилась пробиться сквозь огненную стену, которая разделяла нас, тогда я бы непременно подчинила себе энергию. И использовала бы ее на полную катушку!
Я скривилась: серповидный шрам внезапно засвербел и вспух. Я помахала рукой, пытаясь избавиться от недомогания.
— Подними-ка ее вверх, — посоветовал Дэниел. — Правило номер один: никогда не выходи из защитной стойки. — Он дружески хлопнул меня по плечу. Не тут-то было! Боль в области шрама пронзила меня, как электрический разряд.
Я с яростью уставилась на Дэниела.
— По-моему, ты начинаешь сердиться, — заметил он. На его губах играла привычная ухмылка.
— Ты так считаешь? — И я приступила к очередной комбинации. Три джеба и хук прямо на «врага». Теперь-то я почувствовала прилив энергии. Да!.. Последний удар получился более метким, чем я ожидала. Дэниел не смог прикрыться, и мой кулак врезался в цель.
— Ого! — он проворно отскочил. — Спокойствие, Грейс. Не давай волю эмоциям.
— А зачем ты меня злишь?
Его усмешка стала дьявольски хитрой.
— Чтобы ты научилась сохранять баланс между волком и человеком. — Он опять стукнул одной перчаткой о другую. Понятно, поступило приглашение к следующему раунду.
Теперь сила переполняла меня. Она практически выплескивалась через край. Я засмеялась и, пританцовывая, отодвинулась на несколько шагов назад.
— Ну что? — спросила я, улыбаясь. Спустя миг мое тело — даже быстрее, чем я рассчитывала, — рванулось к противнику. И я оказалась молниеносна.
Дэниел крякнул и отшатнулся. Его лодыжка подвернулась, и парень поскользнулся, пытаясь не растянуться на земле.
— Я же не хотела!.. — И я бросилась к нему, схватила за кисть. Но не удержалась, и мы вместе свалились в траву.
Мы оба приземлились на лужайку. У меня перехватило дыхание, а энергия сразу улетучилась. Дэниел перекатился на бок, застонал, и я тотчас вернулась в реальный мир.
— Прости, пожалуйста! — вымолвила я и села. — Я и не думала… У меня почти получилось… Ты в порядке?
Стоны Дэниела сменились коротким взрывом смеха.
— Я вовсе не о таком равновесии тебе толковал. — Он стащил перчатки и потянулся.
— Нет, серьезно, ты в норме?
— Да. — Дэниел наклонился и потер колено. Он повредил его, когда свалился с верхней галереи в нашей церкви. С тех пор прошло чуть меньше десяти месяцев. И поскольку после того падения я исцелила его от проклятия вервольфа, он утратил свой дар. Парень должен был ждать, когда колено заживет естественным образом, как у обычного человека. Даже после трех недель хождения на костылях и курса физиотерапии старая травма давала о себе знать. — Излупила, как первоклашку. Интересно, что бы сказал твой папаша?
— Ха-ха, — я показала ему язык.
— Но у тебя неплохо получается, — фыркнул Дэниел и лег на спину.
— Не совсем.
Нам потребовался почти час, чтобы моя внутренняя энергия начала формироваться. Но она исчезла, едва успев проявиться! Я ощущала ее секунд тридцать, не более. Вот вам и «способности»! Возникают внезапно, толчком, когда сами того пожелают, а я ими вообще не управляю. Раны, впрочем, затягиваются гораздо быстрее, чем у остальных людей. Но я так и не научилась контролировать свою силу, как когда-то умел Дэниел. У меня случаются своеобразные «взрывы». Например, зрение становится чрезмерно острым, и я различаю каждый лист на ореховом дереве возле дома. А потом все резко обрывается, и я оказываюсь в исходной точке.
Наконец, врачи сообщили Дэниелу, что он здоров, и мы начали тренироваться три раза в неделю. Конечно, по вечерам, когда я не сидела взаперти. Мы бегали, осваивали некоторые приемы паркура, боксировали. А еще практиковались в умении слышать и видеть на дальние расстояния. И хотя я приобрела большую ловкость, чем раньше, я сомневалась. Вдруг я никогда не смогу использовать свой дар и меня будет швырять из стороны в сторону?
Дэниел вздохнул. И ткнул пальцем вверх.
— Мы вовремя закончили. Начинается метеоритный дождь.
Я подняла голову: падающая звезда прочертила яркий след в вечернем небе.
— А я чуть не забыла.
Мы с Дэниелом как раз планировали отследить это явление после сегодняшней тренировки. Хотели подсчитать, сколько метеоров промелькнет за получасовой промежуток. Так мы собирались заработать пару лишних «бонусов» за участие в учебном проекте.
Дэниел действительно беспокоился. Мистер Конвей, директор школы, не собирался рассматривать вопрос о том, чтобы разрешить парню закончить курс обучения в прошлом году. Ведь Дэниел пропустил много занятий, пока был в бегах. В то время он спасался от проклятья, которое преследовало его повсюду, как чума. Я же просто радовалась, что Дэниела не отчислили. Кроме того, его участие в летних факультативах, а также сдача дополнительных экзаменов позволят нам будущей весной закончить школу вместе.
— Надо проверить фонарь, — заявила я, размотав бинты с кистей рук. Потом размяла уставшие пальцы и побрела через задний двор старого дома Мэри-Энн Дюк. Выключила фонарь над крыльцом, прихватила кофту с капюшоном и вернулась обратно. Набросив одежду на плечи, я вдохнула прохладный осенний воздух и опустилась на лужайку возле Дэниела.
— Уже шесть, — сообщила я.
Он крякнул в знак согласия.
— А эту заметил? — я показала на особенно яркую звезду. Она пролетела, сверкая, но вскоре погасла и превратилась в ничто.
— Да, — тихо ответил он. — Очень красиво.
Я повернула голову. Он лежал на боку и пялился на меня.
— Ты врешь! — насмешливо бросила я.
— Ничего подобного! — он одарил меня своей фирменной хитрой улыбкой. — Я любуюсь их отражением в твоих глазах. — Он погладил меня по щеке. — Прекрасное зрелище… — Дэниел взял меня пальцем за подбородок и притянул мое лицо поближе к своему.
Я отвела взгляд от его карих глаз и принялась изучать мощные мышцы под спортивной майкой, которую он часто надевал на тренировки. Затем переключилась на взъерошенные волосы. За лето пряди приобрели замечательный золотистый оттенок — темные тона окончательно отошли в прошлое. Потом посмотрела на изгиб губ. Он улыбался так только в определенные моменты: когда был по-настоящему счастлив.
Он взмок после нашего спарринга, и я ощущала жар, исходящий от его тела. Оно притягивало меня к себе. Вызывало желание приблизиться, преодолеть разделяющие нас дюймы. Я снова посмотрела в его любящие глаза. Поняла, что утону, потеряюсь в них — навсегда.
Вот в такие минуты я почему-то не могла до конца поверить, что Дэниел здесь.
Он жив.
И он — мой.
Однажды я была свидетелем того, как он умирал. Я слышала последние удары его сердца.
Это случилось в ту ночь, когда моего брата Джуда поразило проклятие и он превратился в вервольфа. Он оставил нам прощальную записку на кухонном столе и вышел за дверь в слепящую метель. Тогда Джуд одарил меня странной энергией, которая с тех пор истязает и преследует меня, словно издеваясь.
Именно в те ночные часы я едва не лишилась всего.
— Вот и другая. — Дэниел нагнулся ко мне и поцеловал мой висок. Нежно провел губами по щеке… Меня охватила звенящая волна восхитительного возбуждения.
А он коснулся ртом моих губ. Чуть раздвинул их, прижался сильнее. Мы слились в поцелуе.
Ноги у меня болели, но я крепко прижалась к Дэниелу, окончательно уничтожив просвет между нами.
Мне было безразлично, что мы обнимаемся на лужайке у дома Мэри-Энн Дюк. И наплевать, что нам полагалось следить за метеоритным дождем. Во всем мире не существовало ничего, кроме его прикосновений. Под падающими звездами не было ничего, кроме Дэниела и меня. Ну и одеяла на траве.
— У тебя что-то жужжит, — прошептал он.
— А? — переспросила я.
Он отодвинулся от меня.
— Кажется, твой мобильник.
Он был прав. Телефон лежал у меня в нагрудном кармане.
— Ну и что? — я игриво ухватила Дэниела за ворот рубашки и подтянула поближе. — Пусть оставят сообщение.
— Вдруг это твоя мама, — заметил он. — А нам только сейчас удалось встретиться. И я вовсе не хочу расставаться с тобой опять на две недели.
— Черт побери!
Дэниел хмыкнул. Его смешило, когда я ругаюсь. Но насчет моей мамочки он, естественно, не ошибся. После того как Джуд исчез, у нее закрепились две ролевые модели: Королева Зомби и Разъяренная Мамаша-медведица. Это вроде бы ее собственный вариант раздвоения личности.
Я вообще-то убралась из дома до ее возвращения. Проводила тетушку Кэрол на вокзал и посадила на поезд. Так что я и не знала, в каком образе она пребывает. Если ее угораздило стать властной и повелительной Мамашей-медведицей, я, вполне вероятно, буду посажена под замок. Ведь я преступно игнорировала ее телефонные звонки. Тут уж ничего не поделаешь.
Я стала нащупывать мобильник. Но все заняло у меня слишком много времени. Сигнал замолк, а я даже не достала трубку.
— Вот дерьмо! — проворчала я. Не выдержу я пары недель взаперти, встречаясь с Дэниелом только в школе! Я открыла крышку, чтобы взглянуть на дисплей, и мысленно скрестила пальцы. Кто угодно, лишь бы не мамочка! Потом я прочла надпись на экране и недоуменно потрясла головой.
— А где твой телефон? — поинтересовалась я у Дэниела.
— Оставил у себя. На кровати, — объяснил он и зевнул.
Я встала, по-прежнему таращась на мобильник. По коже от нехорошего предчувствия побежали мурашки. Волосы на затылке зашевелились и встали дыбом, мышцы напряглись. Телефон вновь зажужжал. От неожиданности я чуть его не выронила.
— Ну кто там?
— Это ты мне звонишь.
Я испуганно повертела трубку в руках. Потом нажала нужную кнопку.
— Алло? — осторожно произнесла я.
Молчание.
Я посмотрела на дисплей, желая убедиться, что случайно не нажала на «Отбой».
— Алло? — сказала я.
Тишина.
Я пожала плечами.
— Наверное, какой-то псих дурью мается, — заявила я Дэниелу.
Я уже собиралась отключиться, но услышала в трубке тихий шорох. Такие звуки бывают, когда мобильник прикрывают ладонью.
— Кто это? — спросила я.
— Они идут за тобой, — раздался приглушенный голос. — Ты в опасности. Как и все остальные. Тебе их не остановить.
— Ты кто? — выкрикнула я, охваченная паникой. Мышцы почти свело. — Откуда у тебя телефон Дэниела?
— Не доверяй ему, — продолжал незнакомец. — Он просто заставил тебя думать, что ты можешь ему верить. Не будь опрометчивой.
Дэниел потянулся за мобильником, но я оттолкнула парня.
— Что ты имеешь в виду? — произнесла я.
— Тебе нельзя ему доверять, — повторил голос уже ясно и четко. — Пожалуйста, Грейси, послушай меня. Ситуация очень серьезная. Тебе следует знать, что… — Внезапно в трубке раздался грохот, будто ее выронили, и связь оборвалась.
— Джуд! — заорала я.
Примерно десять секунд спустя
— Погоди! — выкрикнул Дэниел, пытаясь рывком подняться с земли.
Но я была уже вне пределов досягаемости. Теперь я шла к дому и звонила Дэниелу. Раздался первый гудок вызова. Я слышала, как телефон негромко выдает «Лунную сонату» в переложении для гитары, по-прежнему валяясь в его комнате — в подвале жилища Мэри-Энн. Тут меня подхватил порыв сверхзвуковой скорости. Я практически пролетела вокруг коттеджа и оказалась на бетонных ступенях лестницы, ведущей вниз.
Желтая дверь была слегка приоткрыта. У меня мгновенно вспотели ладони. Дэниел обычно весьма аккуратен в смысле замков и всяких запоров. Когда я толкнула дверь, петли громко заскрипели.
— Джуд? — позвала я, просовывая голову в студию. Телефон перестал подавать сигналы. Царила темнота, но я разглядела кеды «Конверс», принадлежащие Дэниелу. Они валялись на полу рядом с кучей смятого белья. Раскладной диван раздвинут, одеяла я не заметила. Простыня оказалась наполовину сдернута с матраса.
— Грейси, подожди, — продолжал увещевать Дэниел, застыв на верхней ступеньке. — Тебе мог звонить и не твой брат.
— Я уверена, что это он. Я его голос всегда узнаю. — Мне давно было строжайше запрещено (под страхом смерти, как обещал отец) заходить к Дэниелу и находиться в студии с ним наедине. Но чему быть, того не миновать. — Джуд, ты здесь?
— Нет же, — Дэниел прихрамывая догнал меня. — Я хотел сказать, что Джуд в тот момент не являлся твоим братом. Наверняка он был одержим волком.
Конечно, он прав. Я передернулась при воспоминании о том, что проделывал братец, когда попадал под воздействие волчьей сущности. Серповидный шрам на руке опять предательски заныл. Но, если Джуд был тут, у Дэниела, мне следовало полностью в этом убедиться. Я сделала еще один шаг, и сердце резко заколотилось.
— Джуд? — позвала я и захотела включить свет, но никаких результатов мои действия не принесли.
Я прошла в глубь темной комнаты. Пульс колотился в висках. Мышцы напружинились в предчувствии чего-то необычного. Меня словно окатило судорожной волной неприятной дрожи. Тело готовилось к бегству или к бою.
Я миновала диван, осмотрела смятые простыни в поисках мобильника Дэниела. Он ведь упомянул, что оставил его на кровати. Сам же Дэниел осторожно протиснулся в ванную. Я слышала, как он распахивает дверцы шкафчиков, потом шуршит занавеской душа.
Я вздрогнула и крепче стиснула телефон. И снова нажала кнопку повторного набора. Я успела услышать гудки, прежде чем металлическим звоном заверещал мобильник Дэниела. Вначале звук был мягкий, но быстро усилился, стал громким и близким.
Я инстинктивно развернулась в сторону сигнала. Присела, готовая броситься в атаку. С губ сорвалось короткое рычание.
— Грейси! — окликнул меня Дэниел, сжимая сотовый. — Ты чего? Я нашел его в ванной.
Я бросилась к Дэниелу и обвила его шею руками.
— Слава богу! А я думала, что ты… — пробормотала я, и у меня перехватило дыхание. Кулон из лунного камня был плотно прижат к моей груди. Напряжение и страх постепенно покинули меня. Не могу точно сказать, что мне померещилось. Может, вервольф с мобильником в пасти? Мне стало стыдно и смешно.
— Все в порядке. — Дэниел провел ладонью по моим волосам. — Никого нет.
— Но кто-то был здесь пять минут назад! — воскликнула я. — Если, конечно, у тебя нет привычки болтать по телефону, стоя под душем.
— Попробуй пустить в ход свои способности и определи, действительно ли с тобой общался Джуд, — посоветовал Дэниел. — Что тебе говорят твои чувства и ощущения? Воспользуйся ими, как я тебя учил.
У меня не было особых надежд, что метод сработает. Однако я глубоко вдохнула, набрала полную грудь воздуха и задержала его в легких. Потом постаралась сконцентрироваться и одновременно расслабиться. Надо, чтобы кислород вроде как проник в мое сознание и органы чувств. Дэниел тренировал меня не меньше дюжины раз за последние несколько месяцев. Теперь мне, разумеется, необходимо изучать и анализировать информацию, полученную через воздух. Я должна нащупать следы моего брата, выявить, отфильтровать слабый знакомый привкус или запах. В конце концов я сделала длинный, свистящий выдох.
Дэниел смотрел на меня с надеждой и ожиданием.
Я покачала головой. Неудача.
— Ладно, — сказал он. — Не унывай. Нужно немного подождать… — Он и раньше так говорил.
— Ага, — согласилась я. Хоть бы он не бросился в дебри своих рассуждений о том, как устанавливается эмоциональное равновесие и как у меня все отлично получается. Ведь у большинства Урбат годы уходят на то, чтобы полностью овладеть своими способностями. — Кроме того, я даже не знаю, помню ли я запах Джуда. Да я никогда к брату толком и не принюхивалась.
— Что он тебе сказал? — осведомился Дэниел.
— Сообщил, что я в опасности. И вообще — все мы. Он заявил: «Они идут за тобой». И мне их не остановить. И мне никому не следует доверять… — Я прикусила язык и замолчала, колеблясь. — Кажется, он имел в виду тебя.
Дэниел скрестил руки на груди.
— Впечатление такое, что его отношение ко мне не изменилось. — В его темно-карих глазах появилось озабоченное выражение.
Интересно, мы подумали об одном и том же? Возможно, у Джуда были и другие намерения, когда он забрался к Дэниелу… Вероятно, брат полагал, что Дэниел находился в студии один и без какой-либо защиты? Абсолютная бессмыслица. Если бы он хотел напасть на Дэниела, мое присутствие его точно не остановило бы. Раньше он не медлил…
— Он что-нибудь еще тебе передал? — не унимался мой спутник.
— Нет. Связь оборвалась. Видимо, он выронил телефон. Джуд очень нервничал, и у него дрожали руки. — Или он был на грани превращения.
— А не пудрит ли он тебе мозги? — бросил Дэниел. — Может, у него такая изощренная игра? Если честно, он никогда не хотел, чтобы мы были вместе.
— Ну… — промямлила я и взглянула на свой мобильник. — Наверное. Но что за глупость — вламываться к тебе, чтобы устроить нам розыгрыш. У Джуда были явно другие мотивы.
Полагаю, мной опять овладевали мои «свежеиспеченные» волчьи инстинкты. Или я ощутила нечто вроде зова крови, невидимой связи между родными людьми. Но что-то в глубине души говорило мне: Джуд прав… Мы и впрямь в опасности. Просто я не могла утверждать, что угроза-то и исходит именно от него.
ГЛАВА 2
О ПОЛЬЗЕ СОМНЕНИЙ
Дома, двадцать минут спустя
Дэниел настоял на том, чтобы проводить меня на новеньком (по крайней мере для него) мотоцикле. Я ехала медленно, пробираясь через район, который отделял мой дом от Оук-Парка. По дороге пришлось внимательно осматривать улицы и переулки. И я сбрасывала скорость, когда замечала пешехода. К счастью, это случалось нечасто, поскольку было больше десяти часов вечера.
Я пыталась поговорить с отцом по телефону, но он постоянно переключался на голосовую почту. И зачем он снабдил нас мобильниками, чтобы мы всегда были на связи, если сам вечно забывает подзарядить свой?! «Перезвони мне», — такое сообщение я оставляла ему после звукового сигнала. Принимая во внимание, сколько сил и времени он потратил на поиски Джуда, мне вовсе не хотелось сообщать папочке о том, что брат вернулся. Подобные вещи сообщают лично, и предпочтительно, чтобы он стоял (или же сидел) перед вами.
Чудовищный хаос. Именно этим словом можно охарактеризовать картину, что открылась мне, когда я распахнула входную дверь. Из гостиной доносился ужасный грохот — телевизор работал на полную громкость. Передавали выпуск новостей, но голос диктора заглушали вопли Джеймса. Он барахтался и извивался на руках Черити, несущей его наверх, в спальню. Малыш так вырывался, что оба могли рухнуть и скатиться по ступеням.
Вибрация от их криков внезапно усилилась стократно, отдаваясь эхом у меня в голове. Я скривилась и зажала уши ладонями. Чудесный момент для сверхчеловеческого слуха. И почему мой дар решил осчастливить меня именно сейчас?!
— Что здесь творится? — заорала я, стараясь перекричать гвалт. Я сама уложила Джеймса в постель! И проверила, что он спокойно заснул. Черити же занялась домашними делами еще до моего ухода на тренировку. Вот самое малое, что я могла сделать, пока отца не было дома.
— Не пойму. Он начал плакать еще час назад, — ответила Черити, едва избежав шлепка по лицу, нанесенного Джеймсом. — Я сумела его утихомирить, но он стал брыкаться, как только я попыталась отнести его назад. Ему кошмар приснился… или почудилось, что кто-то в окно заглядывает.
Мы с Дэниелом обменялись понимающими взглядами. Он кивнул. Джеймсу ничего не привиделось.
— Прекрати! — застонала Черити, когда Джеймс выгнул спину и засучил ногами в воздухе. Она чуть не выронила его и совсем отчаялась.
— Я возьму его, — Дэниел протиснулся мимо меня и аккуратно извлек ребенка из рук Черити. — Успокойся, Бэби-Джеймс, — произнес он. Малыш мгновенно умолк и обнял Дэниела. Тот по-прежнему представлялся ему могучим героем, а сам Джеймс в короткой пижамке выглядел совсем крошечным. Я сразу вспомнила, как Дэниел поймал его, когда он упал с сорокафутовой скалы в ближайшем лесу.
— Хочешь я почитаю тебе вслух? — поинтересовался Дэниел и потерся носом о шею мальчика.
Джеймс кивнул, вытирая покрасневшие и опухшие глаза.
— Как насчет «Диких»? Мне, кстати, нравится парнишка в костюме волка.
Это была любимая книжка Джеймса. Подарок от Дэниела. Он вручил ее брату, когда тому шесть месяцев назад стукнуло два годика.
Мальчик помотал головой.
— Не, оч' страшная, — ответил он испуганно.
— Тогда про Винни-Пуха? — Дэниел забросил Джеймса себе на плечи и посмотрел на меня. — Я его уложу.
— Спасибо, — хором произнесли мы с Черити.
И Дэниел взбежал по лестнице, толкуя что-то Джеймсу на своем прекрасном почти эльфийском наречии. Его голос был прямо как у Марлона Брандо, если хотите знать мое мнение. Ну, разве можно такого не любить?! А Джуд считает, что ему нельзя доверять!
— Наконец-то ты явилась, — проворчала Черити. — Мне, между прочим, целых три упражнения по математике нужно сделать.
— Извини. Я бы не стала задерживаться, если б знала, что здесь стряслось.
— Ладно, о'кей. — Черити провела пальцем по дубовым перилам, прослеживая рисунок волокон. — Джеймсом должна заниматься даже не ты. — Она взглянула сперва на холл, потом посмотрела в сторону гостиной. — Как считаешь, тебе удастся укротить мамочку? Мне правда пора заниматься.
— Ясно. Значит, она выступает в образе Королевы Зомби?
Черити уныло кивнула.
Мне-то следовало знать, что день, проведенный в обществе тетушки Кэрол, вряд ли приведет маму в приличное настроение. Кэрол имела привычку приезжать с целью «помочь» всякий раз, когда отца не было дома. Однако ее язвительные замечания по поводу того, что наша богоспасаемая семейка отнюдь не такая уж и примерная, всем безумно надоели.
— Интересно, насколько ее хватит? — заметила Черити, поднимаясь по ступеням.
Я глубоко вздохнула и отправилась в гостиную. Джеймс перестал плакать, и я даже расслышала его тоненький смех, доносившийся из спальни. Но телевизор по-прежнему орал во всю мочь. У меня просто в ушах зазвенело. И я схватила пульт дистанционного управления как раз в тот миг, когда программа новостей выплеснула на меня свежий репортаж.
Корреспондент стоял перед полицейской линией ограждения напротив местного ювелирного магазинчика «Семейные драгоценности». Я сама часто бывала в этом районе антикварных лавок. «Два ювелирных магазина были ограблены за последние два дня, — вещал парень. — Но поскольку очевидцев наглых преступлений не найдено, офицеры пытаются воссоздавать общую картину, опираясь на имеющиеся у них факты. А тех — немного. Служащие заявляют, что подверглись нападению и оказались без сознания, поэтому ничего не заметили и не запомнили. Помещения выглядят так, словно в них побывали вандалы. Всюду царит полный разгром, все товары украдены. Преступление было совершено за считаные минуты. Камеры наружного наблюдения в обоих случаях не дают никакой информации. Власти полагают, что записывающие устройства заранее вывели из строя».
Затем на экране возник толстый ведущий с взлохмаченными волосами. Он сидел за столом.
— Слушай, Грэм, — произнес он. — А ведь почерк бандитов нам знаком, верно?
— Точно, — ответил журналист. — Ограбления наверняка из той же серии странных и совершенно необъяснимых событий, произошедших в городе. Мы о них рассказывали нашим телезрителям. Но полиция пребывает в неведении и растерянности, впрочем, как и все мы.
— Хм, — промычал толстяк. — Вероятно, Маркхэмский монстр теперь начал работать в составе организованной преступной группы…
Я полностью убрала звук, прервав ведущего, который хихикал над своей глупой шуточкой. Мне никогда не нравились подобные замечания — особенно сейчас, когда мне стала известна вся правда об этом деле. Или о самом монстре, если уж честно. Кстати, мамочка тоже была в гостиной. Она продолжала внимательно смотреть телевизор, не обращая внимания на мои действия с пультом. На экране мелькали лица зевак, у которых брали интервью по поводу таинственных грабежей. Ее глаза так и перебегали с одного лица на другое. Я прекрасно понимала, кого она высматривает.
