По Н.Н. Сиротинину, реактивность организма тесно связана с его резистентностью.
Резистентность — это количественное понятие, отражающее степень, устойчивости организма к тому или иному конкретному [48] патогенному фактору. Резистентность может быть измерена в каждом отдельном случае (например, дозой токсина, вызывающей смерть животного при отравлении).
Резистентность не может быть универсальной из-за различий в природе патогенных факторов. Правда, если патогенный фактор характеризуется широкой повсеместной встречаемостью и его действие наблюдается при многих патологических процессах, то резистентность к нему будет означать устойчивость к широкому кругу воздействий.
Например, поскольку гипоксия встречается при множестве различных болезней и сопровождает острую гибель организма всегда, независимо от причин этой гибели; стресс, как фактор, повышающий резистентность к острой гипоксии будет неспецифически адаптировать организм к крайне широкому кругу разнообразных влияний.
В связи с этим, термин «неспецифическая резистентность», встречающийся иногда в патологической литературе, чаще всего может быть уточнен как «антигипоксическая резистентность».
Резистентность включает факторы пассивной переносимости (барьерная роль покровов тела, механическая надежность опорно-двигательного аппарата) и активной устойчивости (фагоцитоз, иммунный ответ). Г.Селье (1974) говорил, что приспособляемость — главная отличительная черта жизни, достигаемая в более или менее оптимальном соотношении двух типов ответов. Реакции, обеспечивающие активную защиту, борьбу, атаку повреждающего агента или нейтрализацию причинного фактора нарушений он назвал кататоксическими. Ответы, заключающиеся в создании «состояния пассивного терпения, мирного сосуществования с вторгшимися факторами», отграничения или бегства от них получили наименование синтоксических. Кататоксические и синтоксические реакции входят в структуру любого адаптивного процесса. Так, при воспалении имеются и фагоцитоз, и осумковывание. При стрессе выделяются и гормоны борьбы и бегства — катехоламины, и главные синтоксические регуляторы — глюкокортикоиды, с их противовоспалительным и противоаллергическим действием. Неоптимальный, несоответствующий ситуации баланс кататоксических и синтаксических элементов реактивного ответа не обеспечивает повышения резистентности (см. ниже раздел «Стресс…»).
Понятия реактивности и резистентности не тождественны. Высокая резистентность не равнозначна выраженной реактивности. Она иногда связана с сильной реакцией, а иногда обеспечивается пониженным реагированием.
При туберкулезе и иных инфекциях известно явление гиперреактивной резистентности, когда иммунитет обеспечивается выраженной иммунной реакцией против возбудителя. Но бывает и наоборот — чем ниже реактивные ответы, тем выше резистентность.
Это положение иллюстрируется следующими примерами. Во время зимней спячки у сусликов и других животных, выделяющих дерморфин и аналогичные опиоидные пептиды, тормозящие реакции гипоталамо-гипофизарной системы и мозга, многие проявления реактивности, явно изменены в сторону торможения. Но при этом резистентность к самым различным воздействиям (гипоксии, гиперкапнии, гипотермии, инфекциям, отравлениям) резко повышается. На фоне заторможенных реакций, сниженного метаболизма и уменьшения потребности в кислороде, организм зимне-спящих млекопитающих переносит температуры столь низкие, что для бодрствующей особи, с ее реактивностью, подобное переохлаждение было бы, безусловно, смертельно. Ректальная температура у зимне-спящих достигает 5°С, что не влечет фатальных для организма последствий.
У бодрствующего индивида при замерзании реакции активны, происходит крайнее напряжение функций высших вегетативных и нейроэндокринных центров с одновременной стимуляцией надпочечников и щитовидной железы. Но такой паттерн эндокринной реакции глубоко противоречив: известно, что гипертиреоз {4} препятствует функции коры надпочечников [49], а в отношении многих клеточных процессов, например, окислительного фосфорилирования, сигналы глюкокортикоидов и тироидных гормонов действуют противоположно. Такая активная, но противоречивая адаптация неэффективна и не обеспечивает высокой резистентности к холоду: смерть от замерзания может наступить при ректальной температуре 28°С.
Аналогичное повышение резистентности в частности, к хирургической травме) при торможении реактивности наступает у человека и в состоянии холодового наркоза — при ятрогенной гибернации.
