Где-то наверху раздавался торжественный колокольный звон, подчеркивающий мрачноватую готическую атмосферу освещенного свечами и факелами помещения следственного отдела инквизиции.
— Просто уму непостижимо, — устала вздохнула Мелисса. — И ведь после каждого шабаша вот так!
Ее стол, так же, как и стол Ксенобайта, был завален бумагами — протоколами допросов отловленных на шабаше горемык.
Конечно, самых элитных пленных тестеры предпочитали допрашивать «вручную». Но в остальном вполне можно было положиться на автоматику. Арестанта просто отправляли в допросную, оттуда какое-то время раздавались вопли, потом на стол следователю ложился свиток с отчетом.
Ксенобайт уже давно навострился программировать палачей так, чтобы они выбивали из рядового еретика максимум информации, порой рекурсионно уходя вглубь показаний. В результате из каждого допрашиваемого получалось штук пять свитков с показаниями. После этого бедолагу можно было спокойно сдавать светским властям. Игровая механика деликатно не уточняла его дальнейшую судьбу, он просто навсегда покидал игровое пространство, если только Ксенобайту — в воспитательных целях — не приходило в голову устроить показательное аутодафе.
Большинство этих показаний было уже «пустой породой». Упоминавшиеся там личности, собственно, и так уже сидели в каталажке, исправно давая друг на друга показания. Но именно тут, в этих завалах, таились крупицы последней части головоломки. Из этой груды пергамента вела ниточка к самой крупной рыбе, пережившей и кладбищенские погромы, и городские облавы, и разгром шабаша.
Ксенобайт тасовал свитки, точно заправский шулер колоду. Наконец, нежно оглядев ровные стопочки, покрывшие, надо сказать, всю поверхность стола, он потер руки и жестом фокусника выхватил какой-то из свитков, казалось — наугад. Помахав им в воздухе, программист небрежно перекинул его на стол Мелиссы.
— Финальный отчет в вашем распоряжении, — ухмыльнулся Ксенобайт.
— Как ты это делаешь?! — безнадежно спросила Мелисса.
— Как учили — так и делаю, — высокомерно ответил Ксенобайт. — Запросы надо правильно строить, фильтры настраивать, сортировку заказывать! SQL учить, в конце концов!
— Ладно, не нуди! Что там у нас в раскладе?
Ксенобайт, закинув ноги на стол, взмахнул отчетом и быстро пробежал его глазами.
— Так... Барон фон Бугель — так и знал! Уж больно рожа у него вечно хитрая... Можно брать со всей семьей, челядью и домашними животными... Так... Кто там еще? Аптекарь... А, да, я, помнится, очень удивился, когда не увидел его на шабаше, оказывается — он просто слишком умный... Так... Ага... Угу... Ксенобайт быстро пробежался по списку из пяти или шести пунктов. Нахмурившись, он вдруг убрал ноги со стола и уткнулся в бумаги. Мелисса забеспокоилась:
— Что там такое?!
— Та-ак, — пробормотал программист. — Похоже, мы что-то упустили... Есть сведения, что в городе орудует демон! Самый настоящий демон, вселившийся в человеческое тело.
— Да ну, — с сомнением проговорила Мелисса. — И что же он, так вот покорно смотрел, как мы режем его подчиненных, и ни разу даже не высунулся?
Ксенобайт раздраженно передернул плечами.
— То, что мы не смогли зарегистрировать его деятельность, — это далеко не плюс нам, — холодно заметил он. — А хуже всего, что на данный момент у нас всего-то информации, что он есть. И все. Ни имени, ни адреса, ни примет. Ладно, надеюсь, скоро мы узнаем о нем больше. Банзай? Эй, Банзай!
— Да не ори ты... — поморщилась Мелисса. — Пока мы с бумажками этими возились, он с Махмудом и Мак-Мэдом слинял пива дернуть.
Ксенобайт аж задохнулся от возмущения.
— Что?!
— Не кипятись, — усмехнулась Мелисса. — Слышал, на колокольне звонили? Час дня, давно пора перерыв сделать. Я Махмуда просила пиццу притащить. Так что давай — сохраняйся и подвязываем.
