Церковно-религиозная педагогика характеризуется господством церкви впросвещении народа, что отражалось в содержании и организации образования: изучали церковные книги, а учителями были духовные лица. Учились для того, чтобы лучше уразуметь церковные службы и тем приблизиться к Богу. Церковное образование была единственным типом длявсех: богатых и бедных, мальчиков и девочек. Как внешкольное, так ишкольное образование имело благочестивое и душеспасительное содержание. Идеал воспитания разъяснялся и внедрялся церковью.
Человек Древней Руси заимствовал педагогическую систему из Библии.
Так как для древнерусской жизни был характерен патриархат, то егоже поддерживала и педагогическая теория. Ветхозаветные идеи о семье исемейных отношениях, идеал отца, подавляющего самостоятельность детей, суровая необходимость домашней дисциплины все это было заимствовано из Ветхого Завета. Отношение родителей к детям должно быть суровым: отец, не бойся всячески учить инаказывать детей; суровое отношение к детям не только не противоречитотеческой любви к ним, но, наоборот, свидетельствует о любви. Поэтомуиз любви к сыну не оставляй его без наказания; если накажешь его розгою, он не умрет. «Лелей дитя, и оно устрашит тебя; играй с ним, и оноопечалит тебя. Не смейся с ним, чтобы не горевать с ним и после нескрежетать зубами» и т.п.
Кроме книг Ветхого Завета, педагогический идеал излагается в книгахотцов церкви, преимущественно Иоанна Златоуста. У него педагогические идеалы выше ветхозаветных, более широкие.
Отвергая врожденность в человеке зла, он прямо высказывает убеждение, что зло вкореняется вследствие дурного воспитания, высказываетИоанн Златоуст (ок. 350—407) — византийский церковный деятель, автор многихбогословских трудов и песнопений.
По Златоусту, родители могут сделать все из своих детей, от родителейзависит будущность детей, от них зависит посеять в их душе зло илидобро, приготовить им бесконечное блаженство в будущей жизни или вечное мучение в аду. Он замечает, что родить детей — дело природы, новоспитать их в добродетели — дело ума и воли. Нужно думать не о том,чтобы сделать детей богатыми, а о том, чтобы сделать их благочестивыми, богатыми различными добродетелями. Если бы отцы старалисьдать своим детям доброе воспитание, то не нужны были бы ни суды, нисудилища, ни наказания. Палачи есть потому, что нет нравственности.
Цель воспитания, по его мнению, — добродетель или страх Божий,что может быть достигнуто аскетизмом, суровостью, монашеством. Земные блага малоценны, нужно стремиться к небесному, духовному, к благочестию. При этом все светские науки, искусства, все гражданские доблести отходят на задний план, теряют серьезное значение для жизни.
Такая воспитательная цель может быть достигнута только насилиемнад детьми. Юность, поучает он, подобна зверю неукротимому, коню необузданному, и ее необходимо обуздать. Не нужно позволять детям делатьто, что им приятно, потому что приятное есть и вредное: родители должны иметь полную власть над детьми. Нужно действовать страхом. Обращаясь к Ветхому Завету, он пытается соединить его с учением ИисусаХриста, имеющим совершенно иной характер.
Идеал женщины у Златоуста также ветхозаветный. Матери большевсего должны смотреть за дочерьми: наблюдать, чтобы они сидели дома,учить их скромности, благочестию, отдавать их замуж.
И хотя были известны поучения о любви христианской, о том, что безлюбви все добродетели ничто, что человек может спастись не исполнением внешних обрядов, но истинно христианской доброй жизнью, в древности господствовал ветхозаветный идеал.
Правда, всегда были люди, имевшие христианское мировоззрение иосуществлявшие его в жизни; была также народная мудрость, сказки, поговорки, пословицы и т.п. Но мягкие гуманные чувства не поощрялись.
Причинами этого были:
1) патриархальный, суровый уклад жизни семьи;
2) чисто внешнее, обрядовое понимание христианства, когда внутренняя,духовная сила его упускалась из виду.
Все это вело к тому, что более всего проявлялось заботы о сохранениив неизменности церковных обрядов, канонов; сложилось убеждение, чтоправославным нужно умирать за букву, за азы веры.
Это видно из церковных поучений, в которых говорится об обрядахцеркви, но очень поверхностно раскрывается теоретическая сторонахристианства; в духовной литературе мало поучений, которые касались бывопросов нравственных и которые будили бы христианскую мысль. В литературе XVI и XVII вв. преобладают описания самых обыденных обрядов(«подробные наставления, что есть в тот или иной день того или другогопоста», «притча о кадиле» — как кадить и т.н.). Родители учили детей земным поклонам, двуперстному или трехперстному кресту, но не объясняли,в чем состоит искупительное значение креста; преподавали им подробныедо мелочей правила, а возвышенных истин христианства не объясняли даже кратко.
Делалось это так не потому, что родители не хотели передать своимдетям глубокого и серьезного христианского знания, а потому, что самиего не имели. Для глубокого понимания христианства требовалось соответствующее образование, а его не было. Вера ограничивалась соблюдением церковных обрядов. О переоценке значения обрядов свидетельствуети церковный раскол XVII в. Русские патриархи Иосиф и Никон обратились к Константинопольскому патриарху за разрешением мучивших ихвопросов. В 31 вопросе поражает их незначительность. И, несмотря на точто в ответе было сказано, что эти вопросы не важны, не существенны,все-таки раскол на этой почве состоялся.
Содержание древнерусского педагогического идеала отражалось всборниках нравственно-религиозного содержания: «Пчела», «Златоуст»,«Златоструй», «Прологи» и др.
По учению древних моралистов выходило, что светлая сторонажизни есть соблазн и грех, истинное состояние настоящего христианина — печаль, плач. «Смех от лукавого, плач и рыдание от Бога».
Оставил свой след в истории просвещения XVI в. Максим Грек, приглашенный в Россию для описи греческих рукописей. Он был широкообразованным по тем временам человеком. Наиболее интересны нравоучительные сочинения Максима Грека. В них он подвергает самому строгому разбору и осуждению недостатки религиозно-нравственной жизнинарода во всех его сословиях, неправосудие и мздоимство судей и начальников, всякого рода насилие, фарисейство, лицемерие, отсутствие истинного благочестия в среде самого духовенства. Эти сочинения явились какбы зеркалом, в котором отразилась и нравственность современной емуРоссии.
Большая заслуга Максима Грека заключается в том, что он раскрывалистинные начала христианской веры и точные ее понятия. Он доказывал,что для образованного священнослужителя простой грамотности недостаточно, что нужны понятия о пиитике, риторике, философии.
Ветхозаветный идеал воспитания ярко описан в «Домострое» (XVI в.) — произведении, содержащем свод житейских правил и наставлений; сходные идеи высказывались и в других педагогических сочинениях тех времен.
Сердца юношей подобны воску, и что напечатают на том воске —незлобивого голубя, высокопарного орла, лютого льва, ленивого осла, — тои останется на всю жизнь. Ум отрока сравнивается с чистой доской, накоторой учитель пишет, что хочет. Неумеренная любовь к детям вредна.
Для воспитания важна розга. Древнерусское церковное педагогическоеучение проповедовало суровое отношение к детям, подавление самыхпростых и естественных проявлений детской природы.
Способы древнерусского просвещения
Значительный шаг вперед молодое Русское государство сделало в период княжения Владимира Святославича (980-1015 гг.). В 996 г. при дворе Владимира был создан первый подробный летописный свод. Владимир провел две важные религиозные реформы: попытку унификации языческих культур в 983 г. и принятие христианства в 988 г. Владимир крестился сам, крестил своих бояр, и по его воле крестили киевлян и всех русских людей.
В «Повести временных лет» летописец отмечает как важное событие 988 г.: «Владимир посылал собирать у лучших людей детей и отдавать их в учение книжное».
Ряд историков придерживаются мнения, что под «книжным учением» здесь подразумевается не обучение грамоте, а приобщение к целой системе знаний, поскольку грамотные люди и прежде были на Руси не в новинку.
На Руси была организована церковь. Во главе ее стоял киевский митрополит, назначаемый или из Константинополя, или самим киевским князем с последующим избранием его собором епископов. Митрополит и епископы владели землями, селами и городами. Князья на содержание церкви давали десятину – десятую долю получаемых даней и оброков. Церковь имела свой особый суд и специальное законодательство, с помощью которого могла вмешиваться в жизнь людей.
Церковь играла важную роль в истории Руси XI–XIII вв., всем своим авторитетом помогая укреплению русской государственности. Она способствовала распространению просвещения, развитию национальной культуры и профессиональных знаний.
Для сооружения храмов находились архитекторы, плотники, иконописцы, организаторы работ и другие мастера. Писцовые и монастырские книги свидетельствуют о том, что еще в Древней Руси люди владели токарным делом и строительным искусством.
В 40-х гг. XI в. русские мастера, объединенные в артели, строили в Киеве Софийский собор, который современники называли церковью «дивной и славной». По образу и подобию этого храма были возведены соборы в Полоцке и Новгороде. Оба собора сохранились и по сей день. В Древней Руси было много талантливых, хорошо обученных зодчих, каменщиков, плотников. О методах подготовки специалистов известно, что человек, попавший в артель, обучался мастерами непосредственно в процессе труда. Ученик овладевал навыками и всеми тонкостями ремесла. Профессиональные знания получали также от иностранных специалистов – греков, немцев, итальянцев.
Одной из активнейших церковных организаций были монастыри, игравшие весьма важную роль в истории средневековых государств. Они были крупными феодалами, владели землями и селами, вели оптовую торговлю, ссужали деньги под проценты и всегда проявляли себя активной деятельностью.
Некоторые центральные монастыри уровня Киево-Печерского (основанного в середине XI в.) стали своего рода духовными академиями, куда охотно поступали сыновья крупных вельмож, стремившиеся сделать карьеру. В таких монастырях были хорошие библиотеки, здесь велись летописи, сочинялись проповеди, записывались внутренние монастырские события.
В школах при монастырях получали и профессиональные знания. Так, при Владимире Мономахе прославились монахи Киево-Печерского монастыря, которые были хорошо подготовлены в области медицины и живописи. Историк В.Н. Татищев высказал предположение, что при Андреевском монастыре в Киеве существовала даже женская школа. Ее устроила в 1086 г. сестра Владимира Мономаха. В школе обучали «младых девиц» писанию, пению, «швению» (шитью) и иным полезным ремеслам.
В связи с проникновением в Древнюю Русь византийского духовенства просвещение целиком оказалось в руках восточнохристианской церкви, поэтому получило зависимый от нее характер. Для церковной службы потребовалось перевести греческие книги на язык славян, поэтомунеобходимо было создать славянскую азбуку.
Славяне давно пытались создать свою письменность. За нелегкий труд взялся славянин, византийский ученый-философКонстантин, который в монашестве принял имя Кирилл. Ему помогалстарший брат — Мефодий. Азбука создавалась первоначально для жителей славянского княжества Моравии (Чехия). Моравийский князь просил императора Византии прислать ему проповедников христианства и книги.
Началась работа над азбукой. Константин выделил из живой славянской речи все ее звуки. Затем ему предстояло найти для каждого звукасвою букву. Часть букв он приспособил из греческого алфавита, придав имнесколько иную, более округлую форму. Но где же было взять буквы длятаких звуков славянской речи, как Ж, 3, Ц, Ч, Ш, Щ, Ю, Я? Для некоторыхиз них не существовало буквенных обозначений ни в латинском, ни вгреко-византийском алфавитах. И тогда Кирилл изобрел для этих звуковновые буквы.
Некоторые славянские буквы схожи с финикийскими в обоих вариантах славянской азбуки. Первая получила название «глаголица», что означает «говорящая»; а более поздняя — «кириллица», в память Кирилла.
Славянская азбука пришла на Русь в конце IX в.
Переводя церковные книги на славянский язык и распространяятаким образом знание славянского алфавита, византийское духовенствоположило начало древнерусской письменности и литературной разработке древнерусского языка.
Обучение детей вначале вели пришлые греки, потом выучившиеся уних русские священники и впоследствии перенявшие у священников учительскую науку дьячки и миряне — «мастера» грамоты. Церковно-богослужебное образование охватывало всех: учился не только тот, кто собирался стать священником, но и всякий, кто хотел и мог. Князья, крометого, иногда вдобавок к церковно-богослужебному образованию изучалииностранные языки.
После приобщения России к христианству и европейскому Западу вней появился круг не только грамотных, но и просвещенных людей, любивших книгу и науку, получивших образование, скорее всего, путем частного обучения и занятий с помощью учителей-греков.
Типы обучения на Руси
Мастера грамоты были главными деятелями народного просвещения иподготовки духовенства. Это были крестьяне, делавшие из обучения грамоте промысел. Даже царевен учили мастерицы, состоявшие в дворцовом штате. Кроме собственно мастеров, обучением занимались дьячки, иногда монахи, были еще и мастери пения, которые ходили по городами учили церковному песнопению.
Мастера грамоты появились в начале XIII в., и их можно было встретить еще и в XIX в.
Другой орган древнерусского просвещения — школа.
Характер и порядок обучения грамоте. Обучение детей и у мастеров,и в школах было тяжелым делом, требовавшим большого времени и затраты сил.
Чтению учились по азбукам и букварям; славянские буквы сложнеерусских. Буквы назывались по-старинному: аз, буки, веди... Способ обучения чтению был буквослагательный, малопонятный и неудобный. Лишь вXVII в. начали появляться буквари с приемами звукового способа произношения, за буквами следовали слоги. Осложняло освоение азбуки множество различных надстрочных знаков, служивших для обозначения ударения в словах; к ним прибавлялись еще знаки препинания со своейсистемой правописания. Все книги были рукописными, причем в старинуслова писались слитно, не отделяясь друг от друга. Каждая буква писаласьпо-разному, часто сокращенно. И только постепенно письмо упорядочилось и появилась определенная орфография. Чтение в древности былоочень трудным искусством, особенно чтение Псалтири (одна из книг Ветхого Завета, содержащая 150 псалмов — хвала Богу, мольбы, жалобы, прошения и др.), являвшейся основной учебной книгой. Читать учились порукописному тексту, изготовленному учителем.
В буквари включались также молитвы, заповеди, псалмы, душеспасительные нравственные наставления и толкования непонятных славянскихслов, в них могли входить и цифры до 10 000. Буквари и азбуки имели,таким образом, довольно разнообразное содержание.
Учащиеся не овладевали всем содержанием книг, часто будущие священники едва могли прочесть Псалтирь, а о выразительном чтении и говорить было нечего.
Значительные сдвиги в просвещении произошли в связи с началомкнигопечатания. В 1564 г. в Москве была напечатана первая книга.
В 1574 г. была издана славянская «Азбуки» Ивана Федорова, которая занимает особое место среди учебных книг, так как она послужила образцом печатной светской книги. За нею последовали буквари других авторов: Симеона Полоцкого, Кариона Истомина и др.
Древнее образование на каждом шагу твердило о Боге, грехе, покаянии, добродетелях, церковных службах. Оно хотело воспитывать детей встрахе Божием. Но образование отличалось непедагогичностью всей постановки обучения. Картина была такой: чрезвычайно трудные и невразумительные способы обучения; совершенно неинтересный детям и превышающий их умственные возможности учебный материал; педагогическине подготовленные и очень мало знающие учителя. Учение непрерывносопровождалось битьем учащихся. Оно было совершенно непривлекательным для детей, строго принудительным и безрадостным. В старинныхучебных книгах розга часто воспевалась, в честь нее были сложены целыегимны: «Розга ум вострит, память возбуждает».
Со второй половины XVI в. в некоторых училищах при обучениистали сообщаться минимальные грамматические сведения. Во второй половине XVI в. и в XVII в.незнание грамматики стало считаться признаком невежества. В этовремя в школах стали давать фонетические объяснения славянской азбуки, объяснения назначения букв (они уже разделялись на гласные, согласные и полугласные; ударные), указывались падежи и др. Вообще учебный курс становился шире, в него стали включаться математика,риторика, другие предметы западного средневекового образования.
В Москве появляется все больше ученых, знакомых с древними языками. В высших кругах общества начинают учиться латинскому и греческому языкам.
В XVII в. увеличилось число учащихся; вместо прежней дьяковскойшколы стали появляться более или менее благоустроенные училища.
Встречаются даже указания на существование общежитий при школе.
Помимо школы, желающие получали сведения по различным отраслям знания благодаря самообразованию.
К наиболее любимому чтению в Древней Руси относится апокрифическая литература. Апокрифы — сочинения, восполняющие священные книги (о детстве Иисуса, его родителях, о блаженном состоянии Адама и Евы в раю и т.п.). Обо всех этих подробностях,отсутствующих в Библии, сообщали апокрифы. Апокрифические книгирассказывали о людях, подходивших к концу земли и видевших, какхрустальный свод неба опускается к земле и соединяется с ней. Эталитература была чрезвычайно увлекательной, люди с детским довериемпоглощали из нее сведения, книги способствовали развитию мировоззрения.
Таким образом, внешкольное образование до XVIII в. имело такой жецерковный характер, что и школьное. Все знания основывались на религии, научного в них было мало, зато много фантастического и невероятного, что, однако, сомнений в подлинности прочитанного не вызывало.
Но, несмотря на все трудности самообразования, оно все-таки помогло ряду выдающихся лиц подняться на высокую ступень образованности.
Преподобный Нестор, митрополит Илларион, Кирилл Туровский, Владимир Мономах и другие хотя и не прошли какой-либо хорошей и серьезной школы, но, похоже, общались с образованными людьми. Несомненноодно — они были самообразовавшимися личностями, много читавшими и думавшими.
В XI—XII вв. появились своеобразные руководства по семейному воспитанию — «Поучения», имевшие хождение среди определенной частинаселения. Они создавались священниками, образованными людьми вообще и, несмотря на то, что были адресованы детям, воспринимались родителями как рекомендации к воспитанию. Таким было «Поучение», написанное князем Владимиром Мономахом своим детям и получившеепопулярность в других семьях.
Владимир Мономах (XII в.) — великий князь киевский, был в близкихотношениях со многими европейскими государями и с некоторыми изних породнился через женитьбы и замужества своих детей.
Матерью его была дочь византийского императора Константина Мономаха, а первой супругой — дочь английского короля. Владимир Мономах прославился как человек необыкновенно деятельный и образованный,умелый военачальник и книголюб.
«Поучение» Владимира Мономаха
«Дети мои или кто иной, прочитав эту грамотку, не посмейтесь, нопримите ее в сердце свое. Прежде всего, ради Бога и души своей страхБожий имейте в сердце своем и милостыню давайте нескудную. Это —начало всякому добру.
Тремя добрыми делами можно от греха избавиться и ЦарствияБожия не лишиться: покаянием, слезами и милостынею. Не тяжкая этозаповедь, дети мои. Бога ради, не ленитесь; молю вас, не забывайте этихдел. Ни одиночество (отшельничество), ни монашество, ни голод (пост),чему подвергают себя некоторые благочестивые люди, не так важны, какэти три дела... Послушайте меня, дети мои. Если не всё наставление моепримете, то примите хоть половину. Пусть Бог смягчит ваше сердце: проливайте слезу о грехах ваших, говоря: «Как разбойника и мытаря помиловал Ты, Господи, так и нас грешных помилуй≫. И в церкви это делайте, испать ложася. Когда на коне едете, говорите мысленно: «Господи, помилуй!» Эта молитва лучше всех.
Всего же более убогих не забывайте, но по мере сил кормите их. Сироту и вдову сами на суде по правде судите; не дайте их сильным в обиду.Ни правого, ни виноватого не убивайте и не позволяйте убивать, хотябы и заслуживал смерти; не губите никакой христианской души.
Когда речь ведете о чем, не клянитесь Богом, не креститесь; нет в этомникакой нужды.
В землю сокровищ не зарывайте: то великий грех. Старика почитайте как отца, молодых как братьев.
В дому своем не ленитесь, но за всем присматривайте сами... чтобыприходящие к вам не посмеялись над домом вашим и обедом. На войнене ленитесь, не надейтесь на воевод ваших, не предавайтесь ни питью, ниеде, ни спанью. Сами стражу расставляйте. Устроив все, ложитесь спатьоколо воинов, а вставайте рано. Оружия с себя не снимайте, не разглядев,есть ли опасность или нет: от беспечности человек может внезапно погибнуть.
Когда проезжаете по чужим землям, не давайте слугам бесчинствоватьи причинять вред ни своим, ни чужим, ни в селах, ни на нивах, чтобы непроклинали вас.
Куда приедете, где остановитесь, напоите, накормите бедного. Болеевсего чтите гостя, откуда ни пришел бы он, простой ли человек, или знатный, или посол. Если не можете почтить подарком, то угостите кушаньеми питьем. Гости мимоходом по всем странам разнесут молву о человеке,как о добром или злом.
Больного посетите; покойников провожайте и не минуйте никогда безпривета, скажите всякому доброе слово. Жену свою любите, но не давайтеей власти над собой.
Что знаете полезного, не забывайте, а чего не знаете, тому учитесь. Мойотец, дома сидя, знал пять языков. За это большая честь от других земель.
Леность — всему худому мать: что знаешь, то забудешь; чего не знаешь,тому не выучишься. Творите добро, не ленитесь ни на что хорошее.
Прочитав эту грамотку, постарайтесь творить всякие добрые дела».
Братские школы, академии
Вопрос о хорошо организованной школерано или поздно должен был возникнуть на Руси. С этим вопросом перваявстретилась юго-западная Русь, которая, войдя в состав Литовского государства, в 1386 г. соединившегося с Польшей, встала лицом к лицу с западной культурой и школой.
Возникла острая и напряженная борьба между просвещенными, хорошо вышколенными представителями католицизма и едва грамотнымиправославными пастырями. Волей-неволей приходилось подумать о просвещении, хороших, благоустроенных школах. За дело взялись западные
православные братства. Они учреждались при церквах или монастырях иот них получали свое название. Членами братств были люди разного звания, чина и положения: митрополиты, епископы, иноки, князья, паны,иногда вступали целыми приходами, от них требовалась лишьдружная деятельность на пользу православной веры. Средствами они владели значительными. Самые старые братства — львовское, виленское,киевское, могилевское, луцкое, оршанское.
Братства активно взялись за обновление школьного дела. Школыдолжны были служить интересам православной веры и церкви, поэтомув них основательно изучались церковный устав, церковное чтение, пение,Священное Писание, учение о добродетелях и о праздниках. Все обучениевелось в строгом православном духе, а догматы веры служили основнымпредметом изучения, составляли основу всего учебного курса.
Но религиозный характер обучения составлял одну только сторону организации братских школ, они имели довольно широкий курс образования, включающий научные светские предметы. Это были языки: греческий, славянский (старославянский), русский, латинский, польский; кромених, преподавались грамматика, поэтика, риторика, философия, арифметика. Братские школы находились под значительным греческим влиянием, и первые учителя в них были греками. Поэтому и преобладающимязыком был греческий; латинский знали слабее. Из методов обучения были разыгрывание диалогов, драматические представления на библейские темы.
В братские школы принимались дети всех сословий. Перед учителемвсе дети — богатые и бедные — были равны. Сидеть каждый ученик должен был на определенном месте, назначенном ему по успехам. Кто больше будет знать, будет выше и сидеть, хоть он и беден, а кто меньшезнает — сидит на низшем месте.
Отдавая сына в школу, отец брал с собою несколько соседей и при нихзаключал договор о всем порядке учения. В обязанность же учителя входило посоветовать ученику в соответствии с его летами, наклонностями испособностями, какими науками ему следует заниматься. Забрать ученикаможно было в присутствии тех же свидетелей, при которых его отдавалив школу, — это нужно было для того, чтобы не нанести оскорбления ниученику, ни учителю. Дети членов братств, сироты обучались бесплатно, засчет братств; вообще членам братств вменялось в обязанность проявлятьзаботу о тех детях, которые не имели средств, но желали учиться. Длябеднейших учеников при братских монастырях устраивались специальные помещения для жилья.
Распорядок школы. Приходили в школу и уходили из нее в определенное время, пропуски занятий воспрещались. Нельзя было во времяурока переходить с места на место, разговаривать, нужно было слушатьи замечать все, что читается и диктуется учителем. Для поддержанияпорядка в братских школах использовались сами учащиеся; для надзорана каждую неделю назначали несколько мальчиков-дежурных, в обязанности которых входило: прийти пораньше в школу, подмести пол, затопить печку, сидеть у дверей и замечать опаздывающих, а также уходящих рано с уроков, шалунов — в классе, в церкви и на улице. Занепослушание учитель наказывал детей, но не тирански, а наставнически, не сверх меры, а по силам. Если же сам учитель допускал проступки,то он не мог быть не только учителем, но и жить в братстве. Ученикамбратских школ запрещалось посещать пирушки, знаться с безнравственными людьми, предписывалось оказывать почтение достойным, прилично вести себя в церкви, монастыре, на кладбище.
Несмотря на многие преимущества братских школ, они все-таки немогли соперничать с католическими.Юношество, искавшее лучшего образования, по-прежнему направлялось в иезуитские коллегии и там попадало под влияние католичества(Иезуиты — члены католического монашеского ордена (Общество Иисуса) в Западной Европе (основан в XVI в.).Орден организовал специальные учебные заведения — иезуитские коллегии).Поэтому появилась необходимость создания школы высшего порядка. Такой стала братская школа в Киеве — Киево-Могилянская академия.
Крупную реформу братской школы произвел в 1633 г. Петр Могила (1596—1647). Сущность преобразований заключалась в превращении Киевской школы в коллегию по иезуитскому образцу. Обучение стало вестись на латинском языке; классов стало восемь: в низшем учили читать иписать, а дальше шли грамматика, синтаксис, поэзия, богословие и др. Всеспособы преподавания, а также западная схоластика были перенесены вАкадемию; большое значение придавалось диспутам.
Преподаватели и выпускники академии стали видными носителями ипроводниками просветительских идей в России. Часть их, в первую очередь Феофан Прокопович и Стефан Яворский, стали ядром так называемой петровской ученой дружины — интеллектуального объединения деятелей русского Просвещения эпохи Петра I.
Потребность в хорошо организованной школе была осознана и вМоскве. На Большом Московском церковном соборе 1666-—1667 гг. неоднократно звучали призывы к царю Алексею Михайловичу устроить вМоскве постоянную школу, а в перспективе, возможно, и академию, которая стала бы главным просветительским центром Российского государства и всего православного мира. Вопрос об организации подобногоцентра активно обсуждался на протяжении второй половины 60-х-первой половины 80-х гг. Инициатором открытия академии был Симеон Полоцкий.
Так в 1687 г. появилась Эллино-греческая академия, преобразованнаязатем в Славяно-греко-латинскую академию. Московская академия послужила распространению образования; долгое время она была в России единственным более или менее организованным учебным заведением среднеобразовательного характера. Там, гдебыли нужны образованные люди, вспоминали о Московской академии иее выпускниках, они требовались всюду.Число учеников в академии было от 200 до 600 самого различного происхождения: дети священников, дворян (князья Оболенские, Голицыны, Долгорукие и др.), разночинцы — дети канцеляристов, дьячков, солдат, конюхов, новокрещеные инородцы. Принимали учащихся от 12 до 20лет, учились долго и не стеснялись пребывания в одном классе несколько лет (известно, что были ученики, просидевшие в академии в одномклассе по 7-10 лет, а в общей сложности — по 20 лет). Но многих исключали, некоторых с особой «торжественностью».
Из стен академии вышли такие деятели отечественного просвещения, как В.К. Тредиаковский (поэт), Л.Ф. Магницкий, M. B. Ломоносов и многие другие.
Таким образом, школа в X—XVII развивалась неспешно, большинство населения медленно осознавало необходимость образования. Школьное учение оставалось очень трудным делом для обучающихся из-за неразработанности общепедагогических и методических основ, отсутствия учебныхкниг, написанных с учетом детского восприятия, нехватки специальноподготовленных учителей.
