Краткая справка
С точки зрения авторов книги, синтез движения, маркируемого словосочетанием «политическая молодёжка», одним из субдвижений которого является национал-большевистская партия (НБП), ещё не окончен. Движение только начинает свою жизнь, и поэтому использовать принятый нами шаблон для его описания оказывается неудобным. Поэтому справка приведена здесь в несколько ином формате и перемежается цитатами из текстов одного из исследователей данной организации.
Формально НБП появилась в начале 90-х, в качестве одной из многочисленных форм существования мемориальных диссидентов, на что указывают и формы работы: собрания, дискуссии, издание газеты и живой носитель традиций Э. Лимонов. Использовались и классические методы − агитация в массах.
С социотехнической точки зрения НБП почти десять лет не имела ничего общего с тем, что мы наблюдаем в 2000-е. Шёл поиск базовых идеологических установок (но ещё не трансляторов!), отсюда пересечение с евразийской веткой в лице А. Дугина.
Павел Данилин, политолог. Вариант «Идейное движение». В нашей стране такой подход к строительству молодёжных организаций встречается крайне редко. В идеале он выглядит следующим образом: прежде чем создавать структуру, вырабатывается идеология, и под определённые идеи и лозунги вербуются сторонники. Задолго до начала вербовки проводится медийная кампания по распространению в обществе базовых идей, в крайнем случае, используются листовки и наглядная агитация.
Кооптирование членов начинается, когда уже подготовлена среда. Это значительно облегчает набор адептов, а также уменьшает число пришедших в организацию «просто так потусоваться», хотя увеличивает возможность того, что в организацию будут внедрены провокаторы. Именно на идейной основе в 90-х годах создавалось большинство националистических структур.
Один раз этот подход испробовал Александр Дугин при создании НБП, но потом оказалось, что идеология очень легко меняется, в зависимости от того, как очередной лидер движения улавливает, в каком направлении дует ветер, из Кремля или от спонсора. Столкнувшись с таким обычным в политике моментом, Дугин продемонстрировал неготовность к борьбе за собственное детище и ушёл из НБП.
Таким образом, среди плюсов: высокая идейная мотивация участников движения, существенное снижение затрат на проведение политической работы, значительная монолитность движения. Среди минусов: создать подобное движение в кратчайшие сроки практически нереально, массовость будет ограничена предлагаемыми лозунгами, Настоящий владелец, финансист или вождь движения, вполне может «отодвинуть» идеолога на третьи роли, а затем избавиться от него вовсе. При этом движение меняет свою идеологическую направленность, не осознавая этого (28).
Во второй половине 90-х в НБП появилось много неофитов из среды бывших анархистов, вытесненных из мейнстрима общественных движений. Некоторое оживление НБП-шная традиция относит к 1998 году. Экономический кризис и очередной скачок обнищания масс вызвали резкое полевение молодёжной среды, у некоторых региональных отделений НБП появились меценаты из числа возмущённых мелких и средних предпринимателей.
К концу 90-х достаточный для появления инкубатора набор различного протодвиженческого и мемориального материала, наконец, породил новые трансляторы. Назовём источники синтеза, кроме упомянутых диссидентских. Акции прямого действия в качестве базовой протестной формы взяты из практики былых экстремистских групп, например, экологов прошлой волны, которые тоже с удовольствием пристёгивали себя наручниками друг к другу и к предметам неживой природы. Технология охраны акций, организация боевых групп прикрытия и ответных нападений заимствована у футбольных фанатов. Недаром их приток в НБП отмечают сами активисты движения. Форумная и ЖЖ-шная активность у НБП менее развита, по сравнению с остальными представителями движения, но тоже есть.
Новизна транслятора НБП в том, что он прекрасно вписывается в век информации, когда технологические возможности (мультипликаторы) породили новый социальный феномен: грубо говоря, неважно, что произошло, важно, какая лапша навешана на уши телезрителям. У исламских террористов это лапша кровавая, в результате − политический феномен-парадокс: они выигрывают войны, которые в военном отношении проиграны, например, войну в Ливане 2006 г. Число жертв терактов в России на порядок меньше числа жертв ДТП, бытовых суицидов и, тем более, плохого медицинского обслуживания, дороговизны лекарств. Но именно теракты порождают политические и экономические решения, влияющие на судьбы народов, например, на спецслужбы тратится больше средств, чем на медицину.
Мишенью современного терроризма являются не физические жертвы, а бреши в информационной защите средств массового оболванивания. Цель поражения − изменение общественного сознания, говоря нынешним сленгом, «пиар». Конечно, и в этой технологии прослеживается преемственность от русских бомбистов 19-го века, левых эсеров и т.п. Но большинство новых технологий и изобретений основываются на старых и являются в какой-то мере их удачной комбинацией и развитием.
