Прежде чем вы познакомитесь с описанием Э. Бернса, хочу напомнить ключевые установки для каждого состояния: Родитель – ДОЛЖЕН, Взрослый – МОГУ, Дитя – ХОЧУ.
Манера поведения. В отношении непоколебимой отцовской твердости, часто сопровождается жестом указательного пальца или материнского грациозного движения шеи, быстро становится очевидной их отнесенность к Родительским установкам. Задумчивая сосредоточенность, сопровождаемая сжатыми губами или слегка расширенными ноздрями, – это типичный Взрослый. Наклоны головы, означающие скромность и сопровождаемые улыбкой, обращающиеся в кокетливость, – это проявления Ребенка. Детскими же являются выражения отвращения и нахмуренные брови, когда человек дуется, которые могут при Родительском поддразнивании перейти в вымученный и раздосадованный смех. Наблюдая семейные отношения родителей, школьников и маленьких детей, можно обнаружить и другие характерные установки, свойственные каждому типу эго‑состояния. Интересным и поучительным упражнением будет работа с текстом и особенно фотогравюрами книги Дарвина о выражении эмоций, имея в виду при этом структурный анализ.
Жесты. Установить экстеропсихическое происхождение запрещающего жеста можно, обнаружив его прототип у одной из родительских фигур в истории пациента. Указательный жест, будучи автономным, может рассматриваться как Взрослый, когда профессионал общается с коллегой или клиентом, бригадир инструктирует рабочего или учитель руководит учеником. Защитные жесты, неуместные с прагматической точки зрения – это проявления Ребенка. Варианты, не столь уж богатые оттенками, могут быть легко диагностированы интуитивно. Например, указующий жест может сопровождаться наставлениями Родителя или жалобным обвинением со стороны Ребенка, как бы апеллирующего к Родительской фигуре.
Голос. Нередко люди имеют два голоса, каждый со своими интонациями, хотя в кабинете терапевта или в группе один из этих голосов может долгое время быть подавленным. Например, кто‑то, представляющий себя в группе как «я такой бедняжечка», может в течение долгих месяцев не обнаруживать скрытый голос Родителя, полный ярости (например, голос матери‑алкоголички); или может потребоваться пройти через сильный стресс в группе, чтобы голос «рассудительного работника» пропал, сменившись голосом испуганного Ребенка. Между тем близкие пациента могут просто привыкнуть к интонационной дихотомии. Кроме того, совсем не исключение – люди, имеющие три различных голоса. Так, в группе могут буквально столкнуться голоса Родителя, Взрослого и Ребенка, принадлежащие все одному человеку. Когда меняется голос, обычно бывает несложно обнаружить и другие доказательства смены эго‑состояния. Наиболее драматичной иллюстрацией будет момент, когда «я бедняжечка» внезапно сменяется копией (facsimile) ее разъяренной матери или бабушки.
Лексика. Типичными Родительскими словами являются: «смышленый», «сынок», «испорченный», «невоспитанный», «отвратительный», «возмутительный», и их синонимы. Взрослые слова: «неконструктивный», «соответствующий», «экономный», «подходящий». Проклятия, ругательства и всякого рода эпитеты являются обычно проявлениями Ребенка. Существительные и глаголы характерны для Взрослого, когда используются для описания реальной действительности без преувеличений, искажений и предубеждений, однако Родитель или Ребенок могут также употреблять их в своих целях.
Простым и полезным упражнением на интуицию может служить диагноз слова «хороший» (good). Как бы написанное с заглавной буквы, это слово является Родительским. Взрослый прибегает к нему, когда его употребление объективно оправданно. Если же оно подразумевает инстинктивное удовлетворение и по существу является восклицанием, оно характерно для Ребенка, являясь в этом случае воспитанным синонимом чего‑то вроде «ням‑ням» или «м‑м‑м!»
Родитель: Контролирующий и Заботящийся. Ребенок: Адаптированный и Естественный. А Взрослый он и есть – взрослый.
Приложение 7. Убеждения
Убеждения – это тесно взаимосвязанные обобщения относительно:
· причинно‑следственной связи;
· значения;
· границ (ограничений);
· окружающего мира;
· нашего поведения;
· наших возможностей;
· нашей идентификации.
Убеждения бывают мотивирующими и ограничивающими.
Ограничивающие убеждения сводятся к следующим видам:
· Бессмысленность – невозможно понять и оценить поступающую информацию о смысле, причине и цели. Не знаю ДЛЯ ЧЕГО (блокировка мотивации)! «Зачем все это? Какой в этом смысл?»
· Безнадежность: желанная цель недостижима, вне зависимости от моих возможностей – этоневозмож‑ но (блокировка действий). Не знаю КАК! «Не верю, что это в принципе возможно!», «Что бы я ни делал, все равно я хочу невозможного. Это не в моей власти. Я жертва».
· Беспомощность: желаемая цель достижима, но я не способен достичь ее (блокировка навыков и способностей). Знаю КАК, но не смогу! «Может это и возможно, но не с моими талантами». «Кто угодно, кроме меня, может достичь этой цели. Я слишком плох или немощен для того, чтобы добиться желаемого».
· Никчемность: я не достоин, не заслуживаю желаемой цели из‑за собственных качеств, поведения (занижение самоидентификации). Знаю КАК, но не достоин! «Это возможно, я на это способен, но я пустышка, лишний человек. Я никому не нужен. Я не достоин счастья и здоровья. Со мной что‑то в корне неправильно, и я заслуживаю и боль и муки, которые испытываю».
Отсутствие ожидания результата приводит к Безнадежности, человек сдается, наступает апатия.
Отсутствие ожидания самоэффективности приводит к неадекватности, Беспомощности.
Никчемность – негативная самоидентификация: «Я не заслуживаю успеха! Если я получу то, чего хочу, я что‑то потеряю».
