Общие представления о научении [132]и его видах. Понятия промежуточной переменной[133] и когнитивных карт.
Проблема надежности научных данных (что считать объективным надежным фактом). Первое понимание у критиков интроспекции не единственное решение проблемы. Первый ответ: объективно то, что можно наблюдать извне. Если субъективное было связано с внутренним, то значит объективное должно быть связано с внешним. Второй ответ: объективно содержание таких понятий, которые необходимы для объяснения внешне-наблюдаемого поведения. Говоря об опытах Кёлера, что собственно такое понимание. Ведь нельзя гарантировать, что где-то в психике обезъяны произошло понимание. Но оно необходимо, что решение состоялось. Третий ответ: в психологии следует считать объективными такие сознательные (психические) представления, которые включены в практику, реальную жизнь и необходимы для её осуществления.
Основной критик психологии сознания Джон Уотсон отказывает в объективности методу интроспекции и говорит о требованиях к изучаемому явлению, их три. Изучаемое явление должно быть: 1) внешне наблюдаемым 2) повторяемым, воспроизводимым в одних и тех же условиях 3) фиксируемым с помощью прибора. Далее он рассуждает: возьмём сознание, все отчёты; сознание конечно необъективно, неповторимо и его нельзя никак зафиксировать прибором. Уотсон говорит, что сознание существует в жизни, оно нужно исследователю, но в изучаемом нет такого предмета. Но этого мало. Нет психики, нет ощущений, восприятий, эмоций. А есть новый предмет психологии – поведение. И метод тогда – исследование внешне наблюдаемой двигательной активности.
Лекция 5 (17.10.97) (наверх)
4. Предмет и задачи психологии поведения. Общие представления о научении и его видах. Понятия промежуточной переменной и когнитивных карт.
Основатель – Джон Уотсон, по новому поставил проблему объективности в психологии. Выдвинул требования: 1) Наблюдаемость извне 2) Повторяемость в одних и тех же условиях 3) Фиксирование с помощью прибора. Сознание этим требованиям не отвечает и не может быть предметом психологии. И он предложил новый термин «поведение». Это классический бихевиоризм[134].
Поведение – это совокупность элементарных двигательных реакций, каждая из которых возникает в ответ на воздействие определённого стимула. S (стимул) – (непосредственно прямо приводит к R (двигательной реакции). Это своеобразная формула классического бихевиоризма, единица анализа поведения.
Классические периоды в науке, в том числе в психологии, характеризуются тем, что исследователь, прежде всего, задумывается о единице того, что он будет изучать. В классической психологии сознания – это элементы (впечатления и т.д.). В поведении это стимул и реакция[135].
Посмотрим как понимал Уотсон понятия S→R. В самом простом случае, стимул – это определённое физическое воздействие, событие (прикосновение к чрезмерному теплу, что прямо приводит к двигательной реакции – одёргиванию руки; такая реакция врождена, безусловна). Это изначальное понимание стимула и реакции. Но Уотсон сказал, что стимул может быть и сложной совокупностью стимулов, например, проблемная ситуация[136].
Скажем, кошка находится в ящике и вне этого ящика находится привлекательная для неё приманка – рыба. В ящике есть дверь и она может быть открыта, если нажать на педаль в полу этого ящика. Вся эта проблемная ситуация как совокупность стимулов может быть представлена в виде воздействия S-R. Ответ на проблему – определённый способ поведения, который приводит к успешному результату или напротив не приводит (тогда это ошибочный способ поведения).
Уотсон полагал возможным изучать и общественные движения, социальное поведение. Программа была достаточно обширной. Он был очень популярен в СССР в первые годы советской власти. Когда воздействуешь на субъекта и сразу получаешь ответ. Он написал статью «бихевиоризм» для первой БСЭ. Там он пишет, что стимулом может быть определённый указ, скажем декрет в стране. И тогда сложная реакция может быть интерпретирована как общественное движение, связанное с принятием данного закона. Уотсон начинает с элементарных единиц, а заканчивает сложным и даже социальным поведением. Фактически в поведении человека всегда можно выделить внешний стимул и ответную реакцию. Так складывается даже стихийное поведение. Но задача[137] научиться управлять поведением. Уотсон считал своим предметом всё поведение человека от рождения до смерти.
Задачи классического бихевиоризма. 1) Изучение поведения, которым Уотсон называет установление закономерных связей между стимулами и реакциями, уже сложившихся связей между внешним воздействием и скажем поведенческим ответом. 2) Управление поведением. Уотсон приходит в психологию с идеей психолога практика – не только изучать, но и управлять поведением. Управление – это установление таких внешних воздействий (условий), которые бы приводили к желаемым реакциям.
Классический бихевиоризм предполагает субъекта реактивным, пассивным. В схеме S→R нет внутренней активности субъекта. Красивый изящный и всё же неудачный эксперимент[138] – классический бихевиоризм. Потому что ближайшие сотрудники Уотсона показали, что даже поведение животных нельзя объяснить исходя из схемы S→R и она была уточнена.
Как работал Уотсон. Если вы хотите управлять поведением, создавать у субъекта новые реакции, то нужно. Например, для здания всегда нужен фундамент. И должен быть механизм построения новых этажей. И Уотсон собирается строить поведение, новые реакции нужно на что-то опереться. Фундаментом являются врождённые безусловные реакции (рефлексы). Уотсон активно неслучайно использует терминологию павловской школы. Правда избегает слово рефлекс, но «безусловный[139]» это термин из павловской школы. Реакция на безусловный стимул. Новые реакции будут называться условными. А сам механизм называется обусловливанием (научение). Безусловное S→R как фундамент в сочетании с нейтральным стимулом обусловливает новую реакцию. Этот процесс называется классическим научением по Уотсону - Павлову.
Любое научение есть сочетание чего-то с чем-то. Классическое обсусловливание – это сочетание двух стимулов, один из которых является безусловным (подкрепление), а другой сначала является нейтральным, а затем становится условным.
Например, слово Павлов является нейтральным стимулои. Учитель предлагал студентам посыпать лимонной кислоты – а это безусловный стимул. И в дальнейшем при слове Павлов у студентов текла слюна[140]. Павлов занимался процессами пищеварения и за них получил Нобелевскую премию. А параллельно занимался теорией условных рефлексов. И эту теорию использовал Уотсон.
Закономерности классического обусловливания. 1) Прочность условной реакции зависит от интенсивности подкрепления и числа сочетаний между условным и безусловным стимулами. 2) При образовании условной реакции сначала имеет место обобщение (генерализация), а затем наступает различение[141] (дифференциация). Испытуемый постепенно научается отличать условный стимул от других. 3) При отсутствии подкрепления условная реакция сначала угасает, а затем возможно её спонтанное восстановление.
4 стадии.
1) 
Условный и безусловный стимул сочетаются. С каждым сочетанием происходит выработка условной реакции.
2) Убирается подкрепление, остаётся только условный стимул. С каждым предъявлением условного стимула реакция постепенно угасает.
3) Не предъявляется ни сам условный стимул ни его сочетание с реакцией. Период без практики, период отдыха. Спонтанное восстановление условной реакции.
4) Опять предъявляется условный стимул без подкрепления и тогда реакция вызывается вновь, но много менее интенсивная. Наступает угасание условной реакции, повторное.
3 и 4 стадии могут затем повторяться несколько раз, пока реакция условная не исчезнет совсем.
Классический пример исследований Уотсона. Исследуется реакция страха маленького мальчика, которому 11 мес. Как только Уотсон создаст реакцию, он сразу же будет её убирать. Названо по имени испытуемого, мальчика Альберта. Уотсон любил подшучивать над житейскими повериями. Скажем, что вызывает страх (темнота, высота, змеи и т.д.) Он вначале решает определить, каковы условные стимулы, вызывающие реакцию страха. Он никогда не говорит «страх». Но если и говорит, то всегда в кавычках. К психике он не обращается. Для него реакция страха – дрожь, плач, характерное изменение позы, т.е. набор двигательных реакций. Исследования выявили всего два безусловных стимула для реакции страха – громкий звук и потеря опоры. Это был удар молоточком о железную наковаленку, а потеря опоры – это выдергивание матрасика. Детей и детёнышей животных привлекает всё пушистое. У маленького Альберта сложились хорошие отношения с одним пушистым зверьком. Именно этот зверёк и стал условным стимулом. Несколько сочетаний двух стимулов – пушистый зверёк и громкий звук или потеря опоры и устанавливается условная реакция страха. Этот зверёк вызывает плач, вздрагивание, изменение позы и т.д. Причём павловские закономерности работают и здесь – страх вызывает не только зверёк, но и вообще всё пушистое. Сразу же реакцию страха снимают.
На этой же базе создаётся другая реакция. В классическом бихевиоризме важно не снять страх, а с этим же стимулом изменить подкрепление. Пусть теперь пушистое вызывает радость (поведенческая реакция, расслабленное тело, мягкая улыбка). Безусловная радость – это приём пищи. Ребёнок ест, а то что его пугало (пушистые предметы а в другом опыте аквариум) находится здесь же в комнате. Но на таком расстоянии, чтобы это не мешало есть, чтобы не наблюдались поведенческие реакции страха. Если длины комнаты не хватает его загораживают частично шторкой. Ребёнок ест, а пугающий предмет постепенно приоткрывают или придвигают. В какой-то момент ребёнок вздрагивает. И т.д. предмет будет постепенно придвигаться пока не встанет рядом и перестанет вызывать страх.
Научение – постепенный процесс, адаптация[142], привыкание[143] к каким-то условиям. Выработать страх можно было быстро, а снять довольно трудно. Классический бихевиоризм Уотсона остался в истории, а некоторые принципы практики поведенческой бихевиоральной психотерапии используются. Симптом – это только симптом. Симптом, скажем, тревога вызванная пушистым предметом или страх змей, мания преследования – это только симптом, т.е. бихевиорист и его пациент не ищет причин симптома, не важно почему возник страх. Приходит пациент просит убрать симптом (чешет за ухом). Но нужно чтобы пациент не задумывался о симптоме. Если задумывался, то это уже к психоаналитику или другому терапевту. Допустим со страхом змей человек приходит к необихевиористу. Посадят на стул и научат чувствовать расслабленное тело. А теперь просят представить, что где-то в далёкой стране выпускается газета, в которой заметка про зверька, причём есть вероятность, что этот зверёк принадлежит к змеям. Вот вы читаете эту заметку, там фотография (вздрогнул). Просят успокоиться. И так далее пугающие объекты приближаются, а в конце-конце человек представляет себя в террариуме со змеями.
Этот приём постепенного приближения опасности используется в очень многих терапевтических практиках. Например, нейролингвистическое [144]. Интересно, что в НЛП терапевт вообще может не знать содержание симптома. Пусть пациент работает с симптомом. Пациента просят представить, скажем, в кинозале. Перед ним огромный экран. Его просят представить то, что тревожит на экране, пусть оно быстро проскочит рапидом. Пациент говорит, что ему это очень трудно. Тогда его просят представить себя в кинобудке техником, который прокручивает этот страшный кадр и смотрит на себя в кинозале. Тоже страшно. Тогда пусть представит себя вне будки, за дверью. Так постепенно происходит приближение.
Инструментальное ( Торндайк ) или оперантное ( Скиннер ) научение [145].
Для продолжение требуется строгое определение научению.
Научение – это постепенное изменение в актуальном и возможном поведении, полученное в результате опыта. Значит, для научения нужен опыт, который называют практикой, а её результат – это тренированность (напр., тренированность двигательного навыка[146]). В этом смысле научение ни что иное как формирование тренированного автоматизированного навыка. Актуальное и возможное поведение. Надо представить любимое испытуемое бихевиористов крысу, которая бежит по лабиринту. Она упирается в тупик. Если научение происходит, то есть два последствия конкретное (заключается в том, что животное научается в тупичке пробегать направо, туда где приманка) и обобщенное (формируется в том же процессе, упираюсь в перекрёсток – значит надо выбирать определённый способ поведения, либо бежать налево либо направо; здесь формирование нового навыка предполагает перенос[147] в новую ситуацию). Третий важный момент – слово постепенное, изменение в поведении. Это принципиально, потому что в прошлый раз интеллектуальное поведение шимпанзе Кёлера было одномоментным инсайтом. А навык вырабатывается постепенно.
Инструментальное научение по Торндайку. Эдвард Торндайк крупный исследователь поведения животных, работавший задолго до Уотсона, предвосхитил классический бихевиоризм. Он поначалу экспериментировал с цыплятами, выкладывал им из книг различные лабиринты. В порту он находил деревянные ящики из под фруктов. Они вошли в психологию как «проблемный ящик». Это голодная кошка в клетке, а приманка вне клетки с запертой дверью, открываемой педалью в полу. Данная ситуация не просто проблемная, а сверхсложная и некоторые считали что именно поэтому возникало затруднение, ведь если покрасить яркой краской педаль, тогда бы результаты были другие. Поведение кошки будет похоже на первую стадию поведения кёлеровского шимпанзе. Кошка рвётся к приманке, она недоступна, наступают беспорядочные хаотичные движения. Торндайк описывает это как своеобразную программу, теорию проб и ошибок[148]. Проба – это определённый способ поведения. Кошка случайно нажимает педаль. В следующий раз животное точно также хаотично движется по клетке пока случайно не нажимает на педаль. Проба – это удачный способ поведения, приводящий к успешному результату. А ошибка – неудачная проба. И тогда инструментальное научение (научение способам поведения как инструментам) – есть постепенное исчезновение ошибок. Сначала хаотичное поведение пробы и ошибки, а затем постепенно ошибки исчезают. Инструментальное научение подчинено закону эффекта (закону результата) – если проба приводит к успешному результату, то она закрепляется в поведении, а если нет, то это ошибка, которая постепенно исчезает. Это научение по последствиям, это установление связей между способом поведения и его последствием.
Далее Скиннер инструментальное научение переназвал как оперантное (научение оперировать в какой-то ситуации). Он перечислил факторы этого научения. Их четыре. Два важных различения. 1) Субъект чего-то достигает (получает) 2) Избегание результата (лишение) С другой стороны характеристики самого результата. А) Желаемый результат Б) Не желаемый результат.
1а) Достижение желаемого результата. Положительное подкрепление. Например, кошка выскочила из клетки и захватила приманку.
2б) Избегание не желаемого результата. Отрицательное подкрепление. Например, в клетке было тесно, душно или в полу клетки пролегала сетка с электрическим током. Когда вышла из клетки избежала не желаемого.
Положительное и отрицательное подкрепление приводят к повышению вероятности соответствующего способа поведения.
2а) Лишение желаемого результата. Отсутствие подкрепления, приводит к угасанию. Кошка выскочила из клетки, а приманку убрали.
1б) Получение не желаемого результата. Это наказание. Например, кошка выскочила из клетки, убрали приманку и ударили током.
Угасание и наказание приводят к понижению вероятности соответствующего способа поведения.
Понятие промежуточной переменной и когнитивных карт.
(Эдвард Толмен)
Имя Толмена означает переход от классического к современному бихевиоризму (необихевиоризму[149]). После его эксперимента в начале 30-х г. изменилась теоретическая схема бихевиоризма, в которой стимул сразу же непосредственно приводил к реакции. Толмен говорит, что между стимулом и реакцией есть что-то ещё. S -? – R. Значит, допускается внутренняя активность субъекта, допускается мысль о существовании психического. Его основные опыты были с латентным (скрытым, незаметным) научением.
Лекция 6 (24.10.97) (наверх)
3. Предмет и задачи психологии поведения. Общее представление о научении и его видах. Понятие промежуточной переменной и когнитивных карт.(0:59)
Есть схема классического бихевиоризма S→R. И схема современного бихевиоризма между S и R стоит промежуточная переменная, понятие которой предложил Э. Толмен в своих опытах латентного научения[150].
Опыты. Участвуют три группы животных, крысы, которые научались пробегать лабиринт. Две группы взяты как контрольные и одна основная экспериментальная. Для того чтобы разобраться в результатах будет таблица из двух осей. По оси Х время проведения эксперимента, которое измеряется в днях, а критические точки – первый день начало, 18й день окончание и в промежутке 11й день. По оси Y время пробегания лабиринта, которое измеряется в минутах. Экспериментатор устанавливает критерий научения – 4 минуты, т.е. опыт будет продолжаться пока крыса не пробежит лабиринт за 4 мин. Принципиально отметить ещё 2 точки – 18 мин. и 22 мин.
Первая группа[151] контрольная научалась в обычных условиях с подкреплением. В первый день они пробегали за 18 мин., в последний достигли критерия. Научение выглядит как гипербола. Вторая группа научалась без подкрепления, без приманки на выходе. Тогда результаты выглядят как ломаная линия или некая случайная последовательность. Время пробегания распределялось между 18 и 22 мин. Иными словами никакого внешне наблюдаемого научения не происходило. Основная третья группа в течении 10 дней научается без подкрепления. И результаты точно такие как у второй группы. Научение даже если есть – не заметно и не проявляется во внешней активности. На 11й день начинают давать подкрепление. Уотсон был не прав, и животные этой группы достигли критерия за неделю, а не за 10 дней. Экспериментальная группа достигла критерия быстрее, чем контрольная.
Интерпретация. По первым 10 дням Толмен предполагает, что там тоже происходит незаметное научение. Он предлагает понятие промежуточной переменной, п.ч. стимулы в двух группах одни и те же, а реакции разные. Он высказывает гипотезу когнитивного научения. У животных есть представление о лабиринте. Крысы запомнили лабиринт. Но Толмену можно говорить только о поведении. Представление о лабиринте он назвал когнитивной картой – представление о местности, на которой действует субъект.
В решающем опыте должно сделать вывод, какая схема верна – Уотсона или Толмена. Лабиринт заливается водой. Если поведение как по Уотсону – это набор стимульно-реактивных связей, то крыса бегала пробежками и теперь все конкретные реакции изменились. Но если есть когнитивная карта[152], то нет разницы пробегать лабиринт или проплывать. И по результатам выяснилось, что обученные животные пробегали лабиринт также как проплывали. Прав оказался Толмен.
Приходит новое понимание объективности. Когнитивную карту внешне наблюдать нельзя, но Толмен утверждает, что когнитивная карта должна быть. Это необходимое понятие для объяснения поведения. Ну и пожалуй самое важное отличие классики от необихевиоризма. В классическом бихевиоризме субъект лишён внутренней активности, он реактивен. В современном – активен, сам строит своё поведение. В бихевиоризме Уотсона – поведение было цепочкой реакций. А в необихевиоризме Толмена – поведение целостно в том смысле, что сам субъект в зависимости от условий может активно подбирать и строить различные наборы двигательных реакций. Например, у коммивояжера есть в сумке набор различных способов поведения для попадания в целевое место.
Это называется внутренними условиями поведения. Внешние условия – это стимул. Внутренние условия – субъективные цели, ожидания, когнитивные карты, самостоятельная внутренняя жизнь и мн. др. Даже в психологии поведения не удалось обойтись без внутренней активности, без упоминания о психике. Толмен стал говорить о целях поведения животных, есть когнитивные карты, есть внутренняя активность.
В отечественной физиологии был Павлов (аналог Уотсона в США), но был и Бернштейн (аналог Толмена в США), который предложил в отличие от павловской схемы рефлекторной дуги схему рефлекторного кольца, замкнутая дуга Павлова. После ВОВ Бернштейн активно работает с психологами, с Леонтьевым, работает по восстановлению движений у раненных бойцов, пишет книгу о построении движений. Бернштейна изгнали из науки, позволив преподавать только в институте физкультуры. Ещё одна книга о ловкости и её развитии. В павловских сессиях пытались доказать, что никакой психологии нет. Термин психология хотят оставить, а науку нет и главное, что у субъекта нет внутренней активности, что человек – это автомат. Книга Бернштейна «О ловкости и её развитии».
Схема рефлекторного кольца. Сначала рефлекторная дуга из трёх элементов. Первый – орган чувств или афферентный орган, по сути рецептор. Этот орган получает внешний сигнал, стимул. Затем стимул передаётся в центральные отделы нервной системы. Принимающий блок называется перешифровкой чувственного сигнала в двигательный сигнал. Последний – орган движения. Бернштейн рассуждает. Павлов прав в своей схеме. Но по отношении к своим испытуемым, к собачкам которые находились в условиях зажимаемого станка и в изолированной башне молчания[153]. Тот кто сидит в башне молчания и к тому же зажат в специиальном станке, к этим субъектам применима рефлекторная дуга. А если собачка на воле, тогда дуга должна замкнуться в кольцо. Чтобы замкнуть в рефлекторное кольцо[154], необходимо учитывать внешний мир. Но ещё и изменения двигательного органа. Принцип обратной связи – субъект должен получать обратную связь о том, как выполняется движение (принцип обратной афферентации, обратной чувствительности, сенсорных коррекций[155]).
Книги Бернштейна выходит в 47 году, в 48 году выходит книга основателя кибернетики Винер, где принцип обратной связи также излагается причем кладется в основу новой науки. Но первый ни тот ни другой, физиологи считают что принцип обратной связи появился раньше, его открыл П.К.Анохин. Необходимо учитывать изменения внешнего мира для того, чтобы выполнять движения.
Коррекция, значит поправка. Если есть поправка движения, значит есть эталон, некая программа, согласно которой можно осуществлять поправку. И переходим ко второму рисунку – программа движения и принцип активности субъекта. Все четыре основных блока с теми же названиями переносятся из рефлекторного кольца. Но в самом центре появляется особый блок – программа движения. Субъект активен. Программа далеко не всегда сознательна. Все связи те же, но в завершении есть два потока – один поток как требуется выполнять движение, а второй – как выполняется движение реально. Эти потоки идут в блок сличения или сравнения. Бернштейн скажет, что реальное движение всегда отличается от программы, оно образцу никогда не отвечает, сущее ствует разница, которая обозначается буквой «Δ». И сообщение о разнице поступает далее на блок перешифровки. Кольцо: в центре источник активности, требуемая инфомарция поступает на блок сличения, сравнивается здесь с реальной информацией и сообщение о разнице идёт наверх.
