Включенность клиента в процесс консультирования 3 страница

О формах и типах сопротивления можно говорить еще очень много, но реально научиться работать с ними непросто, и лучше, если рядом есть кто-то, кто может дать хороший совет или пока­зать эффективные способы работы на практике. Примеры, приве­денные выше, лишь наметки, которые могут помочь сориентиро­ваться начинающему консультанту.

Расспрос клиента

Представим себе, что все проблемы начала беседы решены, клиент начал рассказ о себе, переведя, таким образом, беседу на следующий этап, где главная задача консультанта — как можно лучше разобраться в его проблемах, понять, с чем связаны основ­ные конфликты и тревоги. Условно разделим этот этап беседы на два подэтапа, на первом из которых психолог еще ничего не знает о клиенте и поэтому больше всего заинтересован в том, чтобы последний максимально полно рассказывал о себе и о своей ситуации. Второй же этап начинается тогда, когда консультант уже имеет достаточно информации для того, чтобы сформулировать психокор­рекционные гипотезы и начать их проверку.

Первая фаза расспроса клиента

Поскольку на этой фазе основная цель консультанта— "разгово­рить" клиента, ее реализации лучше всего будут помогать вопросы и реплики, максимально стимулирующие его на рассказ. Это "от­крытые" реплики типа: "Расскажите мне о ваших отношениях...", "Какая у вас семья?", "Когда и как это началось?" и т.д. Ответ на подобные вопросы и реплики проективен, каждый может говорить то, что важно для него, в каком-то смысле это просто предложе­ние клиенту высказаться.

Естественно, пока клиент говорит, психолог не просто слуша­ет, а работает. Условно можно выделить несколько направлений работы на этом этапе консультирования. Консультант 1) поддер­живает контакт с клиентом; 2) стимулирует его на дальнейший рассказ; 3) способствует целенаправленному развитию беседы; 4) осмысливает то, что говорит клиент.

1. Наиболее эффективный способ поддержания контакта с кли­ентом в то время, как он говорит о себе, — внимательное, эмпати­ческое слушание. Для того чтобы клиент чувствовал, что его вни­мательно слушают, обычно достаточно того, чтобы консультант подбадривал и одобрял его, кивая или выражая свое согласие встав­ками типа: "Конечно", "Угу", "Да-да" (подробнее об этих техни­ках будет говориться в специальном разделе).

На этой фазе беседы часто выясняется: то, как интерпретирует свою ситуацию клиент, в чем и как он видит причины своих про­блем, далеко от действительности, противоречиво, негативно ха­рактеризует других людей, выставляя в положительном свете рас­сказчика. Но работать с этим материалом, не соглашаться с клиентом, указывая на его ошибки, на этом этапе не стоит. Обычно у психолога еще нет достаточной информации, опираясь на кото­рую можно было бы скорректировать точку зрения человека, а воз­ражения, выражения несогласия лишь активизируют сопротивле­ние, разрушая пока только формирующийся положительный контакт. На этом этапе следует придерживаться принципа "приня­тия концепции клиента". Не стоит бояться, что из-за того, что психолог вначале не выражал несогласия с тем, что говорит кли­ент о себе и окружающих людях, высказывание впоследствии про­тивоположного мнения на этапе коррекционного воздействия бу­дет воспринято собеседником более негативно. Наоборот, часто уже в процессе рассказа точка зрения клиента изменяется, он готовит­ся к принятию нового взгляда на себя и окружающих, иной кон­цепции происходящего.

2. О стимулировании клиента на рассказ уже немного говори­лось выше. К этому можно добавить, что к полезной для психоло­га информации следует отнести прежде всего историю возникнове­ния проблемы (когда и в связи с чем она появилась); отношения клиента со всеми действующими в его рассказе лицами, их отно­шения к проблеме; представление о том, чем именно вызвана про­блема с точки зрения самого человека и окружающих людей; про­исходившие когда-либо ухудшения и улучшения ситуации и с чем они могли быть связаны; чем именно вызвано обращение в консуль­тацию, почему оно происходит именно сейчас, а не раньше или позже. Обо всех упомянутых выше моментах следует специально попросить рассказать. Вопросы, которые можно сформулировать на основании указанных пунктов, должны быть достаточно широки­ми, и они обычно хорошо стимулируют клиента на рассказ.

3. Структурирование беседы необходимо как самому консультан­ту, так и клиенту. У клиента должно быть логичное представление о том, что и зачем говорится и обсуждается в данный момент. Это, с одной стороны, помогает избежать рецидивов сопротивления, поскольку клиент начинает ощущать, что за все происходящее во время приема ответствен не только консультант, но и он сам. Кроме того, понимание происходящего способствует концентрации вни­мания, повышению эмоциональной и интеллектуальной активно­сти во время разговора. Структурирование беседы полезно и кон­сультанту, поскольку позволяет эффективнее использовать время консультации: ведь если клиент может с легкостью проследить, откуда и как возникают те или иные темы в разговоре, с чем кон­кретно связаны вновь появляющиеся идеи, то, следовательно, нет необходимости что-то дополнительно повторять или объяснять.

Но в чем именно должно выражаться структурирование? Зада­вая какой-либо вопрос, меняя тему обсуждения, консультанту сле­дует объяснить, почему он это делает, чем это вызвано. Вполне допустимо, если это объяснение будет несколько расходиться с тем, что на самом деле думает консультант по этому поводу; достаточ­но, чтобы для клиента соблюдалась хотя бы какая-то видимость логики всех переходов в разговоре. Реплики-связки могут выглядеть следующим образом: "Вы много говорите о своем отце, но, по­скольку мы имеем дело с семейной ситуацией, мне бы хотелось, чтобы вы несколько слов сказали и о своей матери" или "Вы мне рассказали о том, каковы ваши отношения теперь, но для того чтобы разобраться в конфликте, мне необходимо знать, какими они были раньше и как и в связи с чем начали ухудшаться".

Другой прием структурирования беседы — краткое комментиро­вание того, что говорит клиент, подведение итогов сказанного по тому или иному поводу: "Значит, с вашей точки зрения, большую роль в этом конфликте играют ваши бывшие коллеги по работе" или "Таким образом, вы мне рассказали о ваших отношениях с сыном на сегодняшний день". Подобные реплики консультанта помога­ют клиенту оценить свой рассказ, проверить, не упущено ли что-то важное, что следует добавить.

4. Осмысление того, что говорит клиент — во многом внутрен­няя работа психолога. Это очень напряженный, сложный процесс. Молчать, но при этом понимать и анализировать все, что говорит собеседник, удается далеко не каждому. Как часто приходится наблюдать в обыденной жизни ситуацию, когда кто-то "захватывает сцену" и начинает говорить о себе. Чаще всего собеседник, не имея возможности высказаться, теряет интерес к разговору, начинает "клевать носом", отвлекаться. Позиция консультанта обязывает к прямо противоположному поведению. О путях осмысления того, что говорит клиент, подробно будет сказано дальше. Здесь же ко­ротко остановимся лишь на некоторых технических моментах, ко­торые могут помочь психологу быть активным и понимающим на протяжении всего разговора.

Для того чтобы полноценно участвовать в диалоге с клиентом, консультанту следует помнить имена, названия, даты, различные детали, упоминаемые клиентом. Кроме того, прямое "цитирова­ние" сказанного им позволяет быстрее переориентировать клиен­та, продемонстрировать ему возможность другой точки зрения. Для того чтобы не упустить что-то важное, консультант может попро­бовать кое-что записывать во время беседы. Конечно, для этого прежде всего необходимо получить согласие клиента, но обычно это довольно легко. Проблемы могут возникнуть в другом, ведь вести записи и одновременно поддерживать контакт с собеседником до­вольно трудно, и в ситуации выбора следует всегда разрешать его в пользу контакта. Не стоит писать, когда клиент плачет, очень воз­бужден, рассказывает о чем-то сокровенном.

Для того чтобы лучше концентрировать внимание на материале, консультант может вслух или про себя повторять последние перед паузой слова клиента. Такое повторение — хороший способ стиму­лировать на рассказ и поддерживать контакт, активно используемый в школе К. Роджерса (Rogers С., 1959).

Процесс расспроса, исходя из используемой здесь модели, за­нимает 25—30 минут, но 15—20 минут спустя после начала беседы консультант должен уже достаточно хорошо разбираться в пробле­мах и ситуации клиента, быть готовым к тому, чтобы перейти ко второй фазе расспроса — формулированию и проверке консульта­тивных гипотез. Здесь уместно более подробно остановиться на том, что такое гипотезы в психологическом консультировании, как имен­но они формулируются и проверяются.

Гипотезы в психологическом консультировании

Каждая гипотеза — это попытка консультанта понять ситуацию клиента. При этом опросы, что же НА САМОМ ДЕЛЕ происхо­дит, каковы ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ сложности отношений клиента с окружающими, являются абсолютно бессмысленными. Объектив­ность в человеческих отношениях — вещь весьма относительная, Каждый участник смотрит на происходящее со своей точки зрения, опирается на свой жизненный опыт, собственные потребности, интересы и т.д. И пресловутая третья сторона, которой обычно отводится роль судьи, также не беспристрастна: у каждого есть свои взгляды на жизнь и принципы, и даже тому, кто ради истины пытается на время освободиться от них, не удается далеко уйти от себя самого.

Но если консультант — не судья и не занимается объективным анализом ситуации, на чем же основывается психологическое воз­действие?

В первой главе уже говорилось о том, что одна из важнейших задач психологического консультирования состоит в том, чтобы, показав клиенту, что его позиция неконструктивна и в чем имен­но она неконструктивна, помочь ему продумать более конструктив­ную позицию в своей жизненной ситуации, а затем реализовать ее в жизни. Гипотезы в психологическом консультировании — это, по сути, варианты более конструктивных позиций в ситуации, веро­ятные способы переориентации клиента в его отношении к своим проблемам.

Гипотезы консультанта основываются на том, что рассказывает клиент о себе и своих проблемах. Но это лишь база для их постро­ения. Неопытный или непрофессиональный консультант на каж­дом приеме строит свои гипотезы заново, не имея ничего про за­пас. Но для профессионала, хорошо знакомого с различными теоретическими и практическими разработками в области консуль­тирования и психотерапии, рассказ клиента представляет собой на­бор поведенческих паттернов, интерпретируемых с точки зрения той или иной разработанной концепции.

Концептуальное видение того, о чем говорит клиент, значитель­но облегчает работу, позволяет лучше интерпретировать материал, быстрее находить то, что может помочь в сложившейся ситуации, оперировать большим количеством идей в понимании происходя­щего. А чем больше идей в гипотезе возникает у консультанта по поводу тех или иных высказываний клиента, тем больше он про­фессионально оснащен, тем легче ему работать. Но профессионал должен уметь не только осмыслять то, что говорит клиент, но и передавать, формулировать свое видение ситуации таким образом, чтобы обратившийся за помощью человек сумел понять и принять его. Вербально выраженная консультантом гипотеза является ин­терпретацией. Интерпретация — краеугольный камень психотера­пии, поворотная точка процесса консультирования. Впервые на­чавший писать об этом 3. Фрейд вряд ли мог представить себе, сколько книг и журналов в дальнейшем будет посвящено влиянию интерпретации на клиента. В учебниках и публикациях по консуль­тированию и психотерапии гипотезам и возможностям их вербаль­ного выражения, то есть интерпретациям, уделяется особое вни­мание, широко практикуются разного рода специальные тренинги и обсуждения, позволяющие психологам научиться выдвигать ги­потезы и вербально формулировать их, проводятся многочисленные исследования, направленные на прояснение того, когда, что и как лучше всего говорить клиенту.

Одно из важных различий психологического и врачебного при­ема состоит в том, что в медицине диагноз ставит один человек — врач и сообщает его другому — пациенту, консультант же осуществляет выбор более конструктивной позиции совместно с клиен­том. Описываемый процесс можно пояснить следующей метафо­рой: гипотезы и интерпретации консультанта и взгляд на пробле­му, который в итоге принимается клиентом, отличаются как платье-полуфабрикат стандартного размера и платье из той же тка­ни и того же фасона, но специально сшитое для данного челове­ка. Принятая клиентом гипотеза обрастает множеством значимых и характерных только для него фактов и переживаний, то есть она максимально индивидуализируется.

Прежде чем давать интерпретацию, пытаться изменить представ­ление клиента о происходящем, консультант должен сначала сам для себя достаточно однозначно сформулировать, что же происхо­дит в жизни клиента, то есть, проверяя возникшие у него гипоте­зы, он должен остановиться на одной, наиболее подходящей дан­ному человеку в конкретной ситуации. Проверка же возникших гипотез является основным содержанием работы консультанта на следующем этапе беседы.

Вторая фаза расспроса клиента

Какие же средства существуют у консультанта, для того чтобы проверить возникшие гипотезы? Если в первой фазе расспроса кон­сультант задавал широкие вопросы, провоцирующие клиента на монолог, то во второй фазе характер вопросов принципиально ме­няется. Формулировки становятся более тонкими, направленны­ми на уточнение возникших у консультанта идей. Это уже вопро­сы по существу: "Сколько раз в неделю он возвращается после двенадцати?", "Когда именно у Вас впервые возникло ощущение, что она нездорова?". Консультанту следует стремиться к тому, что­бы ответы клиента соответствовали характеру задаваемых вопросов, то есть были точными и конкретными. Формулировки типа: "час­то" или "давно" здесь не подходят. Для кого-то часто — это раз в неделю, для кого-то — каждый день. Чем точнее ответ клиента, тем более он объективен, тем больше он может быть рассмотрен не только с точки зрения того, как привык воспринимать свою ситу­ацию клиент, но и под углом зрения гипотез и интерпретаций, возникших у консультанта.

Основной и, пожалуй, самый надежный для консультанта под­ход к работе на втором этапе расспроса— это анализ конкретных ситуаций из жизни клиента, наглядно демонстрирующих его отношения с людьми, поведение в проблемных ситуациях, особеннос­ти выбираемых паттернов взаимодействия. Работа с конкретными ситуациями — для консультанта один из наиболее надежных спо­собов проверить свои гипотезы. Широко известно, что чем подроб­нее человек говорит о чем-либо, чем больше конкретных деталей в рассказе, тем меньше отпечаток субъективности и одностороннос­ти и больше возможностей для понимания консультантом тех аспек­тов реальности, которые не воспринимаются или не замечаются рассказчиком. Мелкие детали ситуации труднее придумать или исказить, и они становятся своеобразными фильтрами, через ко­торые проходит неосознаваемая или недооцениваемая клиентом информация. Но что же это такое — полный, подробный рассказ о конкретной ситуации, каковы основные требования к нему?

В подробном рассказе должно быть отражено, когда именно и в связи с чем возникла описываемая ситуация, где именно это происходило, кто принимал в ней участие, что конкретно говори­ли и сделали клиент и другие действующие лица, что он думал и чувствовал в то время, когда разворачивались события, что, с точки зрения клиента, в это время думали и чувствовали другие участни­ки ситуации, чем эта ситуация окончилась, какие она имела по­следствия и на что оказала влияние.

Представим себе, что речь на приеме у психолога зашла о семей­ном конфликте, и рассказывает о нем жена. Для того чтобы ее рассказ мог рассматриваться как конкретная ситуация, клиентка должна сообщить о том, что каждый из супругов делал перед нача­лом ссоры, как проходила ссора, когда именно клиентка почувство­вала, что завелась и в связи с чем, из-за чего, с ее точки зрения, это чувство возникло, что говорила она сама и что отвечал ей муж, чем была вызвана ссора с его точки зрения (по предположению клиентки), как и в связи с чем ссора была прекращена, как разво­рачивались события дальше, долго ли отношения были напряжен­ными, каковы последствия этой ссоры для их отношений.

Только услышав такой полный рассказ, консультант может под­твердить или опровергнуть гипотезу, например, о том, что жена сама первая провоцирует конфликты, для того чтобы использовать их затем как средство давления на мужа, выдавая себя за, жертву. Самостоятельный рассказ клиентов никогда не бывает настолько полным, чтобы сразу же удовлетворить психолога, и обычно вслед за описанием ситуации следует подробный расспрос.

Далеко не всегда клиент с легкостью отвечает на задаваемые психологом вопросы. Часто приходится потратить довольно много сил на то, чтобы ответы были подробными и описывали реальные чувства и переживания, а не были бы рассуждениями на тему. Если на первом этапе расспроса позицию психолога можно охарактери­зовать как пассивную, то здесь она становится, по возможности, активной, консультант предлагает альтернативы, задает детализи­рующие вопросы, стимулируя, по возможности, память клиента. Бывает, что клиент считает, что полностью забыл какие-то момен­ты. В такой ситуации психологу следует подбодрить его: "Вспом­ните хоть что-нибудь", "Не беда, если это несколько не соответ­ствует тому, что было на самом деле, но Вы ведь можете, зная свою жизнь, максимально полно представить, как это могло быть".

Другая часто встречающаяся трудность для клиента в таком рас­сказе — описание собственных переживаний и чувств других людей. Именно чувства и переживания должны прежде всего интересовать консультанта, поскольку они обычно глубже отражают действитель­ность, больше говорят о плохо осознаваемых, часто скрытых для самого клиента желаниях и конфликтах, лежащих в основе его про­блем. Большинство людей мало прислушиваются к себе, не уме­ют анализировать свои переживания. То, что может сделать кон­сультант для более глубокого анализа чувств и переживаний клиента, более подробно будет обсуждаться в следующей главе, здесь же хотелось бы подчеркнуть, что психологу следует проявлять настойчивость, всячески помогая при этом клиенту. Например, предлагать различные альтернативы, подбадривать: "Так вы разоз­лились или испугались, услышав это?", "Попробуйте описать свои чувства. Ведь даже если вы не обращали на это особого внимания, все же ничего не чувствовать в тот момент вы просто не могли. В жизни человека всегда есть не только мысли, но и чувства".

Особенно часто приходится слышать от клиентов: "Затрудняюсь ответить", когда речь заходит о переживаниях и состоянии других. В этой ситуации клиента можно заверить, что консультанту дос­таточно предположений. И это действительно так, поскольку осо­бенности переживаний и поведения других людей психологу необ­ходимы прежде всего для того, чтобы понять, как их воспринимает и оценивает клиент.

Для того чтобы гипотеза консультанта подтвердилась или была опровергнута, обсуждения одной конкретной ситуации недостаточ­но; необходимы хотя бы два—три таких примера. И только в том случае, если во всех обсуждаемых ситуациях прослеживается один и тот же паттерн поведения и переживания, гипотезу консультан­та можно считать подтвердившейся или опровергнутой.

Существуют ли какие-нибудь принципы для отбора ситуаций, о которых следует расспрашивать клиента? Ведь каждый рассказ тре­бует времени и напряженной работы, следовательно, выбор его заведомо не должен быть случайным.

1. Выбираемые ситуации должны быть тесно связаны с содер­жанием основных жалоб клиента, с теми моментами межличност­ных отношений, которые являются трудными, проблемными.

2. Обсуждаемые ситуации должны быть типичными, часто встре­чающимися в жизни клиента, чтобы по ним можно было судить об особенностях взаимоотношений в целом.

3. Желательно, чтобы эти ситуации были достаточно разверну­тыми, описывающими целостные паттерны взаимодействия, то есть негативные, позитивные и нейтральные характеристики отношений.

Так, жалобы матери на то, что ее дочь не заботится о порядке в квартире и обычно разбрасывает повсюду свои вещи, не может служить примером конкретной ситуации. В качестве таковой здесь может быть избран разговор матери и дочери, который начинается с того Момента, когда мать, придя домой, обнаруживает книги и одежду разбросанными, начинает сердиться на дочку, чувствует обиду и, подойдя к ней, говорит: "Опять все по-старому". Умелый профессионал с легкостью может развернуть эту ситуацию дальше, выясняя, за что конкретно она обиделась на дочь, что та ей отве­тила и подумала и т.д.

Чаще всего бывает, что после того, как две—три такие конкрет­ные ситуации обсуждены, консультант может с уверенностью ска­зать, какая из гипотез оказалась наиболее подходящей, какое имен­но поведение клиента приводит к тому, что в его жизни возникают проблемы, как можно ему помочь относиться к происходящему по-другому и соответственно вести себя. Это означает, что можно переходить к следующей фазе консультативной беседы — к оказа­нию психокоррекционного воздействия, к интерпретации того, что происходит.

Оказание психокоррекционного воздействия

Многие трудности начинающих консультантов связаны именно с этим этапом беседы. Порой молодой специалист уже довольно хорошо представляет себе, что и как делает клиент, создавая свои проблемы, но как показать ему это — не знает. Этот этап действительно можно считать наиболее трудным, поскольку оказываемое воздействие не должно и не может носить форму просто совета или рекомендации.

В чем именно состоит психокоррекционное воздействие, с чем связана его эффективность, можно описывать очень долго. Разные школы психотерапии и их авторы подчеркивают значение различ­ных факторов при оказании психокоррекционного воздействия;

ведущая роль в этом придается и катарсису, и изменению личнос­тных структур, и приобретению смысла и т.д. (Фрейд 3., 1989; Франкл В., 1990, Rogers К., 1959). Но в конечном счете эффект психокоррекционного воздействия — это тайна, понять которую до конца невозможно (а, может быть, и не стоит).

Каковы все же возможности оказания психокоррекционного воздействия, существуют ли какие-либо технические приемы, ис­пользование которых в диалоге может способствовать решению этой задачи? Пожалуй, самый простой способ оказания воздействия, который эффективен тогда, когда беседа хорошо организована и логично выстроена консультантом и в ней полностью использова­ны возможности анализа конкретных ситуаций, — это акцентиро­вание противоречий в рассказе клиента, переформулирование и переструктурирование окружающей его реальности при помощи комментариев типа: "В начале нашей беседы вы жаловались на то, что муж часто конфликтует с вами, но вы только что рассказали о нескольких ситуациях, в которых вы сами выступали инициатором конфликтов, а муж не только не пытался обвинить вас в чем-то, а, наоборот, искал пути примирения. Что вы по этому поводу думаете?" Поскольку в ходе приема активно работает не только консультант, но и клиент, по-новому осмысляя свою жизнь, то даже такого незначительного толчка может быть достаточно для того, чтобы клиент по-другому увидел происходящее. Таким выс­казыванием, не пытаясь открыть какие-то новые "глубины исти­ны", консультант тем не менее предлагает иное, необычное для клиента видение его жизненной ситуации. Жена из жертвы превра­щается в преследователя, а муж уже не выглядит коварным и без­жалостным, каким его в начале приема представляла клиентка. На этом примере хорошо видно также и то, как гипотеза консультан­та о реальной расстановке сил в семье превращается в предлагае­мую клиенту интерпретацию.

Даже если ответ клиента действительно свидетельствует о новом видении ситуации, это совсем не означает, что работа психолога окончена. Обычно это всего лишь набросок, первый шажок, и для того чтобы изменения приобрели устойчивые очертания, необхо­дима дальнейшая работа специалиста. Задача консультанта на этом этапе состоит в том, чтобы еще раз внимательно проанализировать особенности поведения клиента, лежащие в основе проблем, не упустив при этом основополагающего вопроса: чего именно стре­мится добиться клиент своим поведением, какие его потребности удовлетворяются конфликтом. Любое неадекватное невротическое поведение всегда на каком-то уровне выгодно клиенту, поскольку тем или иным образом оно удовлетворяет те неосознаваемые потреб­ности, которые по каким-либо причинам невозможно удовлетво­рить по-другому. Выгодность симптома является одним из осново­полагающих принципов современной психотерапии, об этом написано множество книг и пособий, это положение подробно обсуждается с точки зрения различных теоретических направлений и ориентаций. Мы не будем здесь специально останавливаться на этом, поскольку в данной книге для нас более важными являются не теоретические, а технические аспекты консультирования. Тем же, кто недостаточно хорошо понимает эту аксиому психотерапии, порекомендуем ознакомиться с существующей литературой (Заха­ров А.Н., 1982; Варга А.Я 1983; Берн Э., 1988; Фрейд 3., 1989).

Задачи психокоррекционного воздействия можно считать реали­зованными только в том случае, когда не только в сознании кон­сультанта, но и в сознании клиента выстроена своеобразная цепочка событий. Чувство или переживание клиента, длительно существу­ющее или периодически возникающее в связи с логикой развития отношений, толкающее его на то, чтобы добиваться достижения своих целей и потребностей (любви, власти, понимания и т.д.) — неадекватные средства, избираемые для реализации этих целей, приводящие к сложности во взаимоотношениях: негативная реак­ция партнера, часто усугубляющая проблемы клиента.

Обычно на этапе психокоррекционного воздействия клиент до­статочно хорошо представляет себе, как его поведение и способы реагирования способствуют дестабилизации взаимоотношений. Но существуют ли позитивные варианты поведения в подобных ситуа­циях и каковы они, решить ему самостоятельно бывает трудно. Большую помощь в этом может оказать консультант, но, естествен­но, не предлагая конкретные советы и рекомендации. Только сам человек может понять и оценить, что действительно будет работать. Роль психолога при решении этой задачи состоит прежде всего в том, чтобы помочь клиенту сформулировать возможные альтерна­тивы поведения, а затем, критически оценивая их, выбрать наи­более подходящий вариант.

В различных психотерапевтических школах и подходах суще­ственно расходятся представления о том, что и как должен делать профессионал, для того чтобы ситуация клиента действительно изменилась. Так, например, в системной семейной терапии кли­ентам будут даваться развернутые предписания того, что и как им необходимо делать, в психоанализе же, напротив, психотерапевт никогда не заведет речи о том, что поведение пациента должно измениться, пока пациент сам не начнет рассказывать об уже про­исходящих в его жизни изменениях (German A, Kniskern D., 1981; Shafer R., 1983). Однако подобная вариативность — удел психотерапии, краткосрочное консультирование в этом плане бо­лее однозначно: клиенту следует помочь как-то изменить свою си­туацию, но при этом не стоит стремиться к каким-то значительным результатам и следует опираться прежде всего на то, насколько готов к изменениям сам клиент.

Обсуждение возможностей иных вариантов поведения и реаги­рования можно начать с вопросов типа: "Как вам кажется, а мож­но ли было бы вести себя в этой ситуации как-то по-другому?" или "Но ведь если вы просто будете высказывать свои претензии, это будет выглядеть почти так же, как вы ведете себя сейчас?" Цель консультанта при этом — помочь клиенту сформулировать как можно большее число возможных вариантов поведения, а затем, внима­тельно анализируя их, выбрать то, что является наиболее подходя­щим для данного человека в его ситуации. Чем более конкретным, разработанным будет вариант позитивного реагирования клиента, тем больше шансов, что он действительно изменит свое поведение и отношение к ситуации.

К сожалению, такая тщательная проработка позитивных вари­антов поведения происходит не так часто. Для этого либо не хва­тает времени на приеме, либо сама по себе возможность иного от­ношения к сложившейся ситуации для клиента настолько нова и непривычна, что требует длительного осмысления и привыкания к ней. В этом случае не стоит настаивать на немедленной проработ­ке позитивных поведенческих паттернов. Данная тема может быть предложена как материал для следующей встречи, о желательнос­ти которой в этом случае стоит специально сказать. Конечно, ча­сто в силу различных причин человеку приходится самому обдумы­вать и решать, как ему быть дальше. Но даже отпуская его для та­кого самостоятельного осмысления, консультанту следует подчер­кнуть, что реальные изменения необходимы, понимание себя и ситуации без проявления этого вовне может не привести к желае­мым изменениям в отношениях.

Процесс воздействия далеко не всегда складывается гладко. Иногда для того, чтобы пришедший в консультацию человек хотя бы в чем-то изменил свое отношение к собственной жизненной ситуации, бывают необходимы дополнительные средства, более активная и настойчивая позиция психолога. Один из таких при­емов — попытка расширить восприятие ситуации клиентом, кото­рому предлагают взглянуть на происходящее с позиции других уча­стников ситуации и оценить их глазами собственное поведение: "Вы ежедневно пытаетесь добиться помощи от мужа, напоминая ему о его семейных обязанностях. Как вы думаете, а как он относится к этим вашим попыткам, как воспринимает и оценивает то, что вы делаете?"