Экономическая политика и социальная структура общества

До Петра I промышленность и торговля в России были развиты слабо. Причиной такого положения служили вполне объективные обстоятельства — замедленное развитие сельского хозяйства (низ­кая урожайность, малопродуктивное животноводства) из-за труд­ных природно-климатических условий, растущей тяжести государ­ственных податей, низкой плотности населения. Поэтому для удовлетворения государственных нужд в оружии, порохе, сукне московское правительство создавало свои предприятия, которых к концу XVII в. насчитывалось около 20. Уже при Алексее Михайло­виче с таких заводов не брали никаких податей и приписывали к ним целые деревни для обеспечения рабочей силой. Частным лицам тогда было трудно развивать свои промыслы из-за государ­ственных сборов и большого числа государственных откупов, мо­нополий на самые выгодные товары, а также узости платежеспо­собного спроса среди широких масс населения на продукцию мануфактурной выделки (крестьяне вели в основном натуральное хозяйство).

Петр I по существу продолжил политику своих предшественни­ков в области промышленности и торговли, но с гораздо большим размахом. Число мануфактур выросло примерно в 10 раз, составив приблизительно 200. Много энергии Петр I потратил на содейст­вие поиску полезных ископаемых, особенно железной и медной руд, золота, серебра, на устройство горных заводов, оружейных, суконных и прочих мануфактур. Он строил заводы на государст­венные средства, поощрял заведение частных предприятий, вплоть до насильственных мер, передавал государственные мануфактуры в частные руки, приглашал иностранных мастеров и отправлял русских на обучение за границу и т.д. На мануфактуры отправляли бродяг, «гулящих» людей, крестьян, с 1721 г. купцы получили право покупать крестьян деревнями для работы на фабриках. И это не случайно. Свободных рабочих рук в стране было крайне мало, полностью оторвать крестьян от земли и отправить работать на завод было невозможно, так как, став рабочими, они едва ли смог­ли бы прокормиться на одну зарплату, если бы это явление приня­ло широкий размах.

В своей промышленной и торговой политике Петр I основы­вался на принципах меркантилизма (т.е. пользы, выгоды), которые сводились к тому, что каждый народ, чтобы не обеднеть, должен сам производить все нужное ему и больше вывозить, чем ввозить. Поэтому Петр I вводил высокие таможенные пошлины на импорт, особенно на товары, производимые в России, ограничивал деятель­ность в России иностранных купцов. Но это приводило к еще боль­шей нехватке капиталов (иностранцы опасались вкладывать день­ги в русские предприятия), к низкому качеству многих русских товаров, предназначенных для широкого рынка, из-за отсутствия конкуренции. Поэтому после смерти Петра I новое правительство пересмотрело торговую политику и снизило импортные пошлины.

Многие десятилетия идут споры о значении деятельности Пет­ра I в области промышленности и торговли, о том, дала ли она толчок развитию капитализма в России или нет. Одни считают, что нет, так как крепостнические мануфактуры, да еще государствен­ные, нельзя считать капиталистическими предприятиями. Другие полагают, указывая на большое число частных заводов, что эле­менты капитализма были. Ошибка заключается в том, что и те, и другие отождествляют строительство заводов и фабрик и возник­новение капитализма как рыночные отношения. Капитализм, или рынок, предусматривает прежде всего развитие свободных рыноч­ных отношений между производителями и потребителями, и осо­бенно наличие рынка свободной рабочей силы. Ничего этого в сколько-нибудь серьезных масштабах в начале XVIII в. не было. Поддерживая отдельных заводчиков, работавших на государство, Петр I поборами и государственными монополиями разорял ос­новную массу купцов и ремесленников, не давая им возможности накопить капитал, достаточный для заведения предприятий.

Одновременно он истощал основную массу населения — крестьян, не давая им возможности стать потребителями промышленной продукции.

При отсутствии естественных условии и нормальных предпосы­лок для развития промышленности и торговли экономическая по­литика Петра I в этом направлении неизбежно должна была но­сить характер искусственного подхлестывания, и после решения крупных внешнеполитических задач и исчезновения энергичного воздействия преобразователя многие из его начинании должны были прийти в упадок. Что и произошло: из петровских мануфак­тур к концу XVIII в. сохранилось лишь около 20. Вообще петров­ская эпоха осталась в истории русского купечества как подлинное лихолетье. Резкое усиление прямых налогов с купцов как наиболее состоятельной части горожан и различных казенных «служб» при таможнях, питейных сборах и т.д., насильственное сколачивание торговых компаний — вот только часть средств и способов при­нуждения, которые Петр I применял к купечеству с главной целью — извлечь как можно больше денег для казны.

В первой четверти XVIII в. произошло разорение именно наи­более состоятельной части русского купечества — «гостиной сотни», после чего имена многих владельцев традиционных торговых домов исчезли из списка состоятельных людей. Грубое вмешатель­ство государства привело к разрушению ссудного и ростовщичес­кого капитала, на основе которого на Западе и развивалась капи­талистическая промышленность.

В начале XVIII в. происходит окончательное формирование дворянского сословия, которое пользовалось исключительными правами душе- и землевладения. Процесс складывания дворянства был результатом не только длительного развития служилого сосло­вия, но и сознательной деятельности Петра I. Вместо принципа происхождения, позволявшего знатным служилым людям сразу занимать высокое положение в обществе, в армии и на граждан­ской службе основным принципом, определявшим положение слу­жилого человека, становится личная выслуга, условия которой определялись законами.

Тем самым путь наверх открывался наиболее способным пред­ставителям низов общества, и принцип выслуги, продвижения по служебной лестнице за заслуги, закрепленный в Табели о рангах 1722 г., усилил дворянство за счет выходцев из других сословии. Но, с другой стороны, не это было конечной целью преобразова­ний. Внедряя принцип личной выслуги, строго оговоренные в Та­бели о рангах условия повышения по лестнице чинов (важнейшим из условий была обязательность прохождения службы с рядового солдата или канцеляриста), Петр I стремился превратить довольно аморфную массу служилых «по отечеству» (по происхождению) в военно-бюрократический корпус, полностью ему подчиненный и зависимый только от него. Конечно, одновременно шло и оформ­ление сословия дворянства как корпорации, наделенной особыми правами и привилегиями, с корпоративным сознанием, принципа­ми и обычаями, но этот процесс находит свое завершение только к середине XVIII в., когда дворянство постепенно освобождается от обязательной службы. Петр I стремился само понятие «дворя­нин» как можно теснее связать с обязательной, постоянной, требу­ющей знаний и практических навыков службой.

Петр I внушал подданным, что только тот дворянин достоин по­читания, который служит. И в самом деле: все дворяне определя­лись в различные учреждения и полки, их дети отдавались в обяза­тельном порядке в школы, посылались на учебу за границу, запрещалось жениться тем, кто не хотел учиться, отбирались име­ния утех, кто уклонялся от службы. В 1714г. был введен майорат — принцип наследования, по которому все имение доставалось стар­шему сыну, а остальные должны были искать источники существо­вания на службе.

Большие изменения произошли при Петре I в положении некрепостного сельского населения, фактически было создано сосло­вие государственных крестьян. В него вошли черносошные кресть­яне Севера, ясачные крестьяне — инородцы Поволжья, однодворцы Юга. Всего — не менее 18% податного населения. Однодворцы по происхождению были служилыми людьми, но измельчавшими, владевшими, как правило, одним двором, но обладавшими права­ми иметь крепостных (и у некоторых они были) и не платить по­дати. Теперь они были «положены в тягло», что закрывало им путь в дворянство. Принадлежность к тяглым сословиям теперь означа­ла непривилегированность, и государственная политика была направлена на ограничение прав и возможностей, которыми обла­дали податные люди как лично свободные от крепостной зависи­мости.

Произошли изменения и в положении крепостных крестьян. Была ликвидирована разница в положении крепостных крестьян и холопов — холопы до этого времени не платили податей, теперь тоже были поверстаны в тягло. Ликвидация холопства в XVIII в. привела к усилению барщинных отработок крепостных крестьян, так как ранее именно холопы обрабатывали барские поля.

Петром I была проведена унификация социальной структуры городов, в которые были перенесены западноевропейские Городские институты: магистраты, цехи и гильдии. Имевшие на родине глубокие исторические корни, в Россию эти институты были перенесены насильно, административным путем. Посадское население было разделено на две гильдии: первую гильдию составили «перво­статейные», куда вошли верхи посада, богатые купцы, ремеслен­ники, горожане умственных профессий, а во вторую гильдию были включены мелкие лавочники и ремесленники, которые, кроме того, были объединены в цеха по профессиональному признаку. Все остальные горожане в гильдии не вошли и подлежали поголовной проверке с целью выявления беглых крестьян.

Деление на гильдии и объединение в цеха оказались чистейшей фикцией, европейские органы городского самоуправления на рос­сийской почве превратились в органы по выколачиванию податей из горожан. Была сохранена и старая система распределения нало­гов по богатству, когда наиболее богатые горожане были вынуждены платить за десятки и сотни неимущих, что вело к сохранению отсталых социальных структур и тормозило развитие рыночных отношений, предпринимательства.

В целом социальная политика Петра 1 была направлена на уни­фикацию сословной структуры общества (к сказанному следует до­бавить и введение штатов священнослужителей с четким распреде­лением прав и обязанностей по Духовному регламенту), которая имела целью создание так называемого «регулярного государства» — самодержавного, военно-бюрократического и полицейского.