ГОЛОС С УЛИЦ
(сборник)
Тамбов.
Год.
УДК
ББК
Г
Голос с улиц
Г Сборник. –
ООО «ТПС» – Тамбов, 20** г. – *** с.
Редактирование текста: Борис «Сказочник» Лавров.
Виктория «Данка» Меняйленко
Дизайн обложки: Евгения «Гвен» Власова.
Этот голос предпочитают не слышать. Потому что тот, кто услышит его, встанет перед дилеммой: или сделать вид, что ничего не слышал и расписаться в своей подлости – или принять реальность нашей жизни. Нашего времени. Нашей страны? Или… И – просто принять? И всё? И смириться?
Евгения Виль, 20** г.
Татьяна Гончарук, 20** г.
Алексей Светлов, 20** г.
Евгения Виль
ГОЛОС С УЛИЦ
Письма с того света
Здравствуй, мамочка.
Я очень хочу тебя поздравить с Днём Рождения. Сколько тебе исполнилось? Семнадцать? Ах да, прости, шестнадцать, конечно, шестнадцать. Это так много!
Ты прости меня, родная, что я так не вовремя. Что была невпопад. Я же не знала, что вы с папой просто забыли предохраниться. Я правда не знала. Я была уверена, что меня ждут и хотят. Так неудобно вышло. Я была ещё совсем маленькой, ещё даже не совсем человеком, но я уже любила тебя всей душой и всем сердцем.
Нет, нет, что ты я не осуждаю тебя! Как я могу? Я не успела научиться осуждать, просто мне было очень и очень больно, когда меня по частям доставали из тебя металлическими щипцами. Я так кричала, но меня почему-то никто не услышал. А ты, я видела, ты потом плакала, тебе тоже было больно, да? Мне так жаль...
Ты знаешь, прошёл уже год, как я тут, но я так и не смогла понять: за что?
Твоя нерождённая дочь.
Привет, Костяныч, друг.
Ты знаешь, не успел сказать тебе тогда спасибо. А сейчас вроде как и не за что. Ты не держи на меня зла, Кость. Я знаю, что виноват во всем сам. Наивный дурак. Ты главное бросай эту дрянь, а?
А шутка удалась. Четырнадцать - это совсем немного, понимаешь? И все пробовать нельзя, только теперь уже поздно об этом говорить. Ты, Костик, больше только не продавай эту дрянь пацанам, ладно и не давай пробовать, не обманывай. Знаешь, я же, дурак, и вправду подумал, что это лекарство от живота. Ты же понимаешь новая школа и все дела. Я не знал, что это героин. А вы с пацанами так смеялись, когда меня начало колотить, а потом, когда пена пошла, испугались и убежали. Почему же ты, Костя, не вызвал скорую? Ведь может... Нет, я не осуждаю, что ты! Кость, главное больше ни с кем так не шути, ладно, да и сам бросай эту гадость.
Да, и вот ещё что, у меня остался последний вопрос к тебе: за что?
Твой погибший от передоза друг Тоха.
Здравствуйте, Сергей.
Теперь я знаю как вас зовут. Я тут не одна, я с Лидочкой. Вы наверное не заметили нас. Вы знаете, Серёжа, я всегда переходила через дорогу только на зелёный свет, а когда узнала про то, что у меня будет ребёнок, стала ещё осторожнее. Мы в тот день хотели с мужем пойти на УЗИ вместе, он очень хотел посмотреть ребёнка. Нет, нет, что вы, я вас не осуждаю. Жизнь сейчас очень непростая, хочется иногда расслабиться, выпить с друзьями, посидеть в хорошей компании.
Я все понимаю, вы ведь студент, Серёжа? Я и сама была студенткой. Третий курс, медакадемия. Это, наверное, самая весёлая пора должна быть, а вот видите, как все неудачно все сложилось.
Мы с Лидочкой в реанимации совсем недолго мучились, вы нам ни шанса не оставили. Ведь джип тяжёлая машина, и когда она врезается в живого человека, шансов нет. Так что даже спасибо вам, что все так быстро закончилось, и я не приходила в себя. У меня к вам, Сергей, просьба большая. Я слышала, вы приобрели новую машину? Пожалуйста, не садитесь за руль пьяным, ладно? Ведь вы же тогда, даже на ногах не стояли, вы так и сами угробитесь.
И раз уж у меня есть возможность вам написать, я задам вопрос, который мучает меня все это время: за что?
Задавленная вами, беременная Светлана К.
Павел Николаевич, приветствую.
Вы все ещё работаете в школе? Или уже ушли? Нет, конечно, о чем я? У вас в подсобке все ещё так же удобно? Ну, койка там, коврик, стол?
Вы знаете, стакан водки для пацана одиннадцати лет - это очень много. Но все равно было очень больно и страшно. Особенно, когда я не смог от вас отбиться. А потом, потом было ТАК больно, что я даже успел закричать. Вам ведь это никак не помешало? Простите, что я такой не терпеливый.
А вообще я правда думал, что вы мне дадите мяч для игры. Почему же вы меня так обманули? Хотя о чем я? Если бы я знал, что вы хотите меня изнасиловать, я бы ни за что не пошёл с вами...
Знаете, в голове такая каша после этого была. Я сперва думал, что приснилось, но ведь всё болело. А стоять на карнизе вовсе не страшно было, хотелось только одного: больше никогда не помнить... А когда я летел, то возник только один вопрос: за что?
Изнасилованный и убитый вами Ваня Л.
Привет, родители.
Я всегда мечтал о доме. Знаете - это не так сложно. О доме, в котором меня бы любили, а не били. О доме, куда можно прийти и знать, что ты нужен. Доме, который не завален пустыми бутылками и грязными тряпками и ещё непонятно чем, где не воняет пролитым пивом, водкой и мочой. Где нет дружков-собутыльников. О доме, где тебя не станут бить и истязать, просто потому что ты самый слабый. А в восемь лет, ты действительно самый слабый. Я знаю, что был не лучшим сыном, я просил, когда хотел есть и пить, звал, когда мне было страшно.
Знаешь, папочка - это чертовски больно, когда тебя ударяют палкой от лыжи или когда тебя пинают ногой в спину, только за то, что ты не вовремя попался под руку. Мамочка, милая моя, как же ласка? Разве не было у тебя для меня хоть бы одного доброго слова и жеста? Мам, пап, а ещё я вам честно признаюсь, что минус двадцать восемь - это очень холодно, это так холодно!!! Но я не злюсь на вас, нет, я замёрз в тот день довольно быстро. Я просто уснул, больно, жутко было только первые три часа.
И ещё, родители, я знаю, что вы сейчас зачали нового ребёнка, я вас очень прошу не выгоняйте его на мороз босиком, не садите на раскалённую плитку, не бейте и не мучайте и вообще не рожайте его пожалуйста! Вы ведь и так счастливы, так зачем мы вам, те кто задают единственный вопрос: за что?
Брошенный и выгнанный вами на мороз сын Ванятка.
