Боришполец Ксения Петровна 2 страница

Эпистемология рассматривает вопросы, касающиеся способов получения человеком своих знаний. Одна из крайних точек зрения на эту проблему заключается в стремлении достичь сугубо научное объяснение политики путем создания универсальной социальной теории на базе эмпирически проверяемых предположений. Другой крайностью являются представления, отвергающие путь объясне­ния и отстаивающие принцип'понимания мира политического. Представители этого подхода видят свою задачу в том, чтобы по­нять и интерпретировать главные вопросы, которые служат пред­метом изучения. Они полагают, что исторические, правовые или моральные проблемы мира политического нельзя перевести в тер­мины науки без того, чтобы не исказить их содержание.

Сегодня в рамках каждого направления существуют как «кон-фронтационные», так и «кооперативные» взгляды. Тем не менее,

 

большинство исследователей стремятся избежать крайних позиций в методологических дебатах, в частности жесткого выбора между объективизмом и субъективизмом, а также утверждений об ис­ключительной допустимости только объяснения или только пони­мания мира политического.

Проблема методического обеспечения исследований — одна из наиболее важных проблем любой науки. К сожалению, специ­альная русскоязычная литература, посвященная описанию мето­дических основ анализа политических отношений, весьма немно­гочисленна и очень разнопланова. Вместе с тем в последнее время появилось несколько чрезвычайно интересных отечественных пуб­ликаций, отражающих методическую проблематику применитель­но к сфере международных отношений¹, которые значительно рас­ширяют возможности изучения политики как комплексного явле­ния, в том числе и с позиций междисциплинарного подхода.

Однако, несмотря на положительные сдвиги, внимание отече­ственных авторов к методическому обеспечению политических исследований пока остается недостаточным. И в научных публика­циях, и в учебном процессе студентов-политологов преобладают скорее общие суждения об этом предмете, что не может не сказы­ваться на развитии дисциплины в целом и особенно ее приклад­ных аспектах.

Необходимость дополнительного внимания к методической проблематике представляется тем более актуальной, что большин­ство современных исследований ориентировано на потребности политической практики. Стремясь ответить на главный вопрос: как общество делает свой выбор, они используют самые разнообраз­ные аналитические подходы или даже их фрагменты, а это далеко не всегда обеспечивает научный статус полученных результатов. Другими словами, разработки такого рода очень часто являются, по своей сути, не более чем набором субъективных рассуждений.

 

^2 Прикладные политические *^ исследования и их научный статус

Прикладное научное знание о политике может рассматриваться как совокупность теоретических моделей, методологических прин­ципов и процедур исследования, ориентированных на достиже­ние реального политического эффекта. При этом нельзя забывать, что прикладные исследования значительно чаще, чем фундамен­тальные, инициируются и проводятся в интересах «конкретного заказчика», что способно наложить отпечаток на их результаты.

Вместе с тем, работая над прикладными проектами, специа­листы задают по существу те же вопросы, что и авторы фунда­ментальных исследований. Например: Почему соседние государ­ства начали военные действия? Почему одни граждане активно участвуют в политике, а другие остаются к ней абсолютно рав­нодушными? Как группы интересов воздействуют на внутреннюю и внешнюю политику страны? Каким путем пойдет мировое раз­витие? и т.д. Отвечая на эти вопросы в рамках прикладных проек­тов, они также следуют общенаучным правилам получения ново­го знания, которое должно отвечать следующим основным требо­ваниям:

■ может быть проверено (верифицировано), в силу того что оно основывается на наблюдении и доказательствах;

■ свободно от ценностного аспекта, так как не включает в себя суждения о том, что хорошо или плохо, а констати­рует некую реальность;

■ передаваемо, поскольку наука является видом социальной деятельности, а исследовательские методы создаются как объясняющие и позволяют повторять исследование широ­кому кругу специалистов;

■ ориентировано на обобщения, так как обобщающий под­ход помогает охватить более широкий круг явлений, чем конкретное специфическое знание;

■ эксплицитно, поскольку оно объясняет причины поведе­ния, отношений или событий и позволяет уточнять при­чинно-следственные связи различных явлений;

■ временно (темпорально), так как оно не исключает воз­можности, что будущие наблюдения могут противоречить приемлемому на сегодня представлению.

 

Проведение прикладных исследований в области политичес­ких, в том числе и международных, отношений строится как си­стематический аналитический процесс, который начинается с предварительного знакомства с информацией, касающейся про­блематики исследования, и завершается представлением общих аналитических выводов. Особое значение с точки зрения успеш­ного осуществления прикладного проекта имеют следующие мо­менты этого процесса:

■ Формулирование темы. Для точного в содержательном и сти­листическом отношении определения границ исследования требуется мобилизация таких качеств исполнителя, как ква­лификация, интуиция и умение поддерживать рабочие кон­такты с заказчиком (клиентом).

■ Представление данных и аргументов. Формат подготовлен­ных выводов, в котором органично сочетаются содержание и форма аналитических заключений, играет очень важную роль при оценке заказчиком итогов исследования, а следо­вательно, и потенциал его практической отдачи.

■ Соблюдение профессиональной этики. Обычно этические со­ображения формируются в связи с ответами на такие воп­росы, как:

 

— будет ли итоговое заключение содержать предписания, прогноз или только объяснение ситуации;

— будет или нет предлагаемое предписание (прогноз) «ра­ботать» на максимизацию интересов только одной кор­поративной группы или в интересах всего общества;

— сосредоточатся ли авторы итогового заключения толь­ко на определенных перспективах или, напротив, бу­дут стремиться охватить максимально широкий спектр вариантов развития событий;

— будет ли в итоговом заключении отдано предпочтение ценосберегающим или ценозатратным решениям;

— целесообразно ли подвергать конкретных людей риску в связи с пересмотром принятой и уже реализуемой политики.

К сожалению, исторический опыт и современная политичес­кая практика не предлагают авторам прикладных проектов уни­версальных «подсказок» в сфере профессиональной этики. Несмотря на декларируемую приверженность идеалам гуманизма политики, а именно они являются основными «заказчиками» и «.потребите-

 

лями» прикладных проектов, слишком часто руководствуются в своей практической деятельности ссылками на расхожие афориз­мы типа: «в политике все средства хороши». Однако необходимо отметить, что Н. Макиавелли, к которому обычно апеллируют в подобных случаях, не был глашатаем абсолютной «аморальности» политики. Напротив, он призывал соизмерять все политические решения с такой положительной ценностью, как стабильность государства, которая не должна, по его мнению, пасть жертвой плохого правления. Вероятно, с поправкой на современность, мы могли бы рекомендовать авторам прикладных проектов также мак­симально избегать предложений, которые затратны в плане «чело­веческого материала». Призывы, которые сводятся к принципу «мы за ценой не постоим», обычно лишь маскируют низкую компетен­тность конкретных политиков и их команды.

/ Методическое обеспечение прикладных политических исследований

Рост значимости прикладных политических исследований как в сфере научного знания о политике, так и в сфере политической практики обусловил обращение широкого круга специалистов к особому научному инструментарию, ориентированному на сбор эмпирической информации, количественные методы ее обработ­ки и подготовку аналитических выводов в форме прогнозных пред­положений.

Данный подход привел в 50-70-е годы XX в. к массированному внедрению в значительную часть политических исследований по­нятий и приемов, заимствованных из различных общественных и точных дисциплин, а также продолжающейся до сих пор дискус­сии по проблемам корректности применяемого междисциплинар­ного научного инструментария, его роли в получении адекватных результатов и т.д.

В

содержательном плане дискуссию по ключевым проблемам методологического обеспечения политических исследований обычно ассоциируют с дебатами между традиционалистами, бихе-виористами и постбихевиористами, происходящими преимуществен­но в американских академических кругах. В центре продолжаю­щихся дебатов находятся, например, такие вопросы, как:

 

 

— В чем сущность научного исследования политических отно­шений?

— Существуют ли отличия политической науки от этической или религиозной мысли?

— Каковы возможности изучения комплекса политических фе­номенов с помощью частных специфических средств?

— Что такое методы научного изучения политики?

— Должна ли наука быть свободной от ценностей?

— Насколько релевантны знания, полученные на основе поли­тической науки?

— Какие источники знаний о политике существуют помимо на­учных данных?

Характерно, что обсуждение этой проблематики пока не при­вело к заметному сближению взглядов представителей каждого из направлений научной мысли.

В этой связи следует отметить справедливое, на наш взгляд, мнение, что в структуру любого прикладного исследования всегда «встроены» два раздела — методологический и методический. Пер­вый является главным, формулирующим основные гипотезы и цели проекта, а второй в известном смысле вспомогательным. В рамках последнего применяются и совершенствуются методики (техни­ка) анализа информации на основе тех положений, которые выд­вигаются первым разделом¹.

Тем не менее, вопрос о научном статусе прикладного анали­тического инструментария политических отношений представля­ется пока достаточно спорным. В сущности, «различия между тео­рией и методикой в общественных дисциплинах можно провести на абстрактном уровне и трудно выделить на практике»². Увлече­ние эмпирическими исследованиями во второй половине XX в. привело к переоценке их значения и попыткам объявить суперна­укой. С другой стороны, для многих авторов методики восприни­маются как «неполноценные теории» либо же становятся как бы вровень с такими понятиями, как «методы» и «подходы»³. Вместе с тем некоторые отечественные исследователи указывают на целе­сообразность разграничения в прикладной политологии понятий «методов» и «методик». С их точки зрения, если метод характеризу-

 

ет способ, подход к изучению действительности, отражающей общую логику представлений о политических процессах, то мето­дика есть сумма приемов, по преимуществу технических, приме­няемых для накопления и систематизации эмпирического матери­ала. В работах последних лет, касающихся методического обеспече-ния прикладного политологического анализа, вопросы их типологии находятся на периферии исследовательского интереса.

Н

апример, предельно обобщенно рассматривают эту пробле­му авторы популярной среди студентов и специалистов моно­графии «Политология. Методы исследования»: «Следует выбрать ме­тод или сочетание методов, которые позволили бы задать те конк­ретные вопросы (измерить конкретные переменные), которые нас интересуют, и сделать это необходимо в соответствии с процедурой операционализации»'. В монографии «Общая и прикладная полито­логия»² речь идет о методологии и технологии политологических ис­следований, включающих разработку: структурно-логической моде­ли общества, анализ политической ситуации, метод сценариев, поли­тический мониторинг и контент-анализ, а также разделы, посвященные политическим решениям и политическому риску.

Отметим, что в дальнейшем под термином «методика» мы будем подразумевать, прежде всего, сумму процедур обработки эмпириче­ского материала. При этом аналитики обычно используют «различ­ные методики в проведении исследования, находящегося в рамках одного и того же подхода, т.е. того способа, которым исследователь разграничивает цель и средство исследования»³. Несмотря на широ­кий научный интерес к проблеме разработки и применения при­кладных методик в сфере анализа политических ситуаций и процес­сов, пока не сложилось общего представления об их типологии.

В качестве одного из первых вариантов классификации при­кладных методик можно указать, например, такое деление:

1) исследовательские техники общего плана;

2) специфические техники — прикладной факторный анализ⁴.

 

Несколько в ином ключе решается подобная проблема, когда методики анализа политических отношений включены в систему единого понятия «политический анализ» (анализ внутренней и внешней политики), который подразделяется на старые методы изучения управления (аллегорический, аналитический, сравнитель­ный, исторический, эмпирико-прагматический, логико-прогнос­тический методы и др.) и современные методические подходы к анализу управления (бихевиоризм, коммуникационный, изучение процесса принятия решений, имитационные игры, структурно-функционалистский подход и некоторые др.)¹. Что касается про­блематики международных отношений, то некоторые российские исследователи выделяют, с одной стороны, такие понятия, как «методические подходы к изучению системы международных от­ношений», а с другой — частные методики в исследованиях меж­дународных отношений:

1) статистические методы (статистические модели, корреля­ционный и факторный анализ);

2) аналитическое моделирование².

В более поздних публикациях высказывалось мнение, что в ис­следованиях международных отношений не существует специфи­ческого метода анализа и можно говорить лишь об общенаучных методах или методологических средствах (системный подход, ма­тематическое моделирование), а также о социологических методах (контент-анализ и некоторые др.)³. В ряде работ указывается на то, что прикладные аналитические средства имеют междисциплинар­ный характер, и перечисляются некоторые из них⁴. Кроме того, существует классификация, основанная на математическом обес­печении исследовательских процедур (качественные и количествен­ные методики).

Исходя из вышеизложенного, можно сделать заключение, что вопрос о классификации современных аналитических средств,

 

применяемых в прикладных политических исследованиях, во мно­гом остается открытым. В качестве одного из вариантов его реше­ния мы предлагаем следующее деление: базовые аналитические методики (контент-анализ, ивент-анализ, когнитивное картиро­вание) и комплексное аналитическое моделирование (эмпиричес­кое, нормативное, динамическое) политических, в том числе и международных, ситуаций и процессов. Применение количествен­ных методов и вычислительной техники представляется относитель­но самостоятельной проблемой, которая должна находить адекват­ное решение в зависимости от целей каждого конкретного проекта.

Современные научные исследования политики в ее нацио­нальном и международном измерении являются важным факто­ром развития реальных политических ситуаций и процессов. Су­ществуют разные научные теории и подходы, стремящиеся объяс­нить или проникнуть в суть политических явлений на основе анализа эмпирического материала либо установления нормативных ори­ентиров для характеристики политической действительности. При всей непреходящей значимости теоретических дебатов их ост­рота относительно нивелируется на уровне прикладных полити­ческих исследований, которые опираются на чрезвычайно раз­нообразный инструментарий научного поиска.

Однако при этом сами прикладные исследования политики не должны терять статус научных разработок, их необходимо выпол­нять с соблюдением общепризнанных правил научного поиска.

Методическое обеспечение современных прикладных полити­ческих исследований представляет собой достаточно разнообраз­ный спектр методов, методик и частных исследовательских тех­ник, применение которых зависит от выбора автора и его понима­ния целей конкретного проекта. Вместе с тем целесообразно обратить особое внимание на такие методики анализа информа­ции, как контент-анализ, ивент-анализ и когнитивное картирова­ние. Необходимо также отдельно изучить вопрос о полезности применения в рамках прикладного проекта количественных пока­зателей и соответствующих аналитических средств.

Ключевые понятия

Концепция — (лат. conceplio — понимание, система) определенный спо­соб трактовки каких-либо явлений, руководящая идея для их освеще-

 

ния; ведущий замысел, конструктивный принцип различных видов деятельности.

Метод — (греч. methodos — путь исследования, учение) способ дости­жения какой-либо цели, совокупность приемов или операций прак­тического или теоретического познания действительности. Метод скла­дывался в науке как результат осмысления неких комплексных со­вокупностей конкретного опыта и связан с операционализацией теоретического знания. В широком смысле под термином метод по­нимается сознательный способ достижения результата, решения по­ставленных дадач. Метод предполагает последовательность действий на основе осознанного, четко сформулированного и контролируе­мого плана предпринимаемых в процессе познавательной деятель­ности.

Методика — направленно создаваемый на базе логики и научных методо­логических положений комплекс средств, предназначенный для ре­шения определенного класса задач, как правило, часто повторяю­щихся. В научном познании методика играет особенно важную роль в эмпирических исследованиях. В задачи методики не входит теорети­ческое обоснование полученного результата, она концентрируется на технической стороне эксперимента и правилах, которые должен со­блюдать исследователь.

Методология — особый тип рационального сознания и образ действий, направленный на разработку и совершенствование методов познания. С его помощью ученый обращается к изучению политической дея­тельности на основе того или иного теоретического подхода. Важно понимать, что ученые используют избранные методы в сочетании с любым теоретическим подходом.

Наука — отличающийся от веры или мнения способ получения знаний, использующий эмпирические наблюдения, рассуждения и логику, чтобы выдвигать и проверять гипотезы. Наука старается изложить эм­пирические данные так, чтобы позволить нам понять, что случилось в прошлом, и предсказать, что состоится в будущем.

Парадигма — (греч. paradeigma — пример, образец) научная теория, воп­лощенная в строгой системе понятий, отражающих существенные черты какого-нибудь аспекта действительности, но может выступать и как изначальная концептуальная схема, модель постановки и реше­ния проблем. Введение этого понятия в широкий оборот по преиму­ществу связано с именем американского философа Т. Куна (1922— 1996), выдвинувшего концепцию научных революций как смены па­радигм — способов постановки проблем и методов исследования, главенствующих в науке в определенный исторический период.

Политическая ситуация — состояние политической системы и комплекс взаимодействий ее субъектов в определенный период.времени.

 

Политические отношения — вид социальных отношений, реализующихся как взаимодействия политических субъектов и объектов по поводу приобретения, распределения и осуществления власти.

Теория — (греч. theorie — наблюдение, исследование) система основных идей в той или иной отрасли знания, дающая целостное представление о закономерностях и существенных связях различных элементов действительности.

Вопросы и задания для обсуждения

1. Представьте в обобщенном виде суть научных дебатов между сто­ронниками нормативного и эмпирического подхода. На чьей стороне на­ходятся ваши предпочтения?

2. Каковы основные различия в методологическом обеспечении фун­даментальных и прикладных исследований политики в ее внутригосудар­ственном и мировом измерении?

3. Сформулируйте несколько примерных тем фундаментальных и при­кладных политологических разработок. Как бы вы организовали исследо­вательский процесс?

4. Каковы основные характеристики научного инструментария при­кладных политологических проектов?

5. Какая из актуальных проблем российской и мировой политики зас­луживает, на ваш взгляд, наиболее интенсивной прикладной разработки?

Литература

Основная

Балуев Д. Г. Введение в политический анализ. Нижний Новгород, 2000. Белов Г. А. Политология: современнные концептуальные подходы и методы исследования // Кентавр. 1993. № 5.

Боришполец К. Методы, методики и процедуры прикладного анализа международных отношений // Международные отношения: социологи­ческие подходы / Под ред. П. А. Цыганкова. М., 1998.

Богатуров А. Д., Косолапое Н. А., Хрусталев М. А. Очерки теории и по­литического анализа международных отношений. М., 2002.

Дегтярев А. А. Методы политологических исследований /'/ Вестн. МГУ. Сер. 12. Политические науки. 1996. № 6.

Дегтярев А. А. Политический анализ как прикладная дисциплина: Предметное поле и направления разработки // Полис. 2004. Лебедева М. М. Мировая политика. М., 2003. Гл. 3. Теория и методы в социатьных науках / Под ред. С. Ларсена. М., 2003. Сартори Дж. Искажение концептов в сравнительной политологии // Полис. 2003. № 3.

Цыганков П. А. Теория международных отношений. М., 2002. Т. 1. Гл. 1.

 

Contemporary Political Analysis//J. C. Charlersworth (ed). N.Y., 1977.

Dunn W. Public Policy Analysis: An Introduction. Englewood Cliffs, 1994. P. 14.

Smith В., Johnson K., Paulsen D., Shocket F. Political Research: Methods, Foundations and Techniques. Atlanta, 1976.

Дополнительная

Боришполец К. Методы, методики и процедуры прикладного анализа международных отношений // Международные отношения: социологи­ческие подходы / Под ред. П. А. Цыганкова. М., 1998.

Дегтярев А. А. Политический анализ как прикладная дисциплина: Предметное поле и направления разработки // Полис. 2004.

Когай Е. А. Системный подход в прогностическом исследовании соци­альных процессов. М., 1989.

Лебедева М. М., Тюлин И. Г. Прикладная междисциплинарная полито­логия: возможности и перспективы // Системный подход: анализ и про­гнозирование международных отношений. М., 1991.

Сартори Дж. Искажение концептов в сравнительной политологии // Полис. 2003. № 3.

Теория и методы в социальных науках / Под ред. С. Ларсена. М., 2003.

Цыганков П. А. Теория международных отношений. М., 2002. Т. 1. Гл. 1.

Dunn W. Public Policy Analysis: An Introduction. Englewood Cliffs, 1994.

Alemann Ulrich von, Forndran Erhard. Methodik der Politikwissenschaft. Eine Einfuruung in Arbeits-technik und Forshungspraxis. Sechste Auflage. Stuttgart, 2002.

 

Глава 2

ИНФОРМАЦИОННОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРИКЛАДНЫХ ПРОЕКТОВ В СФЕРЕ ВНУТРЕННЕЙ И МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОЛИТИКИ

Информация как ресурс научной деятельности и фактор общественного развития. Смысловой полиморфизм терминологии в области информа­ционной работы. Информационное обеспечение прикладных политичес­ких исследований. Состав и типы информационных данных в структуре прикладных проектов. Информационные технологии в прикладных по­литических исследованиях.

-| Информация как особый ресурс научной деятельности

Информация в широком смысле слова — это отражение реаль­ного мира, которое очень многообразно по своим проявлениям. Первоначально термином «информация» обозначались сведения, передаваемые устным, письменным или каким-либо другим спо­собом. Иногда под ним подразумевался также и сам процесс пере­дачи или получения этих сведений. Поэтому синонимом термина информация довольно часто служит термин «документация», ко­торым обозначается комплекс процессов обработки документов, прежде всего ведомственного характера. С понятием информация тесно связано другое, производное от него — информационная дея­тельность, которая заключается в сборе, переработке, хранении и поиске закрепленной в сообщениях и документах информации, а также в ее предоставлении специалистам с целью повышения эф­фективности исследований и разработок. Эта деятельность обычно выполняется комплексными информационными системами, ос­нованными на принципе однократной обработки каждого сооб­щения профильными специалистами, ввода результатов такой обра-

 

ботки в комплекс, состоящий из ЭВМ и печатного устройства, и многократного использования этих результатов для решения раз­ных задач информационного обслуживания.

Информация всегда играла очень важную роль в жизни людей. Но особое значение она приобретала при принятии важнейших управленческих и политических решений. Обладание информацией рассматривалось и рассматривается как важнейшая предпосылка выбора оптимального образа действий в условиях сложнейших со­циальных процессов, в том числе и процессов на мировой арене.

Бурное развитие науки и техники, начавшееся в середине XX в., многократно усилило роль информации как особого обществен­ного ресурса. Лавинообразное нарастание различных сведений и их автоматизированная обработка получили название «информаци­онного взрыва» и вызвали потребность в изменении понимания сути' информации. Во-первых, оно было расширено и включило обмен сведениями не только между человеком и человеком, но также между человеком и автоматической системой, автоматиче­ской системой и другой автоматической системой, и даже обмен сигналами в животном и растительном мире. Во-вторых, было пред­ложено количественное измерение информации, что привело к созданию теории информации. Фундаментальным положением этой "^теории является утверждение о том, что в определенных, причем весьма широких условиях можно пренебречь качественными осо­бенностями информации и выразить ее количество математичес­ким числом, которым определяются возможности передачи ин­формации по каналам связи, а также ее хранения в автоматичес­ких запоминающих устройствах.

Вследствие вышеизложенного постоянно предпринимаются попытки использования понятия информации, не имеющего пока единого общепризнанного определения, для объяснения и описа­ния самых разнообразных явлений и процессов. Информационный подход завоевал широкую популярность в лингвистике, биоло­гии, психологии, социологии и некоторых других областях. Вместе с тем в сфере политических исследований опыт его применения не может быть оценен абсолютно однозначно именно в силу спе­цифики мира политического, о чем уже говорилось выше.

Р

азнообразное использование понятия «информация» побудило некоторых ученых придать ему общенаучное значение. Осно­воположниками такого общего подхода к понятию информации были английский нейрофизиолог У. Эшби и французский физик

 

Л. Бриллюэн. Они исследовали вопросы общности понятия энтро­пии в теории информации и термодинамике, трактуя информацию как отрицательную энтропию. Л. Бриллюэн и его последователи стали изучать информационные процессы под углом зрения вто­рого начала термодинамики, рассматривая передачу информации некоторой системе как усовершенствование этой системы, веду­щее к уменьшению ее энтропии. В некоторых философских рабо­тах второй половины XX в. был выдвинут тезис о том, что инфор­мация является одним из основных универсальных свойств мате­рии. Тем не менее, большинство ученых пока отказывается дать строгое определение понятия «информация» и склоняется к тому, чтобы рассматривать его как неопределяемое, подобное понятию множества в математике.

Значимость информационного подхода для политических ис­следований заключается, прежде всего, в том, что он акцентирует связь информации, на которую опираются фундаментальные и прикладные проекты, с общенаучным понятием отражения и, следовательно, предполагает соблюдение универсальных правил сбора и обработки необходимых для ведения аналитической рабо­ты сведений (данных).

Обсуждению проблем «информационного взрыва» посвящено большое число специальных исследований. В частности, установ­лено, что ежегодно в мире публикуются результаты примерно двух миллионов научных работ, ежеминутно появляется около двух тысяч страниц печатной информации, которая предоставляется на шес­тидесяти языках в более чем ста тысячах периодических изданий. В связи с этим специалист, стремящийся иметь информацию обо всех новых достижениях в своей области, вынужден тратить до трети рабочего времени на подбор, анализ и изучение информации. В про­тивном случае существует опасность непроизводительных затрат в размере более сорока процентов от выделенных на разработки и исследования средств.

Изучая проблему «информационного взрыва», многие ученые пришли к выводу, что количество публикуемой информации возра­стает экспоненциально, а сама информация стала рассматриваться как один из главных видов ресурсов, определяющих статус всех ти­пов политических акторов. Его роль высока не только на междуна­родной арене, но и при расстановке внутриполитических сил чле­нов мирового сообщества. Обладание информацией поднимает ста­тус конкретной ведомственной или корпоративной структуры в