Похотливый постник
В месяц Рамадан некий человек произнес клятву относительно интимной близости в течение дня. Подобная близость нарушает пост и налагает на человека весьма суровое искупительное наказание. Озадаченный сложившимся положением дел, виновник обратился к Абу-Ханифе. «Отправляйся со своей женой в путь, - сказал Имам, - и имей с ней близость!»
Ошибка, не ставшая роковой
В Куфе шли свадебные торжества, на которых присутствовали как знать, так и мавали, - двух братьев женили на двух сестрах. На этой свадьбе присутствовали Абу-Ханифа, Суфьян ас-Саури, Ми-сар ибн Кидам и другие видные правоведы. Вдруг в самый разгар торжеств к людям вышел опекун молодоженов и воскликнул:
- Великая беда постигла нас!
- Что случилось? - спросили его.
- Нам бы хотелось скрыть это...
- Говори же! - настоял Абу-Ханифа.
- Ошиблись мы! Женихам переменили невест...
- Они познали их? - Да!
Тогда пикантную ситуацию принялся разрешить Суфьян ас-Саури:
- Ничего страшного. Повелитель правоверных Али ибн Абу-Талиб рассудил аналогичное дело, по поводу которого к нему обратился [наместник Сирии] Муавия. Посланцу Муавии он сказал: «Такое не случалось в нашем городе. Я думаю, что обоих женихов следует признать бесплодными на момент супружеской близости и вернуть каждому жениху его невесту. Случившееся не будет иметь для них никаких последствий».
Люди молча слушали Суфьяна и соглашались с ним. Абу-Ханифа в этот момент также стоял среди людей и молчал. Тогда Мисар обратился к нему:
- А ты что скажешь об этом, Абу-Ханифа?
- А разве можно здесь считать как-то иначе? - вдруг заволновался Суфьян.
- Приведите мне юношей,- велел Имам. И когда они предстали пред ним, он спросил каждого из них: - Хотел бы ты, чтобы с тобой осталась та девушка, которую к тебе привели?
- Да, - ответил каждый из них.
- Как зовут девушку, которая сейчас у твоего брата? - спросил Абу-Ханифа и по произнесении имен постановил: - Скажи: «Она разведена со мной!»
Затем Абу-Ханифа прочел проповедь по случаю венчания (хутба ан-никах) и женил каждого юношу на той, с кем он уже был близок. «Готовьте для нас новую свадьбу!» - заключил ученый.
В тот день народ дивился решению Абу-Ханифы. И только Суфьян молчал и ничего не говорил.
Сиамские близнецы
Некая женщина родила двойню, сросшуюся спинами друг к другу. И вот один из новорожденных умер. Тогда ученые Куфы постановили похоронить их вместе. Однако Абу-Ханифа возразил: «Оставив выжившего наверху, умершего надо закопать в землю. Тогда они со временем отделятся друг от друга». Сделали так, как сказал Имам. Впоследствии живой ребенок отделился от умершего, выжил, и его прозвали мавлой Абу-Ханифы.
Вторая жена Абу-Ханифы
Поговаривают, что Абу-Ханифа женился во второй раз. Первая жена, мать Хаммада, узнав об этом, категорично заявила: «Либо ты трижды дашь ей развод, либо я не стану жить с тобой!». Найдя некий предлог, Имам пригласил новую супругу в дом первой жены. «А разве позволено женщине оставлять своего мужа?» - дивилась новая супруга Абу-Ханифы. Этот вопрос он и адресовал своей первой жене, не ведавшей, что ее соперница находится в доме. «Ты непременно дашь ей развод!» - лишь настаивала она. Тогда Имам 'сказал: «Каждая моя жена, что вне стен этого дома, трижды разведена со мной!». Так мать Хаммада успокоилась, а новая избранница Абу-Ханифы также осталась вместе с ним.
Наследство в один динар
В мусульманском праве достаточно сложным является вопрос о делении наследства, которое распределяется между родственниками по весьма детализированной схеме. Не каждый юрист мог справиться с нею. Однако Абу-Ханифа умел не только в верных пропорциях поделить наследство, но и мгновенно решать уравнение в обратном порядке: по доставшейся наследнику доле от оговоренной суммы определить всех участников дележа.
Однажды некая женщина пришла к Абу-Ханифе с жалобой:
- Умер мой брат, который оставил целых шестьсот динаров. Мне же дали всего один динар!
- А кто делил ваше наследство? - спросил Абу-Ханифа.
- Давуд ат-Таи.
- Такова и есть твоя доля. Разве у твоего брата не остались две дочери?
- Да, остались.
- А мать?
- Тоже.
- А жена?
- И жена.
- А двенадцать братьев и одна сестра?
- Точно.
- Так вот, для двух дочерей - две трети: четыреста. Для матери - шестая часть: сто. Для жены - семьдесят пять. Остается двадцать пять. Для братьев - двадцать четыре, каждому брату по два динара. И тебе один динар.
Вечный холостяк
В хадже толпа людей обступила Имама со своими вопросами.
- О Абу-Ханифа! - сказал один человек. - Я приехал к Вам, желая спросить о деле, которое меня сильно печалит и выбивает из сил.
- Что же это за дело? - спросил предстоятель.
- У меня есть сын, притом единственный. На ком бы я его ни женил, он всегда разводится, какую бы невольницу ему ни дарил, он всегда ее освобождает. Я уже устал от этого! Есть ли какая-нибудь хитрость?
- Тогда ты купи невольницу, которая понравится ему самому, и жени на ней. Если он разведется с ней, то к тебе вернется твое имущество. А вольную он дать ей не сможет, ибо ею не обладает.
Известный факих и судья Ибн-Шубрума, прежде сильно недолюбливавший Абу-Ханифу, услышав его ответ, сказал: «Я понял, что этот человек и есть настоящий факих! С того дня я перестал поминать его, кроме как добрым словом!».
Три дирхема
Али ибн Асыма занимал вопрос, который условно можно обозначить «вопросом трех дирхемов». Суть его такова. Для участия в одном общем деле два компаньона смешали свои денежные средства. Один из них вложил два дирхема, другой - один. Вскоре два дирхема из трех были израсходованы. При этом участники предприятия не проследили, чьи именно. Кому должен принадлежать оставшийся дирхем? И если он должен быть поделен между ними, то как?
Ибн-Шубрума, которого спросили об этой задаче, рассуждал следующим образом. Про один из двух потраченных можно с уверенностью утверждать, что он принадлежал тому, кто вложил в дело два дирхема. Про второй же потраченный дирхем достоверное знание отсутствует: он в равной степени мог принадлежать каждому из участников предприятия. Стало быть, и неизрасходованный дирхем может также в равной степени принадлежать любому из них. Поэтому его надлежит поделить поровну.
Однако Абу-Ханифа, отвечая на вопрос Ибн-Асыма, пошел другим путем. «В тот момент, - объяснял он ему, - когда три [дирхема] были перемешаны, так что не различить, в этом целом они обернулись в долевое участие (ширка). И владелец одного дирхема стал обладать третью каждого дирхема, а владелец двух дирхемов стал обладать двумя третями каждого дирхема. И какой бы дирхем ни был бы потрачен, это [соотношение] сохраняется».
Али ибн Асым был настолько потрясен силой логики ученого, что уже не смог удержаться от эмоционального комментария:
«Клянусь Богом! Если взвесить его ум и ум всех [ученых] Куфы, то его [ум] перевесил бы!».
Поиски закопанного
Некий человек обратился к Абу-Ханифе:
- Я закопал одну вещь, а теперь не знаю, в какой части дома закопал ее.
- Так я тем более не знаю этого, - ответил Абу-Ханифа. Человек разрыдался, «Пойдемте за мной»! - повелел ученый и в сопровождении несколько учеников отправился в дом неряшливого бедолаги. Попросив провести его на задний двор, Абу-Ханифа встал на месте предполагаемого поиска и обратился к своим ученикам:
- Если бы этот дом был ваш и вы захотели бы схоронить свою вещь, то как бы вы поступили?
- Я бы схоронил ее вот здесь, - сказал один из учеников.
- А я бы схоронил ее здесь, - добавил другой.
В итоге набралось порядка пяти мнений. Стали копать в указанных местах, и на третий раз спрятанная вещь была найдена.
Другой рассказ о поисках закопанного
Похоже, в скором времени по городу пошла молва, что Абу-Ханифа находит потерянные вещи. И вот уже другой человек пришел к Имаму с просьбой найти запрятанную вещь. На сей раз Абу-Ханифа, видимо, понимая, чем может обернуться такая слава, не выдержал:
- Это не является вопросом права, это твои ухищрения! Ступай и молись ночь до утра, и ты непременно вспомнишь место, где схоронил свою вещь!
Человек так и сделал. Не помолился он и четверти ночи, как память вернулась к нему. Обрадованный, он вскоре поведал об этом Абу-Ханифе. На что ученый сказал:
- Я знал, что шайтан не даст тебе молиться всю ночь. Горе тебе! Ужель ты не мог провести в молитве оставшуюся часть ночь, дабы возблагодарить Бога [за вернувшуюся память]!
Чужестранец
Мимо куфийской мечети проходил чужестранец. Увидев его, Имам сказал: «Этот прохожий - нездешний. Он учит маленьких детей. И за пазухой держит что-то сладкое». Когда прохожего спросили, так все и оказалось на самом деле. У Имама поинтересовались, как он догадался. «Смотрю, - ответил Абу-Ханифа, - он идет, поглядывая в разные стороны - понял, что этот человек не здешний. На теле у него слишком много мух. По их многочисленности понял о сладком. А по тому, как он смотрит на детей, догадался, что он - учитель».
О серебряной посуде
Согласно хадисам Пророка, мусульманам запрещается есть из золотой и серебряной посуды. Поэтому, когда на одном из торжеств гостям преподнесли благовония в серебряной чаше, Ибн-Абу-Ляйла и другие ученые сочли, что это следует также приравнять к еде из запрещенной посуды, и потому отказались воспользоваться ими. Однако Абу-Ханифа окунул свои пальцы в чашу, растер благовон ия на ладонях и умастился ими. «Ужель вы не знаете, - обратился он к коллегам, - что когда Анасу ибн Малику преподнесли хабисш в серебряной чаше, то он переложил его на лепешку, а затем ел?» Ученые лишь дивились его познаниям и силе его логики.
