Соотношения Эмоционального центра

Эмоциональные проблемы - наверное, самая частая причи­на обращения к терапии. Может это не всегда точно формулиру­ется, но при глубоком анализе неизбежно проявляется. Понятно, почему это происходит: у всех случаются проблемы с Эмоцио­нальным центром - разница только в сути вопроса. Кроме того, эмоциональные проблемы наполняются моторным качеством этого центра и, соответственно, значительной энергией, что уве­личивает их воздействие.

Вариант 1: Терапевт определён, клиент определён.

Как всегда в таком случае, здесь не происходит взаимно­го обусловливания на уровне центра, эмоциональные состояния обоих людей не зависят друг от друга. Когда клиент, пребывая в плохом настроении, приходит к терапевту, который в хорошем расположении духа, это ни на ком из них автоматически не от­разится. Соответственно, ни один из них не будет бояться всту­пить в конфронтацию. На успех или, во всяком случае, на каче­ство встречи окажет влияние преобладающее настроение.

Эмоционально определённый терапевт, конечно, должен понимать, что при всём своём профессионализме он не может руководствоваться своими эмоциями. В частности, он не может приказать себе быть в хорошем настроении; будут дни, когда всё проходит легко, но непременно будут периоды, когда всё очень утомительно.

Если клиент эмоционально определён, есть две возмож­ные эмоциональные причины для его визита: у него сложности, так как его окружение слишком эмоционально, или он снова и снова совершает такие вещи, о которых сожалеет назавтра. Может, он пришел просто потому, что несчастен.

Любой эмоционально определённый человек непременно должен понимать, что его собственные чувства отражают вовне другие люди. Особенно это важно в отношениях, так как, кроме того, что эмоциональный мужчина, чьи подавляемые чувства вы­ражаются «истеричной женой», застревает в упреках, он никогда не сможет воспринимать то, что он чувствует. Или представьте себе эмоционально определенную (несчастливую) супружескую пару, которая приведёт своего (эмоционально открытого) сына к терапевту, потому что у того бывают неконтролируемые эмо­циональные вспышки.

Действие из эмоциональной волны для многих людей ре­троспективно связано с чувством вины или стыда. Конечно, зада­чей терапевта будет «отпущение грехов» и в то же время очень чёткое объяснение разницы между волной и эмоциональной правдой. Это особенно важно в областях сексуальности, интим­ности и партнёрства.

Эмоциональный человек, который несчастен, скорее все­го, пытался подавлять свои эмоции, чтобы не пасть жертвой вол­ны. Из этого следует стремление разума взять командование на себя. И здесь нужно понимать разницу между эмоциональной волной и эмоциональной правдой и учиться терпению.

Терапевт, который все эти темы знает из собственной жиз­ни, естественно может быть компетентным партнёром своего клиента. Зачастую на представления о себе в отношении эмоций влияет половая принадлежность, поэтому будет только на руку, если клиент и терапевт будут одного пола.

Очень не повезёт встретить терапевта, у которого большие проблемы с собственными эмоциями, который их подавляет или игнорирует. Такой рационально действующий терапевт смо­жет помочь клиенту разве что тем, что объяснит, что не нужно следовать за волной. Но упорное игнорирование эмоционально­го авторитета может привести только к нервозности, беспокой­ству и внутреннему разладу.

Вариант 2: Терапевт определён, клиент открыт.

Такой случай непременно означает, что клиент будет чув­ствовать себя так, как чувствует себя терапевт. Если у терапевта легко на душе, часы, проведенные с ним, будут для клиента пре­красны. Но если терапевт чувствует себя скверно, для клиента это будет пыткой. Если этот механизм не будет разгадан, такое взаимодействие может повлечь за собой разрушительные по­следствия.

Когда терапевт в хорошем настроении замечает, что его клиенту тоже хорошо, он может это использовать в своей ме­тодике. На самом деле, это только обусловливание. Терапевт в плохом настроении, не желающий в этом признаваться (напри­мер, он думает, что непрофессионально во время работы иметь скверное настроение), увидит свои подавляемые эмоции в кли­енте и, вероятно, начнет «обращаться» к ним. К тому же в такой конфигурации у нас тот клиент, который не захочет вступать в конфронтацию с терапевтом.

Если у терапевта плохое настроение, клиент будет искать любую возможность угодить терапевту: он без критики воспри­мет мнения, он не сформулирует несогласия, а если и сформули­рует, то так мягко, что оно не будет заметно, он будет послуш­ным клиентом.

Главное, терапевт должен считаться с клиентом, который не хочет открыть глаза, боится правды и поэтому не искренен.

Очень большая ловушка заключается, конечно, в том, что клиент приходит из-за своих «эмоциональных проблем». Это не так. Это не проблема клиента, он живет или жил в окруже­нии, в котором были или есть эмоциональные проблемы. И так как клиент естественно отождествляется с эмоциями, которые он переживает как очень интенсивные, и полагает, что мог бы найти правду в чувствах, он приходит из-за «своих» эмоциональ­ных проблем. Если терапевт принимает эту точку зрения, то лю­бое техническое вмешательство будет способствовать укрепле­нию Ложного Я клиента.

Для терапевта эта ситуация тоже не очень приятна: как будто он общается с фантомом. И когда он однажды немно­го рассердится из-за этого, опасающийся конфликтов клиент поторопится заверить его, что всё стало намного лучше, только ещё не до конца хорошо.

Если терапевт в курсе ситуации, он, во-первых, ясно пока­жет свои эмоции. Он, не угрожая, скажет о том, что он, допустим, в плохом настроении. Во-вторых, он будет понимать, что в его присутствии у клиента определяется Эмоциональный центр. Это даёт возможность клиенту эмоционально очиститься: его накопленные чувства могут быть подняты, пережиты и выраже­ны. Но это не означает, что в этих чувствах может быть смысл, и что в них можно было бы найти правду...

И, в-третьих, терапевт сможет показать клиенту, что эмо­ции - это часть не его идентичности, но его переживания.

Вариант 3: Терапевт открыт, клиент определён.

В таком варианте терапевт чувствует себя в соответствии с эмоциональным настроем клиента. Если терапевт это осознаёт, он может оказать большую помощь тем, что порой точнее чув­ствует клиента, чем тот сам себя. В этом случае терапевт может направить процесс к окончательному прояснению. У клиента тог­да не будет возможности осознанно или неосознанно разыгры­вать что-то перед терапевтом. Чаще всего терапевты с открытым Эмоциональным центром осознают в профессиональном контек­сте свою открытость, то есть опасность отождествиться с эмоци­ями клиента минимальна.

Правильной терапевтической задачей будет та же, что и в первом варианте. С одной стороны, клиент должен на­учиться уважать свою эмоциональную правду и учиться терпели­во дожидаться её. Оглядываясь в прошлое, необходимо будет простить и не упрекать себя самого за те действия, которые были совершены в «опьянении чувствами». При этом открытый Эмоци­ональный центр терапевта будет как точный сейсмограф знать, действительно ли это удалось клиенту. Возможно, клиенту нуж­но будет также показать, что эмоционально шантажируя других, он сильно вредит самому себе.

Потенциальная опасность заключается в латентной боязни конфликтов у терапевта: если он затронет темы, которые дей­ствительно будут неприятны клиенту, если речь зайдёт о «до­машних консервах», клиент может начать сердиться и вступать в конфронтацию с терапевтом. Если терапевт ещё не разобрал­ся в своей эмоциональной открытости, может случиться так, что действительно неприятные темы не раскроются, и терапия будет безболезненной.

Вариант 4: Терапевт открыт, клиент открыт.

Эта ситуация в принципе комфортна для обоих, так как ни­кто не ощущает угрозы - эмоционального обусловливания не происходит. Особенно у клиента появляется ощущение, что можно дышать свободно, и тенденция быть неискренним проявляется реже. Терапевт со своей стороны не опасается за­трагивать болезненные темы. Поэтому такая комбинация осо­бенно хороша для выдержанной, трезвой и внятной дискуссии по вопросам клиента. Недостаток такой комбинации в том, что накопленные эмоции клиента - например, гнев по пово­ду того, что ему приходилось терпеть на протяжении долгого времени - не могут быть доступны. Это можно очень подробно обсуждать, но даже самые лучшие познания не получат непо­средственного выражения и эмоционального очищения клиента не произойдёт.

Если это очищение крайне необходимо, клиенту нужно бу­дет найти другого терапевта для этой цели - эмоционально опре­делённого.

Если терапевт понял свою собственную открытость и вла­деет ею в совершенстве, то есть, больше не избегает конфлик­тов, он может стать надёжным проводником в лабиринте эмо­ций, которые и так не имеют ничего общего с личностью клиента.

Если же терапевт сам еще живёт в иллюзорном мире, пре­бывая в поиске «своих истинных чувств», то эта комбинация, ко­нечно же, чревата последствиями: «терапия» будет заключаться в поисках эмоциональной правды клиента обоими участниками, что увеличит тем самым замешательство клиента и укрепит его Ложное Я.