Никки
Семь месяцев после стрельбы.
Три недели до того, как мы выпустимся.
Я смотрю на Луиса через наш стол на химии. Дерек что-то говорит ему, но он не слушает. Я знаю это потому, что он только что одарил меня комбинацией подмигивание-улыбка, которая напомнила мне о нашей первой встрече. Я и тогда уже знала, что этот парень был самоуверенным.
Чего я не знала, так это то, что я влюблюсь в него.
— Никки, вы меня слушаете? — говорит миссис Питерсон, а теперь еще и мама маленькой девочки, махая рукой перед моим лицом.
— Что?
Луис смеется.
— Что тут смешного, мистер Фуэнтес? Мы работаем с кислотой. Будьте внимательны, это крайне важно. Пожалуйста, разбирайтесь с вашими отношениями вне моего класса.
— Простите, миссис Пи, — бормочет Луис, сосредотачиваясь на задаче.
Мы с Марианой берем пробирку и следуем инструкциям.
— Я не могу поверить, что вы все еще вместе, — ворчит она. — Это не продлится долго, ты же знаешь.
— Я бы не стала ставить против нас, если бы была на твоём месте, — говорю я ей, беру пипетку и капаю небольшую каплю кислоты на лист бумаги, наблюдая, что произойдет.
Чувствуя на себе взгляд Луиса, я поднимаю глаза. Он соблазнительно облизывает свои губы. Я бы закатила глаза, но вместо этого решаю подмигнуть ему, улыбнуться в ответ и облизать свои губы, чтоб вывести его из равновесия.
— Чувак! — кричит Дерек. — Ты пролил кислоту на свою руку!
Мои глаза расширяются, когда Луис глубоко вдыхает воздух, сыпля проклятия на испанском языке, и бросается в аварийный душ в задней части класса. Я в панике бегу за ним.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
Он смывает кислоту под душем.
— Chica[55], ты отвлекла меня.
— Извини. Я не хотела.
Он слабо улыбается.
— Да, ты хотела. Со мной все будет в порядке.
Я вздыхаю с облегчением.
— Никогда бы себе не простила, если бы у тебя остался шрам.
Миссис Питерсон появляется рядом со мной.
— Мне нужно вызвать скорую помощь? — спрашивает она, рассматривая его руку, где формируется красная отечность, в месте, где кислота коснулся его кожи.
— Нет, — говорит Луис. — Я в порядке. Это была всего лишь капля.
— Я отстраняю вас от эксперимента и вместо этого задаю написать доклад на двадцать пять страниц по кислотам.
Она указывает на меня.
— Вас тоже, юная леди. И вам придется пересесть, чтобы не смотреть друг на друга. Когда вы двое прекратите нарываться на неприятности? Надеюсь, что скоро. Хорошо, что у меня уже есть ребенок, а то вы могли бы напугать меня так сильно, что я родила бы на месте.
Она выходит из комнаты.
— Иди сюда, — говорит Луис, жестом приглашая меня присоединиться к нему под струю воды из душа.
Я делаю шаг под душ и в считанные секунды становлюсь мокрой, как он.
— Что, если миссис Пи вернется сюда и поймает нас? — спрашиваю я, когда он наклоняет голову, чтобы поцеловать меня. — Ты же в курсе её политики нулевой терпимости. Знаешь, это также в списке правил школы.
Он целует меня, пока струи воды стекают по нам.
— У меня есть кое-какие познания о ее «нулевой терпимости», — говорит он мне в губы.
— Какие? — шепчу я, слыша звонок об окончании урока.
— Она блефует,— говорит он. — Она хочет, чтобы мы все выпустились.
Я собираюсь спросить, откуда он это знает, когда миссис Питерсон появляется в дверном проеме.
— Вы что, все еще здесь? — спрашивает она, закатывая глаза при виде нас. Затем выгибает бровь. — Вы серьезно испытываете моё терпение. Луис, высушитесь полотенцем на стойке и идите в кабинет медсестры, чтобы проверили вашу руку. Никки... — вздыхает она. — Что вы здесь делаете с ним?
— Это действительно хороший вопрос, — говорю я.
— Она помогает мне, — говорит Луис.
— С чем? — нетерпеливо спрашивает миссис Питерсон, а после вскидывает руку. — Хотя, нет, не отвечайте. — Она указывает пальцем на Луиса. — От вас, мальчики Фуэнтес, ничего, кроме неприятностей. Если же у вас и ваших братьев будет много детей, убедитесь, чтобы они пошли в другую школу.
— Фэйрфилд — наш домом, — говорит ей Луис с дерзкой усмешкой. — И лучшее место, чтобы растить детей. Я не удивлюсь, если все наши дети пойдут в Фэйрфилд Хай. Признайте это, миссис Пи, вы знаете, что хотели бы этого.
— Да, но... — Миссис Питерсон смотрит вверх на потолок и складывает ладони так, будто она молится.
— Не стоит переживать об этом сейчас, — перебивает ее Луис. — У вас есть еще 16 лет, прежде чем мой племянник Пако окажется в вашем классе.
— Какова вероятность того, что он будет заинтересован моей химией больше, чем девочками? — отзывается она.
— Близка к нулю, — отвечает Луис, обнимая меня. — Он все же Фуэнтес.
Эпилог
