Лекции.Орг
Лекции.Орг
 

Категории:

Астрономия
Биология
География
Другие языки
Интернет
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Механика
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Транспорт
Физика
Философия
Финансы
Химия
Экология
Экономика
Электроника

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ ОСОБЫЙ ПОРЯДОК УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА ……………………………………………..415 – 440 20 страница



Перед освидетельствованием не ставится цель обнару­жения и изъятия на теле человека каких-либо предметов. Это задача личного обыска. Вместе с тем, если такие пред­меты все же будут обнаружены, они подлежат изъятию, о чем делается отметка в протоколе.

Освидетельствованию могут быть подвергнуты обвиняе­мый, подозреваемый, потерпевший, а также свидетель с его согласия. Лица, не имеющие процессуального статуса при производстве по уголовному делу, не освидетельствуются. Следует признать, что как исключение освидетельствова­ние до возбуждения уголовного дела осуществляется в от­ношении лиц, не занимающих конкретное процессуальное положение, предусмотренное гл. 6—8 УПК. Освидетель­ствованию может быть подвергнуто лицо, в отношении которого (по поводу совершения деяния которым) ведется проверочная деятельность, а также пострадавший, в случае если им непосредственно подано заявление о совершении преступления. Иные лица освидетельствованию, полагаем, не подвергаются. Освидетельствуемому до возбуждения уголовного дела лицу разъясняются по аналогии все пра­ва, которыми наделен соответствующий участник процесса в стадии предварительного расследования.

Освидетельствование обеспечивается принуждением. Постановление следователя обязательно для обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего. Для свидетеля оно обяза­тельно лишь при условии, что является средством провер­ки его показаний. Если достоверность показаний свидетеля сомнений не вызывает или может быть исчерпывающе про­верена иным путем, освидетельствование данного участ­ника процесса недопустимо. Мотивы освидетельствования свидетеля должны быть изложены в постановлении с указа­нием конкретных сведений в его показаниях, нуждающихся в проверке их достоверности.

В случае неисполнения участниками процесса требо­вания подвергнуться освидетельствованию, для которых (в том числе и для свидетелей) оно является обязательным, к ним возможно применение физического воздействия. Од­нако такое принуждение должно отвечать определенным условиям. Во-первых, оно является крайней мерой, к ко­торой следует прибегать в исключительных случаях после исчерпания мер убеждения. Во-вторых, оно должно быть минимально необходимым, не причиняющим унижения чести и достоинства личности, вреда здоровью, и не нося­щим характер насилия. В-третьих, оно должно дифферен­цироваться с учетом процессуального положения освидетельствуемого и его позиции в деле.

Решение законодателя о производстве освидетельство­вания до возбуждения уголовного дела ставит вопрос о пре­делах допустимого принуждения при его проведении. Вряд ли можно признать, что оно (принуждение) применимо в том же объеме, что и по возбужденному делу. Все-таки речь идет об обеспечении конституционного права на лич­ную неприкосновенность. Однако непродуктивен и полный отказ от принуждения. Полагаем, было бы неправильно утверждать, что дополнительным условием освидетельс­твования участников проверочных действий должно стать их согласие, а применение физической силы полностью исключается. На наш взгляд, в случае фактического задер­жания лица, т.е. когда имеет место одна из ситуаций, преду­смотренных ст. 91 УПК (лицо застигнуто при совершении преступления, при нем обнаружены явные следы преступ­ления и др.), освидетельствование возможно с применени­ем физического принуждения.

Освидетельствование, т.е. осмотр тела или проверка состояния организма, производятся лично следователем, в чем ему могут оказать содействие врач или другой специ­алист. Освидетельствование производится без участия по­нятых, если следователь по ходатайству лиц, участвующих в данном деле, или по собственной инициативе не примет иное решение (ч. 1, 11, 2 ст. 170 УПК).

При освидетельствовании лица другого пола следователь не присутствует, если освидетельствование сопровождается обнажением данного лица. В этом случае освидетельствова­ние производится врачом. Понятие «обнажение» является оценочным. Согласие освидетельствуемого на присутствие следователя другого пола не имеет правового значения, поскольку закон охраняет публичный интерес. Специалист-врач может быть любого пола.

Протокол освидетельствования составляется по тем же правилам, что и протокол осмотра. В протокол может включаться частичное описание одежды освидетельст­вуемого лица, если имеющиеся на ней особые признаки (порезы, кровь, красители, иные посторонние вещества) совпадают по своему характеру и локализации с поврежде­ниями, обнаруженными непосредственно на теле. Протокол освидетельствования, проведенного врачом в отсутствие следователя, составляется следователем с его слов. Допол­нительные средства фиксации (фотографирование и др.) применяются при обнажении освидетельствуемого только с, его согласия.

 

Следственный эксперимент

Нормы, регулирующие производство следственного экс­перимента, предусмотрены ст. 164—170, 181, 288 УПК.

Следственный эксперимент — это самостоятельное следственное действие, содержание которого зависит от вида данного действия.

Закон различает две разновидности следственного экс­перимента: а) следственный эксперимент, содержанием ко­торого является воспроизведение действий (производство опыта); б) следственный эксперимент, состоящий в реконс­трукции обстановки (обстоятельств) исследуемого собы­тия. Отличие состоит в том, что в первом случае воспро­изведение обстановки сочетается с проведением опытных действий, которые и определяют существо эксперимента, во втором — содержание эксперимента ограничивается вос­созданием обстановки (обстоятельств) и их обследованием (осмотром) в реконструированном виде.

Основанием для производства следственного эксперимента являются сведения (фактические данные) о событии преступления или иных обстоятельствах, имеющих значе­ние для дела, существование которых без проверки опытом или посредством реконструирования не очевидно.

Степень точности восстановления обстановки зави­сит от следственно-судебной ситуации, от того, какие све­дения проверяются опытным путем. Например, экспери­мент по установлению возможности наблюдать в сумерках факт выноса из склада материальных ценностей, упакован­ных в коробки, требует той же освещенности и тех же внеш­них признаков похищенного, но не нуждается в тождест­ве массы и ассортимента. Эксперимент в целях проверки способности подозреваемого перенести самостоятельно за определенное время конкретный объем украденного обязы­вает нас предоставить ему «ношу» того же веса и объема. Обстановка должна быть воспроизведена таким образом, чтобы не возникало сомнений в достоверности полученных результатов.

Если эксперимент направлен на проверку субъективной возможности производства определенных действий, то в его производстве участвуют лица, которые производили эти действия в реальной обстановке и на момент эксперимента занимают процессуальное положение подозреваемого, об­виняемого, потерпевшего или свидетеля. В случаях провер­ки объективной возможности производства таких действий в эксперименте участвует любое постороннее лицо.

Следственный эксперимент, состоящий в реконструи­ровании и обследовании обстановки (обстоятельств), не содержит опытных действий, как повторения (возможно неоднократного) ранее имевшего место события. Сущность следственного действия в данном случае состоит в осмотре восстановленной обстановки в целях выявления последо­вательности происшедшего события и механизма образова­ния следов. Например, в помещении, в котором произошло убийство, наклеены обои и изменена расстановка мебели. Снятие обоев и перестановка мебели в первоначальное по­ложение открыли на стенах следы крови. Осмотр реконст­руированного места происшествия позволил проверить по­казания.

Закон не требует письменного оформления решения о производстве эксперимента.

В следственном эксперименте может участвовать спе­циалист любого профиля. Привлечение понятых осущест­вляется по усмотрению следователя. Следователь вправе не приглашать понятых, если им в обязательном порядке предприняты меры для полной фиксации хода и результа­тов эксперимента с помощью технических средств. С уче­том специфики следственного действия (оно динамично) целесообразно осуществлять видеозапись производимых действий. Следственный эксперимент не может быть про­изведен, если при этом полностью не исключается опас­ность для здоровья участвующих в нем лиц или возможны действия, унижающие их честь и достоинство.

 

Обыск

Нормы, регулирующие производство обыска, предус­мотрены: ст. 25 Конституции РФ, ч. 2 ст. 12, ст. 164—170, 182 УПК.

Обыск — следственное действие, состоящее в отыска­нии и изъятии в каком-либо месте или у какого-либо лица предметов и документов, которые могут иметь значение для дела. Обыск может производиться и в целях обнаружения разыскиваемых лиц и трупов.

Закон не связывает проведение обыска с наличием ис­ключительно доказательств. Основанием для него может служить совокупность доказательств и фактических дан­ных, почерпнутых из оперативно-разыскных источников.

Оперативно-разыскные данные могут дополнять имеющу­юся совокупность процессуальных сведений о нахождении в определенном помещении или месте, у какого-либо лица объектов, имеющих значение для дела.

Законность и обоснованность обыска оценивается ис­ходя из наличия оснований на момент принятия решения и не должна зависеть от его результатов. Решение о произ­водстве обыска нуждается в процессуальном оформлении. При этом: а) обыск в любом месте, кроме жилища (по об­щему правилу), производится на основании постановления следователя. Санкционирование данного постановления не предусмотрено; б) обыск в жилище предполагает вынесение следователем постановления о возбуждении перед судом ходатайства о производстве обыска в жилище, а также при наличии оснований — постановления судьи о разрешении производства обыска в жилище.

В исключительных случаях, когда производство обыска не терпит отлагательства, следователь производит обыск в жилище на основании своего постановления с обязатель­ным последующим направлением материалов дела в суд для оценки законности и обоснованности произведенного действия (ч. 5 ст. 165 УПК).

С учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ по судебному решению проводятся обыски во всех случаях, в которых по закону выемка производится по судебному решению. Такое толкование основано на принципиальном сходстве обыска и выемки. Например, если выемка пред­метов и документов, содержащих государственную тайну, осуществляется на основании судебного решения (п. 7 ч. 2 ст. 29 УПК), то обыск с целью обнаружения и изъятия та­ких предметов и документов также осуществляется по ре­шению суда.

Законодатель не определяет исчерпывающе круг лиц, у которых производится обыск. Ими могут быть подозре­ваемый, обвиняемый, иные участники процесса, а также любые другие лица, не имеющие процессуального статуса.

При производстве обыска обязательно присутствие не менее двух понятых. При обыске должно быть обеспечено присутствие лица, у которого он производится, либо со­вершеннолетних членов его семьи. Обыски в помещениях, занимаемых организациями, производятся в присутствии представителей администрации.

При производстве обыска вправе присутствовать за­щитник, а также адвокат того лица, в помещении которо­го производится обыск.

Учитывая наступательный характер данного действия, закон не требует заблаговременного извещения защитника (адвоката) о предстоящем обыске. Однако требование за­интересованного лица об участии в обыске его защитника (адвоката) не может быть произвольно отклонено. Если обстоятельства позволяют, следователь должен начать следственное действие с участием оперативно прибывшего защитника (адвоката) или допустить его к участию в начав­шемся следственном действии.

До начала обыска следователь предлагает добровольно выдать подлежащие изъятию предметы, документы и цен­ности, которые могут иметь значение для уголовного дела. Если они выданы добровольно и нет оснований опасаться их сокрытия, то следователь вправе не производить обыск. Предложение о добровольной выдаче объектов, следующее после предъявления заинтересованным лицам постановле­ния об обыске, имеет не только уголовно-процессуальное, но и уголовно-правовое значение. В соответствии с при­мечаниями к ст. 222 и 228 УК лицо, добровольно сдавшее оружие или наркотические средства, подлежит освобожде­нию от уголовной ответственности. При этом не признает­ся добровольной сдачей выдача указанных объектов при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Указание закона о том, что при добровольной выдаче ис­комых объектов следователь вправе не производить обыск, необходимо понимать как право не производить поисковых действий, поскольку обыск как таковой произведен, что и должно найти отражение в протоколе. При производстве обыска во всяком случае изымаются предметы и докумен­ты, изъятые из оборота.

Производство обыска обеспечивается государственным принуждением. Постановление об обыске позволяет беспрепятственно входить в подлежащие обследованию помещения, в том числе принудительно вскрывать как в целом помещение, так и любые хранилища или объекты, находящиеся внутри обыскиваемых помещений. Следова­тель вправе запретить лицам, присутствующим в месте, где производится обыск, покидать его, а также общаться друг с другом или иными лицами до окончания обыска.

Изъятые при обыске предметы, документы и ценности предъявляются понятым и другим лицам, присутствую­щим при обыске, и в случае необходимости упаковываются и опечатываются на месте обыска, что удостоверяется под­писями указанных лиц.

Самостоятельная норма посвящена порядку изъятия электронных носителей информации (ч. 91 ст. 182 УПК). Полагаем, что она распространяется не только на носите­ли, но и на саму информацию. Отдельно урегулированы следующие аспекты: изъятие электронных носителей ин­формации (информации) осуществляется с участием спе­циалиста; по ходатайству законного владельца изымаемых электронных носителей информации или обладателя ин­формации, содержащейся на них, информация, содержаща­яся на изымаемых носителях, если это не воспрепятствует расследованию, копируется и передается ходатайствующим лицам. Цель такого регулирования — минимизировать по­бочные отрицательные последствия изъятия электронных носителей информации. Если копирование информации непосредственно в ходе обыска не произведено, указанные лица могут повторно заявить данное ходатайство и полу­чить копию информации по правилам, предусмотренным ч. 21 ст. 82 УПК.

При производстве обыска составляется протокол, в ко­тором должно быть указано, в каком месте и при каких обстоятельствах были обнаружены предметы, документы и ценности, выданы они добровольно или изъяты прину­дительно. Все изымаемые объекты должны быть перечис­лены с точным указанием их количества, меры, веса, инди­видуальных признаков и по возможности стоимости. Если в ходе обыска были предприняты попытки уничтожить или спрятать подлежащие изъятию предметы, документы или ценности, то об этом в протоколе делается соответствую­щая запись и указываются принятые меры. Копия прото­кола вручается лицу, в помещении которого был произве­ден обыск, либо совершеннолетнему члену его семьи. Если обыск производился в помещении организации, то копия протокола вручается под расписку представителю админис­трации соответствующей организации.

 

Личный обыск

Нормы, регулирующие производство личного обыска, предусмотрены ст. 93, 164-170, 182, 184 УПК.

Личный обыск — это самостоятельное следственное действие, состоящее в обследовании тела человека и нахо­дящейся на нем одежды, в целях отыскания орудий преступления, предметов, документов и ценностей, которые могут иметь значение для уголовного дела. По целям лич­ный обыск следует отличать от сходного с ним по ряду при­знаков освидетельствования.

Он производится в соответствии с теми же правилами, что и обыск помещений. На личный обыск распространяют­ся предусмотренные законом общие условия производства следственных действий: осуществляется по возбужденному уголовному делу и только лицом, принявшим дело к свое­му производству, или по его поручению. О ходе и резуль­татах личного обыска в соответствии со ст. 166 и 167 УПК составляется протокол в двух экземплярах.

Личный обыск как следственное действие нужно отли­чать от одноименного режимного мероприятия, проводимо­го в ИВС и СИЗО и направленного на обеспечение внут­реннего распорядка в этих учреждениях, а также от личного досмотра, предназначенного для целей производства по де­лам об административных правонарушениях.

Личный обыск производится на основании судебного решения. В исключительных случаях он может быть про­изведен по постановлению следователя без получения су­дебного решения (ч. 5 ст. 165 УПК). Личный обыск может быть произведен без соответствующего постановления при задержании лица или заключении его под стражу, а также при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, находящееся в помещении или ином месте, в котором про­изводится обыск, скрывает при себе предметы или доку­менты, могущие иметь значение для дела.

Личному обыску по общему правилу подлежит лицо, за­нимающее процессуальное положение подозреваемого или обвиняемого. При обыске в помещении личному обыску могут быть подвергнуты иные лица, в том числе не имею­щие процессуального статуса.

Право следователя подвергнуть личному обыску любое лицо, находящееся в обыскиваемом помещении, не зависит от того, истребовалось для этого судебное разрешение или нет. Ход и результаты личного обыска в данном случае могут быть отражены как в общем, так и в отдельном протоколе.

Личный обыск обеспечивается государственным принуждением в частности соразмерным, соответствующим принципам уголовного судопроизводства применением фи­зической силы.

При личном обыске обследованию подлежит тело чело­века, его одежда и находящиеся при нем вещи. При обследовании носимых вещей, имеющих замки (карманы, сумки, портфели), допускается их вскрытие.

Вне зависимости от характера поисковых действий (об­следуются интимные части тела или только одежда, вещи) закон запрещает производство личного обыска лицом про­тивоположного пола. Для соблюдения данного условия следователь, будучи лицом противоположного пола, обязан поручить производство личного обыска иному лицу. Если привлечение лица одного пола с обыскиваемым невозмож­но, то следователь вправе произвести выемку одежды и но­симых вещей и осмотреть их.

Личный обыск производится в присутствии понятых. Понятые, а также специалисты должны быть того же пола, что и обыскиваемый.

 

Выемка

Нормы, регулирующие производство выемки, предус­мотрены: ст. 25 Конституции РФ, ч. 2 ст. 12, ст. 164—170, 183 УПК.

Выемка — следственное действие, состоящее в изъятии определенных предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, если точно известно, где и у кого они находятся.

Основанием производства выемки являются факти­ческие данные, полученные уголовно-процессуальными средствами, а также в результате гласных оперативно-ра­зыскных мероприятий и позволяющие при оценке их в со­вокупности сделать достоверный вывод о местонахождении искомого объекта.

Точность знаний о месте нахождения подлежащего изъ­ятию объекта зависит от его характеристик. При изъятии объемного предмета, легко обнаруживаемого визуально, до­статочно иметь представление о помещении (квартира, ин­дивидуальный гараж), в котором он находится. Чем меньше размеры объекта, тем детальнее должно быть определено место его нахождения. В то же время в ряде ситуаций, как правило, бесконфликтных (например, при выемке финансо­вых документов в организации или похищенной вещи в ко­миссионном магазине), требование о точном месте нахож­дения объекта относительно. Отсутствие необходимости осуществлять поисковые действия (поскольку признаки искомого объекта и его месторасположение известны пре­дельно точно) является важнейшим свойством выемки, позволяющим отличать ее от обыска.

Решение о производстве выемки нуждается в процессу­альном оформлении. При этом: а) выемка в любом месте, кроме жилища (по общему правилу), производится на ос­новании постановления следователя; б) выемка в жилище, выемка предметов и документов, содержащих государствен­ную или иную охраняемую федеральным законом тайну, документов, содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях, вещей, заложенных или сданных на хранение в ломбард, докумен­тов о наличии психического заболевания или прохождении психиатрического лечения, предполагает вынесение следо­вателем постановления о возбуждении перед судом хода­тайства о производстве выемки, а также при наличии осно­ваний — постановления судьи о разрешении производства выемки; в) в исключительных случаях, когда производство выемки в жилище не терпит отлагательства, следователь производит ее на основании своего постановления.

В постановлении о производстве выемки указываются объекты, подлежащие изъятию, и определенное место их нахождения.

Порядок выемки (в том числе и составления протокола) в основном тот же, что и обыска, но с изъятиями, обуслов­ленными спецификой следственного действия. По общему правилу при производстве выемки понятые участвуют по усмотрению следователя. Если понятые не приглашены, то обязательно дополнительное к протоколу фиксирование хода и результатов выемки с помощью технических средств. Исключением являются случаи выемки электронных но­сителей информации, которая осуществляется с участием специалиста и понятых.

 

Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления

Нормы, регулирующие производство наложения арес­та на почтово-телеграфные отправления, предусмотрены: ст. 23 Конституции РФ, ст. 13, 29, 164-170, 185, п. 8 ч. 2 ст. 213, п. 2 ч. 3 ст. 239 УПК.

Наложение ареста на почтово-телеграфные отправле­ния — это комплексное следственное действие, состоящее в задержании почтово-телеграфных отправлений, осмотре содержащихся в посылках, бандеролях, письмах предметов и документов, а также телеграмм и радиограмм и при необ­ходимости в их изъятии или снятии с документов копий.

Основанием наложения ареста на почтово-телеграфные отправления являются сведения, содержащиеся в матери­алах уголовного дела, в том числе в приобщенных к делу результатах гласных оперативно-разыскных мероприятий, о том, что в исходящих или поступающих почтово-телеграфных отправлениях каких-либо лиц могут содержаться сведения, имеющие значение для дела.

Круг лиц, на почтово-телеграфные отправления которых может быть наложен арест, законом не предусмотрен. Он не ограничивается перечнем участников уголовного судопро­изводства.

Предусмотренный ст. 185 УПК порядок доступа следова­теля к информации, содержащейся в почтово-телеграфных сообщениях, распространяется на случаи, когда эта инфор­мация находится в пределах государственных сетей связи. Если же предметы, документы и иные сведения, предназна­ченные для передачи почтой или телеграфом, а также уже полученные адресатом, находятся в жилище, при физичес­ком лице или в ином месте, не связанном с каналами связи, они осматриваются и изымаются в общем порядке.

Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка в учреждениях связи производятся на основании судебного решения, выдаваемого по ходатайству органов уголовного преследования. Ходатайство перед судом о даче разрешения на арест почтово-телеграфных от­правлений возбуждается следователем с согласия руково­дителя следственного органа и оформляется в виде поста­новления, содержание которого регламентируется законом (ч. 3 ст. 185 УПК). При наличии оснований не только для осмотра, но и для выемки почтово-телеграфных отправле­ний в постановлении следователя должен быть сделан на это особый акцент. По результатам рассмотрения ходатай­ства суд выносит постановление. В случае принятия судом решения о наложении ареста на почтово-телеграфные от­правления его копия направляется в соответствующее уч­реждение связи, которому поручается задерживать их и не­замедлительно уведомлять об этом следователя.

Задержание, осмотр и выемка — самостоятельные со­ставляющие следственного действия. Закону не противо­речит выдача судом разрешения на задержание и осмотр почтово-телеграфных отправлений без их выемки. Осмотр в контексте данного следственного действия не предполага­ет изъятие предметов и документов. Разрешение на выемку должно оговариваться отдельно.

Осмотр, выемка и снятие копий с задержанных почто­во-телеграфных отправлений производятся следователем в соответствующем учреждении связи с участием при не­обходимости специалиста и переводчика. Участие поня­тых зависит от усмотрения следователя. Если понятые не приглашены, то обязательно дополнительное к протоколу фиксирование хода и результатов следственного действия с помощью технических средств. В настоящее время нет нормативного требования приглашения понятых (если следователь примет такое решение) из числа работников данного учреждения связи. Однако в целях сохранения конфиденциальности проводимого действия следование такой рекомендации целесообразно.

Ход и результаты следственного действия оформляются протоколом. Он составляется по аналогии с протоколами осмотра и выемки.

Арест на почтово-телеграфные отправления сроком не ограничен, но должен быть отменен при прекращении уго­ловного дела или уголовного преследования в отношении конкретного лица. Об отмене ареста на почтово-телеграфные отправления обязательно уведомляются суд, приняв­ший данное решение, и прокурор.

 

Контроль и запись переговоров

Нормы, регулирующие производство контроля и записи пе­реговоров, предусмотрены: ст. 23 Конституции РФ, п. 141 ст. 5, 13,29,164-170,186, п. 8 ч. 2 ст. 213, п. 2 ч. 3 ст. 239 УПК.

Сущность контроля и записи переговоров как след­ственного действия состоит в принятии следователем мо­тивированного решения об обращении в суд с целью полу­чения судебного решения о проведении контроля и записи телефонных и иных переговоров, а также в его последую­щих действиях, направленных на истребование и использо­вание полученных сведений в доказывании. Под телефон­ными переговорами подразумеваются переговоры путем использования любых средств коммуникации.

Закон позволяет различать две разновидности контро­ля и записи переговоров, предопределяемые целями этого действия: контроль и запись переговоров в целях осущест­вления уголовного преследования; контроль и запись пере­говоров в целях защиты участников судопроизводства от преступных посягательств.

Основанием контроля и записи переговоров в целях уголовного преследования являются сведения о том, что в переговорах подозреваемого, обвиняемого и иных лиц могут содержаться фактические данные, имеющие значение для дела. Основанием контроля и записи переговоров в це­лях защиты участников судопроизводства выступают све­дения, устанавливающие факты преступного (содержащего признаки преступления) воздействия определенных лиц на потерпевшего, свидетеля, их родственников и близких лиц. Процессуальные сведения могут дополняться гласными и негласными оперативно-разыскными мероприятиями.

Проведение контроля и записи переговоров в целях осуществления уголовного преследования ограничивается делами о преступлениях средней тяжести, тяжких и особо тяжких преступлениях. Круг субъектов, чьи переговоры могут быть подвергнуты контролю, строго не определен и допускает усмотрение. Закон относит к ним подозрева­емого, обвиняемого и других лиц, чьи переговоры могут содержать сведения о преступлении либо иные сведения, имеющие значение для уголовного дела.

К субъектам, подпадающим под контроль и запись пере­говоров в целях защиты их от преступных посягательств, относятся потерпевшие, свидетели, все их родственники и близкие лица. Цель следственного действия здесь иная — оградить добропорядочного гражданина от противоправ­ного воздействия. Такой -контроль может осуществляться в том числе на основе добровольного волеизъявления субъ­ектов. Представляется, что контроль и запись переговоров в этих случаях осуществляется (независимо от наличия за­явления) по делам о любой категории преступлений.

Контроль и запись переговоров осуществляются только на основании судебного решения. Ходатайство следова­теля перед судом о даче разрешения на контроль и запись переговоров возбуждается с согласия руководителя следст­венного органа и оформляется в виде постановления, содер­жание которого регламентируется законом. По результатам рассмотрения ходатайства суд выносит постановление, ко­торое направляется следователем для исполнения в соот­ветствующий орган.

Закон не предусматривает порядок оформления реше­ния о проведении контроля и записи переговоров, если они осуществляются по письменному заявлению подлежащих защите от преступного воздействия лиц. Он устанавливает лишь, что судебное решение в данном случае не требуется. Представляется, следователь обязан вынести соответствую­щее постановление, которое вместе с его поручением и за­явлением, направляется в орган, осуществляющий опера­тивно-технические мероприятия. Уведомление суда о таких действиях не предусмотрено.

Предельный срок действия постановления судьи со­ставляет шесть месяцев. Судья уполномочен установить и более короткий срок. По решению следователя возмож­но досрочное прекращение этого следственного действия. Контроль и запись переговоров после окончания следствия по данному делу недопустимы. Не может данная мера осу­ществляться по приостановленным делам, а также в случа­ях изменения квалификации преступления на деяние не­большой тяжести.

Следователь в течение всего срока производства кон­троля и записи телефонных и иных переговоров вправе в любое время истребовать от органа, их осуществляющего, фонограмму для осмотра и прослушивания. Она передает­ся следователю в опечатанном виде с сопроводительным письмом, в котором должны быть указаны даты и время начала и окончания записи указанных переговоров и крат­кие характеристики использованных при этом технических средств. Все официально поступившие к нему фонограммы должны быть в установленном порядке осмотрены путем внешнего обследования и прослушивания. Специалист, а также лица, чьи переговоры записаны, приглашаются для осмотра по усмотрению следователя.





Дата добавления: 2015-05-08; просмотров: 224 | Нарушение авторских прав


Похожая информация:

© 2015-2017 lektsii.org - Контакты

Ген: 0.11 с.