КАК ПОГРАНИЧНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ОПРЕДЕЛЯЕТ ХАРАКТЕР
Лекции.Орг

Поиск:


КАК ПОГРАНИЧНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ОПРЕДЕЛЯЕТ ХАРАКТЕР




 

Уверена, вы знаете старое высказывание: «Все мы немножко сумасшедшие, и они - больше чем я». Большинство психологов считают, что граница между нормальным и ненормальным поведением не слишком ярко выражена.

 

Если вы пишете сценарий о личности с отклоняющимся поведением, будь то шизофреничное, маниакально-депрессивное, параноидальное или психотическое поведение, вам понадобится громадный объем исследований о сложностях этих личностных расстройств.

 

Чтобы создать характер Рэймонда Бэббитта, Барри Морроу понадобилось узнать характеристики аутистов, аутичных ученых и умственно отсталых. Барри говорит о том, как он заинтересовался учеными-аутистами: «Каждый год я в качестве волонтера работал некоторое время для Ассоциации умственно отсталых граждан/ Association for Retarded Citizens. Однажды у нас был перерыв, и я почувствовал постукивание по плечу и там - в паре сантиметров от меня - стоял Человек Дождя. Его звали Ким. И он наклонил голову с насмешливым видом и сказал мне: «Подумай об этом, Барри Морроу». Я отступил назад, наклонил голову и подумал о том, что он сказал. И он выглядел в своем роде как какой-то мастер дзена и, к счастью, как раз в этот момент показался его отец, чтобы все прояснить. Он представил меня Киму и сказал, что Ким настолько рад встрече со мной, что из-за этого его слова путаются. На самом деле он хотел сказать: «Я думаю о тебе, Барри Морроу». И тут Ким повернул голову в другую сторону и начал издавать завывающие звуки и начал хлопать руками очень-очень быстро, а потом начал называть какие-то имена.

 

Я не знал, что это было, но потом я узнал одно имя, которое казалось знакомым, а потом еще одно, и я осознал, что он повторял имена из титров моих фильмов, «Билл» и «Билл: сам по себе» - по порядку. Потом он начал снова с цифр, но они шли так быстро, что казались полной бессмыслицей. И его отец попросил Кима говорить помедленнее и сказал ему, что я его не понимаю. Он сбавил темп, и я понял, что он дает мои телефонные номера за последние восемь или десять лет - снова и снова. Его отец сказал, что он заучивает телефонные книги - просто так. Тысячи номеров. Обычно он запоминает только Желтые страницы, но в моем случае он сделал исключение. Все, что он читает, откладывается у него в памяти. Чем больше вопросов я задавал, тем больше меня поражали ответы, и, казалось, удивительные стороны этой личности бесконечны. Я прилетел домой, и моя голова кружилась от всего этого – и от личности Кима. Я просто знал, что встретил одного из самых необычных существ на земле, и в этом мне повезло».

 

И хотя Ким был оригинальным прототипом Рэймонда, Дастин Хоффман выбрал другого прототипа для Рэймонда, согласно Рону Бассу:

«Дастин провел огромное исследование по классическим аутичным личностям. Он срисовал своего героя с вполне конкретного человека. У этого человека был брат, который не был аутистом, поэтому мы много общались с братом. Он мог имитировать своего аутичного брата, и я начал улавливать ритм, в котором тот жил. Мне нужно было найти способы, которыми он сделает вещи, которые были бы странными и аутичными, но были бы скорее милыми, чем отталкивающими. Вот почему мы использовали идею о списке личных обид - это универсально, поскольку все мы так поступаем до определенной степени. Это очень человечно. Мы добавили ритуалы - у вас могут быть ритуалы, выглядящие отвратительно и неприятно, но также могут быть и очень миленькие ритуалы. Для двух часов фильма мы выбрали те, которые были очаровательными и интересными, а не отталкивающими».

 

Понимание патопсихологий важно, когда пишешь такого рода героев. Но некоторые знания об отклонениях в поведении могут быть также полезны, когда пишешь о нормальных героях. У всех нас есть некоторые из этих элементов. Наделяя вашего нормального героя некоторыми из этих характеристик, можно добавить конфликта и интереса.

 

Дэвид Вильямсон/David Williamson, австралийский сценарист, написавший «Gallipoli/Галлиполи», обладает магистерским дипломом в области психологии. Он считает полезным думать о своих героях в терминах клинических моделей патопсихологии. И хотя он не использует их при создании, он часто возвращается к этим моделям на фазе переписывания, толкая своих героев немного за границы нормального, чтобы создать больше драмы и больше интереса.

 

Клиническая психология определяет число личностей или типов темперамента, которые рассматриваются как препятствующие психологическому функционированию личности. Вильямсон изображает их колебания следующим образом:

ЭКСТРАВЕРТ

Маниакальный---Параноидальный---Психопатичный или социопатичный

_______________________

Нормальное поведение

_______________________

Депрессивный---Шизофреничный---Тревожно-невротичный

ИНТРОВЕРТ

 

Что же до типов личности, герой с отклоняющимся поведением не всегда полностью попадает в одну категорию. Маниакально-депрессивный психопат колеблется между двумя, также как параноидальный шизофреник. Вы можете перемещаться между этими категориями, чтобы нарисовать в общих чертах нормальных героев, так же, как и динамику взаимоотношений между героями.

 

Маниакальные типы считают, что им все по плечу. Они выглядят очень оптимистичными, проявляя своего рода эмоциональную эйфорию. Легко возбудимые и часто очень общительные, маньяки легко подвержены эмоциональным всплескам. Они могут быть фривольными и чрезмерно разговорчивыми. Их период внимания очень короток, а порог скуки очень низок. Более того, следуя своим желаниям, они легко растаптывают окружающих.

 

Герои, которые нормальны, но обладают некоторыми маниакальными чертами, могут быть трудоголиками, ведомыми жаждой успеха. Ими может двигать жадность, как у Гордона Гекко в «Уолл-Стрит» или вера, что все сработает, и они могут построить новый мир, как у Элли в «Береге москитов/The Mosquito Coast» или убеждением, что они могут делать все, что угодно, как у злодеев в "Супермене".

Чарли Бэббитт временами немного маниакален. Рон Басс говорит: «Чарли очень буйный. Он чересчур закрыт, слишком контролирует себя, чтобы быть действительно депрессивным. Не думаю, что Чарли хоть раз сидел без дела и хандрил».

 

Депрессивные проявления - другая сторона медали. Они как бы консервируют свою эмоциональную энергию. Они подвержены плохому настроению, мыслям о собственной никчемности и приниженности. Некоторые тяготеют к ипохондрии или винят себя, даже когда их вины нет. Герои, которых можно считать нормальными, но которые содержат ряд эти черт - Гамлет, Мартин Риггз из «Смертельного оружия» и Дэвид из пьесы «Странный снег» (позже адаптированной в фильм «Стилет/Jacknife»).

 

Шизофреничные герои появлялись в целом ряде успешных фильмов. Сразу приходят на ум «Я никогда не обещала вам розового сада», «Дэвид и Лиза» и телемуви «Обещание/Promise». Шизофреники обычно застенчивы, стеснительны, излишне чувствительны и легко смущаются. Они защищают свое эго, избегая прямого конфликта. Они отстраняются, дуются и обычно испытывают трудности в общении. Артура «Страшилу» Рэдли в «Убить пересмешника» можно считать пограничным шизофреником, а Мэкон в «Туристе поневоле/Accidental Tourist» - скорее, нормальная личность с некоторыми шизоидными характеристиками, вызванными его скорбью от смерти сына.

 

Параноики верят, что люди хотят их поймать. В результате они склонны к агрессии. Они хотят быть лидерами, иметь власть и престиж в глазах других. Они решительны, упрямы, самоуверенны, закрыты, зачастую, соревновательны, невежественны, тщеславны и хвастливы. Они часто питают безосновательную неприязнь, быстро обижаются и очень чувствительны к личной критике, которая поддерживает их веру в то, что другие их не любят. Многие из героев Чарли Бронсона и Сильвестра Сталлоне проявляют эти черты.

 

Тревожные невротики беспокоятся обо всем и боятся всего. Их волнует личная безопасность, ужасает парниковый эффект, озоновая дыра, кислотный дождь, насилие и другие реалии жизни. Для них катастрофа таится везде. Они проводят свою жизнь, пытаясь избежать беспокойства. Любимый тревожный невротик для многих киноманов - Вуди Аллен в фильмах типа «Ханна и ее сестры», «Энни Холл» и «Зелиг».

 

Обсессивно-компульсивный характер - это тоже невротик. Одержимость Алекс противящимся ей Дэном в «Роковом влечении» и навязчивые состояния Рэймонда Бэббитта, которому надо каждый день смотреть «Народный суд» - примеры обсессивного поведения, которое движет героем.

 

Мы видим социопата (который антиобщественен) или психопата (который психически неуравновешен) во многих фильмах, так же как и в ежедневных газетах. Это часто злодеи в истории, «закоренелые преступники», люди без морального центра, которые могут быть бесстрашными, не внушающими доверия, озабоченными только своими личными нуждами и самосохранением, без сопереживания другим людям. Как антагонист, социопат или психопат пойдет на все, чтобы воспрепятствовать намерениям протагониста.

 

Почти все известные роли актеров Эдварда Робинсона/Edward G. Robinson и Джеймса Кэгни/James Cagney, в таких фильмах, как «Белая горячка/White Heat», «Маленький Цезарь/Little Caesar», «Лицо со шрамом/Scarface» фокусируются на социопатах. Социопаты также появляются в «Крестном отце», «Хелтер Скелтере/Helter Skelter» и «Бонни и Клайде».

 

Драма и конфликт могут идти от отношений между этими героями. Параноикам нужен кто-то, чтобы преследовать их, и агрессивность маньяков будет для них угрозой. Маньяки воспринимает недостаток энергии и драйва у депрессивного типа, как их фрустрацию.

 

Психопаты не понимают беспокойства невротиков по поводу их страхов.

 

Если вы пишете ненормального героя, вам, возможно, понадобится провести дополнительное психологическое исследование. Чтение медицинских журналов и книг по психологии, разговор с психологами, возможно, даже встреча или наблюдение за людьми с соответствующими отклонениями будут полезны.

 

Хотя материал может показаться клиническим, обдумывание героя как личности с некоторыми патопсихологическими тенденциями может добавить конфликта и глубины. Некоторые авторы пытаются сделать своих героев слишком милыми, слишком приятными, слишком святыми, тем самым уничтожая любые грани, которые могут сделать их интересными. Изучение этих категорий может помочь вам придать законченности героям, поскольку даже в самом приятном характере может быть немного безумия.

 

Барри Морроу говорит: «Проводите ли вы академическое психологическое исследование или что-то изучаете, наблюдая за человеческим поведением, вам нужен достаточно глубокий колодец, из которого вы будете черпать то, что пишете. Вам нужно, чтобы у вас была возможность покрутиться в этом мире странных людей, чтобы понять человеческое поведение».

 

Романист Деннис Линдс подтверждает: «Человек, который становится писателем, несомненно, уже интересуется психологией и социологией характера. Так же как художнику стоит интересоваться цветом или он не слишком преуспеет как художник, мы как писатели должны интересоваться психологией».

 

Джеймс Дирден дополняет: «Мы не выходим из дома и не изучаем психологию, когда пишем героя. Возможно, вы надеетесь, что у вас есть представление о том, как устроены люди, но изучая психологию, вы изучаете ее в общем, а не применительно к конкретным случаям. Вы здесь не для того, чтобы изучать психологию, потому что вы создаете конкретно этого героя. Хорошо, если у вас уже есть общее представление о психологии, которое дает вам возможность создавать характеры. У нас у всех есть психологические знания на самых элементарных уровнях. Возможно, мы не знаем термины, почему мы делаем какие-то вещи или другие люди делают какие-то вещи, но мы все знаем, что если вы жестоко обращаетесь с ребенком, велика вероятность, что ребенок будет жестоко обращаться с другими, когда вырастет. Не надо быть гением, чтобы это выяснить. Это часть опыта. Думаю, поэтому, в конце концов, я возвращаюсь к изучению себя. Если вы знаете себя, вы можете знать других. Пока вы не знаете себя, вы не можете знать других».

 

РАЗБОР ПРИМЕРА: «ОБЫКНОВЕННЫЕ ЛЮДИ»

«Обыкновенные люди» - психологический роман о мальчике, которого мучает вина за смерть своего брата. Это роман об идентичности, трансформации и перемене. Его экранизация, написанная Элвином Сарджентом/Alvin Sargent выиграла несколько призов Академии. Для целей этой книги мы будем иметь дело с романом, хотя читатели и могут захотеть посмотреть фильм, чтобы увидеть, как эта психологическая информация была адаптирована на экране.

 

Романист Джудит Гест подходит к психологии с позиций понимания своего собственного опыта, заглядывая в себя, чтобы добраться до ядра характера: «Хотя у меня был только один семестр по психологии в колледже, я собираю газетные вырезки и читаю много книг по психологии. Я не очень много читала Юнга, но я решила, что юнгианская теория наилучшим образом соотносится с моими представлениями. Многое из того, что я делаю, чтобы понять психологию - это исследование бессознательного. Я как губка, впитываю разного рода информацию из всех направлений, куда я заглядываю, хоть я и не всегда осознаю, что именно я делаю. Но поскольку это предмет, который меня интересует, мои глаза широко раскрыты все время».

 

Работа Джудит над психологией ее героев включает в себя понимание их поведения, их отношений друг с другом, их потенциала для изменения. Большинство черт, которыми она наделяет героев, идет от ее интуитивного понимания, почему люди ведут себя так, как ведут. Заметьте, когда она говорит о своих героях, она говорит об их внутренней жизни. Ее интересует не столько их внешнее поведение, сколько то, как они думают, каким они видят мир, отношения между внутренней и внешней реальностью:

 

«С большинством характеров я полагалась на свое внутреннее чутье того, на что они будут похожи. Когда я разрабатывала доктора Бэргера, я хотела создать психиатра, который был бы лучшим психиатром для Конрада (сын Кельвина). Я думала, каким бы был этот человек? Он должен был бы быть таким же умным, как этот ребенок и обладать отличным чувством юмора, потому что именно этим способом Конрад борется с миром. И я хотела создать человека, который использует тот же метод общения с миром через юмор, но использует более конструктивно, чем его пациент. Я хотела создать человека, который мог бы смотреть на жизнь с легким сердцем. Не отталкивать от себя реальность жизни и сбрасывать со счетов свои чувства относительно того, что происходит в жизни.

 

Бет (мать Конрада) похожа на ряд людей, которых я знала. Тут я пыталась создать характер, который был очень сильно ранен, и ее единственным способом справиться с этим, было отрицать это, отдаляясь все больше и больше от реалий своего существования. Она боялась своих эмоций и столкновения с ними. Я думаю, она боялась, что если хоть раз реально взглянет на ситуацию, она окончательно сломается. Это был ее способ держать себя в руках, что не очень-то отличается от большинства людей в мире».

 

Некоторые из внутренних переживаний героев Джудит Гест она узнавала, когда писала о них. Например, ее отношение к Бет менялось по мере того, как она наблюдала за ней: «Я думаю, когда я впервые начала писать Бет, я ее ненавидела. Я винила ее за то, что случилось с Конрадом. Чем дольше я писала, тем сложнее становилась ситуация и тем меньше я ее винила. Она была такой, как была. Он также был таким, каким был, и он научился быть другим, а она - нет. Она была не способна подняться над ситуацией».

 

Для романиста передача психологии героя оставляет открытой возможность залезть в голову герою - дать читателю знать, что тот думает и чувствует. С героями Кельвина и Конрада Джудит так и сделала. С Бет она приняла сознательное решение не делать этого:

 

«Я не думала, что понимание характера Конрада или Кельвина будет таким уж сложным. Поэтому я залезла им в голову, но решила не делать этого с Бет, потому что чувствовала, что даже такая попытка будет слишком сложной. Правда в том, что я не понимаю ее характер. Я знаю, что есть такие люди, и есть причины, почему они ведут себя так, но влезть в ее мысли и попытаться изобразить их казалось мне слишком сложным».

 

Джудит нужно было понять отношения и потенциал для изменения одного человека ради другого - и как это изменило бы то, что происходило у них в головах. Я спросила Джудит, считает ли она, что Бет могла бы измениться. «Определенно. Я думаю, тут дело во времени. Вот что случилось в этой семье - два человека были готовы к изменениям и один - нет. И когда это происходит, у вас есть выбор. Остаться и ждать или уйти, и она предпочла уйти.

Кельвин смог измениться, потому что Кельвин - менее закрытый человек. И его защита дала брешь в результате попытки самоубийства сына - Конрада, а его главной задачей было, чтобы это больше не повторилось, и он собирался сделать все, чтобы убедиться, что этого не произойдет. Кельвин осознал, что попытка самоубийства Конрада шла от его неспособности говорить о своих чувствах с другими людьми, и даже если бы ему пришлось сидеть на пороге комнаты ребенка и караулить его каждый день своей жизни, он не собирался допустить этого снова.

 

Я, правда, считаю, что Конрад и его мать больше похожи друг на друга, чем Конрад со своим отцом. Я думаю, это и не позволяло им сблизиться. Они оба боялись жизни и старались держать жизнь на расстоянии. Они оба были перфекционистами. И этот настоящий провал в их жизни - утонувший и пропавший Бак (брат Конрада) - превышал их способность выдержать нечто плохое. Перфекционистов тоже мучает чувство вины, и Конрад был ему ужасно подвержен, хоть это и была не его вина. Он воспринял нежелание Бет справляться с чем бы то ни было, как еще одно доказательство своей вины. Я не думаю, что она ненавидела его или винила его в несчастном случае. Я думаю, скорее ни один из них не мог справиться с этой трагедией, и они похоронили ее, но она всплыла в других проявлениях. Когда Конрад попытался избавиться от деструктивного поведения в своей жизни, он не смог больше выносить его в своей матери.

 

Я думаю, способом Конрада справляться с вещами всегда были попытки отшутиться и забыть. Вместо того, чтобы противостоять враждебности, которую он встречает в Стилмане (качок), он дерзит ему, что ровным счетом ничего не решает. Для меня мерилом его душевного здоровья был момент, когда он в конце концов ввязался в большую драку с ним. Со Стилманом. Это было очень непосредственной реакцией».

 

Движение в «Обыкновенных людях» - это движение к психическому здоровью и изменению для Конрада и Кельвина, так же как и к поиску смысла в жизни. «Есть вещи, которые просто противоречат здравому смыслу», - говорит Джудит Гест. – «Вы можете сойти с ума, пытаясь выяснить, в чем смысле чего-то. Когда Конрад говорит Бэргеру в финальной сцене: «Разве ты не видишь, это чья-то вина или в чем еще тут смысл?» - Бэргер отвечает: - «Нет никакого смысла, это просто случилось. Да, люди ищут смысл, но поиск смысла может доконать тебя, если это - ужасная трагедия».

И Кельвин и Конрад нашли свою подлинную суть. К концу книги их характеры изменяются – и они теперь более объемные, глубокие люди, с прочными отношениями и чувствами - они больше заботятся друг о друге, и, я думаю, они пытаются быть честнее. Они начали входить во взаимодействие с той внутренней сутью, которая заложена в них - и перестали осуждать. В результате всего этого произошло что-то хорошее!»

 

ПРИМЕНЕНИЕ НА ПРАКТИКЕ

 

Знание внутренних переживаний героев может помочь создать более сильные и понятные характеры. Для начала, спросите себя:

 

Какие травмирующие происшествия в прошлом моего героя могли повлиять на его нынешнее поведение? Есть ли хорошие влияния в прошлом, которые могли бы повлиять на изменения в настоящем?





Дата добавления: 2016-10-27; просмотров: 179 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов


Читайте также:

Рекомендуемый контект:


Поиск на сайте:



© 2015-2020 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.009 с.