Характернейшие черты символизма в России ― заметно отличают его от общеевропейского направления символизма. Русский символизм имеет свой особый самобытный характеро, являясь уникальной вехой в истории мировой культуры. Возникновение символизма в России в конце XIX века в первую очередь связано с деятельностью т.н. старших символистов — поэтов и публицистов Д. Мережковского и З. Гиппиус; отчасти — Валерия Брюсов. Символизм Мережковского и Гиппиус — это прежде всего символизм христианский, религиозно-мистический, постижение символа, как акт богопознания. Ярчайшими предшественниками русского символизма можно по праву назвать Ф. М. Достоевского и философа С. М. Соловьева. Последний был еще и поэтом, и своим поэтическим осмыслением доктрины о Софии — Премудрости Божией обусловил особенности развития основного направления русского литературного символизма от Гиппиус до Блока.
Если русский литературный символизм, за редкими исключениями, являет собой идейное единство, то символизм в живописи явление не менее пестрое и противоречивое, чем европейский, а иногда даже переживает острые идеологический конфликт со своей литературной основой. На напряженные духовные поиски поэтов она отвечает чистым отображением духовности: «Над вечным покоем» И. Левитана, «Видение отроку Варфоломею», «Труды преподобного Сергия», «Пустынник» М. Нестерова. На высокий пафос — иронией и гротеском: «Купание красного коня» Петрова-Водкина, «Весна» М. Шагала, и пр.
Основоположником символизма в русской живописи является М. Врубель. Чтобы познакомиться с оригиналами работ этого великого мастера даже не обязательно посещать картинные галереи. Достаточно просто прогуляться по центру Москвы. Например, фронтон гостиницы «Метрополь» украшает его знаменитая «Принцесса Греза». Напряженная, яркая, какая-то почти мозаичная живопись Врубеля монументальна, эпична, исполнена острым трагическим противоречием между реальностью и фантазией художника. В фантастический сказочный мир, или в седую древность, эпоху былинных героев, которая и сама уже давно стала сказкой, погружают вас его картины. Символизм его «Жемчужины» — целая вселенная, которая мерцает таинственными перламутровыми пастельными тонами, отражаясь в маленьком зернышке жемчуга. Пронзительный взгляд врубелевского «Демона» гипнотизирует, оставляет чувство некого внутреннего дискомфорта, почти страха, но вместе с тем от него невозможно оторвать глаз. Это одна из многих загадок художника, стремившегося постичь мир не только эстетически, но и нравственно-философски.
Дальнейшее развитие искусство символизма в русской живописи получило в творчестве художников группировки «Голубая роза». Наиболее ярким представителем «голуборозовцев» был В. Э. Борисов-Мусатов. На рубеже столетий путем последовательной и энергичной эволюции он пришел от импрессионистического этюда к картине-панно нового стиля, найдя в этом стиле органическое средство для выражения символического образа. Его знаменитый «Гобелен» обманывает обыденностью, простотой своего сюжета. Но в самой манере изображения двух беседующих женщин скрыто что-то неизмеримо более глубокое. Зритель сразу замечает какую-то особую напряженность всей композиции. Возникает впечатление, что «Гобелен» вот-вот сорвется со стены и за ним откроются таинственные знаки другого, высшего бытия.
Позднее, русские художники-символисты объединились вокруг журнала «Мир искусства» (А. Бенуа, К. Сомов, Л. Бакст, М. Добужинский и др.) М. Добужинский — величайший русский график пред — и послереволюционных лет. Излюбленный мотив его творчества — архитектуные виды Петербурга. Его гравюры, подобно романам Достоевского, открывают Петербург одновременно как живой организм и как запредельную метафизическую сущность. Как и Борисов-Мусатов, Добужинский пытался выявить символические знаки в самой форме обыденных привычных вещей. Одна из самых пронзительных его гравюр «Детские забавы», посвящена революции 1905 года. Здесь, минимальным количеством изобразительных средств достигнут максимум напряжения: по грубой каменной стене одного из петербургских домов расплывается, стекая на мостовую, кровавое пятно. В луже крови — кем-то брошенная в спешке детская кукла. И все. Этого скупого сообщения оказывается вполне достаточно, чтобы передать всю глубину трагедии тех грозных лет. Исторический перелом в судьбе страны в духе символизма предугадывался, а затем образно осмыслялся и в живописи К. С. Петрова-Водкина. В первые послереволюционные годы некоторые приёмы символизма оказались для ряда художников средством выражения романтического ощущения наступления новой эры: Б. М. Кустодиев: «Большевик», К. Ф. Юон: «Новая планета» и др.
Своеобразным проявлением стиля модерн, имевшего на почве русского символизма также самобытную, фольклорную природу, стало творчество М. Чурлёниса и И. Билибина.
Борисов-Мусатов.
Создатель своеобразных элегий в живописи Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов (1870-1905) родился 14 апреля 1870 года в Саратове в семье железнодорожного служащего. Когда мальчику исполнилось три года, произошло несчастье: он упал и повредил позвоночник. Увечье, полученное в детстве, в известной мере сказалось на характере будущего художника - у него рано проявилась склонность к одиночеству, замкнутости, мечтательности.
В 1884 году Борисов-Мусатов поступает в саратовское реальное училище. Учителя рисования - сначала Ф. А. Васильев, а затем приехавший из Петербурга В. В. Коновалов - обращают внимание на его способности. Вскоре Борисов-Мусатов оставляет училище и начинает серьезно заниматься живописью. От Коновалова он получает первые навыки мастерства, первые эстетические представления. В эти годы Борисов-Мусатой много рисует (чаще всего - сцены домашнего быта), пишет картину "Окно" (1886, ГТГ). В этюде запечатлено окно небольшого флигеля, где жила семья Мусатовых в Саратове. Художник подробно и точно воспроизводит на холсте все, что видит глаз, – мелкие планки ставен, белые крашеные рамы, чисто вымытые стекла с отражающимся в них небом, ветви и листья растений.
Лето Борисов-Мусатов обычно проводил в Саратове, где много работал над этюдами, в основном - пейзажными. Его успехи в работе на пленэре отразились в картине "Майские цветы" (1894, ГРМ). В этом солнечном пейзаже ощущаются непосредственность, свежесть восприятия жизни, что характерно для работ Борисова-Мусатова той поры.
Борисов-Мусатов приходит в искусство на рубеже двух веков, в эпоху чрезвычайно сложную и исключительно богатую крупными творческими индивидуальностями. Однако рядом с Врубелем, Нестеровым, Серовым, Левитаном он находит в искусстве неповторимый самобытный путь.
Началом творческого пути художника явился "Автопортрет с сестрой" (1898, ГРМ), не имеющий аналогий в русском портретном искусстве. Необычно композиционное построение картины - центральное место занимает задумчивая молодая девушка в старинном белом платье. Фигура художника срезана краем холста и будто выходит за его рамки. Это вносит как бы элемент случайности, напоминая картины импрессионистов.
Вслед за автопортретом создается цикл лирических картин: "Осенний мотив" (1899, Саратовский гос. художественный музей им. А. Н. Радищева), "Мотив без слов" (1900, ГТГ), "Гармония" (1900, Москва, собрание А. В. Гордона). Борисов-Мусатов передает особую атмосферу угасающей красоты осенней природы, тишину старинных усадеб; ощутимы аромат ушедшей жизни, грустная поэзия давно минувших печалей любви. Содержание этих работ в какой-то степени навеяно летними поездками в имение Слепцовку, где он гостил у своего крестного - управляющего поместьем и где впервые глубоко почувствовал обаяние старины. Расцвет творчества Борисова-Мусатова падает на начало XX века, когда были созданы наиболее совершенные работы художника: "Весна" (1898 - 1901, ГРМ), "Гобелен" (1901, ГТГ), "Водоем" (1902, ГТГ), "Изумрудное ожерелье" (1903-1904,.ГТГ) и другие.
Вершиной творчества мастера явилась картина "Водоем" (1902, ГТГ), в ней поэтические грезы выражены в совершенной, законченной форме. Картина создавалась в счастливую пору жизни художника: девушка, которую он любил давно, дала согласие на брак. Летом Борисов-Мусатов с сестрой Леной и невестой В. Е. Александровой живет в Зубриловке, пишет этюды и эскизы к картине, обе девушки позируют художнику. В картине "Водоем" все уравновешено, подчинено четкому и сложному музыкальному ритму линий и формы. Строгому ритму подчиняется и цвет, построенный на повторении синих, нежно-сиреневых и зеленых сочетаний. Картина монументальна и в то же время лирична, глубоко интимные движения души художника выражены в как бы остановленном прекрасном мгновении, зачарованном, волшебном мире красоты.
В 1904-1905 годах он выполняет эскизы к декоративным росписям. Первая группа эскизов была сделана на конкурс, объявленный Московским управлением электрической тяги, и оказалась неудачной, но второй цикл - заказ для частного дома - представляет большой интерес. Четыре эскиза - "Весенняя сказка", "Летняя мелодия", "Осенний вечер" и "Сон божества" (ГТГ) - объединены общим названием "Времена года". Содержание передано в аллегорической форме. По эмоциональности эскизы созвучны ранее созданным работам Борисова-Мусатова. Росписи, однако, небыли осуществлены. Весной 1905 года художник с женой и дочерью уезжает в Тарусу, там проходят последние месяцы его жизни и творчества. В Тарусе художник создает свои лучшие пейзажи: "На балконе. Таруса" (1905, ГТГ), "Куст орешника" (1905, ГТГ), "Осенняя песнь" (1905, ГТГ); написаны они нежными тающими красками и с большой силой обобщения. В них звучит мелодия угасания осенней природы, близкая душевному состоянию художника.
В Тарусе Борисов-Мусатов создает и свое последнее произведение - большую акварель "Реквием" (1905, ГТГ), посвященную памяти безвременно умершего друга, Н.Ю. Станюкович - жены известного писателя. "Реквием" звучит печально-торжественно, символически передавая радости и горести человеческой жизни.
Волею судьбы, это был реквием и самому автору. В ночь на 26 октября 1905 года Борисов-Мусатов умер. Он похоронен в Тарусе на высоком берегу, над Окой.
