Этнография как самостоятельная научная дисциплина возникла на базе географической науки в России и ряде других стран или как наука о человеке (как, например, в Англии). Вместе с тем ее данные задолго до выделения этнографии в середине XIX в. в особую отрасль знаний использовались при исторических исследованиях. Такое положение давало повод рассматривать этнографию как своего рода вспомогательную дисциплину, относящуюся то ли к географии или биологии, то ли к истории. К сожалению, подобные взгляды не изжиты и по сей день, однако если прежде они могли быть объяснены еще общей недифференцированностью наук, то сегодня - это результат научного невежества или неосведомленности.
Для определения общенаучного и социального значения этнографии рассмотрим те проблемы, которые она способна решать и решает, пользуясь только ей присущими методами исследования.
Как уже отмечалось, этнография - историческая наука, а
-10-
объект ее исследования - этнос, возникший еще на заре человеческой истории. Если оставить за пределами исторического исследования эпоху первобытного стада и начинать его с первобытнообщинного (или родового, или доклассового) периода в истории, т. е. с того периода, когда мы можем более или менее объективно различать и отличать этносы, то окажется, что этнография значительно полнее во временном и пространственном отношении, чем история, способна дать картину этнических и социальных изменений, пережитых человечеством. Воссоздать историческое прошлое народов Земли - долг и обязанность современной науки. В этом кропотливом труде историку помогает письменный источник, а как восстановить бесписьменную историю, или прошлое бесписьменных народов?
Большинство народов не имело письменности, и поэтому их невозможно изучать традиционными методами истории, как нельзя изучать теми же методами самый большой период, прожитый человечеством,- эпоху бесписьменного доклассового общества. Традиционная историческая наука, к сожалению, и сегодня вольно или невольно отгораживается от этих народов и этой эпохи. В такой позиции как бы возрождается характерное для недалекого прошлого деление народов на "исторические" и "неисторические". К последним, как правило, относились все народы, не имеющие письменности, а в пору расцвета колониальных империй - и все народы - носители отличной от европейской культуры.
Вместе с тем история народа сохраняется не только в письменных данных, но и в его традициях и обычаях, его представлениях об окружающем мире и верованиях, орудиях труда, пище, одежде и жилище, в памятниках древности, которые встречаются на могильных полях и местах древних поселений, в легендах и эпических сказаниях, т. е. во всем комплексе культуры, созданном данным этносом и отличающем его от других. Только этнографическими методами можно по этим следам восстановить путь, пройденный народами. Очевидно, что в прожитом человечеством миллионолетье, где эпоха классового общества, возникшая всего каких-то 7 тыс. лет назад,- ничтожно малая величина, без истории не было и не могло быть ни эпохи, ни этносов. Следовательно, этнографии в создании подлинной всемирной истории отводится отнюдь не вспомогательная, а особая роль, что очень важно при изучении самой длительной прожитой человечеством эпохи - эпохи доклассового общества, чья этническая и социальная история стала предметом научной дискуссии в современном ученом мире.
Классики марксизма-ленинизма, опираясь на данные этнографии и смежных с нею наук, придавали особое значение этой эпохе, так как ее научное описание свидетельствовало о преходящем характере классово-антагонистического государства, частной собственности и моногамной семьи, объявлявшихся
-11-
явлениями, извечно присущими человечеству. Современная этнография дает все новые и новые доказательства тому, что ни антагонистические классы, ни частная собственность, ни моногамная семья как социально-экономическая ячейка, противостоящая обществу, не являются спутниками человечества во всей его истории, и, следовательно, бесклассовое коммунистическое общество не только может быть создано, но и будет создано как результат неизбежного исторического процесса.
Таким образом, этнографии следует придавать в общей системе исторических наук вполне самостоятельное мировоззренческое (методологическое) значение, не ограничивая при этом ее общенаучную роль.
Изучая этносы во всей совокупности, подчеркивая связь этнической истории с социальной, рассматривая изменения во всех сферах культуры, этнография может давать и дает существенный материал для характеристики национально-культурной специфики при исторических, археологических, экономико-географических и других исследованиях отдельных народов или стран. В данном случае представители иных наук пользуются этнографическими материалами как дополнительными данными, помогающими раскрывать те или иные историко-археологические, экономико-географические либо другие положения. Таким образом, этнография может выступать в своем традиционном значении вспомогательно-исторической дисциплины, хотя подобное положение для нее не исключительно, так как любая из перечисленных наук может в пору активизации совместных исследований играть ту же роль в отношении к другой науке. Наконец, этнографии свойственно вторгаться в самую гущу современных политических проблем на разных континентах Земли, особенно в чрезвычайно острую по своим коллизиям и последствиям проблему межнациональных, этнических взаимоотношений. Знание этнографами объективной этнической истории, закономерностей культурной интеграции и ассимиляции, аспектов соответствия этнических территорий государственным границам вооружают прогрессивные силы всего мира в борьбе против расизма, шовинизма и национализма. Отечественные этнографы с первых дней существования советской власти принимали активное участие в осуществлении ленинской национальной политики. Несомненна политическая актуальность этнографических исследований в настоящее время в области изучения современных этнических процессов, преобразования культуры и быта.
Итак, этнография с точки зрения ее общенаучного и социального значения должна рассматриваться как 1) мировоззренческая наука, способная решать самостоятельно важные методологические проблемы истории человечества и отдельных (прежде всего бесписьменных) народов, 2) вспомогательная
-12-
дисциплина, дающая особый этнически специфический материал для других наук о человеке и его обществе и 3) политически актуальная отрасль знаний, вооружающая прогрессивные силы в борьбе против расизма, шовинизма и национализма, То обстоятельство, что этнография первоначально воспринималась как описательная наука, фиксирующая культурно-бытовые и социальные отличия между народами и прежде всего отличия неевропейских народов от европейских, породило представление о ней как о науке, изучающей культурно отсталые пароды. В таком представлении присутствовал пресловутый принцип европоцентризма, нередко превращающийся в расистскую концепцию особой цивилизирующей роли белой европейской расы по отношению ко всем прочим народам и оправдывающий колониализм. Вместе с тем особое внимание, которое уделяет этнография отжившим или отживающим явлениям культурной и социальной жизни с целью ретроспективного анализа прошлой человеческой истории, воссоздания истории бесписьменных народов, объективно способствует сохранению взгляда на нее как на науку о пережитках и, следовательно, не имеющую будущего, в котором исчезнут пережитки и произойдет культурная нивелировка всех этносов. Ошибочность подобного взгляда очевидна по той причине, что и пережитки, и особый интерес к традиционной (чаще всего сельской) жизни высокоразвитых народов - лишь часть того общего для этнографии объекта исследования, которым является этнос. И в современном мире, и в обозримом будущем даже в условиях грандиозных социальных и научно-технических изменений на Земле сохранятся те особенности, которые отличают один этнос от другого, сохранятся сами этносы, осуществляя прогрессивную тенденцию к интеграции, а следовательно, сохранится, хотя и в измененном виде, потребность их изучения, т. е. сохранится необходимость этнографической науки.
