Движение словарного состава, как известно, сопровождается различными изменениями в лексическом составе языка. Заметные изменения, произошедшие в русском языке в конце ХХ века, сразу стали объектом пристального внимания учёных, писателей и журналистов, общественных деятелей. В исследованиях этих лет (90-ые годы) ставилось много вопросов, прогнозировались тенденции и пути развития языка, делались многочисленные предположения. В начале ХХI столетия исследователи начали говорить о стабилизационных процессах в лексической системе, о нормативности, а также о завершённости некоторых процессов.
«В современной эпохе, – пишет В.Н.Шапошников, – всегда трудно разобраться, и это сложно в нынешней России: многое изменилось и перепуталось, много оценок и немало пророчеств – часто противоречивых, даже исключающих друг друга. Немало проговоренного и приговоренного мимолётом, походя, от пристрастия и субъективных мнений» [Шапошников 1998: 5].
Для русского языка 90-х годов ХХ столетия были характерны:
1. Интенсивность и быстрота изменений в лексико-фразеологическом составе русского языка.
2. Определяющее влияние общественно-политических процессов на языковое развитие.
3. Активные процессы архаизации групп общественно-политической (советской) лексики, жаргонизации литературного языка, заимствования лексических единиц из иностранных языков.
Следствием общественно-политических процессов стали лексические изменения временного характера (активные процессы архаизации (десоветизация), а также процессы деархаизации некоторых утраченных в советское время лексических единиц).
Процесс лексической деархаизации – процесс возвращения в активное употребление устаревших (в той или иной степени) слов, «отодвинутых» в советское время на периферию лексической системы русского языка – обращает на себя особое внимание. Активизация в конце ХХ столетия достаточно больших групп лексики (современные словари фиксируют несколько сотен слов) – явление в русском языке, характерное для этого времени.
Л.В.Поляков в книге «Путь России в современность: модернизация как деархаизация» выдвигает предположение, что «процесс модернизации современной России не столько «вестернизация», сколько преобразование собственной архаики» [Поляков 1998: 5]. Обращение к историческим истокам – один из сущностных признаков этого процесса.
В ХХ веке было создано большое количество словарей русского языка различных типов, значение которых очень велико. Первым нормативным словарём современного русского литературного языка стал «Толковый словарь русского языка», вышедший под редакцией Д.Н.Ушакова в 1934 – 1940 гг. Вышедший в 1949 – 1965 гг. «Словарь современного русского литературного языка» в 17 томах (БАС) дал развёрнутое описание общеупотребительных слов. По своему объёму (120 тысяч слов) он оказался самым крупным из толковых словарей литературного языка. В 1957 – 1961 гг. вышел четырёхтомный академический «Словарь русского языка» (МАС). Первое издание однотомного «Словаря русского языка» С.И.Ожегова вышло в 1949 году. Этот словарь стал самым общедоступным и самым распространённым толковым словарём русского языка. Однако в конце ХХ столетия эти словари уже не совсем точно и полно отражали состояние лексической системы русского языка.
ДАША
Многие изменения в лексической системе русского языка нашего времени отражены в словарях конца ХХ – начала ХХI вв. (например, в словарях под редакцией Г.Н.Скляревской: Толковый словарь русского языка конца ХХ века. Языковые изменения; Толковый словарь современного русского языка. Языковые изменения конца ХХ столетия; Толковый словарь русского языка начала ХХI в. Актуальная лексика).
В активное речевое употребление в конце ХХ – начале ХХI столетия возвратились слова, которые можно разделить на несколько групп:
1. Слова, обозначающие реалии общественной жизни и быта носителей русского языка.
2. Слова, относящиеся к религиозной (православной и др.) сфере, а также лексика, отражающая определённые» моральные, духовные ценности и традиции народа.
«Понятно, – писал С.И.Ожегов, – что в первые годы борьбы со свергнутыми классами и укрепления советского строя характеризуются массовым устранением, переходом в пассивный запас лексики, связанной со старым государственным строем и буржуазным бытом. Уходит со сцены старая государственная, административная, судебная, церковная, финансовая и т.д. терминология. В связи с уничтожением старых учреждений, должностей, чинов, титулов (ср., например: губернатор, департамент, гимназия, городовой, экзекутор, столоначальник, подать, акциз, богодельня, приют). Уходит и многообразная лексика, связанная с общественными и бытовыми отношениями капиталистического общества (ср., например: прошение, проситель, обыватель, господин, барин, гувернер, инородец, прислуга, провинция, харчевня, лакей). Выходят из употребления слова, специфические для буржуазно-дворянского жаргона (ср., например: мезальянс, светский, галантный, благовоспитанный)… Многие из слов этих разрядов употребляются по отношению к капиталистическому миру» [Ожегов 1974: 45].
Борьба со «старым бытом» была одной из основных задач советского государства в послереволюционные годы, и он был разрушен: сначала дворянский быт и уклад жизни, а немного позднее – и крестьянский, Однако следует отметить, что в речевое употребление в конце ХХ века вернулись, в основном, слова, относившиеся ранее к дворянскому, светскому образу жизни. Например, обращения (господин/госпожа), названия профессий и занятий (дворецкий, гувернер/гувернантка, ресторатор и др.), названия одежды и аксессуаров (боа, редингот, ботоньерка и др.), а также выражения светский лев/светская львица, суаре, светский раут почти утратили свою экспрессивную окрашенность.
В наше время нейтральными и вполне «современными» стали некоторые единицы административно-политической лексики, бывшие актуальными до революции 1917 года: губернатор, губерния, департамент (Департамент образования г.Москвы; Судебный департамент при Верховном суде РФ и др.); дума (Государственная Дума, Московская городская дума и др.); волость (Вепская национальная волость – официально в списке районов Карелии).
КАТЯ
Cловари русского языка конца ХХ – начала ХХI века фиксируют большое количество «возвращённой» конфессиональной лексики. Не случайно и то, что в период с конца восьмидесятых годив было издано множество энциклопедий, словарей, целью которых, главным образом, разъяснение православных понятий и терминов. В этом была насущная необходимость, потому что люди часто не понимали значений слов.
«В русской истории за годы советской власти эта лексика была отодвинута на периферию лексической системы и практически вытеснена из языкового сознания людей, – пишет автор «Словаря православной церковной культуры» Г.Н.Скляревская. – Словарь ставит своей задачей в какой-то мере восстановить этот массив лексики, один из важнейших в русской культуре и духовной жизни русского народа [Скляревская 2000: 5].
Для конца ХХ – начала ХХI века характерно возвращение к истокам. Это время в России отмечено стремлением к возвращению многих духовных ценностей (в том числе и в языке), некогда утраченных. Влияние христианской литературы, а также деятельность средств массовой информации – телевидения, радио (обращения, духовные проповеди) способствуют активизации этой лексики. Таким образом, тематическая сфера «религия», которая долгое время была под запретом, в конце ХХ века стала одним из активных источников пополнения активного словаря.
Примером функционирования религиозно-церковной лексики (иногда в новом контексте) могут служить материалы некоторых газет (например, справочно-информационная газета «Возглас», из которой взяты следующие примеры: Международный просветительский паломнический центр «Фавор» предлагает паломнические поездки; Оптовая реализация: образки лазерные, кольца с молитвой (собственное производство), изделия ювелирной компании СПб «Завет» по ценам производителя. Сувениры из венецианского стекла. Цепи, кресты из золота и серебра по ценам производителей. Картины на холсте и бумаге с евангельскими сюжетами и пейзажами; Голицынские восковые свечи. Производство и реализация церковных восковых свечей от №180 до дьяконских, изготовление по индивидуальным размерам, доставка по РФ и т.д.).
Таким образом, «возвращённые» лексические единицы, функционирование которых отражает динамические процессы, связанные с общественными изменениями, которые произошли в России в конце ХХ – начале XXI столетия, значительно пополнили лексический состав русского языка и составляют неотъемлемую часть современной языковой картины мира русской лингвокультурной общности.
ЧИНАР
Неизбежность изменений в языке в новых общественных условиях
После 1991 года в российском обществе произошли значительные политические и экономические изменения, которые оказали влияния на условия употребления русского языка в устной и письменной речи. Эти изменения условий использования языка отразились и на отдельных участках его лексической системы. Потеряли актуальность и вышли из активного употребления многие слова, называвшие экономические реалии советского времени, идеологическая лексика. Были вновь переименованы названия многих учреждений и должностей. В активное употребление вернулась религиозная лексика, из специальной сферы в общеупотребительную перешли многие экономические и правовые термины.
Отмена цензуры привела к появлению в прямом эфире спонтанной устной речи, демократизация - к участию в публичном общении лиц, имеющих различное образование и уровень речевой культуры.
Столь заметные перемены в речи вызвали обоснованную обеспокоенность общественности по поводу состояния русского языка современности. При этом высказываются различные мнения. Некоторые считают, что реформы в обществе привели к резкому снижению уровня речевой культуры, порче языка. Другие высказывают мнение, что развитие языка - стихийный процесс, который не нуждается в регулировании, так как язык, по их мнению, сам по себе выберет всё лучшее и отвергнет лишнее, неподходящее. К сожалению, оценки состояния языка чаще всего политизированы и чрезмерно эмоциональны. Для того чтобы разобраться, что происходит с языком, необходимы научные методы оценки благоприятности языковых изменений, которые пока ещё разработаны недостаточно.
