Несмотря на определенный прогресс в изучении проблемы формирования различных опухолей, в том числе и ОЯ, существует много вопросов о роли активных форм кислорода в их патогенезе. Сообщения, касающиеся изучения процессов свободнорадикального окисления при ОЯ малочисленны. Исследований, касающихся содержания маркёров ОС в эндометриальном секрете (ЭС) или менструальных выделениях (МВ) больных доброкачественными, пограничными и злокачественными ОЯ - в биологических жидкостях, оттекающих непосредственно от патологически измененных внутренних гениталий, в доступной литературе практически нет.
Ещё в 1977 г профессором Н.М. Эмануэлем выдвинута гипотеза, согласно которой «свободные радикалы» играют ключевую роль в развитии опухолей. Согласно этой теории АФК и индуцированные ими реакции перекисного окисления липидов (ПОЛ) и перекисного окисления белков (ПОБ) могут рассматриваться как универсальный механизм опухолевой трансформации.
ЭС и МВ в качестве изучаемой биологической жидкости были выбраны с учетом того, что эндометрий чутко реагирует на морфо-функциональные изменения яичников, в том числе и на формирование опухолей гонад.
Кроме того, ранее при гиперпластических процессах и раке эндометрия была показана способность ряда ферментов и их изоформ накапливаться в апикальных отделах желёз, а затем выделяться в эндометриальную слизь (Е.Г.Шварев, 1993).
Установлено, что содержание карбонильных групп белков (КГБ) в ЭС больных ОЯ по сравнению с показателем женщин контрольной группы достоверно возрастало: при доброкачественных ОЯ – в два раза, а при РЯ – почти в три раза! При этом исследуемый показатель у больных РЯ достоверно отличался в сторону увеличения от аналогичного у больных доброкачественными ОЯ. Полученные результаты позволяют сделать вывод, что содержание КГБ в ЭС в пределах 0 – 1,9 нмоль/мг характерен для женщин контрольной группы с нормальным строением яичников. При увеличении показателя до 2,0 – 3,5 нмоль/мг в большинстве случаев определялись доброкачественные, а при 3,6 – 4,9 нмоль/мг – злокачественные ОЯ.
Определение КГБ было проведено в образцах МВ женщин контрольной группы и больных доброкачественными ОЯ репродуктивного возраста с нормальным менструальным циклом. Среди женщин контрольной группы содержание КГБ в МВ составлял 1,2 ± 0,29 нмоль/мг, а в группе больных доброкачественными ОЯ был достоверно выше - 2,7 ± 0,21 нмоль/мг (p < 0,01).
На сегодняшний день особый интерес представляет развитие нового направления лабораторной диагностики – клинической кристаллографии, заключающейся в изучении морфологической картины биологических жидкостей (БЖ).
Общеизвестно, что морфологические исследования в медицине сосредоточены, главным образом, на тканях и клеточных элементах, в то время как вопросы структуры БЖ остаются открытыми.
Перспективным направлением в этом плане является изучение структур, образующихся в БЖ при переходе ее в твердую фазу, и получившее название «морфология биологических жидкостей». Процесс кристаллизации отражает тончайшие изменения химического состава и физических свойств компонентов БЖ.
Для изучения этого процесса применяют метод клиновидной дегидратации. Суть его заключается в переводе капли БЖ в твердую фазу путем высушивания в стандартных условиях.
Микроскопическая картина сформировавшейся фации отличается структурами, характерными для каждого вида БЖ человека и зависит от особенностей течения физиологических и патологических процессов в организме.
При изучении фации ЭС пациенток с нормальным строением придатков матки и эндометрия отчетливо просматривались периферическая и центральная зоны. В периферической зоне основными структурными элементами являлись радиальные трещины, отдельности, определяемые по всей площади. Трехлучевые трещины – (маркер тканевой атипии) при этом отсутствовали!
Основными структурными элементами фаций ЭС больных доброкачественными ОЯ были радиальные трещины в периферической зоне, на остальной площади - широкие трещины, формирующие между собой отдельности и почти у половины больных - единичные трехлучевые трещины! Площадь зоны трехлучевых трещин в данной группе пациенток составила 1,1 ± 0,08 мм2.
У больных РЯ описанные основные структурные элементы фаций ещё сохранялись (радиальные, широкие трещины и отдельности), но при этом значительно нарастал удельный вес трехлучевых трещин, площадь их зоны составила 2,2 ± 0,10 мм2, что оказалось достоверно выше аналогичного показателя больных доброкачественными ОЯ.
В морфологической структуре фаций МВ женщин контрольной группы можно было выделить основные структурные элементы, описанные для фаций сыворотки крови: трещины, отдельности – участки фации, со всех сторон ограниченные трещинами, и конкреции – округлые более светлые на общем фоне образования, расположенные в центральной зоне отдельностей. Трёхлучевые трещины у женщин контрольной группы в фациях МВ не встречались.
У больных ДОЯ в фациях МВ сохранялось описанное в контроле расположение основных элементов, однако в большинстве случаев (68,3%) фация уже содержала трёхлучевые трещины.
Указанный диагностический способ исследования ЭС и МВ является неинвазивным, простым по технике выполнения и может использоваться (наряду с общепринятыми) при обследовании женщин в амбулаторных условиях, повышая своевременность и точность выявления ОЯ.
