скачать Van Morrison - Someone Like You
Глава 18. Поездка
Чуть позже одиннадцати Эдвард приехал за мной к Элис и Джасперу. Устало улыбаясь, он разбудил меня; оказывается я уснула на диванчике за просмотром какого-то странного фильма, взятого Джаспером в прокате. Пока я прогоняла сонливость, приводя себя в порядок в ванной, Элис отдала Эдварду собранную для меня сумку, и тот вышел, чтобы погрузить ее в машину, затем вернулся.
– Мы подъедем в пятницу вечером, Белла. – Элис проводила меня до двери, где Эдвард разговаривал с Джаспером. – Джас работает полдня, так что ждите нас к ужину.
– Хорошо, – ответила я, все еще ошеломленная событиями прошедшего вечера.
Элис обняла меня, когда мы подошли к двери. – Я люблю тебя, – прошептала она мне на ухо.
Я крепко обняла её в ответ – Я тоже тебя люблю.
Джаспер присоединился к нашему коллективному объятию, и крепко сжимая меня, поцеловал в щеку. – Береги себя, Белла.
Улыбаясь, я обняла его в ответ. – Увидимся в пятницу.
– Позаботься о ней. – Джаспер, передавая меня в руки Эдварда, похлопал друга по спине.
Эдвард, придерживая меня за спину, повёл через холл к лифтам. Элис и Джаспер застыли в дверном проёме, наблюдая за нами; и до того, как двери лифта закрылись, мы помахали друзьям на прощание.
Эдвард продолжал держать руку на моей спине, пока не пришло время садится в машину. Очутившись в салоне, я откинула голову назад на подголовник пассажирского сиденья, Эдвард уже сел за руль. Включил магнитолу и улыбнулся мне. – Слушай все, что пожелаешь, – спокойно сказал он.
– Хорошо, – сказала я; на самом деле слушать музыку не было настроения. Я хотела поговорить с ним; у меня накопилось немало вопросов, и все они требовали ответов. Около получаса мы ехали молча. Молчание совсем не тяготило, но я нервничала, мне нужно было знать, что происходит, а уверенности, что он сможет всё объяснить, не было.
– Все в порядке? – спросил Эдвард, посматривая на меня.
Переборов желание, выдать своё коронное «все хорошо», я глубоко вдохнула, расправила плечи и приготовилась к противостоянию, которое, как я не сомневалась, обязательно последует. Развернувшись к Эдварду, я, прежде чем заговорить, на мгновение замешкалась. Затем заявила прямо. – Мне нужны ответы.
Эдвард вздохнул и пробежался рукой по волосам. Он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, затем снова сосредоточился на дороге. Приглушив звук, Эдвард ждал моего вопроса.
– Как… Я имею ввиду, – правильные слова всё никак не желали подбираться. Эдвард терпеливо посмотрел в мою сторону. – Я просто не понимаю, – в конце концов, вырвалось у меня.
«Что ты не понимаешь, Белла?»
– Почему вы, парни, так до сих пор его и не поймали? – я не хотела, чтобы мой вопрос прозвучал как обвинение, но, думаю, он воспринял его именно так.
– Мы стараемся изо всех сил. Его задержали, но все улики косвенные. – В его голосе звучала печаль, не знаю, что конкретно его расстроило: мой вопрос или вся ситуация в целом.
– Прости, – начала я, – но я просто не понимаю, почему вы не смогли соотнести все преступления по его ДНК.
Это первое, что пришло мне в голову, стоило мне увидеть его на видео в моей спальне. У них должен быть образец его ДНК с тел изнасилованных и убитых женщин. Я знала, что у них был образец ДНК напавшего на меня, так неужели они не могли сравнить его с ДНК, обнаруженными на телах других жертв? Только если мужчина, напавший на меня, вовсе не был Безжалостным Убийцей.
Эдвард тяжело вздохнул, уставившись на дорогу. – Я не должен разглашать это. – Он взглянул на меня, и по его глазам я видела, он решил рассказать мне о том, что известно ему.
– Нам так ни разу и не удалось взять образец его ДНК у жертв, – сказал он, не отрывая взгляда от дороги. – Мы нашли остатки латекса от использованных презервативов, но он… – Эдвард запнулся и бросил взгляд на меня.
– Белла, не знаю, как тебе об этом рассказать, даже для меня это слишком. – Я взглянула на его взволнованное лицо.
- Как насчет того, если я остановлю тебя, когда это станет для меня слишком? – Он не отреагировал на мое предложение, но продолжил свой рассказ.
– Он прижигал их, – его голос дрогнул. – Он прижигал руки и пальцы, кожу вокруг рта и глаз, – Эдвард с трудом сглотнул, мельком взглянув в мою сторону. – И между ног и бедер тоже. – Он снова глубоко вздохнул, а я ждала. – Мы считаем, он пользуется паяльной лампой или чем-то подобным.
Эдвард задержал дыхание, прежде чем продолжить. – А после оставлял жертвы лежащими в ванной с проточной водой. – Он снова посмотрел на меня, прежде чем закончить. – Забирал одежду и сжигал ее, пепел сваливал в бак для мусора или канаву.
– Он очень аккуратен, Белла. Мы никогда не находили на жертвах частиц его кожи или волос. – Посмотрел на меня, Эдвард добавил. – По крайней мере, на тех, кого он убил.
Моргая, я уставилась на него, пытаясь осознать услышанное. – Что ты имеешь в виду? – Дыхание начало сбиваться, в то время, как я боролась с жутким смыслом его слов.
– Белла, ты в порядке? – Его явно беспокоило, что он слишком много сказал мне.
– Просто скажи мне, о чем ты говоришь, – потребовала я.
Прежде чем продолжить, он медленно выдохнул. – Когда врачи делали медицинское заключение о твоем изнасиловании, они обнаружили кожные клетки и пару его волос на твоих бедрах. – Последние слова он сказал приглушенным тоном, как будто ему было больно это говорить.
– Но он не насиловал меня, – запротестовала я.
– Я помешал ему, – мрачно сказал он, уставившись на дорогу.
В салоне воцарилась тишина, а я думала о том, насколько была близка к изнасилованию. Стоило нескольким воспоминаниям пронестись в моей голове, тут же накатила дрожь.
Кевин стащил мои джинсы, я боролась изо всех сил, но его холодная липкая рука сильно дернула мои трусики. Звук рвущейся ткани эхом отозвался в ушах, бёдра пронзила обжигающая боль.
Мое дыхание стало прерывистым, сердце колотилось, как бешеное, и я сосредоточилась на приборной панели передо мной. – Белла, голос Эдварда прозвучал словно издалека. – Белла, ты в порядке? – Обеспокоено вопрошал он. – Мне остановиться? – Я не понимала, что он говорил.
– Остановиться?
– Белла, что с тобой? Скажи мне, – потребовал он.
Не отрывая глаз от приборной панели, я сконцентрировалась на дыхании, и подняла левую руку, призывая его молчать. К счастью, он понял, мой жест и молчал до тех пор, пока я не справилась с приступом и не заговорила.
– Обещаю, я всё расскажу тебе, – между вдохами выдавила я, – только не сейчас. У меня пока нет уверенности, что я все понимаю.
– Тебе нужно еще подробностей? – скептически спросил он.
– Нет, – выдохнула я. – Я, ну, я начинаю думать, возможно, это действительно два разных человека. – Что-то не сходилось. Другие жертвы были найдены в собственных домах, а на меня напали на улице. Возможно, это мой нападавший был подражателем. Неуверенная в своей правоте, я подняла глаза на Эдварда, дабы оценить его реакцию.
Его лицо окаменело, подбородок напрягся, а взгляд полностью сконцентрировался на дороге. Костяшки пальцев, сжатых на руле, побелели. Протянув руку, я мягко дотронулась до его запястья.
– Эдвард, ты в порядке?
От моего прикосновения его тело расслабилось, но прошло время, прежде чем он ответил. – Я не сомневаюсь – это один и тот же человек. – Он посмотрел на меня, затем снова уставился на дорогу. – Мне бы не хотелось обсуждать эту тему, когда я за рулём, – заявил он, – я предпочитаю смотреть в твои глаза, когда мы разговариваем. – На последних словах тон его смягчился.
– Послушай, я не хочу тебя пугать, – продолжил он, – но ты должна это знать. – Он еще раз посмотрел в мою сторону, прежде чем убрать правую руку с руля и сжать мою ладонь. Наши пальцы переплелись, и он, снова взглянув на меня, погладил подушечкой большого пальца тыльную сторону моей руки. В его глазах появилось то выражение, от которого мое сердце билось чаще, а тело трепетало.
– С тех пор, как Уоллеса выпустили под залог, – когда он заговорил, его голос слегка дрожал. – Убийца оставляет записку на каждом месте преступления.
Говорить что-то ещё – не имело смысла. По спине пробежал холодок, а на руках выступили мурашки. Закрывая глаза, я задышала ровнее, зная, что приступ может начаться в любую минуту.
– Красавица, – бесстрастно произнесла я.
– Да.
Некоторое время мы ехали в молчании, пока туман в моей голове не рассеялся. – Ты знал, что Белла с итальянского «красавица»? – спросила я.
– Да, но я никогда не соотносил это с тобой до сегодняшнего вечера. – Его голос был мрачен. – По крайней мере, пытался убедить себя, что это – всего лишь совпадение.
Из радио лилась музыка, а мы снова замолчали и ехали, не разнимая рук. В какой-то момент я опустила голову на подголовник и закрыла глаза.
Я неслась по высокой траве, кончиками пальцев касаясь цветов. Солнце освещало, раскинувшееся передо мной озеро, слышался мягкий плеск волн, лучи, отражаясь от поверхности, рассыпались мириадами бликов. Спокойная гладь заволновалась, когда над водой показалась голова с растрепанными локонами. Мои взгляд был прикован к выходящему из воды ангелу, с бронзовыми волосами и совершенным телом, покрытым каплями воды, сияющими в лучах солнца.
Мы пошли навстречу друг другу, не разрывая взгляда. Находясь буквально лишь в шаге от него, я потянулась и мягко прикоснулась к одной из блестящих капель. Наклонившись, языком поймала каплю воды на его груди. Слизывая эту блёстку с его кожи, я ощутила, как по телу разливалась теплота. – Эдвард, – застонала я.
Меня словно бы оттолкнули в сторону, я вскинула руки, пытаясь удержать равновесие; сквозь ветер послышалась музыка. Я повернула голову, ища её источник, но так и не смогла определить, а, обернувшись обратно, обнаружила, что ангел исчез. Пытаясь понять, куда он пропал, я ощутила, как сильно забилось сердце. – Эдвард, – выкрикнула я, – не оставляй меня.
Мое тело будто качалось на волнах, я чувствовала мягкий ритмичный плеск воды под собой. Печаль захлестнула меня, когда я, оглянувшись на луг, обнаружила, что темнота начала поглощать всё вокруг, лишь мимолётные вспышки света, периодически возникали в моем видении. Но и они вскоре пропали, оставляя меня в кромешной тьме.
– Белла, – раздался бархатный голос рядом со мной. Жар, опаляющий мою руку, распространился по всему телу. – Белла, – повторил бархатный голос.
Я повернула голову на этот ласкающий звук, глаза непроизвольно открылись. Я потрясённо взирала на склонившееся надо мной лицо. Я заснула в машине, а учитывая мою дурную привычку, болтать во сне – кто знал, что он мог услышать от меня?
– Прости, Эдвард, я, должно быть, уснула. – Я почувствовала жар, заливающий мои щеки, и послала благодарность небесам за то, что в машине, стоявшей напротив большого здания на практически пустой парковке, было темно.
– Все нормально, просто хотел узнать, не нужно ли тебе выйти освежиться. – Он, извиняясь, посмотрел на меня. – Если хочешь, можешь спать и дальше.
– Нет, я хотела бы размять ноги, – сказала я, открывая дверь и выходя из машины.
Ночь была холодна, я обняла сама себя, пока мы шли к зданию. Выйдя из дамской комнаты, я нашла взглядом Эдварда, ждущего меня с парой банок колы, бутылкой воды, несколькими упаковками чипсов и шоколадными батончиками в руках.
– Ты голоден? – спросила я, пытаясь сдержать смех.
– Я не забыл. Всё на твой вкус, – поддразнил он меня.
Нахмурившись, я попыталась придать себе угрожающий вид, но похоже, на него это не произвело ни малейшего впечатления. Более того, уголки его губ дрогнули и расплылись в улыбке. Вручив мне часть своих покупок, он довел меня до машины, придерживая рукой за спину.
Заправившись, мы выехали на дорогу. Наклонившись к панели управления, я вгляделась в GPS, чтобы посмотреть, как долго нам ещё ехать. – Который час? – спросила я. Эдвард рассказывал, что коттедж находится в шести часах езды от Сиэтла, но согласно GPS нам оставалось ехать всего лишь полтора часа, неужели я проспала так долго?
– Почти два тридцать.
– Хмм, – задумчиво протянула я, нажимая кнопку на экране GPS, чтобы просмотреть статистику поездки.
– Сто десять миль в час! – В ужасе воскликнула я.
Он выглядел озадаченным моей внезапной вспышкой. Его глаза удивлённо расширились, а на лице застыло обескураженное выражение. – Ты полицейский, Эдвард, – укорила его я, продолжая свою тираду.
– Большинство людей нашего возраста ездят с такой же скоростью, – язвительно заметил он.
– Но я – дочь начальника полиции, Эдвард, а ты – коп! – я скрестила руки на груди, когда он так и не снизил скорости. Чуть позже стрелка спидометра опустилась до девяносто миль в час, но лишь потому, что мы съехали с хайвея и оказались на узкой дороге.
– Я хороший водитель, Белла, – уверил он.
– Да, мне всё равно. Что, если перед тобой внезапно выскочит олень или енот? – всплеснув руками, я продолжала отчитывать его.
К несчастью, моя отповедь не подействовала на него. Кроме того, его рот изогнулся в улыбке, и он, поджал губы, в попытке не засмеяться, к слову, безуспешной.
– Тебе что, жить надоело? – прорычала я, одаривая его самым угрожающим взглядом, на который только была способна.
Видимо, это стало последней каплей, и он расхохотался. Скрестив руки на груди, я недовольно уставилась на него. – Послушай, – сказал он, справившись со смехом. – Я просто устал. И хочу как можно быстрее доехать до дома.
– Но, – начала, было, я, но он поднял руку, прерывая меня.
– Стоп-стоп-стоп! Больше никакой критики в мой адрес! Я доставлю тебя в загородный домик в целости и сохранности. – От его грозного взгляда я вжалась в сиденье. Но обсуждать дальше манеру его вождения я не решилась.
По радио ничего нормального не крутили, поэтому я пролистала плей-листы на его I-pode и выбрала один из них под названием «Поездка». Он состоял из ритмичных песен, которым было легко подпевать. Эдвард начал петь, а я откинулась на сиденье и наслаждалась звуком его голоса.
GPS показывал, что до коттеджа осталось ехать не более получаса, и мое сердце забилось. Меня волновала предстоящая встреча с его двоюродным братом, хотя я и знала, что сегодня его там не будет.
– Расскажи мне о Карлайле, – попросила я, пытаясь совладать со своими страхами.
Эдвард прекратил петь и, улыбаясь, убавил громкость на стерео. – Он мне как брат, – начал он. – На четыре года старше, – Эдвард снова замолчал, широкая улыбка заиграла на его лице. – Когда мы были детьми, я постоянно доводил его до бешенства.
Он повернулся, чтобы взглянуть на меня, улыбаясь моей любимой улыбкой. Сердце в груди учащённо забилось, а по телу разлился жар. Эффект, который он оказывал на меня, был просто сумасшедшим – я чувствовала себя просто сексуально-озабоченной.
– Я всегда хотел походить на него, практически не отлипал от Карлайла. Да он просто ненавидел меня, – сказал он с широкой улыбкой. – Его сестра, Кейт, всего лишь на два года старше меня, и мы отлично проводили время, хотя она регулярно напоминала, чтобы я даже не мечтал о том, чтобы стать её мужем, поскольку она меня не любила. – Он повернулся, подмигнул мне, и мы расхохотались.
– Так вы втроем, типа, близкие друзья?
– Ну, типа, как брат и сестра, – мягко сказал он.
– Часто видитесь?
– Уже нет, – ответил он. – Карлайл – доктор в Пресвятом Сердце в Спокане. Свободное от работы время у него и Эсме отнимают дети, их у них двое. – Он повернулся, чтобы снова улыбнуться, и я разглядела блеск в его глазах, когда он упомянул о детях.
– Кейт живет в десяти минутах езды от Карлайла. Ее муж Гарретт работает в Мэрии. – Эдвард засмеялся и тряхнул головой, прежде чем продолжить. – Точно не уверен, какие у него обязанности, но в Спокане его любят. – Он взглянул на меня и нежно улыбнулся.
– А у тебя есть двоюродные братья или сёстры? – спросил он меня.
– Ну, вроде как, да, – заколебалась я. – У мамы есть брат, но мы виделись лишь пару раз. – Я прекратила попытки вспомнить, как он выглядит, прежде чем продолжить рассказ. – У него двое детей, но старший почти на десять лет младше меня. Они регулярно переезжают. Моя мама из Олимпии.
Зная, что это прозвучало не слишком обнадёживающе, я попыталась смягчить свои слова. – Нескольких последних лет Элис и Джаспер стали моей семьей, – я улыбнулась, надеясь, что он поймет, что я была счастлива. Он улыбнулся в ответ, и снова сосредоточился на дороге.
Мы продолжили болтать, Эдвард закидал меня вопросами об Элис и Джаспере. Я рассказала, как встретила Элис, о забавных и не очень ситуациях, в которые мы попадали в колледже. Он отметил, что мы с ней совершенно разные, и мы оба рассмеялись, когда я рассказала ему, как при первой встрече Элис подлетела ко мне, обняла и сообщила, что мы будем лучшими подружками.
Он поделился детскими историями о нем и Джаспере. Мне не казалось, что Джаспер сильно изменился: даже мальчиком Эдвард описывал его как тихого ребенка, который изрекал мудрости, едва открыв рот.
Оставшуюся часть поездки мы разговаривали, поэтому, когда он затормозил возле огромного бревенчатого дома, я подумала, что мы просто сделали остановку, чтобы освежиться и воспользоваться туалетом. Заглушив мотор, он горестно вздохнул и посмотрел на меня. – Придется отложить осмотр дома на утро. Я выжат как лимон. – Посмотрев в мои глаза, устало произнёс он. Но, увидев моё замешательство, повеселел. – Все в порядке?
– Хм, ну, да, – сказала я. – Просто наши представления о домике сильно отличаются.
– Вообще-то внутри действительно мило, – неуверенно сказал он, разглядывая красивое здание перед нами.
– Ну, я уверена, что так оно и есть, – заикаясь, начала я и решила, что, если уж на то пошло, лучше мне держать рот на замке. – И, кстати, когда я думаю о домике, я обычно представляю что-то такое небольшое, не настолько монументальное.
Его взгляд просиял, когда он понял причину моей неуверенности. Открывая дверь со своей стороны, он улыбнулся мне. Я последовала его примеру и вышла из машины. Эдвард подошел ко мне, взял за руку и проводил ко входу.
- Ну, вот, это домик моего дяди, – начал он. – И он намного меньше, чем его дом. Эдвард подмигнул мне, открывая дверь, и я удостоверилась, что это действительно был самый красивый загородный дом, который я когда-либо видела. Впрочем, я не так уж часто отдыхала в коттеджах, на самом деле, всего лишь в одном, но этот действительно отличался от маленького и вечно продуваемого сквозняками домика друга моего отца. Это место напомнило мне о коттедже, принадлежавшем семье Джаспера, только этот был немного больше и сложен из бревен.
Первый этаж оказался просторным и огромным: большая гостиная с коричневым кожаным диваном и двумя диванчиками поменьше. На стене напротив дивана висел большой плоский телевизор, под ним на маленьком столике стояла необходимая электроника: стерео, кабельное телевидение, проигрыватель для Блю-Рей дисков, и, конечно же, игровая приставка. В соседней стене был сложен камин, это придавало комнате уют.
В столовой напротив двойных раздвижных стеклянных дверей располагались большой диван и огромный обеденный стол с восьмью стульями. Двери вели в просторную кухню, с разделочным столом посередине и рядом настенных шкафчиков, незаметных из гостиной. Большую часть оставшегося пространства занимала чёрно-белая мраморная столешница.
Пока я осматривала первый этаж, Эдвард вышел из дома и пошёл к машине за нашими сумками. Вернувшись, Эдвард выглядел очень уставшим, поэтому я попыталась отобрать у него несколько сумок, на что он лишь сердито посмотрел на меня.
Перед нами были ступени, ведущие вниз, но Эдвард провёл меня вверх по другой лестнице и открыл первую же дверь, к которой мы подошли. Он занёс мою сумку и положил её на кровать поистине королевского размера.
– Ты можешь переночевать здесь первые две ночи, но потом придётся переместиться в другую комнату. – Он стоял рядом со мной – настолько близко, что от силы притяжения, бушующей и танцующей между нами, волоски на моих руках встали дыбом.
Я смотрела ему в глаза, нежно блестевшие в мягком свете комнаты, и моё сердце затрепетало, а дыхание стало прерывистым. Он закрыл глаза и на мгновение запрокинул голову назад. Когда он вновь посмотрел на меня, моё сердце остановилось от той страсти, которая была в его взгляде. Я глубоко вдохнула, и он тут же развернулся и вышел из комнаты.
– Эдвард, – окликнула я его.
Он развернулся, встав в дверном проёме комнаты. – Тебе что-нибудь нужно? – спросил он хриплым голосом.
– Нет, я просто хотела узнать, где ты будешь спать. – Последние несколько слов я произнесла с трудом.
– На диване в гостиной. – Он начал разворачиваться, и замешкавшись, сказал: – Если тебе что-нибудь понадобится, – произнес он, глядя мне в глаза, – просто дай мне знать. – Поколебавшись, он сладко мне улыбнулся и мягко произнёс, – Спокойной ночи, Изабелла.
– Спокойной ночи, – пожелала ему я, и он вышел из комнаты, закрывая за собой дверь.
Несмотря на то, что очень устала, я всё же не хотела спать в той одежде, что была на мне весь день, и на работе, и когда пошла ужинать с Элис. Открыв сумку, которую она мне собрала, я обнаружила зубную щётку и зубную пасту, гель для душа, шампунь, дезодорант, гель для умывания и декоративную косметику. Улыбаясь про себя, я провела пальцами по туалетным принадлежностям, которые сложила для меня подруга. Я ничего не стала брать из своей квартиры – все мои вещи по-прежнему были в Сиэттле. Элис прошлась по своей ванной и собрала всё, что мне могло бы понадобиться – она самая лучшая подруга.
Но, само собой, моё счастье не могло длиться вечно. Я знала, что у Элис было не так много одежды, которую я могла бы у неё позаимствовать, но она могла бы быть более консервативной в своем выборе. У неё не было подходящего для меня нижнего белья, поэтому утром мне придётся постирать то, что на мне, а потом уже можно будет отправиться за покупками. Но она положила мне в сумку пару хлопковых шорт и несколько футболок.
Мне удастся запихнуть свою задницу в шорты, но они слишком короткие, и можно не сомневаться, что ягодицы будут видны. Закатывая глаза, я разобрала футболки и съёжилась при мысли о том, чтобы носить их перед Эдвардом. Они мне как раз, но очень обтягивающие, особенно в одном месте, к которому я изо всех сил стараюсь не привлекать внимания.
Стащив свою одежду, я натянула зелёные шорты и белую футболку. Одежда врезалась мне в тело, обтягивая изгибы. Выйдя из комнаты, я пошла по коридору в поисках ванной. Эдвард так торопился добраться до кровати, что забыл показать мне, где она находится. Не желая беспокоить его, я отыскала ее самостоятельно.
Почистив зубы и умывшись, я вернулась в свою комнату, выключила свет и забралась под одеяло. Часы на тумбочке возле кровати показывали полчетвёртого. Глубоко вдохнув, я закрыла глаза и ждала, когда ко мне придет сон.
Я металась и вертелась, сминая простыни под собой, в то время как меня одолевали мысли. Образы моей захламлённой квартиры проносились в голове, когда я думала о разбросанной в комнате одежде и разгромленных гостиной и кухне – всё было разрушено. Затем воспоминания о посланиях, оставленных мне, пронзили меня. Положив руку на голову, я изо всех сил старалась не думать о словах, что в них были, не только в букете роз, но и в моей ванной. Как только я перестала думать об этом, меня замучили видения тёмной фигуры, занимающейся самоудовлетворением у моей кровати. Мне было страшно заснуть от мыслей о том, что могло мне привидеться.
Взглянув на часы, я увидела, что было четыре пятнадцать утра. Отбросив с себя покрывала, я встала с кровати и вышла из комнаты, крадясь в холл вниз по лестнице.
Сначала я просто собиралась прикорнуть на одном из диванчиков, но когда я вошла в гостиную и увидела глубоко спящего Эдварда, меня потянуло к нему. Сердце беспорядочно забилось, и жар разлился по всему телу, проникая в каждую клеточку.
Осторожно присаживаясь на край кровати, в которой спал Эдвард, я не отрываясь смотрела на красивого ангела, которого полюбила. Он был укрыт одеялом, но я видела его обнажённые руки, подсказывающие, что на нём не было футболки. Мой рот начал увлажняться, как только я подумала о том, какие места я хотела бы исследовать.
Встряхнув головой, чтобы избавиться от неприличных мыслей, я легла рядом с Эдвардом, но поверх одеяла. Свернувшись клубочком на своей стороне лицом к нему, я глубоко вздохнула. Рядом с ним я всегда чувствовала себя так безопасно. Рядом с ним я чувствовала, будто достойна того, чтобы он тратил на меня время и усилия с целью помочь вернуться к нормальной жизни. Эдвард не видел во мне ту сломленную Беллу, которую я каждый день наблюдала в зеркале, и, мне казалось, она не заслуживала такого мужчину, как он. Он такой заботливый, сочувствующий, красивый, интеллигентный, веселый, любящий, сексуальный, добрый и этот список я могу продолжать бесконечно.
Он заслуживает кого-то лучше, чем я, такую женщину, как Таня. Они как будто созданы друг для друга. У неё есть всё, чего нет у меня. Она высокая, красивая, и скорее всего, великолепна в постели. Моя голова разболелась лишь при мысли о том, насколько близко Эдвард знал её. Он заслуживает женщину, которая смогла бы сделать его счастливым, а не разбитую копию, которой, возможно, я и являюсь.
Легко вздохнув, я закрыла глаза и попыталась подумать о чём-то хорошем: о том, как Эдвард держал мою руку, о его восхитительной улыбке, сияющих зеленых глазах, и естественно, о том самом взгляде влюблённых. Этот взгляд я представляла себе, уже погружаясь в сон с улыбкой на лице, блуждая где-то в царстве своих грёз.
Я наслаждалась ощущением мягкой зелёной травы под босыми ногами. Усаживаясь вниз, на покров манящего луга, я опёрлась на руки сзади и запрокинула голову, подставляя лицо лучикам солнца, лёгкий ветерок развевал волосы.
Кто-то рукой обхватил меня за талию, и я оказалась прижатой к тёплому мускулистому телу позади меня. Я застонала от волны удовольствия, которая прокатилась по моему телу, оставляя в руках и ногах приятную дрожь.
– Мммм… – застонал кто-то мне в ухо, и я смогла почувствовать его щекочущее дыхание на моей шее. Наслаждаясь этим ощущением, я пододвинулась назад, приближаясь к тому, кто меня обнимал.
Нежные прикосновения, лёгкие, как перышко, ласкали мою шею, спускаясь от уха к плечу. Я повернула голову, поддаваясь движению, скользившему по линии подбородка вниз, а затем обратно вверх за мое ухо.
– Эдвард, – простонала я и руки, сжимающие меня, обхватили меня ещё крепче.
Ощущение от его прикосновений, породило во мне чувства, которые я никогда прежде не испытывала. Поворачиваясь в руках, крепко обнимающих меня, я высвободила свои и обхватила ими мужчину, который заставлял моё тело дрожать от возбуждения. Я провела руками по его обнажённой спине вверх и вниз, кончики моих пальцев трепетали от чувства, что под ними был именно он.
Лёгкие и нежные поцелуи стали теперь настойчивыми и влажными. Они по-прежнему оставляли дорожки на моей шее, двигаясь от уха до подбородка. Сердце колотилось, а рот начал увлажняться, в желании припасть к губам, что ласкали меня.
Повернув голову, чтобы встретиться губами, которые доставляли мне такое удовольствие, я глубоко вдохнула, наслаждаясь окутавшим меня ароматом. Мои сны об Эдварде всегда были такими явственными и приятными, но никогда при этом я не ощущала его соблазнительный запах. Едва на меня обрушилось осознание реальности происходящего, я широко раскрыла глаза.
Моё тело напряглось, когда я увидела красивого мужчину, целующего мою шею. Его глаза были закрыты, и я не могла понять, проснулся ли он или нет. Его объятие уже было не таким крепким, как прежде, поэтому я перевернулась на спину, позволив его руке соскользнуть с моей спины на талию.
Не отрывая взгляда от его лица, пытаясь понять, проснулся он или нет, я увидела, что он сморщил веки и скривил рот. Но его это не остановило: его губы вновь двинулись к моей шее, а рука, которая была на талии, начала двигаться вверх по животу к груди.
Моё тело молило о том, чтобы расслабиться и наслаждаться его прикосновениями, но ум по-прежнему лихорадочно работал, перебирая всевозможные причины, почему я не могла этого сделать. Возможно, Эдвард, почувствовав, что я рядом, принял меня за Таню, его подсознание взяло вверх, когда он целовал и прикасался к тому, кто лежал рядом с ним. Он целовал не меня. В своей голове или сне, неважно где – он был с Таней.
Осознание вины захлестнуло меня, когда я почувствовала муки совести от предательства. Я предала его и нашу дружбу, прыгнув к нему в кровать. Он не мог ничего сказать, а если бы узнал – был бы зол на меня. Мне нужно вылезти из кровати и поскорее. Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и начала скользить к краю матраса.
– Белла, – простонал Эдвард мне в шею и двинулся за мной.
Моё сердце затрепетало оттого, что он произнёс моё имя. Посмотрев на лицо Эдварда, я заметила, что его глаза по-прежнему были закрыты, и разрешила себе порадоваться мысли о том, что, возможно, он хотел меня, но тут же в голове возникло лицо Тани. Я не из тех женщин, что пойдут на всё, добиваясь несвободного мужчины. Я не такая и не стану такой никогда. Сдерживая себя из последних сил, я отодвинулась как можно дальше, сползла с кровати и попыталась положить подушку на то место, где она лежала до моего прихода.
– Белла, пожалуйста, останься, – простонал Эдвард. Он говорил, как будто уже проснулся, но его глаза всё ещё были закрыты, а тело расслаблено. Я сглотнула комок в горле, и на цыпочках поднялась по лестнице к комнате, в которой должна была ночевать.
Когда я вошла в комнату, моё тело горело в огне, а я снова перебирала всё в голове. Часть меня хотела засунуть мораль подальше и пойти к мужчине, которого я люблю, а другая часть испытывала чувство вины и боли оттого, что это ранит Таню. Она имела полное право ненавидеть меня, ведь даже на вечеринке, она никогда не была откровенно грубой или злой. Я не могу причинить ей боль – и не причиню.
Часы показывали чуть больше девяти утра. Я не проспала и пяти часов, но была совсем бодрой. Стащив с себя одежду, я приняла холодный душ, медленно увеличивая температуру воды, по мере того, как моё тело успокаивалось.
Самым сложным было одеться. Одни шорты были немного длиннее, чем остальные, поэтому я выбрала их и надела без нижнего белья. Пришлось надеть тот же лифчик, что и вчера, потому что я должна была натянуть на себя одну из обтягивающих футболок, которые Элис мне положила. Я выбрала тёмно-голубую.
Собрав всю свою грязную одежду – ту, что носила вчера и ту, в которой спала – я понесла её вниз, ища прачечную. Спускаясь по лестнице, я увидела, что Эдвард всё ещё спит, а затем заметила на полу в углу огромной комнаты одежду, которая была на нём вечером. Я подняла её, добавляя к той куче, которую уже была у меня в руках и спустилась вниз по той лестнице, которую видела, когда мы только приехали. Я подумала, что она ведёт в подвал, но обнаружила, что внизу огромная игровая комната.
Там был бильярдный стол, настольный хоккей, несколько автоматов для пинболла, на одной из стен висела огромная плазменная панель телевизора, на другой – доска для дартса, стол для настольного футбола, около одной стены – находился небольшой бар с холодильником. А ещё стоял большой чёрный кожаный диван. Уверена, если бы мои ученики увидели эту комнату – они бы решили, что попали в рай.
Заметив дверь рядом с диваном, я открыла её и нашла именно то, что искала – прачечную. Положив груду белья в стиральную машину, я запустила её, а затем поднялась по лестнице обратно.
Добраться до кухни, не разбудив Эдварда, оказалось довольно легко – казалось, он всегда крепко спит. Я была потрясена, обнаружив в холодильнике яйца и бекон, а на столе – кофеварку Кериг. Поискав в настенных шкафчиках, я нашла огромный запас фирменных чашек для неё.
Я не знала, как долго проспит Эдвард, но подумала, что если я займусь готовкой, то, возможно, ароматы горячего завтрака разбудят его. Готовка всегда доставляла мне удовольствие, а я возилась на кухне с тех пор, как Элис съехала от меня. Но я вспомнила, что сначала мне нужно ещё кое-что сделать – позвонить доктору Вебер и отменить мой вечерний сеанс. Должно быть, утро у неё было загруженным, поскольку в трубке заговорил автоответчик. Оставив сообщение, я вернулась к приготовлению завтрака.
К несчастью, начав доставать продукты, из которых мне предстояло его приготовить, я поняла, что нет ни сыра для омлета, ни хлеба для тостов. Не зная, что предпочитает Эдвард, я решила просто пожарить яичницу. Дальнейшие поиски по шкафчикам принесли мне смесь для блинов, а всё, что мне нужно – просто добавить воды – отлично. Заканчивая с приготовлением яичницы и блинов, я включила кофеварку. Взяв пару тарелок из шкафчика, я развернулась, намереваясь пройти в столовую, но внезапно, влетела прямо в крепкое тело.
Руками Эдвард обхватил меня за талию, не давая упасть, а лицо оказалось прижатым к его голой груди. Я почувствовала, как волна жара хлынула по моему телу, и опустила голову, отступая от него назад. К счастью, я удержала тарелки в руках.
– Пахнет вкусно, – сладко сказал он. Мои глаза по-прежнему были устремлены в пол, и я желала, чтобы моё лицо приобрело нормальный оттенок. – Белла?
Глубоко вдыхая, я подняла голову и постаралась выглядеть так, будто его появление не произвело на меня впечатления. – Прости, Эдвард. Я не знала, что ты стоишь у меня прямо за спиной. – По какой-то странной причине, мне казалось, что бы я ему ни говорила, звучало это всегда глупо.
– Это моя вина, – засмеялся он. – Тебе с чем-нибудь помочь?
– Блин! – Повернувшись, я мгновенно сняла последнюю партию блинов и сковороду с яичницей с плиты. К счастью, я отвлеклась ненадолго, и они лишь слегка перестояли, есть можно.
Смех за спиной вернул меня к реальности. Я повернулась и ткнула лопаточкой в его сторону. – Ни слова, – серьезно сказала я ему, отчего его рот расплылся в улыбке. – Не стой без дела, накрой на стол.
– Да, мамочка, – съязвил он, прежде чем отнести тарелки и серебро в столовую. Пока Эдвард накрывал на стол, я сбегала в прачечную и вытащила нашу одежду из сушилки.
Мы проболтали весь завтрак, и я упорно старалась не смотреть на его грудь, обтянутую светло-серой футболкой. Сразу после завтрака мы решили съездить в город, чтобы зайти в бакалею и магазин, а также купить мне что-нибудь из одежды. И мне нужны не только брюки, топы, нижнее белье и пижама, но и купальник – в доме есть джакузи и бассейн.
Mars Lasar - Fear and Tenderness
Глава 19. Откровения
Кетл Фолс, штат Вашингтон был милым очаровательным городком. Проезжая по его центру, мы смотрели на магазинчики, выстроенные вдоль улицы. Небольшой и спокойный, где почти все жители знали друг друга, он необычайно напоминал мне Форкс.
- Эдвард, - неуверенно спросила я.
- Да? – Он посмотрел на меня, когда мы затормозили рядом с указателем остановки.
- Здесь есть магазины одежды? – Я изучала окружающие здания, но не нашла ничего похожего на магазин. Ну, за исключением туристической лавочки, правда, я не была уверена, что пара удобных мокасин и ковбойская шляпа – это то, что Элис будет рада увидеть на мне.
- Нет, мы отправимся в Колвилль. Это примерно в десяти минутах езды.
- А там есть магазин? – По некоторым причинам, мысль, встречать кузенов Эдварда в обтягивающих шортах и футболке Элис, удручала.
– JC Penney’s подойдёт?
- Ну, если нет другого выбора, - сказала я, разыгрывая сноба. Эдвард усмехнулся и выехал на дорогу.
Penney’s оказался магазином поменьше, чем те, куда я обычно ходила, но в нём обнаружилось всё необходимое: даже купальник, который, как мне казалось, будет довольно проблематично найти в конце сентября. Скользнув в мужской отдел, я приметила широкую серую рубашку, в которой будет удобно спать. Схватив её, я уже, было, направилась к Эдварду; когда я последний раз видела его, он бесцельно завернул в отдел платьев.
Боль пронзила руку, когда я, врезавшись в стойку с одеждой, упала на пол. Бормоча проклятья, я поднялась и увидела самую замечательную футболку, которую только могла представить. О, Господи, да я просто обязана купить её, пока Эдвард не видит. Выбрав размер, я понадеялась, что он соответствует тому, что носит Эдвард, и зарыла футболку в гору одежды в своих руках.
Покупки не отняли много времени. Через сорок пять минут мы уже ехали обратно в Кетл Фоллс, мне хотелось побыстрее переодеться и поменять обувь на более комфортную. Всё это время, я ходила в высоких сапогах, а это – не очень удобно. Я приобрела пару серебристых Скетчерс и коричневых Кед, более привычных для меня.
- А с тобой хорошо ходить по магазинам, - весело заметил Эдвард.
- Элис поспорила бы с тобой, - заявила я, отрицательно мотая головой.
- Если бы ты знала, сколько я всего перенёс, ходя по магазинам с Таней, - на мгновение он замолчал, со смехом посматривая в мою сторону. – Сегодня с утра я даже слегка понервничал по этому поводу. – Он засмеялся, демонстрируя красивую белозубую улыбку.
- Ну, я постоянно конфликтую с Элис по поводу одежды, - нахмурилась я.
- Джас мне рассказывал, - он посмотрел на меня, качая головой.
- У нас с Элис ушло бы не меньше двух дней, чтобы приобрести всё то, что мы сегодня купили, - поддразнила я его. – Похоже, Элис и Таня прекрасно поладили бы. – Моё сердце ухнуло, а живот скрутило, стоило мне заговорить о Тане. Чувство вины снова охватило меня, когда я вспомнила, что произошло утром.
На въезде в Кетл Фоллс, я обратила внимание на табличку с названием города. Оно было написано большими белыми буквами рядом с девятью или десятью изображениями мультяшных персонажей. Они улыбались и, словно бы, общались друг с другом, один из них, насупившись, стоял в стороне, делая вид, что он, как будто, не с ними. Внизу шёл текст: «1640 дружелюбных людей и один ворчун».
Хмыкнув про себя, я обратилась к Эдварду. – И кто из них ворчун?
- Хм, - он непонимающе посмотрел на меня, и я указала взглядом на знак перед нами. – Аааа, ну, сейчас я не знаю, кто тут за ворчуна.
- Сейчас?
- Ну, да, каждый год в городке проводят голосование на звание очередного ворчуна. – Он усмехнулся и покачал головой. – Мой дядя мечтает в один прекрасный день стать «местным» ворчуном.
- Так его что, ни разу не избирали?
- А он пока не имеет права. Живёт тут наездами. Вот когда уйдёт на пенсию и осядет в городке, тогда вероятно, и подаст заявку на участие в выборах, - широко улыбаясь, он потащил меня в Harvest Foods.
- Этим утром я позвонил Карлайлу, нам надо прикупить кое-что для завтрашнего ужина, а они привезут с собой ланч. – Пока он говорил, мы уже вошли в магазин. Я схватила тележку и кивком предложила ему пойти в торговый зал первым.
Супермаркет оказался небольшим, однако, мы нашли всё необходимое. Мы взяли бургеры, уголь для гриля, колбаски, чипсы, печенье, бобы, но когда Эдвард стал набирать ингредиенты для картофельного салата, я решила остановить его.
- Я сама могу этим заняться, - сказала я, отпуская тележку и набирая: картофель, лук, сельдерей, горчицу, майонез, всевозможные специи и яйца. И пока мы бродили между рядов, я решила взять всё необходимое для приготовления Чили.
- А для чего это?
- Ты уже планируешь что-то на субботу?
- Нет, - смущённо сказал он.
- Тогда я приготовлю чили.
Мы по-прежнему перемещались среди полок, выбирая хлеб, яйца и ветчину для завтрака. Взяв хлопья для детей, мясо для ланча и сыр для субботнего обеда, а так же овощей, я подумала, что могла бы сделать на завтрак запеканку из овощей и мяса.
Эдвард куда-то отошёл, пока я прогуливалась, кидая закуски в тележку. Я видела, как ест Эммет, поэтому понимала, сколько всего нам понадобится, чтобы накормить лишь его одного. Эдвард вернулся с небольшой корзинкой, в которой лежали пара бутылок вина, и другие продукты, среди которых я заметила флаф-зефир. Он улыбнулся мне своей коронной улыбкой, и мы пошли дальше. К тому времени, как мы покинули Harvest Foods, было уже больше полудня.
- Проголодалась? – То, как он посмотрел на меня, всколыхнуло целый рой бабочек у меня в животе. – Мы можем заехать и взять еду «на вынос», если хочешь?
- Конечно.
В Кетл Фоллс было не так уж много мест, где еду упаковывали с собой, но мы остановили свой выбор на небольшом ресторанчике, который попался нам по пути, под названием «Галлия в миниатюре». Мы оба зашли в ресторан и сделали заказ вместе, но Эдвард настоял на том, что всё оплачивает он. Некоторое время мы спорили, и я тактично отстаивала свою точку зрения до тех пор, пока молодой человек за расчетным прилавком не вставил своё слово в образовавшуюся паузу, пожелав нам «приятного дня».
Эдвард схватил меня за руку, – в другой он нёс пакет с едой, – и повёл к машине. Видимо, моя длинная тирада по поводу оплаты части счёта не произвела на него должного впечатления.
- Знаешь, ты – невыносим!
Он рассмеялся и, открыв дверь, помог мне сесть в автомобиль. Покачав головой, я захлопнула дверцу и ждала, пока он сядет за руль. Дорога до дома показалась мне короткой, я смотрела в окно, любуясь аккуратными домиками, мимо которых мы проезжали.
Пока мы выгружали продукты, разговор снова зашёл о кузенах Эдварда. Кейт обязательно появится, и всё, о чём Эдвард мог говорить, так это о трёх маленьких детях, которые будут в доме меньше, чем через 24 часа.
У Карлайла с Эсме было двое детей: шестилетняя Джейн и трёхлетний Алек, а у Кейта с Гареттом – двухлетний сын Феликс. То, с каким волнением Эдвард рассказывал о детях, очаровало меня. Я никогда не проводила много времени с маленькими детьми, да я даже няней не работала.
Мы ели перед телевизором, по ТВ шло какое-то шоу о лесбиянках, которые проводили одну ночь с мужчинами, чтобы забеременеть, родить ребёнка и растить его вдвоём. Большую часть времени я не сводила глаз с Эдварда, и как я могла заметить, он также не был сосредоточен на передаче.
Разделавшись с едой, я собрала грязную посуду и отнесла всё на кухню, вернувшись же, обнаружила, что Эдвард уснул на диване. Стараясь не шуметь, я выключила телевизор и накрыла его пледом. Сев на кофейный столик, ненадолго залюбовалась Эдвардом. Он выглядел так умиротворённо. Сердце тут же унеслось в галоп, когда я перевела взгляд на его губы, и в голове всплыло ощущение, как они ласкали мою шею.
Опустившись на колени, я откинула непокорный локон и, наклонившись, поцеловала в лоб. С трудом проглотив образовавшийся в горле комок, встала и пошла наверх, чтобы наконец-то переодеться.
Надев джинсы и лёгкий бежевый пуловер, я спустилась вниз, Эдвард всё ещё спал. Накинув куртку, вышла через раздвижные стеклянные двери столовой прямо в прохладный бодрящий сентябрьский воздух.
Лужайка была безукоризненна, и я подумала, что над ней, как и в доме семьи Джаспера, поработал садовник. Там, где заканчивался двор, начиналась кромка леса, в который вела небольшая тропинка. И как бы заманчиво она не выглядела, я не хотела разгуливать в лесу в одиночестве, поэтому повернула к небольшой беседке, расположенной слева. Поднявшись туда, я посмотрела в сторону леса. В голове была настоящая каша из мыслей, но всего одна настойчиво пульсировала в мозгу, просто сводя с ума.
Мне безумно хотелось поговорить об этом, но не просто с кем попало, а с конкретным человеком. Эта мысль вертелась в моей голове весь день, пока мы вместе покупали продукты и обедали, но я никак не могла выбрать подходящий момент, чтобы начать рассказ, а сегодня был последний день, когда мы сможем побыть наедине. Но не только это смущало меня, я сомневалась, захочет ли он вообще слушать эту невесёлую историю. Мысли плавно переместились к той ночи в старшей школе, и вспомнила, как стояла в своей спальне в Форксе и готовилась к первому свиданию с Кевином.
Между мной и Кевином не ощущалось особого притяжения, но он был симпатичным и весьма завидным парнем. Все девчонки в школе спали и видели, что он пригласит их на свидание, вот поэтому я и согласилась. Между нами не было ничего общего, но я подумала, что было бы неплохо получше узнать друг друга, возможно, мы приобрели бы от этого какой-нибудь взаимный опыт.
Сейчас, стоя в беседке, я горько рассмеялась над своей наивностью, вспоминая те несколько свиданий, которые у нас были. Мы пару раз ходили в кино и боулинг. Но главным образом, проводили время с нашими друзьями, и когда мы тусовались в компании, он вёл себя вполне обычно. Я позволила себе вспомнить тот вечер, и нас, сидящих в грузовичке, припаркованном на вершине лесного утёса.
Картинки одна за другой замелькали в моей голове, тело пронзил очередной приступ. Схватившись за перила беседки, я заставила себя сосредоточиться на воспоминаниях. Мне необходимо вспомнить всё, столкнуться лицом к лицу с тем, что случилось той ночью.
- Да ты на хер динамишь меня постоянно, - слова Кевина запульсировали в моей голове, когда я пыталась справиться с участившимся дыханием. – Ты же знаешь, тебе это нравится.
Он выкрикивал эти слова, раз за разом врезаясь в меня, лишая невинности. Слёзы потекли по лицу, и я наклонилась, опустив локти на перила. Я не могла больше бежать от этих мыслей, мне нужно вспомнить, и лучше это сделать сейчас.
- Белла? – Голос Эдварда вторгся в мои мысли, и я обернулась, чтобы увидеть его, застывшего на входе в беседку. Мы смотрели друг на друга, его глаза умоляли позволить ему подойти ближе. Я кивнула, и он медленно двинулся в мою сторону.
- Смотри на меня, - мягко сказал он. Эдвард заметил, что у меня приступ. Подойдя, он потянулся ко мне, чтобы обнять, всё тело дёрнулось от очередной вспышки воспоминаний, взрывающейся в моей голове.
Кевин нависает надо мной, его член проникает в меня, причиняя боль, разрывая мою девственность, разрушая невинность.
- Шшш, - нежно прошептал Эдвард, обнимая меня. Посмотрев в его глаза, я увидела боль и беспокойство. Он аккуратно повёл меня и усадил на скамейку, стоящую вдоль перил беседки. Опустившись рядом, обнял за плечи, притянул ближе, так, что моя голова опустилась ему на плечо.
- Хочешь поговорить об этом? – мягко уточнил он. Всё во мне инстинктивно кричало «нет», но разум просто умолял рассказать ему. Он перекинул мои волосы за плечи, и накрыл ладонью мою щёку. – Белла?
Глубоко вздохнув, я повернула голову, чтобы посмотреть в его яркие зелёные глаза. Он хотел, чтобы я поговорила с ним. Эдвард просил меня разделить боль, и больше всего на свете, мне хотелось рассказать ему обо всём.
Открыв рот, чтобы начать рассказ, я услышала свой собственный дрожащий голос. Я рассказала Эдварду, как познакомилась с Кевином, какой он был милый и весёлый, когда мы зависали вдвоём. Затем рассказала о том, как он давил на меня в плане секса, и я не испытывала ни малейшего желания переходить грань этих интимных отношений.
Эдвард слушал, не перебивая, гладя меня по спине и не разрывая зрительного контакта. Выражение его лица менялось от гневного до печального, в зависимости от того, о чём я рассказывала. Когда я перешла к части с грузовиком Кевина, Эдвард держал меня за руку, перебирая пальцы, в то время как его другая рука нежно выводила круги на моей спине.
- Я пыталась бороться, Эдвард, - мне нужно, чтобы он поверил мне. Один из самых жутких страхов, преследующих меня эти годы, – страх, что все сочтут, что я несильно сопротивлялась Кевину. Эдвард ничего не ответил, но я видела, как дёрнулось его адамово яблоко, когда он сглотнул.
- Мне было так больно, когда он сделал это, - замолчав, я привела мысли в порядок. – Он был похож на демона с чёрными глазами, - образ Кевина, нависающего надо мной, заставил меня содрогнуться. Рука Эдварда на моей спине замерла, в то время как другая успокаивающе сжала ладонь.
- Я боролась и не сдавалась, - я понуро опустила голову, смотря на наши переплетённые руки, и продолжала. – Сил почти не осталось, моё сопротивление ослабевало, но я пыталась отпихнуть его от себя. Я царапалась и даже укусила его, - подняв голову, я посмотрела в глаза Эдварда.
- До крови… - запнувшись на мгновение, я вспомнила, во что мне это обошлось. – Но это лишь сильнее разозлило его, - усмехнулась я. Снова посмотрев на Эдварда, я заметила, как его лицо исказилось от гнева. Он опять начал медленно гладить меня по спине, пока мы изучали друг друга глазами.
- Кевин ударил меня по лицу, так сильно, что у меня изо рта брызнула кровь, - я произнесла это так отстранённо, так безэмоционально.
Эдвард наклонился и поцеловал меня в макушку, его губы задержались, прежде чем он прервал поцелуй. Сердце затрепетало от этого лёгкого касания, и я продолжила свой рассказ, проговаривая каждое воспоминание, которое всплывало в моей голове. И чем больше я говорила, тем больше вспоминала. Всё то, что я держала глубоко в себе, одно за другим прорывались в мой разум, и я методично пересказывала события Эдварду. Позже я перестала плакать, и когда закончила рассказ, моё лицо было липким от высохших дорожек слёз. Я обрадовалась, обнаружив в кармане куртки платок. Высморкавшись, я посмотрела на Эдварда.
- Мне повезло, что он не оставил синяков на моём лице, - замолчав, я вспомнила, как скрывала произошедшее от Чарли и от школьных друзей. – Мне легко было всё скрыть, за исключением рассечённой губы, по которой Кевин ударил после того, как я укусила его. – Закрыв глаза, я вспоминал свой первый день в школе после случившегося.
- Я наплела друзьям, что споткнулась и навернулась на стол, а поскольку всегда была неуклюжей, в это, оказалось, нетрудно поверить, - голову, будто заполнил туман, когда я возвратилась мыслями к прошлому. Это были те воспоминания, с которыми я боролась, запихивая их глубже, чтобы они никогда не прорвались наружу. – Первые недели после случившегося, Кевин не мог даже смотреть на меня, и я радовалась, не было никакого желания ловить его взгляд на себе. – Посмотрев в глаза Эдварда, я тихо добавила. – Мне вообще не хотелось, чтобы кто-нибудь смотрел на меня.
Эдвард обнял меня крепче и усадил к себе на колени. Держа так же, как в первый вечер нашей встречи, нежно покачивая и напевая ту красивую мелодию поверх моей головы. Он снова поцеловал меня в макушку и прижался губами ко лбу, я позволила себе просто насладиться этим моментом, закрыв глаза и прильнув к нему. Ещё некоторое время он качал меня на коленях, прежде чем заговорить.
- Спасибо, Белла, - тихо сказал Эдвард.
- За что? – Я вскинула голову, смотря в его глаза.
- За доверие, - нежно ответил он, ласково улыбаясь.
Прежде чем заговорить, я опустила голову ему на грудь и закрыла глаза. – Я никому прежде не рассказывала об этом, даже Элис. – Я расслышала, как он удивлённо вздохнул в ответ на моё признание. – Мне хотелось, чтобы это знал только ты. – Медленно произнесла я, чувствуя, что краснею. – С тобой, я чувствую себя в безопасности. – Мне безумно хотелось показать ему свою любовь, прижаться к его губам и, думая об этом, я искала ответ в его притягательных изумрудных глазах.
Что-то промелькнуло в его глазах, когда мы, не отрываясь, смотрели друг на друга. Я не находила этому названия, но оно не исчезало, и глаза Эдварда поменяли свой цвет на более глубокий, тёмный изумрудный оттенок. Он потянулся ко мне, и я почувствовала сладкий аромат его дыхания. Глаза закрылись сами собой, предвкушая воплощение моих снов в реальность, и когда я почувствовала прикосновение мягких губ Эдварда, голова закружилась от эйфории. Всё тело ликовало, когда наши губы соединились и задвигались в унисон, и, почувствовав, как он провёл языком по моей нижней губе, я застонала, раскрываясь ему навстречу и позволяя ему углубить поцелуй.
Наши языки соприкоснулись, двигаясь в унисон. Мой разум убеждал меня остановиться, но я была полностью во власти его ласковых губ и языка и прогнала доводы рассудка прочь. Губы словно пробовали и ощущали друг друга на вкус – он был так сладок. Я зарылась пальцами в его мягкие непокорные локоны, затем рука скользнула к его затылку, и поцелуй сделался глубже, по телу прошлась волна тепла, и я ощутила, как увлажнилась. Я глубоко вдохнула, когда его губы оторвались от моих и заскользили вниз по моей щеке к шее.
До тех пор, пока совесть не напомнила о себе, я вся купалась в лучах удовольствия, что дарили мне его губы и язык. Образ Тани полыхнул перед глазами, словно яркая вспышка.
Тело боролось с совестью, рука ласкала его волосы, притягивая ближе, возвращая его губы на мои, наслаждаясь их мягкостью и будто бы шёлковой гладкостью. Наши языки снова встретились, и стоило им соприкоснуться, как страсть пронзила меня, и я углубила поцелуй, притягивая Эдварда ближе, поворачиваясь так, что теперь сидела верхом на его коленях.
Руками он обвил мою талию и притянул ближе к своему телу, губы заскользили к шее. Я откинула голову, открывая более лёгкий доступ, в то время как мои руки перебирали его волосы.
Когда его язык прикоснулся и попробовал на вкус мою кожу за ухом, в том же самом месте, которое он покрывал нежными поцелуями сегодня утром, у меня вырвался стон. Я могла чувствовать, как намокли мои трусики, я зашевелилась, и мои бёдра невольно задели его твёрдость, вызывая у Эдварда ответный стон. Губы прижались к моему рту в лишающем воли поцелуе, Эдвард простонал моё имя, и наши языки снова сплелись. Его руки прошлись вверх по моей спине, сгребая ткань кофты и обнимая крепче.
Моя совесть просто вопила на меня, посылая мне видения Тани одно за другим. Было трудно бороться с собственной моралью, неуверенность и чувство вины поглотили меня. Я уклонилась от его поцелуя, мягко, но он настойчиво привлёк меня обратно, снова завладевая моими губами. Лицо Тани маячило передо мной, я с силой разорвала наши объятья.
- Остановись, - воскликнула я, отталкиваясь и вскакивая с его колен. Моё дыхание было прерывистым, сердце рвалось из груди. Опустив глаза, я несколько раз глубоко вдохнула. Эдвард поднялся, подходя ближе и останавливаясь буквально в паре сантиметров от моего дрожащего тела, но, не касаясь меня.
- Белла, я… - начал он, но я перебила его.
- Я не могу так, Эдвард, - я заставила себя посмотреть на него, хоть слёзы застилали мне глаза. Сердце разрывалось от боли, когда я увидела муку на его лице, и его глаза были полны своих собственных невыплаканных слёз. Потянувшись к нему, я накрыла ладонью его щёку, затем моргнула и одинокая слеза скатилась вниз по моей щеке, пока мы стояли и смотрели друг на друга.
- Я не хочу быть просто ещё одной женщиной, - на последних словах я задохнулась, с трудом разрывая наш контакт, и отвернулась, уходя от мужчины, которого люблю.
Ноги не слушались меня, когда я спускалась вниз по ступенькам беседки, на секунду замешкавшись, коснувшись травы. Глубоко вздохнув, я зашагала через лужайку; с каждым шагом, отдаляющим меня от него, сердце тоскливо молило вернуться обратно.
- Белла, подожди!
Моё тело хотело послушаться и остановиться, но в мыслях застыл образ Тани. Я не такая. Я не могу встать между ними. Ноги по инерции шагали в сторону дома, пока тёплая рука не схватила меня за плечо.
Я застыла, сердце сделало удар и остановилось. Сколько раз мне снилось подобное, но всегда меня останавливал кто-то злой, но сейчас это сделал Эдвард. Справившись с дыханием, я обернулась.
- Всё совсем не так, как ты думаешь, - сказал Эдвард. Его ладонь соскользнула с моего плеча, и он взял меня за руку, прежде чем заговорить. – Ты не просто ещё одна женщина. – Он взглядом умолял меня, ожидая, что я пойму. Но я не понимала. Я просто стояла и ждала.
Эдвард глубоко вздохнул, его рука опустилась на мою щёку, большим пальцем он медленно провёл по моей скуле. – Таня и я… мы больше не вместе. – Эдвард вопросительно посмотрел на меня, надеясь, что я поняла, что он только что сообщил мне.
- Не вместе? – Я тут же вспомнила о странных словах Элис неделю назад в её доме, и о той напряжённой атмосфере на вечеринке. – Как давно?
- Две недели. – Его голос слегка охрип, и я увидела сожаление в его глазах.
- Почему? – спросила я, шокированная. – Почему ты не сказал мне?
Закрыв глаза, он медленно покачал головой. - Я собирался, - его голос сорвался, он продолжал гладить меня по щеке. Открыв глаза, он сделал глубокий вдох. – Есть некоторые затруднения.
Заглянув в его зелёные глаза, готовые наполнится невыплаканными слезами, я заметила в них необъятную печаль. Подняв руку, я положила её Эдварду на щёку, и нежно, успокаивающе погладила. Моё прикосновение расслабило его, и он внимательно посмотрел мне в глаза.
- Таня, - начал он, - всё ещё живёт в моей квартире. - Эдвард не отрывал взгляд, наблюдая за моей реакцией, которая оставляла желать лучшего. Я никак не осознавала, что они живут вместе, и от этого стало так больно, как я и представить не могла.
Его руки скользнули на мои плечи, и он начал успокаивающе поглаживать их, качая головой. - Он съедет в начале месяца, - продолжил он объяснения, - просто я не хотел начинать наши отношения, зная, что она в моей квартире.
Мои щёки загорелись от реакции сердца на эти слова "наши отношения". - Эдвард понимающе улыбнулся и шагнул ближе ко мне, наши тела почти соприкасались. Между нами пробежал заряд тока, и я почувствовала, как он прижался ко мне. Страсть горела в его глазах, когда он начал тянуться к моим губам, но у меня всё ещё были вопросы.
- Ты сказал затруднения, во множественном числе, - сказала я и отступила на шаг, оставляя между нами небольшое расстояние. Простонав, Эдвард упёрся лбом в мой, но через мгновение отстранился и посмотрел мне в глаза.
- Это из-за расследования? - с любопытством спросила я. Один раз Эдвард уже игнорировал моё существование, чтобы никто не подумал об отношениях между нами. Он боялся, что его отстранят от дела. Может об этом он и переживает?
- Не только, - неохотно ответил он. Вопросительно подняв брови, он кивнул в сторону террасы, приглашая пройти туда. Я улыбнулась ему, и он, обняв за талию, повёл меня туда и усадил на качели. Присев рядом, Эдвард вытянул ноги и оттолкнулся, раскачивая нас. Я, не отрываясь, смотрела на него, потому что ждала ответа на заданный вопрос.
- Вообще, есть две вещи, которые волнуют меня, - тихо сказал он, бросив на меня взгляд. Ногами Эдвард остановил качели и посмотрел мне в глаза, и я повернулась в его сторону.
- Я переживал, не зная, готова ли ты к отношениям, - смущённо признался он и виновато опустил глаза. - Мне казалось, ты ещё не справилась эмоционально с изнасилованием, - он сделал паузу, снова оценивая мою реакцию, - и не был уверен, готова ли ты полюбить меня, не оправившись от своих переживаний.
Его слова задели меня, и сердце бешено заколотилось. Я знала, что не смогу полюбить не пережив чувства боли и страха после изнасилования, поэтому и пошла к врачу. Хочется, открыть в себе возможность делать всё для этих отношений - для Эдварда.
- И я боюсь этого, - начала я, взяв его за руку. Сделав глубокий вдох и закрыв глаза, я обдумывала, стоит ли рассказывать ему о докторе Вебер. Ответ очевиден - если я хочу подарить ему любовь, которую он заслуживает, то должна говорить правду.
- После нападения я начала посещать психиатра. - Заглядывая в его глаза, я пыталась понять его реакцию на такое признание. Эдвард выглядел немного шокированным - именно этого я и боялась. - Помнишь тот день, когда мы готовили флаффернаттеры? - Его губы растянулись в улыбке, и я продолжила: - Тогда я сказала тебе кое-что, не уверена, что ты запомнил... - я замолчала, не зная, как и что сказать.
- Я сказала, что хочу таких же отношений, как у Элис и Джаспера, - скромно выдавила я, и на секунду опустив взгляд, снова посмотрела на него, при этом, очень надеясь, что волосы спрячут мои покрасневшие щёки. Закусив нижнюю губу, я ждала реакции и была безумно рада увидеть мою любимую полуулыбку. - Прекрасно понимала, что не смогу полюбить, пережив боль и страхи после изнасилования.
Некоторое время мы безмолвно смотрели друг на друга, и я думала, как сформулировать то, что нужно сказать. - Мой психиатр уже давно пытается вывести меня на разговор об изнасиловании, но я так и не смогла. - Посмотрев в его изумрудные глаза, я положила руку на его лицо.
- Не с ней, - нежно сказала я. - Мне хотелось, чтобы это знал только ты. Чтобы ты помог мне справиться с этим.
Эдвард накрыл мою руку ладонью, переместил её к губам и, поцеловав, опустил и переплёл наши пальцы. Нежно улыбаясь мне, он протянул другую руку, приглашая меня сесть ближе. Скользнув по качели, я уткнулась ему в грудь, и он крепче прижал меня к себе. Он оттолкнулся, снова раскачивая нас. Я откинула голову Эдварду на плечо так, чтобы видеть его глаза.
- У меня не было приступа. - Глядя на него, я поняла, что он тоже это только что понял. Мне пришлось побороться с одним, когда он нашёл меня в беседке, но не когда мы с ним говорили об изнасиловании.
Наклонив голову, он поцеловал меня в лоб и снова прижал к своей груди. - Я не уверена, что всё это значит, - нерешительно начала я, - но мне не было так легко и свободно с тех пор, как это случилось.
Мы всё качались, держась за руки, Эдвард не выпускал меня из своих объятий, и напевал ту незнакомую мелодию, которая так полюбилась мне. Даже не знаю, сколько мы там просидели, но я чувствовала себя на седьмом небе от счастья.
– Но была ещё одна сложность, - через некоторое время сказал он.
Подняв голову, я с тревогой посмотрела ему в глаза. Эдвард медленно улыбнулся и положил руку мне на лицо.
- Я боялся, - снова смущённо начал он, - что я для тебя всего лишь очередной тедди.
Выражение его лица при этих словах было для меня бесценным. Одно только утверждение Эдварда послало дрожь по моему телу, а сердце забилось ещё быстрее, если это возможно. Он не хотел быть очередной жилеткой - он хотел быть для меня кем-то большим.
- Больше никаких тедди, - уверенно сказала я. - Я избавилась от них - ото всех. - В его глазах всё ещё была неуверенность. Нежно погладив его по щеке, я подумала о том, что отличает Эдварда от моих бывших тедди.
- Эдвард, - мягко произнесла я, глядя на него, - ты никогда не стал бы тедди. - Его глаза засветились после этих слов, но я ещё не всё сказала. - С ними мне просто было удобно, они успокаивали меня, и я рыдала у них на плече. - Посмотрев на него, чтобы узнать, понял ли он меня, но не могла разобрать. Я сжала его руку, которая свободно лежала на его колене.
- Они никогда не знали меня настоящую. - Так и не заметив в его глазах понимания, я продолжила. - Никогда я не делилась с ними тем, чем делюсь с тобой. - Глазами я молила его понять мои слова.
- И то, что я чувствую к тебе, я раньше никогда и ни к кому не испытывала. - Я чувствовала, как его напряжённое тело начинает расслабляться. - Ты стал для меня всем. - От произнесения этих слов, волна жара пронеслась по телу, но я люблю его и хочу, чтобы он знал, что значит для меня больше, чем кто бы то ни было.
Эдвард посмотрел на меня так, что я растаяла. Я ждала именно этого взгляда. Когда он так смотрит на меня, я чувствую себя любимой. Я смотрела на него, пытаясь глазами выразить всю свою любовь.
- Ну что ж, Бэтмен влюбился в Лоис Лэйн. - Пропел он, не отводя взгляда.
- И зачем ему этот беспомощный магнит для неприятностей?
- Он любит её, - ответ был для него очевиден, и, сузив глаза, Эдвард добавил, - к тому же она не так уж безнадёжна.
- Сердце бедного Супермэна разбито.
Его губы оказались на моих раньше, чем я успела подумать. Он зарылся рукой в мои волосы и притянул ближе к себе в страстном поцелуе. Этот поцелуй был совсем другим, таким безрассудным и отчаянным, полным желания и надежды. Мои пальцы непроизвольно потянулись к его волосам, и я притянула Эдварда к себе ещё ближе, наслаждаясь игрой с его сладким, приятным языком.
Он опустил руку мне на плечо, затем опустился от него до талии. По всему телу побежали мурашки от ощущения нежного прикосновения руки к моей талии. Его губы оторвались от моих, опустились по подбородку до шеи; язык путешествовал по коже, пробуя на вкус каждый вновь изученный им миллиметр. Эдвард медленно начал поднимать руку под моей кофтой.
Он покусывал мою шею, а я, наклонив голову, захватила губами мочку его уха. Нежно посасывая её, я провела по ней зубами и подняла голову. Его губы снова нетерпеливо нашли мой рот, тут же раскрывшейся им на встречу. Я выгнулась в предвкушении, когда его ладони заскользили вверх, туда, где мне хотелось ощутить их больше всего, у Эдварда вырвался стон, как только его руки накрыли мягкие холмики груди. Он поглаживал и нежно касался их, ласково сжимая.
- Эдвард, - простонала я, когда его палец добрался до соска, сначала лишь слегка поглаживая его, затем сильнее.
Он улыбнулся и, оставляя дорожку поцелуев, передвинулся к мочке уха, посасывая её. Одной рукой я зарылась в его волосы, в то время как другая путешествовала по его спине.
- Так не хочется останавливаться, - задыхаясь, сказал Эдвард, - но нам действительно нужно это сделать. Его рука опустилась на талию, оставляя мою грудь в одиночестве.
Эдвард немного отстранился, его глаза светились от счастья, и он обхватил моё лицо руками. Медленно наклонившись, он сдержанно поцеловал меня, заставляя сердце сбиться с ритма. Никогда не думала, что обычный поцелуй может вызвать столько
