Правовые нормы, регулирующие предпринимательские отношения, реализуются в процессе правоприменительной деятельности. Правоприменение - это разрешение определенной конфликтной правовой ситуации в результате анализа и применения источников предпринимательского права к конкретным обстоятельствам, возникающим в процессе предпринимательской деятельности, и в результате - вынесение решения по конкретному делу. Обычно под применением права понимается властная деятельность компетентных органов, имеющая своей целью обеспечить адресатам правовых норм реализацию принадлежащих им прав и обязанностей, а также гарантировать контроль за данным процессом*(120).
Применение источников предпринимательского права предполагает прежде всего выяснение допустимости применения определенной правовой нормы. Для этого необходимо удостовериться, соответствует ли данная норма Конституции России и федеральным законам. Если правовая норма вступает в противоречие с конституционными нормами, она не может применяться. Согласно положениям гл.XIII Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"*(121) при рассмотрении дела в любой инстанции суд, придя к выводу о несоответствии Конституции РФ закона, примененного или подлежащего применению в данном деле, обращается в Конституционный Суд с запросом о проверке конституционности данного закона.
Если Конституционный Суд установит при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, он принимает решение в соответствии с законом (ч.2 ст.120 Конституции РФ).
Применение законодательства о предпринимательстве имеет определенные особенности, обусловленные той особой ролью в регулировании товарно-денежных отношений с участием предпринимателей, которая отводится Гражданскому кодексу.
В соответствии с п.2 ст.3 ГК РФ нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать Кодексу. Эта норма направлена на обеспечение единства и согласованности гражданского законодательства.
Особое значение при применении источников предпринимательского права имеет предусмотренный Конституцией РФ конституционно-правовой режим стабильности условий хозяйствования, выводимый из ч.1 ст.8, ч.1 ст.34 и ст.57 Конституции РФ. Первое упоминание об этом режиме содержалось в определении Конституционного Суда РФ от 1 июля 1999 г. N 111-0 по жалобе гр-на Варганова*(122).
Данный конституционно-правовой режим предполагает, что законодатель не вправе подрывать юридическую безопасность (определенность) и предсказуемость условий хозяйствования.
Юридическая безопасность - это широкая концепция, стержнем которой является предсказуемость, означающая отсутствие обратной силы вновь принимаемых законов, защиту закрепленных прав и реализацию законных ожиданий*(123).
В п.2 ст.23 ГК РФ предусмотрено, что деятельность крестьянского (фермерского) хозяйства осуществляется без образования юридического лица. После вступления в силу части первой ГК с 1 января 1995 г. на практике возник вопрос о правовом статусе крестьянских хозяйств, созданных в соответствии с Законом РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 348-I "О крестьянском (фермерском) хозяйстве"*(124), которые признавались юридическими лицами. По мнению одних авторов, после вступления в силу части первой ГК все ранее созданные крестьянские хозяйства - юридические лица автоматически утратили этот статус и должны рассматриваться как предпринимательская деятельность без образования юридического лица*(125). Однако с учетом принципа юридической безопасности автоматически права юридического лица не утрачиваются, и пока изменения правового статуса крестьянского хозяйства не зарегистрированы в установленном порядке, оно должно продолжать оставаться юридическим лицом*(126).
Не случайно в целях пресечения незаконной практики обязывания крестьянских хозяйств, созданных как юридические лица, к изменению их правового статуса Министерство юстиции РФ подготовило разъяснение от 30 апреля 1999 г., в котором сказано, что предельные сроки для приведения правового статуса крестьянских (фермерских) хозяйств, созданных до введения в действие гл.4 ГК, в соответствие с положениями ГК никакими федеральными законами не установлены*(127).
Определенной спецификой обладают правила применения правовых норм, содержащихся в нормативных постановлениях Правительства РФ и ведомственных нормативных актах.
Постановления Правительства РФ, содержащие правовые нормы, которые регулируют предпринимательские отношения, могут быть изданы только на основании и во исполнение Конституции РФ, федеральных законов, нормативных указов Президента РФ (ч.1 ст.115 Конституции России). Как отмечается в постановлении Конституционного Суда РФ от 22 ноября 2001 г. по делу о проверке конституционности п.2 статьи 16 Закона Российской Федерации "О сертификации продукции и услуг"*(128), поскольку Правительство РФ осуществляет меры по обеспечению прав и свобод граждан (п."е" ч.1 ст.114 Конституции РФ) и действует на основании и во исполнение федеральных законов (ч.1 ст.115 Конституции РФ, ст.2 и 3 Федерального конституционного закона "О Правительстве Российской Федерации"*(129)), ни оно само, ни другие органы исполнительной власти не вправе устанавливать не предусмотренные федеральным законом обязанности и обременения, ограничивающие конституционные права и свободы граждан.
В силу п.7 ст.3 ГК РФ органы исполнительной власти могут издавать акты, регулирующие в числе прочих предпринимательские отношения, в случаях и пределах, предусмотренных Кодексом, другими законами и иными правовыми актами.
При этом ведомственные нормативные акты подлежат государственной регистрации в соответствии с установленным порядком*(130). Верховный Суд РФ признает незаконным и не подлежащим применению со дня издания ведомственный нормативный акт, не зарегистрированный в установленном порядке в Министерстве юстиции РФ. Как указал Верховный Суд РФ, государственной регистрации подлежат нормативные акты министерств и ведомств РФ, затрагивающие права и законные интересы граждан или имеющие межведомственный характер, независимо от срока действия (постоянные или временные) и содержащихся в них сведений*(131).
