Джейк берёт микрофон со стойки и идёт к авансцене. Том и Дэнни следуют за ним, когда к нему подбегает человек и передаёт три бутылки "Джека".
Он отдаёт по одной Тому и Дэнни.
– Я хочу, чтобы вы все подняли свою выпивку за Джонни Крида – лучшего парня, которого когда–либо знал этот мир, – Джейк поднимает бутылку и смотрит вверх, – Джонни, дружище, мы тебя любим, и мы скучаем по тебе каждый день и я уверен, что ты сейчас смотришь вниз с бутылкой в своей руке и сигаретой в другой, говоря: "Наберите побольше кисок и покажите этим добрым людям шоу, за которое они, чёрт возьми, заплатили!".
Я вижу Тома и Дэнни, которые улыбаются от слов Джейка, кивая в знак согласия. Джейк чокается бутылками с ними обоими и всё втроём, в один и тот же момент, запрокидывают виски.
Толпа кричит имя Джонни.
Мужчины и женщины открыто плачут в зале. И я не могу остановить слезу, бегущую из моего глаза. Я быстро стираю её.
Джейк возвращает микрофон на стойку со своей полупустой бутылкой виски. Он стоит напротив стойки. Дэнни снова взбирается к своим барабанам, Том, шагая, возвращается на своё место, по правую сторону от Джейка.
И в этот момент, все трое выглядят немного потерянными, но они вместе.
Это заставляет моё сердце болеть от любви к Джейку.
Джейк наклоняется и ставит бутылку виски рядом с микрофонной стойкой.
Я вижу, как Смит спокойно возвращается на сцену и становится слева от Джейка.
– Следующая песня, которую мы сыграем, для Джонни. Я написал её давно. Она была одной из... любимых песен, которой Джонни гордился. И я знаю, сколько она значила для него, когда мы выпустили её, и вы ребята полюбили её тоже, когда поставили на нас... Эта песня, я уверен, вам всем знакома, поэтому я хочу, чтобы вы сейчас поглубже вдохнули и спели её со мной, для Джонни.
Джейк перекидывает гитару вперёд, склоняет голову, глядя вниз на гитару, когда наигрывает несколько аккордов, а затем Дэнни начинает бить по барабанам и Джейк поднимает голову, начиная петь один из своих ранних хитов, "Тише, детка".
Я чувствую мурашки, бегущие по коже. Слушаю, как толпа сходит с ума. И я стою здесь, парализованная и поющая слова вместе со всеми, глядя на Джейка. Я вижу, как это трудно для него, пройти через эту песню, и я знаю, что он думает о Джонни всё это время.
Жаль, что меня не было рядом, когда Джонни погиб. Меня не было тогда, но теперь я хочу быть рядом каждый следующий день.
Джейк и я всегда будем друзьями. Не важно, как. Я не потеряю его снова.
Я на после концертной вечеринке, которая проходит в престижном клубе "Шпионский Бар". Она предназначена специально для звезд шоу–бизнеса, поклонников из Швеции, а так же всех кто участвует в туре.
Я рада, что хорошо одета сегодня вечером, в то время как большинство женщин, выглядит гламурно и стильно. Я искала что–то немного другое, хотя я всегда ношу разное, но я купила соответствующую тёмно–синюю жилетку, с тонкими полосками и V–образным вырезом, и прямые брюки до щиколотки, перед тем, как отъехать в тур. Это была любовь с первого взгляда, и я должна была купить их. Всё это я объединила со своими чёрными туфлями на высоком каблуке. Большое количество женщин здесь одеты в платья, но мне нравится быть немного другой, и технически, я на работе, так что я как бы в рабочей одежде.
C администраторами тура, Питом и Гэри, с которыми я познакомилась ранее, я нахожусь в баре и попиваю "Маргариту".
Я не видела Джейка с концерта. У него было несколько интервью, которые он дал сразу, поэтому, как только он вышел со сцены, то был захвачен Стюартом.
Я собиралась тусоваться и ждать его, но Пит подошёл и сказал, что они собираются на вечеринку и спросил, не хочу ли я поехать с ними. Обычно администраторы остаются и собираются после концерта, но Джейк, будучи добрым боссом, разрешил им сделать это утром, поэтому они могут наслаждаться вечеринкой с остальными. И я приняла приглашение. Это лучше, чем бродить вокруг стадиона, как запасная.
– Как долго ты работаешь на Джейка? – спрашиваю я у Пита. Гэри деловито общается с одним из администраторов, кажется, его имя Джаред.
Пит симпатичный парень, с короткими тёмными волосами, ростом около шести футов, довольно мускулистый, должно быть это от тяжёлой работы, которую он выполняет в туре.
– Пять лет плюс минус, – отвечает он с сильным американским акцентом, прислонившись спиной к барной стойке и сложив на неё локти.
Большинство групп имеют команду за границей, когда едут в тур, но Джейк набирает команду ребят и верит, что они будут с ним весь тур.
– Ты, наверно, видел весь мир.
– Пару мест, – усмехается он, – Хорошо работать на этих ребят... Так как ты прилетела сюда? – спрашивает он.
– О, я эм… – я как раз собираюсь ответь, когда глаза Пита загораются, и я мгновенно чувствую присутствие Джейка за спиной.
Оборачиваясь, я почти сталкиваюсь лицом к лицу с ним, он стоит так близко.
– Привет, – говорю, загораясь.
– Привет, красавица, – он целует меня в щёчку, кладет руку на мою талию и смотрит на Пита.
Я чувствую опьянение под его прикосновением.
– Хочешь выпить, Джейк? – спрашивает Пит.
– Пиво, – отвечает он каменным голосом.
Пит поворачивается к бару, чтобы заказать выпивку для Джейка.
Отнимая руку Джейка, я опять беру свою "Маргариту" со стойки, снова чувствуя себя немного раздражённой из–за его братской опеки.
– Тебе не следует оставлять свою выпивку без присмотра, – комментирует он, – Любой может насыпать туда чего–нибудь.
Я смотрю на свой напиток, потом снова на него.
– Ты только что сказал, что твой персонал не заслуживает доверия? – усмехаюсь я над стаканом, когда делаю глоток.
Он медленно качает головой в мою сторону, впиваясь в мои глаза.
– Ты забыла надеть рубашку сегодня вечером? – он показывает на мои голые руки и на жилетку.
– Смешно, – я закатываю глаза. Затем надуваю губы и говорю: – Тебе не нравится мой костюм?
Он проводит языком по губам.
– Нет, нравится, он действительно красивый, – его глаза быстро смотрят на мою грудь, затем снова на моё лицо. Я не упустила этого, – Я просто знаю, что каждый здесь парень думает точно также, и я собираюсь провести этот вечер за надиранием их задниц.
Вздыхая, я качаю головой.
– Ты не можешь вести себя, как большой брат, Джейк. Мы уже не дети. Я могу позаботиться о себе сама.
Он сжимает губы, улыбаясь.
– Как большой брат?
– Да, вся эта руки–прочь–от–Тру–у–неё–есть–бойфренд вещь, которую ты продолжаешь делать. Я единственная девушка в туре здесь, и если ты будешь отпугивать каждого парня, говорящего со мной, то как собеседник останешься только ты.
– Меня это устраивает.
– Джейк! – восклицаю я, быстро чувствуя раздражение, – Я не прыгаю из кровати в кровать, ты знаешь. Я не собираюсь спать с каждым из парней только потому, что разговариваю с ними. Я не собираюсь обманывать Уилла. И мне приятно разговаривать с людьми, когда тебя нет рядом.
Отчасти это раздражает и обижает одновременно, то что он думает, но я должна быть честной.
Его брови сходятся вместе.
– Я знаю, что ты не прыгаешь из кровати в кровать, Тру. Я просто забочусь о своём лучшем друге. Это прописано в правилах, если мне не изменяет память.
– Твоей версии или моей? – я усмехаюсь. Я не могу долго злиться на него.
Он снова сжимает губы, подавляя улыбку.
– Моей.
Пит передаёт Джейку пиво.
– Спасибо, – говорит он, принимая пиво, но не отрывая глаз от моих.
– Пошли, сядешь со мной, – говорит Джейк и протягивает руку.
Я некоторое время смотрю ему в глаза.
– Хорошо, – я беру его за руку, – Увидимся позже, ребята, – говорю я Питу и Гэри.
Джейк ведёт меня к кабинке, в которой уже сидят Том, Дэнни, Смит и Стюарт. Я вижу группу девушек, которые ошиваются рядом и чувствую их тяжёлые взгляды, которыми они меня одаривают из–за того, что Джейк держит меня за руку. Это заставляет меня немного смутиться.
Джейк позволяет мне сесть первой, рядом с Дэнни, а сам садится рядом со мной, запирая меня. Я ставлю свой коктейль на стол и свою сумочку на пол рядом с ногами.
– Тебе понравился концерт? – спрашивает меня Дэнни.
– Конечно, – улыбаюсь я, – Это было удивительно.
– Ты выглядишь очень красиво сегодня, Тру, – Том улыбается мне через стол.
– Спасибо, – кровь приливает к моему лицу из–за смущения.
Я не хочу Тома, но он заставляет меня чувствовать себя шестнадцатилетней девчонкой. Я думаю, именно так он влияет на всех женщин. И я даже не схожу с ума по нему, потому что это так странно. Может это делают его вставки в песни. Кажется, что за тем, что он говорит, скрыт смысл.
Такой же, как и у Джейка. Но у меня сложилось впечатление, что скрытый смысл Тома, который направлен на меня, намного грязнее смысла Джейка.
Джейк поворачивается на своём кресле, прижимая свою ногу к моей и устраивает руку на спинку позади меня.
Я вижу, как его глаза вспыхивают сторону Тома, а он усмехается.
Большой братец Джейк вернулся, и у меня такое чувство, что Том наслаждается тем, как Джейк обвивается вокруг меня.
– Вы, придурки, просто скучны до усрачки, конечно, за исключением тебя, Тру, – Том подмигивает и улыбается мне снова во все свои тридцать два, когда вылезает, переступая через Смита спрыгивая на пол, – Я пойду и поищу юбку себе на ночь.
– Существует ли момент, когда ты не возбуждаешься? – спрашивает его Стюарт.
Том смотрит на него, словно это самый глупый вопрос, который когда–либо ему задавали.
– Не–а, – усмехается он, – Я как возбуждённый кот Том, который всегда на охоте на новых кисок.
Джейк не сдерживает смеха. Я должна сдержать себя.
– Ты и в правду только что назвал себя котом? – спрашивает Джейк, не прекращая смеяться.
– Да, чёрт возьми! И не гони на меня, задница, потому что я точно знаю, что ты обращаешься к своему члену, как к змее во все удобные случаи.
Напиток Стюарта попадает к нему в нос, и он начинает задыхаться.
Я чувствую, как напрягается Джейк позади меня. Мне даже не нужно смотреть.
– Питон, если я не ошибаюсь, – Том усмехается, явно наслаждаясь тем, как дразнит его.
– Я слышу это от большой чёртовой кобры, – вмешивается Дэнни.
Смит тоже начинает смеяться, очевидно, из–за всей этой шутки о змее Джейка.
– Эй, я ничего не могу поделать с тем, что был одарен большим членом, в отличии от вас, тупицы, – говорит Джейк, взяв своё пиво и снова возвращаясь к игре.
– Отвали! – говорит Том и хватает себя за промежность, – Я упакован здесь наилучшим образом, горячий и готовый к работе.
Это хорошая работа, я не в меру щепетильная к этому всему, пока сижу здесь. Хотя разговоры о Джейке и о его змее заставляют меня чувствовать небольшое головокружение. Интересно, насколько он большой? Я испытываю желание бросить взгляд на его промежность, но я сдерживаю порыв, держа глаза впереди.
– Эй, кстати об этом, – добавляет Том, опираясь боком о стол, – Чувствуете тему, которая грядёт на нас? Конечно, про меня – кот Том, про змею Джейка... и теперь нам осталось выяснить про трёх лохов, – он показывает на Дэнни, Стюарта и Смита.
Дэнни поднимает голову.
– Даже не думай, чувак. Держи от меня подальше свои странные животные фантазии.
– Ох, заткнись, жалкий ты ублюдок! Дэнни? Какая рифма на Дэнни? – размышляет он, – О, чувак, твоё имя – говно. Ничего не рифмуется с ним. Мы собираемся его изменить.
Дэнни переходит через Стюарта, затем Смита и спрыгивает аккуратно на пол.
– Напомни–ка мне снова, почему я с тобой дружу? – спрашивает он Тома, хлопая его по плечу.
– Потому что я чертовски потрясающий и могу снять любую цыпочку для твоего члена.
Я не могу сдержать один смешок.
Джейк скользит по мне весёлым взглядом. Но всё, что мне удаётся сделать – это завязать узлы в моём животе, а затем во мне возникает внезапное желание прикоснуться к нему.
– Я ухожу пописать, – Дэнни смеётся, качая головой в сторону Тома, и бредёт в сторону мужского туалета.
– Ты идёшь снимать юбки, придурок? – говорит Том, глядя на Джейка, звуча, словно он пойдёт.
Я мгновенно напрягаюсь. Я не хочу, чтобы Джейк пошёл снимать девушек. Это мысль леденит всё внутри меня.
Джейк качает головой, делая глоток пива.
– Нет, мне и здесь хорошо.
Том смотрит на него, словно у Джейка выросла ещё одна голова. Даже Стюарт кидает на него удивлённый взгляд.
Я медленно расслабляюсь в своём кресле.
– Они что ампутировали твой член, пока ты был в наркологической лечебнице? Или Стюарту удалось обратить тебя? – спрашивает Том, смеясь.
Обратить его? Стюарт – гей?
Должно быть, выражение моего лица заставило Стюарта наклониться ко мне и произнести:
– Я – гей, милая.
– О, хорошо, – я киваю.
Имеет смысл. Он нелепо красив и у него хороший вкус на одежду.
Джейк смеётся, наклоняясь вперёд, и ставит своё пиво.
– Нет и нет, – отвечает он Тому, – Я уже говорил тебе, что не трахаю персонал.
Я – "персонал". Значит, он не трахнет меня.
Слава Богу, конечно, что он не будет пытаться сделать этого со мной. Я знаю, он не будет, потому что не видит меня такой, но приятно знать, что Джейк не занимается сексом с несколькими женщинами, которые работают на него. Только с остальными, конечно.
Стюарт громко фыркает.
Джейк наклоняется вперёд и с интересом рассматривает его.
– Хлоя? – Стюарт поднимает брови.
Джейк сморщил лицо от мысли, быстро проскакивающей в памяти.
– Хорошо... Я больше не трахаю персонал.
Хорошо, значит у него было что–то с персоналом.
Вдруг я чувствую себя неловко и немного уставшей от этого разговора.
Это тот Джейк, о котором я читала в газетах. Я не хочу слышать о нём.
– Можешь меня выпустить? – говорю я ему.
– Конечно. Ты куда? – спрашивает он, вылезая из кабинки, и пропуская меня на шатающихся ногах.
– В уборную, – говорю я ему, контролируя голос.
Я иду к табличке для дам, стараясь игнорировать взгляды, обращенные на меня его ждущими поклонницами и Джейком.
Глава 11
Мы в Барселоне. Концерт пройдёт завтра вечером на Олимпийском стадионе Барселоны. Мои родные приезжают первым утренним рейсом. Я очень взволнована встречей с ними. Джейк был только "за", когда я упомянула, что хочу получить билеты на концерт для приезжающих родных. Я думаю, он с нетерпением ждёт новой встречи с моим папой.
Я гастролирую с "УШ" уже почти две недели, но время пролетает быстро. Мне едва удаётся в одиночестве подумать, о том, как я скучаю по всем. Я провожу с Джейком большую часть времени, но это будет прекрасно – увидеться с родными завтра.
А еще я с нетерпением жду встречи с Уиллом через неделю. Я конечно, проводила долгое время без него до этого, но мне кажется, что встреча с родными заставит скучать по дому ещё сильней. По нему.
Я поднимаю браслет и смотрю на него на свету. Достаю телефон, я решаюсь позвонить ему.
– Привет, прелесть, – бормочет он в трубку.
– Что делаешь? – спрашиваю я.
– Работаю.
– В это время? У вас сейчас... без пятнадцати девять, малыш.
– Я знаю. Это большое вложение, о котором я говорил тебе до этого. Небольшое дерьмо произошло с ним. И утром экстренное заседание, так что я должен собрать сумку с вещами. Хорошая штука – держать меня занятым на работе, чтобы я прекратил говорить о том, как скучаю по тебе.
– Я тоже по тебе скучаю, – шепчу я.
– Правда?
– Конечно, глупенький. Значит, ты на работе... – говорю, понижая голос.
– Угу.
– И ты в костюме?
Люблю Уилла в пиджаке. В нем он выглядит горячо.
– Да.
– Ты один в офисе?
– Нет, Марк тоже работает допоздна.
– Ох, – говорю я, чувствуя себя опустошенной. Я приготовилась к грязным разговором по телефону. Не то, что бы мне это вообще нравится, но я чувствую себя возбуждённой.
– Где ты? – спрашивает он.
– Лежу на кровати.
– Серьёзно?
– Ага. Жалко, что ты не один... я собиралась... может быть... сказать тебе кое–какие грязные словечки.
– Я позвоню тебе, когда буду дома, – его дыхание вдруг замедлилось.
– Через сколько?
– Пару часов.
– Я буду ждать... обнажённой, – добавляю я, ухмыляясь себе и чувствуя полную уверенность.
– Два часа, – утверждает он хрипло.
– Не минутой больше. Я люблю тебя, – добавляю я.
– Я тоже.
Я вешаю трубку, ощущая беспокойство и имея два часа в запасе, чтобы умереть прежде, чем я смогу поговорить со своим парнем. Не совсем секс, но близко к тому, что я собираюсь сделать с ним на следующей неделе.
Осознав, что ещё не ужинала, я решаюсь пойти к Джейку и узнать, не хочет ли он поужинать со мной. Надеюсь, что он ещё не ел. Я ненавижу есть в одиночку.
Я стучусь в дверь его апартаментов, и Стюарт открывает спустя несколько мгновений. Своей одеждой он разносит меня в пух и прах. Стюарт всегда выглядит нарядным, но сейчас он выглядит привлекательно. Словно у него свидание.
– Неплохо выглядишь, – я говорю с намёком, – У кого–то свидание?
– Ужин со старым другом, чика, – подмигивает он, – Джейк в гостиной, – он держит дверь открытой, позволяя мне войти.
– Хорошей ночи, – улыбаюсь я.
– О, так и будет,– говорит он, пятясь и ухмыляясь, и разворачивается, уходя прочь по коридору.
Похоже, вечер у кого–то удастся. Я вздыхаю.
Закрывая за собой дверь, в тишине комнаты я слышу, как Джейк бренчит на своей гитаре.
Звук заставляет подняться волоскам на моих руках. На мгновение я стою и слушаю, как Джейк начинает петь песню Криса Айзека "Порочная игра".
Он звучит потрясающе.
На носочках я иду по коридору. Поворачивая за угол, я останавливаюсь, опираюсь на стену и наблюдаю за ним.
Его глаза закрыты. Он потерялся в песне. И выглядит восхитительно.
Моим рукам вдруг отчаянно хочется прикоснуться к нему. Я хочу пальцами погладить его губы, его лицо, зарыться в его волосы. Я ужасно хочу поцеловать его прямо сейчас.
У меня есть воспоминания о молодом Джейке, который сидел в комнате моих родителей и играл для меня. Я помню, как смешно чувствовал себя мой живот, когда я слушала, как он играет, даже тогда. Я не имела понятия, что означают эти чувства.
Любовь. Это была любовь к нему.
И сейчас, у меня возникает то же самое чувство в животе. Но более сильное.
Глаза Джейка открываются и встречаются с моими. Его взгляд прожигает меня, и я чувствую себя обнажённой перед ним. Как будто он может читать мои мысли.
Он не разрушает контакт, пока поёт.
Фокусирую свои глаза на его, я иду к нему, моё тело сотрясает дрожь, рикошетом выворачивая наизнанку, пока Джейк поёт. Сажусь на край журнального столика прямо напротив него, я очарована. И прямо сейчас я хочу его. знаю, что это потому что у меня не было секса целых две недели, и разговор с Уиллом возбудил меня. И я знаю, что это и из–за Джейка. У него есть удивительная способность привлекать к себе, только открывая рот и начиная петь. Его голос безумно красивый. Это так естественно для него. Вот почему мир так обожает и любит его. И почему женщины хотят его.
Эта песня ошеломляет, и совсем не легко исполнить её, но Джейк это может и без особых усилий.
В этот момент я понимаю, как мне повезло сидеть здесь вместе с ним и слушать как он сейчас поёт. Большинство людей продали бы души, лишь бы оказаться на моем месте.
Заканчивая последнюю ноту, Джейк улыбается мне. Я чувствую, как пылает моё тело и мозг.
– Это было удивительно, – говорю я, немного задыхаясь.
Он пожимает плечами и ставит гитару. Я ненавижу, когда он отвергает себя, как сейчас.
– Так твои родные будут здесь завтра утром? – спрашивает он.
– Да. – Я свечусь.
– Во сколько они прилетают?
– В восемь утра.
– Хочешь, чтобы я попросил Дэйва их забрать?
– Нет, – я качаю головой, – Я хочу сама встретить их в аэропорту.
– Хочешь подвезу тебя?
– Ты сможешь?
– Вести машину? К твоему удивлению, да, – смеётся он.
– Заткнись, идиот, – хихикаю я, – Ты понял, что я имела в виду.
– Я сделаю, и конечно, я могу, – он одаривает меня серьёзным взглядом, – Я должен буду остаться в машине, пока ты пойдёшь в аэропорт.
– Конечно, – я вожу своим пальцем по столу, – И да, я бы хотела, чтобы ты отвёз меня в аэропорт. Спасибо.
Подняв глаза, я встречаю его взгляд. Мы смотрим друг на друга в течении длительного времени. Во рту становится сухо. Провожу языком по губам и говорю:
– Ну, я... пришла узнать, не ужинал ли ты ещё и не хочешь ли поужинать со мной.
– Я не ел.
– Круто. Где бы ты хотел: тут или на улице?
Его глаза снова задерживаются на моих. Дрожь вспыхивает внутри меня.
– Здесь, – наконец–то отвечает он. Я замечаю, что его голос звучит немного грубо, – Мы можем заказать еду и посмотреть телевизор.
– Звучит идеально, – я улыбаюсь, когда Джейк берёт пульт от телевизора, набирая номер обслуживания. Я сажусь на диван рядом с ним.
Сейчас 7 часов утра, и я в машине с Джейком. Мы едем в аэропорт, чтобы забрать моих родителей. Я практически подпрыгиваю на сидении от волнения. Прошло почти два месяца с тех пор, как я их видела в последний раз.
– Ты выглядишь так, словно у тебя муравьи в штанах, – посмеивается Джейк.
– Прости! Я просто с нетерпением жду встречи с ними, – свечусь я, – И мой папа будет в восторге от того, что ты со мной приехал забрать их.
– Нет, – он скользит по мне весёлым взглядом.
– Конечно, да. Он всегда считал тебя своим сыном, которого у него нет, и я знаю, что ему не терпится увидеться с тобой.
Останавливаясь на светофоре, Джейк смотрит на меня. Этот взгляд очень сильный и осмысленный.
– Биллу не нужен сын, Тру. У него есть ты. – Я сглатываю. – Но для меня он был ближе, чем отец, – добавляет он.
Недолго думая, я наклоняюсь и с любовью поглаживаю его по щеке. Джейк смотрит на меня удивлённо, мгновенно напрягаясь под моими прикосновениями.
Придя в себя, я убираю руку, мои щёки горят. Я сижу, глядя прямо на дорогу. Моё сердце сильно бьётся в груди. Не могу поверить, что сделала это. Мы молчим. Я сижу и ерзаю на сиденье из–за акта близости, который я показала Джейку.
– Тру... – начинает он, его голос мягок.
Сигнал автомобиля позади нас, заставляет меня подпрыгнуть, и я поднимаю глаза и вижу, что загорелся зелёный свет. Джейк начинает вести машину, не заканчивая предложение.
Джейк паркует машину за пределами аэропорта, я выхожу, чтобы встретить своих родных.
Проходя по аэропорту, я проверяю таблицу прибывших рейсов. Увидев, что их уже приземлился, я иду прямиком к зоне, где встречают прибывающих. Я жду только пять минут, когда вижу знакомые лица моих родителей.
– Папа! – я кричу и бегу к нему, прыгая в его объятия.
– Привет, малышка, – он крепко сжимает меня.
К горлу внезапно подступает ком и слезы собираются в глазах.
– Мама, – я улыбаюсь, обнимая её.
– Моя красивая девочка, – говорит она и берёт моё лицо в свои ладони, целуя в щёчку, – Ты выглядишь...счастливой.
– Я счастлива, потому что вы здесь, – я кладу свою руку в её. Опустив голову ей на плечо, я начинаю идти вместе с ней, следуя за папой, который сам тащит чемоданы.
– Машина там, пап, – я указываю влево, на снятый Джейком "Мерседес".
Мой папа поворачивается и поднимает брови.
– Ты водишь "Мерс"?
– Не я глупый, – я хихикаю, – Меня подвезли.
Я собиралась сказать им, что в машине находится Джейк, но думаю, это будет приятный сюрприз для моего папы – увидеть его.
Мы доходим до машины, и я открываю багажник. Папа ставит туда чемодан.
Он идет к двери заднего сиденья, но я останавливаю его:
– Садись впереди. Я сяду с мамой сзади.
Одаривая меня смешным взглядом, он открывает дверь и садится внутрь, а я усаживаюсь с мамой назад.
– Привет, Билли, – говорит ему Джейк.
– Джейк, мальчик мой! – Восклицает папа и тянет Джейка в мужские объятия.
Джейк выглядит немного озадаченным, но на самом деле, он не должен быть удивлённым, мой папа всегда был тем типом мужчин, которые любят объятия. Джейк оглядывается на нас.
– Привет, Ева, – говорит он моей маме немного нервно.
– Привет, Джейк – кивает она, слегка улыбнувшись.
Я могу сказать, что он опасается моей мамы. Она человек, который не верит во всякий бред, говорит то, что видит. И я знаю, что он волнуется о том, что она подумает о его выходках на протяжении всех этих лет.
Забавно, что он богатый и знаменитый мужчина, но моя мама может снова заставить его чувствовать себя провинившимся подростком.
Когда мы едем обратно, мой папа всю дорогу разговаривает с Джейком на передних сиденьях, конечно же, о сегодняшнем вечернем концерте; я говорю с мамой, о том, что делала с того момента, как поехала в тур.
Когда мы подъезжаем к отелю, Джейк уходит, чтобы проконтролировать подготовку стадиона к концерту сегодня вечером. Так что мне нужно заселить маму и папу в их апартаменты. Они останавливаются в апартаментах Стюарта, а он переезжает к Джейку на два дня, пока они здесь.
В отеле больше нет свободных мест, и Джейк не позволил моим маме и папе остановиться в любой другой старой комнате, которые очень милые. Я предложила для них свою, но это он тоже не принял. Потом Стюарт сказал, что может вломиться в апартаменты Джейка, ведь там всё равно две спальни, и позволить родителям остановится в его апартаментах. С этим Джейк согласился.
После того, как они заселились, мы спустились, чтобы вместе позавтракать. Пока мы ели, мне позвонил Джейк и спросил, не хочет ли мой папа пойти на стадион, чтобы посмотреть репетицию.
Лицо моего отца практически треснуло от улыбки, когда я ему это передала. Один взгляд на мою маму и она кивает свысока, так что мой папа от души соглашается. Он будет счастлив находиться там с ребятами.
Джейк сказал мне, что пошлёт Дэйва забрать моего отца через тридцать минут, так что мы заканчиваем завтракать, и оказывается, что Дэйв уже ждет отца.
Целуя меня и маму, папа уезжает на стадион.
– Так что мы будем делать сегодня, мам? – спрашиваю я, – Пойдём на пляж или на шоппинг?
– Шоппинг, – улыбается она.
Мы собираем свои сумки, затем отправились в Барселону до конца дня.
Я люблю ходить за покупками вместе с мамой. У неё эклектичный вкус в одежде, откуда я получила и свой.
Мы натыкаемся на небольшой бутик, где продается самая удивительная одежда и обувь. Я мгновенно замечаю туфли на высоком каблуке чёрного цвета с толстым каблуком и на застёжке, сандалии на ремешке, с белыми и небольшими оранжевыми полосками, пересекающими носок. Я покупаю их и черно–оранжевое платье, которое спадает от груди до пола, с асимметричными лямками. Оно идеально подходит к моим новым туфлям.
Я решаю не надевать их сегодня вечером, потому что в Барселоне очень жарко, а на стадионе будет даже ещё жарче. Поэтому я покупаю тонкое белье из полосок и чёрную полу–тунику – полу–платье с белыми пёрышками и великолепным тканевым розовым ремнем, который идеально подойдет к моим небольшим розовым туфлям на каблуках, приобретенными по пути назад в отель
Мама тоже покупает несколько нарядов и настаивает на том, чтобы оплатить мои покупки. Я сопротивляюсь, но не долго, так как у меня сейчас есть лимит на старой карточке.
Большую часть дня, мы ходим за покупками и приходим обратно в отель с загруженными сумками. Я оставляю маму в её апартаментах и отправляюсь в свои, чтобы позвонить Уиллу, так как я не разговаривала с ним весь день.
Когда мы заканчиваем разговаривать по телефону, раздается стук в дверь. Я открываю и вижу счастливого Джейка.
– Привет, красавица, – говорит он, целуя меня в щёку и проходя в комнату.
– И тебе привет, – я закрываю дверь и всё ещё стою, отходя от поцелуя, – Хорошо провёл день?
Он кивает, улыбаясь, и садится на подлокотник дивана.
– Да, твой папа придумал идею для сегодняшнего концерта... несколько риффов... (прим. пер.: слова, которые используются во время проигрыша, часто в сольном выступлении) ах, они работаю прекрасно, Тру. Я забыл, как этот мужчина чертовски крут с гитарой в руках.
– Он всегда крутой, – говорю я, улыбаясь его порыву, сидя на кресле напротив него и подвернув под себя ноги.
– Хорошо провела день? – он указывает на мою кучу сумок с покупками.
– Ага, мама взяла меня на шоппинг, – усмехаюсь я.
– Здесь же есть какое–нибудь сексуальное нижнее бельё? – он кивает в сторону моих сумок.
Я качаю головой, закатывая глаза.
– В одну минуту – старший брат, а в следующую – извращенец, – хихикаю я.
Он смеётся, поднимаясь на ноги.
– Хорошо, я просто пришёл сказать, что мы сегодня идём на ранний ужин с твоими родителями, так что у тебя есть полчаса, чтобы подготовиться.
– Да? – удивляюсь я, поднимаюсь на ноги и следую за ним к двери, – И чья это была идея?
– Моя, конечно, – улыбается он, затем дарит ещё один быстрый поцелуй в щеку, а потом уходит.
Я быстро принимаю душ, не моя голову, потому что я решаю стянуть волосы сзади из–за жары. Поэтому я делаю свободную гульку, выпустив несколько прядей вокруг лица. Надеваю небольшой комбинезон в виде шорт, похожий на платье, с туфлями на каблуке, брызгаюсь "Шанель" и выхожу, направляясь в апартаменты мамы и папы.
