Софисты, начали этические размышления с того, что усомнились в существовании общезначимой морали. Относительность человеческих суждений о благе, счастье и смысле жизни побудила их перейти к анализу моральных явлений в противовес обыденному некритическому усвоению нравственности как неких очевидных правил. Релятивизм софистов, их рассуждения об относительности нравственных норм, разрушали догматические представления о морали, однако не содержали положительной моральной программы.
Сократ в противовес софистам считал, что мнения разных людей о добре относительны в сравнении с истинным понятием добра. Задачаличности – «познать самого себя», т.е. перейти от «мнений о добре» к знанию добра, которое приобретается благодаря разуму. Знаменитые «сократические диалоги» показывают, каким образом разум может проясниться до понимания истинной, а потому единственной и всеобщей нравственности. Разве, зная истинный путь жизни, кто-нибудь пойдет безнравственным? Таким образом, для Сократа быть мудрым и быть нравственным – одно и то же. Безнравственность же – разновидность безумия. Все люди желают блага, значит, никто не делает зла по своей воле, зло – это ошибка в суждении, ведущая, как и всякая ошибка к несчастью.
Сократические школы унаследовали от рационалистической этики Сократа идею достижения счастья через мудрость, однако, разошлись в конкретной интерпретации данной моральной программы. Киренаики считали высшим благом удовольствие, и чувственные удовольствия предпочитали духовным. Разум при этом служит тому, чтобы избегать страданий, связанных с избытком наслаждений. Киники же (самым знаменитым из которых был Диоген Синопский) отождествляли высшее благо с внутренней свободой, в том числе свободой от удовольствий. Аскетический образ жизни Диогена стал способом его индивидуалистического самовыражения, чем отличался по смыслу от религиозного аскетизма.
Платон – ученик Сократа, развивший идею своего учителя о существовании абсолютного добра. Согласно Платону, подлинное добро как идеальный образец существует в «мире идей», на земле же – его бледные подобия, копии, тени. Задача личности – познать идею добра с помощьюразумной части души, которая припоминает тот образец добра, что когда-то созерцала в «мире идей», когда сама была идеей. Чувственные удовольствия затемняют разумную часть души, поэтому злоупотреблять ими не следует. Индивидуальная этика у Платона дополняется социальной: теорией идеального государства, само устройство которого укрепляет добродетель граждан.
Аристотель – ученик Платона – классифицировал античное знание, выделив при этом учение о добродетелях в особое учение – этику, написал ряд специальных этических сочинений и, таким образом, конституировал этику как философскую дисциплину. В отличие от Платона, Аристотель считает, что этика – это не наука, постигаемая лишь с помощью разумной части души, а практическое знание о том, как стать счастливым благодаря добродетели. Добродетель достигается с помощью разумной части души, которая управляет страстями (подобно тому, как возница управляет горячими конями), правильно направленные страсти не вредят нравственности, но являются ее необходимым элементом. Быть добродетельным – значит знать «золотую середину» между крайностями, одна из которых состоит в недостатке какого-либо качества, а другая – в избытке того же самого качества (так мужество является серединой между трусостью и безумной отвагой). Главная же добродетель разумной части души – это мудрость, а интеллектуально-созерцательный образ жизни, жизнь мудреца, представляет собой нравственный идеал.
Итак, этические системы Древнего мира сформулировали базовые парадигмы в осмыслении этической проблематики.
Тема 1.2. Этические учения средневековья
Евангельская моральная доктрина.
Христианство привнесло ощутимые новации в интерпретацию нравственной жизни:
1) в противовес античному идеалу мудреца, христианство обращено к простым людям, «нищим духом»;
2) мировая религия провозгласила равенство людей перед Богом, выработала понятие «ближнего»;
3) источником морали считается голос Бога в душе личности (то, что в современной морали называется совестью), что позволяет ей самостоятельно принимать нравственные решения;
4) главным мотивом нравственного поведения провозглашается любовь (а не разум, как полагала античная этика);
5) выдвинут целостный нравственный идеал – Иисус Христос, а не просто набор добродетелей, как это было в древнегреческой этике;
6) новый нравственный идеал предполагал и новые добродетели: веру, надежду, любовь, а также смирение, кротость, милосердие, всепрощение. Таким образом, впервые была сформулирована идея гуманизма как сострадательного отношения к конкретному человеку.
Основные проблемы этики средних веков.
Средневековая этика стала подробным интеллектуальным обоснованием христианской нравственной позиции. При этом обнаружился ряд этических проблем:
· проблема оправдания Бога за существующее в мире зло, разработанная в рамках теодицеи (учения о богооправдании);
· проблема соотношения божественной благодати и свободной воли человека в его нравственном поведении;
· проблема спасения души.
Августин Блаженный – представитель этики средневековья. Августин Блаженный (IV-V вв.) последовательно разрешил указанные проблемы с христианских позиций. Его личный опыт обращения в христианство в возрасте 33 лет стал основой бескомпромиссного следования доктрине. Согласно Августину, источником морали является Бог, и только Бог. Такая позиция в этике называется теоцентризмом. Сама воля Бога и есть нравственность. При этом Бог не связан никакими нравственными правилами, в противном случае существовали бы правила превыше Бога, а это невозможно по определению. Все, что исходит от Бога, – благо, поэтому наш мир – наилучший из всех возможных, и подлинного зла в нем нет. Зло трактуется Августином как недостаток добра, испорченное добро, меньшее добро в сравнении с большим и, наконец, человеческая точка зрения на происходящее: то, что человеку кажется злом, в целокупности Божественного замысла оборачивается добром. В целом источник зла не в Боге, а в человеке и его свободной воле, в её неправильном употреблении. Правильное употребление свободной воли заключается в свободном следовании воле Бога. Спасение души, по Августину, целиком зависит от Божественной благодати. С точки зрения этики парадоксально, что спасение человека не связано напрямую с его земными поступками, но является актом ничем не обусловленной Божественной милости.
