Действенность мотивации социального успеха тесно связана с уровнем социального интеллекта.
В исследовании М. Л. Кубышкиной, выполненном под руководством В. Н. Куницыной, обнаружилась роль социального интеллекта в деятельности, направленной на достижение высоких результатов в социально-значимой деятельности.
ИЗ ОПЫТА РАБОТЫ РОССИЙСКИХ ПСИХОЛОГОВ
Исследование М. Л. Кубышкиной показало, что ведущими особенностями людей с выраженным мотивом социального успеха являются большая активность и уверенность в себе, высокая самооценка с твердой уверенностью в своем обаянии, высоко развитый социальный интеллект.
Объектами исследования были работающие взрослые различных профессий в возрасте от 26 до 45 лет и студенты (всего 530 чел.).
Использовался модифицированный опросник Айзенка, шкала мотивации помощи Нартовой-Бочавер, методики В. Н. Куницыной (СУМО, «Самооценка-25»), методика избегания неудачи Элерса и др.
Оказалось, что соотношение мотива социального успеха и мотива избегания неудачи позволяет выделить шесть различных типов людей:
| Взрослые (средний балл СИ – 6,67) | Студенты | Уровень СИ | |
| А наступающие | 6,200 | 6,364 | сред. ур. |
| В защищающиеся | 4,500 | 3,000 | очень низкий ур. |
| С ответственные | 5,333 | 5,143 | низ. ур. |
| D слабомотивированные | 4,633 | 4,909 | оч. низ. ур |
| Е осторожные | 6,412 | 6,429 | сред. ур. |
| F гармоничные | 8.957 | 8.705 | вые. ур. |
А – «наступающие» – преобладание мотива социального успеха и стремления к признанию и соперничеству. Такие люди гиперактивны, агрессивны, беззастенчивы, склонны к риску, имеют завышенную самооценку и средний социальный интеллект.
В – «защищающиеся» – все три компонента мотива социального успеха слабо выражены; такие люди не уверены в себе, застенчивы, имеют самый низкий социальный интеллект.
С– «ответственные» – сильное стремление к достижениям и соперничеству, нет импульсивности; деловые, отсутствует интерес к людям, неплохие манипуляторы.
D – «слабомотивированные» – эмоциональная нестабильность, неразвитая саморегуляция и очень низкая ответственность. Их отличает низкое самоуважение и недостаточные энергетические показатели.
Е – «осторожные» – приближаются во многом к средним показателям по всей группе, их отличает стремление к стабильности, осторожность и предусмотрительность.
F – «гармоничные» – эмоциональная стабильность, хорошее самоуважение, автономность и адекватная самооценка. Социальный интеллект гармонично развит.
(См. Кубышкина М. Л. Психологические особенности мотивации социального
успеха. – Дис.... канд. психол. наук. – СПбГУ, 1997)
В социально-психологическом аспекте мотив достижения может рассматриваться как мотив социального успеха. Согласно последним исследованиям, он имеет следующую структуру:
- стремление к известности, престижу, признанию;
- стремление к соперничеству;
- стремление к достижениям в значимой деятельности.
Итак, самые общие результаты исследования социального интеллекта выражаются в том, что разработана целостная концепция социального интеллекта, создан комплекс отечественных диагностических методов его измерения, получены результаты, свидетельствующие о валидности и надежности применяемых методов.
Социальный интеллект предстает как самостоятельный психологический феномен, а не проявление общего интеллекта в социальных ситуациях.
Предложен основной диагностический инструмент, позволяющий вывести интегральный индекс социального интеллекта на основании соотношения количественных характеристик 12 свойств, относящихся к вышеперечисленным сторонам социального интеллекта.
Социальная компетентность
Социальные, экономические, политические перемены, перестройка общественного и индивидуального сознания, упор на индивидуальную инициативу, предприимчивость предъявляют повышенные требования к социальной компетентности, умению перестраивать и управлять новыми группами. Становятся социально желательными свойства личности, которые прежде не считались большой доблестью, такие как компромиссность, предприимчивость, практичность и т. п.
24.2.1. Социальная компетентность – механизм адаптации к новым условиям
В условиях резких социальных перемен большие требования предъявляются к быстрому освоению новых социальных знаний и умений, расширению социальной компетентности. Так, например, психологи из бывшей ГДР отмечают, что воссоединение Германии вызвало у восточных немцев кризис ориентации в жизни и новые требования к социальной компетентности.
В статье известного немецкого психолога Ю. Меля, работавшего в ГДР, проблема ставится следующим образом: социальная компетентность выступает как цель психотерапии; подчеркивается необходимость корректировки образа Я в ситуации социального перелома (Мель, 1995).
УМЕСТНАЯ ЦИТАТА
Экстраординарные жизненные нагрузки на «самочувствие» населения можно определить как «коллективные ненормативные жизненные события», которые вызывают кризис ориентации в жизни и предъявляют к социальной компетентности людей прежде не встречавшиеся требования.
Г. Шредер, обобщивший данные психологов и психотерапевтов новых федеральных земель, исходит из гипотезы, что специфические условия социализации в ГДР формировали прежде всего определенные способы поведения и установки, которые в тех условиях были функционально адаптивны, но в новой социальной ситуации обнаружили несовместимость объективных требований жизни и субъективной компетентности для их преодоления. С этим согласуются и наблюдения, согласно которым выработанная в прошлом «вербальная компетентность» становится помехой в необходимой отныне активизации деятельности.
Очень выраженными оказались различия в контроле за поведением: восточные немцы обнаруживают ббльшую потребность контроля (стремление к порядку, соблюдение принципов, более высокую ориентацию на нормы поведения, большую надежность в отношениях, более выраженную ориентацию на будущее и здравый смысл), а также меньшую импульсивность (меньшую жажду новых впечатлений и радость импровизации).
Согласно анализу случаев психологической и психотерапевтической службы, 40% диагнозов относятся к нарушениям социальной компетентности. Во всех случаях клиенты указывают на непосредственную связь между их жалобами и психическими нагрузками, обусловленными социальным переломом. Вопрос состоит в том, располагают ли психотерапевты гибким инструментарием или программой терапии нарушений социальной компетентности, которые могли бы обеспечить индивидуальную помощь клиентам в тех случаях, когда жизнь обрушивает на них психические нагрузки. При разработке психосоциальных и психотерапевтических мер, направленных на поддержку социальной компетентности и веры в себя, можно руководствоваться концепцией Р. Ульриха и Р. Ульрих, сформулировавших семь характеристик социально-компетентного человека, в соответствии с которыми он в состоянии:
· принимать решение относительно себя самого и стремиться к пониманию собственных чувств и требований;
· забывать блокирующие неприятные чувства и собственную неуверенность;
· представлять, как следует достигать цели наиболее эффективным образом;
· правильно понимать желания, ожидания и требования других людей, взвешивать и учитывать их права;
· анализировать область, определяемую социальными структурами и учреждениями, роль их представителей и включать эти знания в собственное поведение;
· представлять, как, с учетом конкретных обстоятельств и времени, вести себя, принимая во внимание других людей, ограничения социальных структур и собственные требования;
· отдавать себе отчет, что социальная компетентность не имеет ничего общего с агрессивностью и предполагает уважение прав и обязанностей других
Эта концепция может служить ориентиром при проведении психотерапевтических бесед, в ролевом тренинге уверенности в себе и апробации образа действия в реальных условиях с учетом индивидуальных проблем и целей психотерапии. К тому же формулируемые в соответствии с характером требований типы ситуаций – например, «отстоять свое право», «завязать отношения», «завоевать симпатии» и др., – позволяют определить цели психотерапии, отвечающие уязвимым аспектам поведения клиента.
Обучение социальной компетентности должно представлять собой овладение инструментарием, который позволит рефлексировать внешние предписания ситуации и реализовать соответствующее влияние на нее.
(См.: Мель Ю. Социальная компетентность как цель психотерапии:
проблемы образа Я в ситуации социального перелома //
Вопросы психологии. – 1995. – № 5. – С. 61-68.)
Аналогичные сложности в выработке новых навыков приспособления, освоения информации о новых социальных институтах, новых социальных ролях и позициях (брокер, дилер и т. п.), изменения роли представителей многих социальных институтов в обществе наблюдаются и в нашей стране.
Кризис социальных идентификаций, изменение их иерархии, динамики, изменение этно-национальной, профессиональной идентичности, иначе говоря, расшатывание всех идентификаций в нашем обществе за период 1992-1994 гг. обсуждается в книгах и статьях В. А. Ядова, А. П. Корнилова (Ядов, 1994; Корнилов, 1995).
Содержание и структура социальной компетентности
В зарубежных работах, посвященных социальному интеллекту и социальной компетентности, эти явления часто объединяются.
Рассмотрим кратко сложившиеся в зарубежной науке подходы к проблеме социальной компетентности, ее структуре и функциям.
К настоящему времени еще не сложилось окончательного определения социальной компетентности (далее СК). В одной из первых таких попыток СК понимается как «эффективность, или адекватность, с которой индивид способен отвечать на разнообразные проблемные ситуации, с которыми он сталкивается» (Цит. по: Rubin et al., 1992, p. 284).
M. Аргайл в своей книге «Психология межличностного поведения» (в разделе «Социальная компетентность») упоминает и социальный интеллект, но основное внимание уделяет понятию «общая социальная компетентность», объединяя им профессиональную и коммуникативную компетентность. Он считает необходимым рассматривать эти два вида во взаимосвязи. Этим, в частности, можно объяснить некоторые шаблоны, «профессионализмы» в повседневном общении и речи.
М. Аргайл называет следующие компоненты социальной компетентности:
- социальная сенситивность (имеется в виду точность социальной перцепции – В. К.);
- основные навыки взаимодействия (репертуар умений, особо важный для профессионалов);
- навыки одобрения и вознаграждения, которые существенны для всех социальных ситуаций.
- равновесие, спокойствие как антитеза социальной тревожности. (Argyle, 1974, р. 78)
В восьмидесятые годы ряд авторов подчеркивает мотивационную и операциональную стороны социальной компетентности, ее поведенческие проявления. Главное в ней – «...Эффективно участвовать в сложном межличностном взаимодействии» (Оппенхеймер; цит. по: Rubin et al., 1992).
Критерием социальной компетентности служит результативность взаимодействия, достижение значимых социальных целей в определенных социальных контекстах с использованием соответствующих средств и получением положительного результата.
В те же годы разными исследователями последовательно формируются две взаимодополняющих модели социальной компетентности и ее развития. Первая модель (Спивак и Шур, 1974; цит. по: Rubin et al., 1992) представляет ее как набор связанных между собой умений в решении межличностных проблем. В этот комплекс входят:
- сенситивность к межличностным проблемам, их распознавание;
- способность генерировать альтернативные варианты решения проблем;
- способность определять нужные средства для достижения целей;
- способность определять и понимать мотивы и поступки других;
- способность предвидеть последствия, продумывать взаимоисключающие конечные результаты.
Совершенно очевидно, что большинство из перечисленных составляющих характеризуют умственную интеллектуальную деятельность и специфические личностные свойства, такие как социальное мышление, социальная сензитивность, которые составляют основу социального интеллекта.
В более поздней, «улучшенной» модели социальной компетентности упор делается на работу с информацией. К. Рубин и Л. Роуз-Крэснор вносят в модель социальной компетентности понятие социальных сценариев (то есть определенных шаблонов, согласованных действий в хорошо знакомых ситуациях).
Модель Р. Селмана – результат исследования основ выработки социальной точки зрения; она концентрируется на решении межличностных проблем. В 1980 г. этим автором была опубликована работа по основам выработки социальной точки зрения от нулевого уровня (неосмысленный и эгоцентрический отсчет в детстве) до уровня поверхностной социально-символической ориентации в подростковом возрасте. По мнению Селмана, на более высоком уровне (в юношеском возрасте) появляются комплексные многоплановые системы оценки, ориентация на сотрудничество (Sel-man, 1980).
В качестве методов исследования использовались интервью о способах решения в гипотетических ситуациях, а также наблюдение и опросники. Конкретной целью было изучить умения в работе с информацией. Было отмечено, что с возрастом увеличивается способность к децентрации, кодированию большого количества информации, проницательность (способность смотреть вглубь, за поверхность непосредственно воспринимаемого).
Стратегии с возрастом становятся более сложными в когнитивном аспекте, ориентированными на других, вербализованными и прогностичными. Появляется адаптивная реакция на неудачу, которая выражается в изменении этой стратегии, а не в поспешном и неоправданном переходе к другой стратегии. Все это сопровождается лучшей саморегуляцией, позволяющей справляться с сильными негативными эмоциями.
В более поздних работах немецкие психологи У. Пфингстен и Р. Хинтч (1991 г.; цит. по: Мель, 1995) делают акцент не на социальных знаниях, целях, результативности взаимодействия, а на способах поведения. Социальная компетентность определяется ими как владение «когнитивными, эмоциональными и моторными способами поведения, которые в определенных социальных ситуациях ведут к долгосрочному благоприятному соотношению положительных и отрицательных следствий».
Социальная компетентность
система знаний о социальной действительности и себе, система сложных социальных умений и навыков взаимодействия, сценариев поведения в типичных социальных ситуациях, позволяющих быстро и адекватно адаптироваться, принимать решения со знанием дела, учитывая сложившуюся конъюнктуру; действуя по принципу «здесь, сейчас и наилучшим образом», извлекать максимум возможного из сложившихся обстоятельств.
В работе Е. В. Коблянской, выполненной в Санкт-Петербургском университете в 1995 году, социальная компетентность рассматривается как адаптационное явление, основой которого служит социально-психологическая подготовленность и коммуникативная компетентность.
Социальная компетентность, по мнению автора, – это «умение выбрать социальные ориентиры и умение организовать свою деятельность в соответствии с этими ориентирами» (Коблянская, 1995, с. 8).
Нам представляется, что в самом общем виде социальную компетентность можно представить как знания о социальном мире и о себе, своем месте в этом мире, способы поведения и поведенческие сценарии, облегчающие социальное взаимодействие, основные функции которых социальная ориентация, адаптация, интеграция общесоциального и личного опыта. В. Н. Куницыной предложено следующее определение социальной компетентности. Социальная компетентность – система знаний о социальной действительности и себе, система сложных социальных умений и навыков взаимодействия, сценариев поведения в типичных социальных ситуациях, позволяющих быстро и адекватно адаптироваться, принимать решения со знанием дела, учитывая сложившуюся конъюнктуру; действуя по принципу «здесь, сейчас и наилучшим образом», извлекать максимум возможного из сложившихся обстоятельств.
Социальная компетентность – операциональное понятие, которое имеет временные, исторические рамки. Залогом успешного функционирования человека в изменяющихся социальных обстоятельствах является выработка поведенческих сценариев, отвечающих новой социальной действительности и ожидаемых партнерами по взаимодействию. Основные функции социальной компетентности – социальная ориентация, адаптация, интеграция общесоциального и личного опыта.
Структура социальной компетентности включает коммуникативную и вербальную компетентность, социально-психологическую компетентность и межличностную ориентацию, эго-компетентность и собственно социальную компетентность (оперативную компетентность).
На основании немногочисленной зарубежной и отечественной литературы, собственных исследований предлагается следующая структура социальной компетентности:
- Оперативная социальная компетентность –- знание о социальных институтах и структурах, их представителей в обществе; представление о функционировании социальных групп, современной конъюнктуры, широты и требований современного репертуара ролевого поведения, измеряется общая социальная ориентация и осведомленность;
- Вербальная компетентность – уместность высказываний, учет контекста и подтекста высказывания, отсутствие трудностей в письменной речи, вариативность интерпретации информации, хорошая ориентация в сфере оценочных стереотипов и шаблонов, множественность смыслов употребляемых понятий, метафоричность речи. Примером вербальной компетентности может служить деятельность переводчика, синхронно переводящего устную речь. От него требуется быстрое и адекватное понимание высказывания и нахождение точного эквивалента в буквальном и контекстном значении слов и понятий. Примером вербальной некомпетентности может служить неуместность использования пословиц, поговорок в новом или несоответствующем социальном контексте;
- Коммуникативная компетентность – владение сложными коммуникативными навыками и умениями, формирование адекватных умений в новых социальных структурах, знание культурных норм и ограничений в общении, знание обычаев, традиций, этикета в сфере общения, соблюдение приличий, воспитанность; ориентация в коммуникативных средствах, присущих национальному, сословному менталитету и выражающих его. освоенного ролевого репертуара в рамках данной профессии.
- Социально-психологическая компетентность – межличностная ориентация:, представление о разнообразии социальных ролей и способов взаимодействия; умение решать межличностные проблемы; выработанные сценарии поведения в сложных, конфликтных ситуациях;
- Эго-компетентность – важная составляющая социальной компетентности: осознание своей национальной, половой, сословной, групповой принадлежности, знание своих сильных и слабых сторон, своих возможностей и ресурсов, понимание причин своих промахов, ошибок, знание о механизмах саморегуляции и умение ими пользоваться, практические психологические знания о себе, приобретенные в жизненном опыте. Иначе говоря, чем больше человек осознает свои свойства и проблемы, чем адекватнее его знание, тем будет выше эго-компетентность данного человека.
Вербальная и коммуникативная компетентность выступают в единстве, обусловливая лучшую приспособленность к трудным ситуациям.
М. В. Осорина, указывая на защитный смысл отговорок, используемых детьми, которых упорно дразнят, замечает: «Детский фольклор дает ребенку коммуникативные клише, которые могут быть успешно использованы в трудных ситуациях общения». И далее: «Если рассматривать детский фольклор с коммуникативной точки зрения, то он предстает как система, обладающая сформированными механизмами естественного обучения коммуникативным умениям и дающая ребенку возможность в рамках детской субкультуры готовиться к выходу во взрослый мир». Чем старше становится ребенок, тем более изобретательными становятся эти клише: отговорки заменяются на остроты, гибкие и замысловатые тексты (Осорина, 1985, с.60-63).
На основании разработанной концепции социальной компетентности была создана методика КОСКОМ.
