В конце 1960-х гг. марксистская теория наконец начала «вторжение» в американскую социологическую теорию (Cerullo, 1994; Jay, 1984). На это есть ряд причин. Во-первых, господствующая теория (структурный функционализм) подвергалась враждебной критике по ряду позиций, включая излишнюю консервативность. Во-вторых, радикальная социология Миллза и теория конфликта, хотя и не представляли собой сложное марксистское учение, заложили основу американской теории в рамках марксистской традиции. В-третьих, 1960-е гг. стали эрой негритянских протестов, пробуждением женского и студенческого движений, а также движения против войны во Вьетнаме. Многих из молодых социологов, обучавшихся в этой атмосфере, привлекли радикальные идеи. Сначала данный интерес проявлялся в том, что тогда называлось «радикальной социологией» (Colfax and Roach, 1971). Радикальная социология была полезной, поскольку она работала, но подобно творчеству Миллза, она была довольно неубедительной в том, что касалось деталей марксистской теории.
Трудно выбрать какое-либо одно произведение, ставшее существенным для развития марксистской теории в Америке, но «Социология Маркса» Генри Лефев-ра (Lefevr, 1968) на самом деле сыграла важную роль. Ее важность заключалась в основном аргументе, который гласил, что Маркс хотя не был социологом, все же в своих работах затрагивал многие социологические проблемы. Возрастающее Число социологов обращались как к работам самого Маркса, так и многих марксистов за идеями, которые могли бы способствовать развитию марксистской со-
[96]
циологии. На первых порах это означало, что американские теоретики, наконец, всерьез занялись чтением Маркса, в дальнейшем американские социологи отметили важность многих положений марксистского учения.
Американских теоретиков больше, чем кого-либо другого, привлекала деятельность критической школы, в частности из-за того, что она объединяла теории Маркса и Вебера. Многие произведения были переведены на английский, а некоторые ученые написали книги о критической школе (например, Jay, 1973; Kellner, 1993).
Вместе с тем рост интереса явился институциональной поддержкой для подобного направления. Несколько журналистов уделили значительное внимание марксистской социологической теории, включая «Теорию и общество», «Телос», «Марксистские исследования». Секция марксистской социологии была создана в Американской Социологической Ассоциации в 1977 г. Не только первое поколение теоретиков-критиков стало хорошо известно в Америке, но также получили широкое признание мыслители второго поколения, особенно Юрген Хабермас.
Развитие важных положений американской социологии, сделанных с марксистской точки зрения, имело огромное значение. Так одна группа социологов занималась исторической социологией в соответствии с марксистскими воззрениями (например, Skocpol, 1979; Wallerstein, 1974,1980, 1989). Другая же группа анализировала экономическую сферу с точки зрения социологии (например, Baran and Sweezy, 1966; Braverman, 1974; Burawoy, 1979). Во многом увлечение традиционной эмпирической социологией диктуется здравым смыслом, заключенным в марксистской теории (например, Kohn,1976).
Однако с распадом Советского Союза и крахом марксистского строя в мире в 1990-х гг. марксистская теория переживала тяжелые времена. Некоторые остались неперестроившимися марксистами; другие создали видоизмененные версии марксистской теории (см. ниже обсуждение пост-марксистов; также существует журнал, называемый «Переосмысление марксизма»). Иные пришли к заключению, что марксистскую теорию следует оставить. Выразителем последней точки зрения стал Рональд Аронсон со своей книгой «После марксизма» (1995). В самом начале книги рассказывается такая история: «Марксизм закончен, и мы теперь сами по себе» (Aronson, 1995, р. 1). И это мы слышим от признанного марксиста! Несмотря на допущение Аронсона, что некоторые продолжат работать с марксистской теорией, он предостерегает, что их деятельность не станет частью более крупного марксистского проекта социальных преобразований. Это значит, что марксистская теория больше не связана, как хотел Маркс, с планом, нацеленным на изменение базиса общества; это теория без практики. Бывшие марксисты сами по себе в том смысле, что не могут больше полагаться на марксистский план, а скорее должны бороться с современным обществом своими «собственными силами и энергией» (Aronson, 1995, р. 4).
Аронсон входит в число наиболее радикальных критиков марксизма, принадлежащих к марксистскому лагерю. Другие признают трудности, но пытаются разными способами адаптировать некоторые варианты марксистской теории к современной действительности (Brugger, 1995; Kellner, 1995). Тем не менее более
[97]
Крупные социальные изменения поставили под серьезное сомнение теоретиков-марксистов, которые отчаянно пытаются приспособиться к этим изменениям различными способами. Что бы ни говорилось, «дни славы» марксистской социальной теории миновали. Общественные теоретики-марксисты различных типов выживут, но они не достигнут статуса и силы своих предшественников в недавней истории социологии.
