Александр Иванович Шерстобитов из г. Мичуринск написал об этом случае Ф.Ю. Зигелю:
«Я имею специальное среднее военное образование. До 1962 года служил в органах МВД в Западной Сибири. В 1968 году я приехал на местожительство в г. Мичуринск с семьёй, имея жену и четырёх детей. В Мичуринске я купил небольшой домик и стал работать на хозяйственной работе.
Живя в доме, я стал замечать какие-то странности: вечером и ночью, почти систематически, на потолке дома устраивались прямо-таки “скачки”. Создавалось такое впечатление, что на досках резвятся молодые козлята. Между тем открытых досок на потолке не было: чердак был утеплён слоем опилок и, казалось бы, звук так доходить до комнат не мог. В период этого топота мы не раз поднимались на чердак, но никого там не обнаруживали, да и попасть на чердак можно только через сени, которые со двора всегда оставались закрытыми. Было заметно, что иногда на чердаке резвились не в одиночку, а группой, словно кто-то бежит один за другим.
Ложась спать, мы часто слышали, что в кухне кто-то ходит. Потом “невидимка” стал воздействовать на меня физически. В ночные часы стал выкручивать у меня руки назад, да так больно, что иногда я кричал, а после руки болели в суставах. Однажды ночью он стал так сильно скручивать мне обе руки, что я застонал, проснулась жена, а я, обращаясь к невидимому, сказал: “Ох, господи, что ты надо мной делаешь, все рученьки мои сломал”. После этого выкручивание рук прекратилось.
Был в семье и такой случай. Мой сын Валерий делал радиопередатчик, а я его позвал помочь мне. Сын оставил передатчик на столе в кухне, а минут через пять он упал с середины стола на пол. Мы были этим удивлены.
Были странности и с посудой. Например: в стопках отскакивали края или донышки, да так ровно, словно обрезались алмазом. У рюмок отскакивали подставки под самую ножку и края.
Однажды, это было в январе 1962 года, я проснулся примерно в полночь. Была светлая лунная ночь. В комнате было светло. Вдруг справа от меня, примерно в трёх метрах из-под пола у самой стены, между столом и швейной машиной показалась голова какого-то существа. Оглядевшись по сторонам, это существо вылезло по грудь, опять огляделось, затем вылезло полностью. Засело под стол, опять огляделось и медленно пошло в направлении кухни. Я же сопровождал его поворотом глаз. Когда же без движения поля зрения мне сопровождать это существо стало невозможно, я слегка подвинул голову. Существо развернулось и быстро скрылось под пол в том же месте, откуда вылезло. Оно имело форму собаки высотой примерно 40 см, мордочка острая, шерсть рыжеватая, на носу пятачок, четыре лапы. Хвоста я не заметил. Все его движения были осторожные. Я же в какой-то степени испугался и был удивлён, как оно могло вылезти, когда в полу нет никаких отверстий.
Через несколько минут меня заело любопытство. Успокоившись, я поднялся с кровати и включил свет, однако никаких следов и признаков лаза не было.
Кроме того, в доме систематически сами открывались кухонные двери в сени. Однажды, выделывая на полу в кухне кроличью шкурку и находясь на корточках спиной к двери в сени, я почувствовал, что спину мне обдало холодом. Обернувшись, я увидел, что дверь приоткрыта и оттуда на высоте примерно 50 см от порога просунута мохнатая крупная лапа рыжеватого цвета. Я испугался и вбежал в комнату. Когда оглянулся на дверь, то лапы уже не было, а дверь, заскрипев, открылась настежь.
Когда квартира стала охлаждаться, я, преодолев страх, взял кочергу и, дотянувшись до ручки двери, закрыл её. Успокоившись, я включил свет в сенях и вышел туда. Всё осмотрел, но ничего не обнаружил. Наружная дверь была закрыта на крючок.»
