Пиетистские кружки внутри лютеранских и кальвинистских церквей Германии привели к образованию таких же пиетистских кружков в Англиканской церкви. В Англии Просвещение и рационалистическое богословие привели к тем же результатам, как и в Германии. Английские церковные модернисты назывались "деистами". Они также отрицали в христианстве все то, что было непонятно их разуму, и от Христа, Творца неба и земли, у них тоже остался только учитель морали.
Правда, Англиканская церковь вступила в сильную борьбу с деизмом, но она, вследствие своего собственного больного состояния, почти ничего не достигала в этой борьбе. Дух критики в вопросах веры давал и в ней себя чувствовать.
Но вот в Англии засияли три имени, которым в век холодного разума было дано зажечь такое пламя веры, которое зажгло не только тысячи сердец в самой Англии, но перебросилось и на другие страны, всюду зажигая человеческие души пламенной любовью ко Христу.
Это три имени: Джон Веслей, Чарльз Веслей и Джордж Уайтфильд. Все трое родились в начале восемнадцатого века, все трое с глубокой печалью наблюдали, как умирала духовно церковь.
Джон и Чарльз Веслей - два родных брата - были студентами Оксфордского университета, и там они создали небольшой студенческий кружок пиетистского характера, целью которого было достижение истинного благочестия. Это было в 1729 году. Кружок занимался изучением Библии, совместной молитвой и взаимным назиданием. Недруги подсмеивались над этим кружком и называли его в шутку "святым клубом". Благодаря некоторой методичности в достижении благочестия, члены кружка Веслея получили также прозвище "методистов". И это название - вначале как насмешка - стало впоследствии почетным названием для миллионов христиан, образующих ныне методическую церковь. В 1732 году к кружку Веслея примкнул и Джордж Уайтфильд. В 1735 году Джон и Чарльз Веслей направились в Америку для проповеди Евангелия языческим племенам индейцев. Во время путешествия у них состоялось знакомство с гернгутеровскими миссионерами; во время страшного шторма, разразившегося в океане, братья Веслей были поражены их удивительному спокойствию и упованию на Бога в момент воцарившегося среди пассажиров смятения и отчаяния.
В Америке братья Веслей имели мало успеха, и в великом разочаровании вернулись на родину. Здесь они снова встретили одного гернгутеровского проповедника, по имени Петр Белер, который указал обоим братьям путь к решительному обращению ко Христу, как это практиковалось в "Братской общине" гернгутеров; результатом этого было то, что 24 мая 1738 года Джон Веслей пережил свое сознательное обращение ко Христу.
Летом этого же 1738 года Джон Веслей совершил поездку в Германию и провел две недели в "Братской общине" в Гернгуте. Дни пребывания в Гернгуте были для Веслея весьма полезными: он познакомился всесторонне с жизнью и деятельностью "Братской общины" гернгутеров и имел возможность еще раз убедиться в их живой вере и огненной любви ко Христу. Но от него не ускользнули и отрицательные стороны пиетизма, и особенно его слишком "панибратское" отношение к Иисусу Христу.
В Англию Джон Веслей возвратился, имея свой самостоятельный взгляд на будущее устройство Методистской церкви и ее работы.
Оба брата Веслей и их друг Уайтфильд выступили одновременно с удивительно успешной проповедью Евангелия. Одаренные редким талантом проповеди, Джон Веслей и Уайтфильд привлекали в церкви небывалое количество слушателей, и вскоре английское духовенство начало смотреть на их деятельность с недовольством и недоброжелательством. В результате им было запрещено проповедовать в зданиях англиканских церквей. Это привело к тому, что Уайтфильд начал проповедовать Евангелие под открытым небом, получив тем самым возможность проповедовать Евангелие еще большему количеству людей. Его примеру последовал и Джон Веслей, хотя и не без смущения. Он сам говорит об этом так: "Мне трудно было свыкнуться с этим методом проповеди, и я должен был преодолевать свое смущение, чтобы проповедовать благую весть Евангелия вне церковной обстановки".
Деятельность Джона Веслея и Джоржа Уайтфильда была необычайно успешной. Они вели борьбу с "новым богословием" и заблуждением деистов (модернистов). Они в ярких красках рисовали грядущий суд Божий и звали людей к покаянию и обращению ко Христу, как Спасителю грешников. И люди слушали их с глубочайшим вниманием и, потрясенные их проповедью, падали на колени, отдавая свою жизнь на служение Богу. И все это происходило в дни, когда кругом дули холодные ветры модернистского богословия и религиозной критики.
Так бывало не раз в истории христианства. Когда казалось, что церковь Христова близка к смерти и в ней исчезают все признаки духовной жизни, Бог воздвигал Своих пророков и, исполнив их силою Духа Святого, посылал на могущественную проповедь Слова жизни, и это Слово совершало чудо: духовная зима в человеческих душах отступала, и в них водворялось благодатное лето живой веры и пламенной любви ко Христу.
Методистское движение, начавшееся с маленького кружка студентов - пиетистов в Оксфорде, росло не по дням, а по часам. Уайтфильд был могучим проповедником, но он не обладал ни малейшими организаторскими способностями. Зато Джон Веслей был блестяще одаренным организатором, и он из множества обращенных через живую проповедь Евангелия душ создавал методистские поместные церкви с глубоко продуманным порядком их устройства и деятельности. Ни один член поместной церкви методистов не мог быть праздным членом - все верующие должны были быть самоотверженными работниками на ниве Христовой. Не трудившиеся для Христа автоматически выбывали из состава членов методистских церквей. Этот порядок был характерной чертой методизма.
Брат Джона Веслея - Чарльз известен в истории христианства не столько как проповедник, сколько как великий поэт духовных песен, которые поются не только в методистских церквах, но и во всех, так называемых, свободных церквах мира. История христианства знает двух таких плодовитых поэтов Евангелия, написавших не только сотни, но и тысячи духовных песен. Это были Николай Цинцендорф и Чарльз Веслей. Конечно, мы не забываем при этом и замечательного поэта лютеранской церкви - Павла Гергардта, а также наших русских евангельских поэтов И.С.Проханова и В.П.Степанова.
Методизм был замечательным явлением и в том отношении, что в нем, кроме богословов, стали допускаться до проповеди и рядовые члены церкви.
Удивительно высок был в методизме и дух материального служения. Методисты самоотверженно строили один молитвенный дом за другим и покрыли в конце концов всю Англию своими "часовнями".
Надо сказать, что методизм, к сожалению, не сохранил единства в своих рядах. Еще в самом начале возникновения этого удивительного движения разномыслие возникло у самих его основоположников - у Веслея и Уайтфильда.
Разномыслие между Джоном Веслеем и Уайтфильдом было порождено их разным отношением к учению Кальвина о предопределении. Джон Веслей был так называемым "арминиянцем", то есть противником учения о предопределении; Уайтфильд был ярым кальвинистом в отношении учения о предопределении. Но это разномыслие никогда не отражалось на их большой дружбе и совместном труде для Христа.
Но если догматическое разногласие между Веслеем и Уайтфильдом не отражалось на их дружбе, то все же оно привело к образованию двух течений в английском методизме - методизма Уайтфильда и методизма Веслея.
Уайтфильд нашел покровительницу своего движения в лице богатой графини Хентингдон. Она ввела Уайтфильда в высшие аристократические круги Англии, помогла ему открыть проповеднический колледж в Тревекке и вообще много жертвовала материальных средств для развития методистского движения. К сожалению, она обладала весьма деспотическим характером, за что и получила прозвище "методистской королевы".
После смерти Уайтфильда графиня Хентингдон, с частью сторонников Уайтфильда, вышла из Англиканской церкви и организовала самостоятельный союз методистов - так называемый "Союз леди Хентингдон". Большинство же сторонников Уайтфильда осталось в Англиканской церкви.
Здесь мы должны подчеркнуть, что в первое время все методисты вообще оставались членами Англиканской церкви; они, как и "Братская община" гернгутеров в Германии, были как бы "церковь в церкви". Они отделились от церкви и стали самостоятельной церковью лишь тогда, когда их не стали допускать к причастию, а проповедникам их закрыли допуск к церковным кафедрам.
Надо сказать, что при всех разделениях методизм восемнадцатого века оставался верен всем основным истинам Писания и был образцом в пламенной любви ко Христу и в радостном служении Ему всех его членов без исключения.
Связь методизма с гернгутерами в восемнадцатом веке была самая тесная, хотя до объединения в одну церковь у них никогда не дошло.
