Супруги будут вправе в том числе определить, кому и в каком размере перейдет их общее и личное имущество. Согласно проекту совместное завещание утратит силу, например, если супруги разведутся или один из них напишет индивидуальное завещание, отменяющее совместное.
Документ: Проект Федерального закона N 801269-6 (http://asozd.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=801269-6)
Принят в первом чтении 7 июня 2016 года
"КонсультантПлюс: Новости для юриста с 14 по 17 июня 2016 года" {КонсультантПлюс}
Подготовлен специалистами АО "Консультант Плюс"
КонсультантПлюс: Новости для юриста с 14 по 17 июня 2016 года // СПС КонсультантПлюс. 2016.
29.05.2015
ГК РФ с 1 ноября 2015 г. может быть дополнен положениями о совместном завещании супругов
Согласно проекту такое завещание совершается гражданами, которые в этот момент состоят между собой в зарегистрированном браке. Оно, помимо прочего, будет определять порядок перехода прав на общее имущество супругов или имущество каждого из них в случае их смерти к пережившему супругу (иным лицам).
Документ: проект Федерального закона N 801269-6 (http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=801269-6)
Внесен в Госдуму 26 мая 2015 г.
Подготовлен специалистами АО "Консультант Плюс"
КонсультантПлюс: Новости для юриста с 25 по 29 мая 2015 года // СПС КонсультантПлюс. 2015.
Документ предоставлен КонсультантПлюс
РАЗВИТИЕ РОССИЙСКОГО НАСЛЕДСТВЕННОГО ПРАВА
Е.Ю. ПЕТРОВ, И.Г. РЕНЦ
Петров Евгений Юрьевич, доцент Уральского филиала Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ, кандидат юридических наук.
Ренц Игорь Геннадьевич, доцент кафедры гражданского процесса УрГЮУ, кандидат юридических наук, доктор права (Франция).
В статье с концептуальной и сравнительно-правовых позиций анализируются актуальные законодательные предложения о расширении инструментария российского наследственного права за счет введения наследственного договора, совместного завещания и частного фонда. Рассматриваются некоторые альтернативные подходы, используемые в материнских для таких институтов иностранных правопорядках. Ставится вопрос о необходимости изменения существующего баланса имущественных интересов пережившего супруга и других наследников. Обозначаются дополнительные направления совершенствования наследственного права.
Ключевые слова: реформа наследственного права, наследственный договор, совместное завещание, частный фонд, права пережившего супруга при наследовании.
New Developments in succession law in Russia
E.Yu. Petrov, I.G. Renz
Petrov Evgeniy Yu., Associate Professor at the Ural Branch of the Research Centre of Private Law under the President of the Russian Federation named after S.S. Alexeev, PhD in Law.
Renz Igor G., Associate Professor of Civil Procedure Department of Ural State Law University, PhD in Law.
The paper provides a comparative overview and a concept analysis of relevant legislative proposals to increase the number of succession planning tools available in Russia by instituting inheritance agreements, joint wills, and private foundations. Some alternative approaches to making use of these tools in original jurisdictions are then described. It also discusses the need for a new balance of interests between the surviving spouse and the heirs, and suggests further improvements to succession law.
Key words: succession law reform, inheritance agreement, joint will, private foundation, succession rights of the surviving spouse.
Наследственное право производно от права частной собственности: с развитием собственности развивается и наследственное право. ГК РСФСР 1922 г., написанный для нэпа, разрешил наследование, но, борясь с частной собственностью, жестко ограничил размер наследственной массы, круг потенциальных наследников и закрепил строго публичную форму завещания. В 1926 г., когда происходило сворачивание нэпа, верхний предел наследственной массы был отменен, функцию борьбы с частной собственностью успешно выполнило обобществление имущества. Тем не менее определенное имущество у граждан было, и размер его в относительно благополучные послевоенные годы увеличивался (жилой дом, дача, пай в кооперативе, сбережения, предметы домашней обстановки, иногда даже автомобиль). Соответственно, с 1945 г. наблюдается плавное расширение наследственных прав (возможность завещать имущество другим лицам при отсутствии наследников по закону, расширение круга наследников по закону и др.). В этот период мы видим значительный научный подъем в сфере наследственного права: советские ученые вспоминают о наследовании по праву представления, наследственной трансмиссии, направленном отказе от наследства и других традиционных конструкциях. В итоге Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. и ГК РСФСР 1964 г. создали модель социалистического наследственного права: с одной стороны, государство признавало и защищало наследование, с другой стороны, состав наследства был заведомо ограничен, круг наследников по закону и правила об обязательной доле реализовывали идею социального обеспечения, а свобода завещателя была помещена в весьма жесткие рамки (никаких доверительных управлений, отменительных условий и посмертных фондов).
Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. и действующий ГК РФ закрепили отказ от советской идеологии личной собственности. Это привело к очень серьезным экономическим изменениям, в частности к изменению состава наследственной массы. Принимая часть третью ГК, разработчики могли выбирать минимум из двух вариантов: (1) пойти по пути Модельного Гражданского кодекса для государств - участников СНГ, ориентировавшегося в ряде случаев на зарубежное право (частная форма завещания, ограничение наследственных прав нетрудоспособных иждивенцев наследодателя, германская система принятия наследства, опровержимая презумпция призвания пережившего супруга к наследованию по закону), и (2) остаться на платформе ГК РСФСР 1964 г.
Законодатель учел некоторые предложения авторов Модельного кодекса (размер обязательной доли; круг лиц, способных призываться к наследованию; расстановка наследников по закону (произведена изменениями 2001 г.)), но в большей степени предпочел второе, сдержанное, решение.
Спустя 15 лет после принятия части третьей ГК стало ясно, что во многих сферах жизнь кардинально изменилась. Увеличение стоимости наследственных масс, появление в их составе имущественных комплексов и корпоративных прав стали причиной появления законопроекта N 801269-6 <1>, предусматривающего частные фонды, совместные завещания, наследственные договоры, соглашения супругов о перераспределении общего имущества на случай смерти, совершенствование мер по управлению наследственной массой до момента оформления наследственных прав.
--------------------------------
<1> Проект Федерального закона N 801269-6 "О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации" (в части совершенствования наследственного права).
Анализ юридической техники законопроекта в настоящей публикации не приводится. В этой части мы присоединяемся к выводам, сделанным в работе С. Будылина <2>. Надеемся, что после принятия изменений разработчики подготовят обстоятельный комментарий, который ослабит проблему конкуренции смыслов текста законопроекта.
--------------------------------
<2> Будылин С.Л. Договор с покойником. Реформа наследственного права России и зарубежный опыт // Закон. 2017. N 6. С. 32 - 43.
Введение совместных завещаний супругов и наследственного договора означает частичный отказ от принципа свободы распоряжения имуществом на случай смерти.
Напомним, что гражданин может в любой момент произвольно отменить или изменить сделанное завещание. Но при заключении наследственного договора он утрачивает указанное право. Причины заимствования конструкции, зародившейся и развивающейся в основном в германской ветви континентального права, доподлинно неизвестны. Стоит уточнить, что семейные пакты, ограничивающие свободу завещания, встречаются и в странах романской ветви континентального права, также контракты о наследовании можно обнаружить в английском праве справедливости. Однако законодатель предпочел использовать в качестве прототипа именно германскую модель. Возможно, законопроект исходит из той идеи, что ничем не ограниченное право завещателя передумать может вредить, особенно когда речь идет о передаче бизнес-активов. В некоторых случаях нужна окончательная ясность в вопросе о преемстве. При этом законопроект позволяет наследодателю, заключившему наследственный договор, свободно распоряжаться принадлежащим ему имуществом при жизни. Это отличает российскую модель от своего прототипа. Есть юрисдикции, например Венгрия, где наследственный договор заключается по поводу всего или определенного имущества в обмен на прижизненное предоставление, что экономически очень похоже на ренту (§ 7:48 ГК Венгрии). Собственник утрачивает право свободного распоряжения имуществом, завещанным по наследственному договору (§ 7:50). Есть страны, например Германия, где наследственный договор заключается по поводу наследства и не предусматривает встречного предоставления (§ 2278 ГГУ). Там закон возлагает на собственника общую обязанность не совершать действий во вред наследникам и отказополучателям. Как следствие, возникает возможность оспаривания сделок, нарушающих указанную обязанность (§ 2287 - 2288 ГГУ). Для оповещения третьих лиц сведения о наследственном договоре могут быть внесены в качестве отметки в поземельную книгу. Возможно, отечественный законодатель решил сначала посмотреть, насколько приживется наследственный договор, а затем откорректировать выявившиеся проблемы путем внесения изменений или формирования судебной практики.
Мы не уверены, что российское общество испытывает серьезную потребность в наследственном договоре, обусловливающую пересмотр оснований наследования.
Ни о каких социологических исследованиях или статистических данных на этот счет нам неизвестно. Зарубежный опыт показывает, что часть государств (Нидерланды, Испания и т.д.) отвергают наследственный договор и последовательно придерживаются романского подхода к свободе завещания. Ряд государств допускают связанность сделанным распоряжением на случай смерти. Но по имеющимся у нас сведениям популярность указанных сделок по причине затруднительной предсказуемости будущего невысока <3>. Граждане в силу психологических причин в принципе неохотно совершают распоряжения на случай смерти, тем более бесповоротные.
--------------------------------
<3> См.: Navarro S. Freedom of Testation Versus Freedom to Enter Into Succession Agreement and Transaction Costs // The Law of Succession: Testamentary Freedom: European Perspectives (European Studies of Private Law. Vol. 5) / Ed. by M. Anderson, E. Arroyo i Amayuelas. P. 125; Основы наследственного права России, Франции, Германии / Под общ. ред. Е.Ю. Петрова. М., 2015. С. 61 (автор соответствующей главы - Е.П. Путинцева).
С совместным завещанием супругов дело обстоит несколько иначе. Супруги (и российские семьи здесь не исключение) обсуждают судьбу имущества на случай, когда кого-нибудь из них или их обоих не станет. Классическое завещание позволяет каждому супругу в любой момент передумать. Таким образом, переживший супруг вправе "обмануть" ранее умершего. Связанность достигнутыми договоренностями обеспечивается конструкцией, которую условно можно назвать "соглашение mortis causa ". Совместное распоряжение супругов имуществом на случай смерти непродолжительное время было известно римскому праву, но не попало в кодификацию Юстиниана. Доктрина обусловленных завещаний присутствует в английском праве справедливости. В германской ветви континентального права существует общее завещание супругов. Французские брачные контракты, в которых, кстати, могут принимать участие не только супруги, допускают условия о дарении имущества на случай смерти. Положительно решая вопрос о необходимости заимствования конструкции, законодатель, вероятно, учитывал, что в России бизнес-активы часто оказываются в составе общего имущества супругов. Для интересов дела важно, чтобы последняя воля супругов была согласована. В качестве прототипа разработчики законопроекта избрали германскую модель с некоторыми модификациями. В частности, речь идет о моменте определения точки невозврата. В германской модели это происходит по общему правилу при открытии первого наследства (§ 2271 ГГУ), что серьезно различает степень связанности участников наследственного договора и общего завещания. В Венгрии, например, супруги, уверенные в окончательности принятого решения, вправе включить оговорку о невозможности односторонней отмены в текст общего завещания (§ 7:44 ГК Венгрии). 17 апреля 2017 г. Советом по кодификации гражданского законодательства обсуждалась редакция законопроекта, подготовленная ко второму чтению и подразумевающая запрет на одностороннюю отмену супругом выраженной последней воли с момента составления совместного завещания <4>. Это больше похоже на французский брачный контракт (ст. ст. 1082, 1083 ФГК). Но даже во Франции закон не запрещает одностороннюю отмену дарения на случай смерти будущего имущества, заключенную посредством договора между супругами в период брака (ст. 1096 ФГК). На наш взгляд, императивный запрет на одностороннюю отмену своей последней воли представляется чересчур суровым средством защиты достигнутых между супругами договоренностей. Мотивом составления совместного завещания является близость супругов, а не экономический расчет. Однако взгляды и намерения супругов с течением жизни могут меняться. И совсем не обязательно, чтобы брак при этом прекращался. Поэтому любой супруг вправе заявить об отмене своих завещательных распоряжений. Отмена, сделанная одним супругом, приводит к утрате силы обусловленных завещательных распоряжений второго супруга. После смерти одного из супругов связанность становится более серьезной. Переживший супруг утрачивает возможность отменить свои завещательные распоряжения. Если высказанная здесь позиция будет признана заслуживающей внимания, то в законопроекте должен появиться механизм доведения заявления об отмене до второго супруга <5>.
--------------------------------
<4> По вопросу отменоспособности совместных завещаний разработчики законопроекта N 801269-6 указывали: "Он не может его отменить даже тогда, когда второй супруг жив, потому что это совместное волеизъявление" (Крашенинников П.В. Совместные завещания будут востребованы: интервью // Закон. 2017. N 1. С. 8).
<5> 18 мая 2017 г. на круглом столе ПМЮФ, посвященном реформе наследования, разработчики высказались о возможном пересмотре момента определения точки невозврата.
Следующая внешне малозаметная, но существенная новелла - это предлагаемые изменения в ст. ст. 256 и 1150 ГК РФ. Совместным завещанием и наследственным договором супруги могут перераспределить общее имущество на случай смерти. Это означает, что доля умершего супруга может не попасть в состав наследства, а сохраниться за пережившим супругом и наоборот. Переживший супруг при наличии соответствующего условия может стать единоличным собственником общего имущества, причем, по-видимому, минуя наследование. Новелла учитывает интересы пережившего супруга в сохранении сложившихся жизненных условий посредством приращения, т.е. без участия в процессе наследования. В Англии существует и распространен режим общности имущества, называемый beneficial joint ownership <6>. Режим продолженной общности имущества можно обнаружить и в странах континентального права (например, § 1483 ГГУ). Здесь доля умершего супруга не поступает в состав наследства, но переходит к общим потомкам, оставаясь при этом в управлении пережившего супруга. Раздел имущества происходит после смерти пережившего супруга. Видимо, разработчики законопроекта ориентировались на английскую модель. Вытеснение наследования приращением может повлечь ущемление прав на обязательную долю. В Англии такой проблемы нет в связи с отсутствием института обязательных наследников.
--------------------------------
<6> См.: Comparative Succession Law. Vol. 1: Testamentary Formalities / Ed. by K.G.C. Reid, M.J. de Waal, R. Zimmermann. Oxford, 2011. P. 306 (автор главы 13 - Р. Керридж (R. Kerridge)).
Абстрагируясь от вопросов юридической техники, усиление "субъективизма" супругов при решении частноправовых вопросов имущественного преемства mortis causa вызывает скорее сдержанный оптимизм (ведь государства в частном праве мало не бывает). Но даже вне предлагаемых волюнтаристских конструкций совместного завещания и наследственного договора вопрос об имущественных правах пережившего супруга при наследовании не так однозначен.
Насколько концептуально верным является сохранение в отечественном праве модели по умолчанию, при которой он не только получает половину от супружеской собственности, но и выступает ординарным наследником первой очереди? Справедлива ли ситуация, где прямые потомки наследодателя вынуждены конкурировать с пережившим супругом (а иногда и несколькими) изначально с более слабых позиций? <7>.
--------------------------------
<7> Аналогично призвание в числе наследников первой очереди переживших родителей наследодателя снижает экономический и правовой эффект от прямого наследственного преемства. Речь здесь, по сути, идет о косвенном перераспределении наследства уже среди наследников второй очереди: братьев и сестер наследодателя в ущерб его прямым потомкам. Мы не говорим уже о том, что одновременное участие в наследовании трех поколений с различными мировоззренческими и практическими приоритетами усиливает структурный дисбаланс и повышает внутреннюю конфликтность отношений между такими наследниками.
Все-таки ослабление традиционной семьи и качественное усложнение ее активов позволяют иначе взглянуть на (дис) баланс имущественных интересов пережившего супруга и потомков-наследников. И если, как считают некоторые <8>, в обозримой перспективе вряд ли осуществим отказ от общей собственности супругов как легальной данности, вероятно, более реальным станет сглаживание экономической диспропорции при наследовании за счет уменьшения наследственных прав пережившего супруга в случае его конкуренции с потомками наследодателя. Это может быть и определение объема наследственных прав пережившего супруга в зависимости от качеств других призываемых наследников (общих или нет с наследодателем потомков, прямых или по праву представления и др.), так и обременение наследственной массы или ее значимой для поддержания прежнего качества жизни пережившего супруга части (например, общего жилища) прижизненными правами (узуфрукт). В пользу дифференцированного подхода к определению имущественных прав пережившего супруга при наследовании говорит также отсутствие синхронности при решении здесь коллизионных вопросов. Ситуация, когда наследственный статут расщепляется в зависимости от движимой или недвижимой природы наследственного имущества (п. 1 ст. 1224 ГК РФ), а право, применимое к режиму собственности супругов, исходит из единства имущественной массы, но при этом никак не фиксируется во времени (п. 1 ст. 161 СК РФ) <9>, чревата многочисленными и трудноразрешимыми проблемами при международном наследовании.
--------------------------------
<8> См.: Михеева Л.Ю. Концепции развития семейного законодательства у нас в стране нет: интервью // Закон. 2017. N 2. С. 13 - 14.
<9> К проблеме так называемого мобильного конфликта в области имущественных отношений супругов с иностранным элементом мы уже обращались ранее, см.: Ренц И.Г. Автоматическое изменение права, применимого к супружеской собственности: бомба замедленного действия или панацея? // Закон. 2017. N 2. С. 30 и след.
В отсутствие должного планирования попытка решения post mortem коллизионных вопросов наследования и супружеской собственности воистину является прыжком в неизвестность с непредсказуемыми, а значит, и редко комфортными для заинтересованных лиц результатами <10>.
--------------------------------
<10> Дополнительно см.: Медведев И.Г. Планирование международного наследования // Закон. 2009. N 1. С. 172 и след.
Последним нововведением, которое хотелось бы рассмотреть, является частный фонд. В редакции, принятой в первом чтении, законопроект предложил возможность прижизненного обособления имущества посредством учреждения фонда. Указанный фонд создается не для благотворительности, а для управления имуществом в интересах учредителя и (или) иных лиц (бенефициаров). В таком случае смерть учредителя не влечет включения обособленного имущества в состав наследства. Управление фондом и распределение дохода от имущества продолжает осуществляться по правилам, предусмотренным в учредительных документах фонда.
Таким образом, прижизненный частный фонд является конкурирующим с наследственным правом способом передачи имущества.
Достоинствами частного фонда являются предотвращение дробления имущества, характерное для наследования, высокий иммунитет имущества от обращения взыскания по долгам учредителя и бенефициаров, определенная степень конфиденциальности прав бенефициаров, серьезная гарантия соблюдения преемниками наказов учредителя, преодоление возникающих при наследовании временных и финансовых потерь. Частные фонды существуют, например, в Швейцарии, Австрии, Лихтенштейне и являются континентальным аналогом траста. В редакции закона, подготовленной ко второму чтению, прижизненные фонды были заменены на создаваемые посмертно (наследственные фонды). Причина замены нам непонятна. В странах, признающих такую организационно-правовую форму, прижизненные и посмертные фонды сосуществуют (так же, как и сосуществуют inter vivos и mortis causa трасты). Наследственные фонды учреждаются после открытия наследства во исполнение последней воли наследодателя. Наделение фонда имуществом происходит в качестве наследника по завещанию. Вопрос о том, нужны в России частные фонды или нет, сложен. Помимо вышеизложенных аргументов "за" есть и доводы "против". Фонды содействуют формированию аристократии, позволяют наследодателю продолжительное время или бессрочно "управлять" имуществом из могилы <11>.
--------------------------------
<11> См.: Hambro P. The Norwegian Approach to Forced Share, the Surviving Spouse's Position and Irrevocable Wills // The Law of Succession: Testamentary Freedom: European Perspectives. P. 234.
Вряд ли можно будет считать реформу наследственного права завершенной с принятием законопроекта N 801269-6 (в какой бы редакции он в итоге ни оказался).
За минувшие годы возникли и теперь широко используются технологии криоконсервации биологического материала и постмортального воспроизводства. Все большее распространение получает фактическое супружество. Разбогатевших россиян чрезмерно стесняет правило об обязательной доле. Трансграничная деловая и личная жизнь, появление зарубежных активов бросают вызов доктрине расщепления, на которой основана отечественная коллизионная норма, используемая при решении вопроса о праве, применимом к наследованию. Принципы открытого мира ставят под сомнение подход, в соответствии с которым объявляются недействительными завещательные распоряжения, неизвестные национальному праву. Негибкость допустимых завещательных распоряжений смущает не только состоятельных граждан. Нотариусы говорят, что завещатели часто просят включить в завещание запрет детям распоряжаться сбережениями до наступления зрелого возраста, а они, нотариусы, вынуждены отказывать завещателям. Распространившийся повсеместно кредит остро обозначил проблему, заключающуюся в том, что смерть должника значительно увеличивает риск необеспеченного кредитора <12>.
--------------------------------
<12> См.: Определение ВС РФ от 28.06.2016 N 18-КГ16-58.
Разумеется, что пути решения этих и многих других проблем развития наследственного права в нашей стране еще только нащупываются в доктрине и прогрессивной практике. Хотелось бы, однако, чтобы этот процесс не затянулся до бесконечности, приводя по обыкновению к поспешным законодательным изменениям, принимаемым на злобу дня ушедшей далеко вперед жизни и под влиянием не всегда рациональных мотивов.
References
Anderson M. and Arroyo i Amayuelas, E. (eds.). The Law of Succession: Testamentary Freedom: European Perspectives. Vol. 5. 2011. 336 p.
Medvedev I.G. International Succession Planning [Planirovanie mezhdunarodnogo nasledovaniya]. Statute [Zakon], 2009. No. 1. P. 172 - 178.
Petrov E.Yu. (ed.) Grounds of Succession Law of Russia, France and Germany [Osnovy nasledstvennogo prava Rossii, Frantsii, Germanii]. Moscow, 2015. 271 p.
Reid K.G.C., de Waal M.J. and Zimmermann R. (eds.). Comparative Succession Law. Vol. 1: Testamentary Formalities. Oxford, 2011. 524 p.
Renz I.G. Automatic Change of Law Applicable to Matrimonial Property: a Time Bomb or Panacea? [Avtomaticheskoe izmenenie prava, primenimogo k supruzheskoy sobstvennosti: bomba zamedlennogo deystviya ili panatseya?]. Statute [Zakon]. 2017. No. 2. P. 30 - 34.
Петров Е.Ю., Ренц И.Г. Развитие российского наследственного права // Закон. 2017. N 6. С. 44 - 50.
Документ предоставлен КонсультантПлюс
