В действительности же дело обстоит совершенно иначе. Никто никогда в физическом теле на небо взят не был, ибо всякий план Бытия требует своего тела. Физическое тело человека никуда дальше земли идти не может. Высшие Существа, желающие быть видимыми на земном плане, должны облачиться в материю этого плана, в котором они желают быть видимыми, покидая который они покидают также и свои тела, которые, Их волею из пространства собранные. Их же волею снова рассеиваются в пространстве. Никаких затруднений с телами для Них существовать не может. Высшее Существо может, оставаясь в одном месте, послать часть своего сознания в другое, облекши его в точное подобие своей формы, которая, выполнив то задание, которое ей задано, может снова раствориться в пространстве.
В другом месте говорится: «Если оккультное богословие заставило великого пророка Илью раствориться в личности Иоанна Крестителя, то согласно этой вере мы ни одного святого не можем призывать по имени, и ни одного усопшего не можем любить. К таким тупикам, к такому духовному маразму приводит вера в перевоплощение».
Маразм действительно есть, и большой маразм, но только в противоположном направлении.
«Оккультная наука», по утверждению автора, «есть демагогия духа». Оккультисты назвались людьми «науки», ибо нечем им привлечь людей. «Наука» – это дает им солидность и авторитет в глазах духовных слепцов. Ибо зрячий поймет, что здесь демагогия и, значит, – сеть... Оккультная наука – «автономная наука», «человеческая наука». Изучить ее можно всякому атеисту без выхода из своего жизненного практического атеизма (оттого в теософский орден Звезды на Востоке атеизм приглашается наравне со всеми верами, – широкий плацдарм). Всякому слепцу духовному можно знать ее тонкости, проникнуть в ее отвлеченно мертвый эзотеризм... Оккультное знание – знание низшее, непреображенное... «Теория перевоплощения – не могу этого никак смягчить – есть ярко и безусловно антихристская теория. И право, не ошибаются некоторые христиане, называя ее антихристовою. Эти христиане верят Христу Спасителю и видят дух Христов возвышающимся над духами Блаватской и Рудольфа Штейнера как небо над бездной»... О вольных слугах этой теории говорить нечего. Это слуги той тайны беззакония, которая «уже в действии»... Больнее видеть невольных слуг этой «действующей тайны беззакония». Служа наступающему на мир злу, они думают, что делают «дело Божие».
Сознательные сотрудники эволюции, служа распространению Света и Знания, действительно, служат Божьему делу. Они знают, что все Спасители мира, все Учителя человечества – сотрудники эволюции, и они идут с Ними, идут с Христом. Но что думают и с кем идут те, которые приглашают во тьму, которые говорят о бесполезности и ненужности стремлений к совершенствованию и познанию Истины, чтобы тем легче поработить темный народ, которые, прикрываясь своей великой любовью к Христу, распинают Его каждым своим призывом к тьме и мраку, каждым искажением Его слов, каждым лжетолкованием Его Учения? Неужели они думают, что тоже идут с Христом? Кто-то ошибается, и жестоко ошибается. Истинные оккультисты и теософы знают, кого ждет эта ужасная судьба.
Она ждет тех, про которых апостол Павел во Втором послании к фессалоникийцам (2: 10-12) и в Послании к римлянам (1: 18) говорит: «За то, что они не приняли любви истины для своего спасения, за сие пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи. Да будут осуждены все не веровавшие истине, но возлюбившие неправду»; «Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою».
Действие заблуждения, о котором говорит апостол Павел, на тех, которые подавляют истину своей неправдой и своим лживым измышлением заменяют божественную мудрость, не пустые слова, но мы видим воочию. У таких людей мало-помалу душа выворачивается наизнанку; в их сознании, как в кривом зеркале, все искажается, все преломляется в обратном виде. Они видят все наоборот, они мыслят и чувствуют в обратную сторону. Высокое у них преображается в низкое, и низкое – в высокое; правда – в ложь, и ложь – в правду; тьма – в свет, и Свет – в тьму; правое – в левое, и левое – в правое и т.д. до бесконечности.
Подобно тому как нельзя задержать наступление дня и распространение света при восходе солнца, точно так же нельзя задержать наступление Светлой эпохи и распространение Света и знания, когда пришел срок для наступления этой эпохи. Какие бы попытки приверженцы старых заблуждений и защитники ветхого мировоззрения ни делали, все их жалкие потуги будут напрасны и ничего кроме тяжелой судьбы им не принесут.
Несмотря на то, что выставляемые врагами Теософии аргументы против нее все неубедительны и бездоказательны, есть, однако, один, который нельзя не признать серьезным и потому требующим более обстоятельного пояснения, ибо он служит главным оружием врагов Теософии для всех выпадов против нее.
Автор цитируемой брошюры о перевоплощении на стр. 22 говорит: «Еще совсем недавно Анни Безант (прочтите статью ее в американской газете The Ojoj от 14 января 1927 г.) уверяла всех, что “Мировой Учитель здесь”, что дух Мессии (какое кощунство для нас, христиан!) сошел на молодого человека Кришнамурти...» и т.д. «Потом сам Кришнамурти отказался от такой высоты своего положения. Какая недостойная комедия!»
Теперь ни для кого не может быть тайной, что всякий служитель Света подвержен искушению со стороны темных сил. Чем выше по своему достижению служитель Света, тем большая темная сила подпускается к нему для искушения. Такое искушение есть необходимое условие эволюции. Человек не может двинуться в своем духовном развитии дальше, если он не может распознать, где Свет и где тьма, если он не может отличить Истину от лжи. Каким может быть он служителем Света, если он будет ошибаться в этом кардинальном вопросе? Лишь вышедший с честью из этого испытания получает право на дальнейшее продвижение.
Классический пример такого искушения и блестящего из него выхода являет собой Христос. К Нему, как к Высокой Сущности, являлся сам Князь мира сего. Поэтому все подражатели Христу, все истинные оккультисты, в своем служении Свету неизменно подвергаются нападению темных сил. Все они неизменно и неоднократно должны проходить эти ступени своей эволюции. Такому искушению, как оккультистка и служительница Света, подвергалась и председательница Теософского общества А. Безант. Последнего своего искушения она не выдержала и совершила ошибку.
Этой ошибкой первым делом воспользовались темные силы, ибо для этого они и старались. Все враги Теософии при всех своих выступлениях против нее также неизменно указывают на ошибку Безант как на факт, подрывающий всякое доверие к Теософии. Конечно, так могут рассуждать лишь люди, не осознающие значения в жизни человечества и его развитии этого Древа всякого знания, или сознательные враги его. Но как нельзя осуждать религию за то, что существуют недостойные служители ее, точно так же нельзя осуждать Теософию за то, что кто-то из теософов совершил ошибку. За свою ошибку она пострадала больше всех. Она лишилась той высокой роли, которую выполняла – посредницы между Учителями и человечеством, – и роль эту давно уже выполняет другое лицо.
Помимо открытых и явных врагов, Теософия имеет тайных и, следовательно, более опасных. К числу таких врагов принадлежит Антропософия и ее последователи. Хотя ни само учение Антропософии, ни ее последователи не выступают против Теософии, но в этом и заключается главная опасность и большой вред ее, ибо, идя параллельно с ней на одинаковых правах, как две совершенно равноценные величины, она имеет целью совратить человека с истинного пути в ложный.
Большинство обитателей западного мира считает Теософию и Антропософию как бы родными сестрами, которые преследуют одинаковые цели – дать людям высшее тайное знание и приобщить их к невидимым мирам, которые и появились почти одновременно, более полувека тому назад, сначала Теософия, потом Антропософия.
Лишенный правильных по этому вопросу представлений, западный человек считает Блаватскую основательницей и матерью Теософии, так же как Штейнера – основателем и отцом Антропософии. Но если относительно Антропософии такое мнение совершенно верно, ибо до Рудольфа Штейнера Антропософии как науки никогда не существовало, то относительно Теософии такое мнение не имеет с истиной ничего общего. Как уже неоднократно говорилось. Теософия существует с той поры, как существует на Земле человечество, являясь тем Древом Жизни, которое, как говорится в Книге Бытия, «Господь насадил в Эдеме на востоке» (2: 8-9). Таким образом, Е.П.Блаватская – основательница не Теософии, но Теософского общества. Появление отпрыска этого Древа Знания имело целью подготовить западный мир к наступлению Новой эпохи путем распространения высшего знания о тайнах и задачах мироздания.
Появление Теософского общества было первым предвозвестником наступления Светлой эпохи, которой так боятся и наступления которой так не желают братья тьмы. Само собой понятно, что были мобилизованы все силы темных, чтобы дискредитировать в глазах человечества этот источник Света и Знания, и была поведена атака на всех деятелей и участников Теософского общества.
О том, что председательница Теософского общества Анни Безант к концу своей жизни и деятельности поддалась уловкам темных и совершила ошибку, уже сказано, но еще задолго до смерти Безант, темным удалось завербовать в число своих сотрудников одного из участников Теософского общества – Рудольфа Штейнера.
Какие бы причины ухода Штейнера из Теософского общества антропософами ни выдвигались, но главной причиной останется его оскорбленное самолюбие. Рассчитывая после смерти Блаватской быть избранным председателем Теософского общества, Штейнер такого назначения не удостоился, ибо председатель общества указывается из Братства.
В результате такой «обиды», такого оскорбления самолюбия – уход из Теософии и основание Антропософии. Вот первая победа, которую темные одержали над Штейнером, ибо чем же другим братья тьмы могут достигать успехов и побед над людьми, как не человеческими слабостями? А слабость, обнаруженная в этом отношении Штейнером, была из всех слабостей самой опасной, о которую уже разбилось много достигших высокого развития духов.
Появление Антропософии как учения, претендующего на такие же права и такое же значение, как Теософия, – явная бессмыслица. Другого такого Учения, как Теософия, не может быть, хотя бы оно называлось Антропософией. Значение этих учений для человечества вытекает из их же названий. В то время как Теософия есть Божественная Мудрость, данная человечеству Братьями человечества для достижения божественности, Антропософия есть человеческое измышление (автор которого, взяв из Божественной Мудрости все, что по своему сознанию и своему развитию он мог взять, исказил это взятое на свой лад и прибавил многое из своего «опыта постижения сверхчувственных миров»), то есть в сущности подделка и обман.
Из единства всего сущего и единства управления миром вытекает, что может быть лишь один источник высшего знания, что может быть лишь одно Древо Жизни, но не два. Всякое другое, подделывающееся под первое, есть ложь, есть грубая имитация. Завладев таким работоспособным сотрудником, как Штейнер, темные дали миру, пользуясь Штейнером как своим орудием, свое учение. Не имея возможности задержать распространение истинного знания через Теософию, темные дали миру подобие истины через Антропософию. Человек западного мировоззрения, не зная о постоянных происках и усилиях врагов человечества совратить его с истинного пути на путь ложный и не веря даже в существование таких врагов, ибо это не согласуется с его ортодоксальным материализмом, тем не менее не прочь был приобщиться к высшему знанию, не ради совершенствования себя в жизни, но ради тех выгод, которые такое знание могло дать.
И вот, имея пред собою Теософию и Антропософию, он в большинстве случаев отдает предпочтение Антропософии, ибо она ближе ему. Она не уводит его в область абстрактных идей, не обещает ему блестящих возможностей в отдаленном будущем, не порывает его связей с его неправильным мировоззрением, подобно Теософии, но ближе подходит к жизни, дает более конкретные данные, обещает более скорые достижения и, самое главное, не только оставляет нетронутыми во всей силе и полноте все милые его сердцу средневековые религиозные заблуждения, но подводит под них фундамент – высшее знание, добытое якобы путем опыта, путем познания сверхчувственных миров Рудольфом Штейнером.
Это добытое путем личного опыта Рудольфом Штейнером высшее знание выкристаллизовалось в антропософской космогонии, которая и есть синтез всякого учения. Но антропософская космогония не имеет ничего общего ни с космогонией Теософии, ни с космогонией древних народов, но больше всего подходит под космогонию средних веков западного мира.
Не имея в виду разбирать подробно все положения антропософской космогонии и не высказывая ничего ни «за», ни «против» относительно различных перевоплощений Земли, ни о том делении эволюции на периоды и эпохи, ни о постепенном «окостенении» Земли, ни о развитии таких органических тел, для одухотворения которых не хватало человеческих душ, благодаря чему они стали прародителями нынешних животных и даже растений, ибо все это завело бы слишком далеко, здесь может быть указано на связь антропософской космогонии со средневековым мировоззрением народов западного мира.
Согласно антропософской космогонии, Земля все-таки останется центром если не всего Космоса, то нашей солнечной системы.
Предоставим по этому вопросу слово тому, кто изучил Антропософию и высказывает вполне объективное о ней суждение.
«Перед тем моментом, когда на “Земле” образуется жидкая субстанция, от Земли отделяется новое, самостоятельное небесное тело, из которого в дальнейшем его развитии образуется наше нынешнее Солнце. Это отделение Солнца от Земли происходит вследствие того, что населявшие Землю высшие духовные существа оказались не в состоянии приспособиться к жизни в условиях материи, сгущающейся до состояния жидкости; эти, так сказать, особо утонченные духи отбирают пригодные для их дальнейшего существования элементы земной материи и отделяются вместе с ними в мировое пространство, создавая себе из этих элементов новое жилье.
В конце периода образования твердой материи происходит еще одно событие огромной космической важности – от Земли отделяется в виде самостоятельного небесного тела нынешняя Луна, представляющая собою, так сказать, концентрацию всех тех элементов, которые способствовали бы процессу дальнейшего затвердения, некоторым образом окостенения Земли. Отделение Луны в виде самостоятельного небесного тела сыграло громадную роль в истории Земли вообще и человечества в особенности, ибо только благодаря произошедшему таким путем устранению элементов, грозивших полным окостенением Земли и возникновением условий, при которых душа человека утратила бы возможность вселяться в людские тела, оказалось осуществимым дальнейшее развитие человеческого рода».[38]
Конечно, приобретение высшего знания путем личного познавания сверхчувственных, потусторонних миров дает право говорить что угодно, дает право на какую угодно мистификацию. Кто не верит, пусть проверит и опровергнет. Но отделение Солнца от Земли – это то же самое, что и отделение здания от кирпича, армии – от солдата, горы – от камня, это то же самое, что сказать, что ребенок родил свою мать, что яйцо родило курицу. Такое отделение Солнца от Земли и такое забавное происхождение нашего жизнедателя не может быть принято всерьез ни одним здравомыслящим человеком, ибо это противоречит и здравому смыслу, и логике, и науке, и истинным космогоническим учениям.
Этим не исчерпываются перлы мудрости антропософской космогонии. Будущее Земли будет не менее блестяще, нежели ее прошлое. У того же автора на странице 55 говорится следующее:
«Настанет, между прочим, время, когда человечество дойдет в своем духовном прогрессе до такого совершенства и такой утонченности, что существа, отделившиеся в доатлантическую эпоху от Земли и переселившиеся на другие небесные тела, смогут вновь вернуться на Землю. Произойдет возвращение Луны на Землю и слияние этих двух планет. В связи с видоизменением земного шара изменится сама физическая структура человека, люди примут иные внешние формы, у них разовьются новые органы. Затем наступит космическое явление огромной важности – произойдет вновь соединение земного шара с Солнцем... В юпитеровскую стадию произойдет временное отделение Солнца от Земли, а затем новое слияние этих двух небесных тел... В стадии Венеры на Земле исчезнет растительное царство, и низшим миром земных обитателей окажется мир животный. От Земли отколется новое небесное тело, на котором поселятся все те существа, природа которых противится дальнейшему неизбежному ходу эволюции живых существ».
В таком виде рисуется ясновидящему оку Рудольфа Штейнера будущая судьба нашей Земли. Недовольные развитием жизни на Земле откалывают себе часть Земли и улетают на ней в пространство; довольные возвращаются на отделившихся глыбах обратно. Воистину, как говорит русская поговорка: «Не любо – не слушай, а врать не мешай». Неужели подобный бред расстроенного воображения может быть назван космогонией? Неужели Рудольф Штейнер, столь высокообразованный человек, верил сам в то, что он говорил?
Как практичный немец, желавший распространения своего учения, он не отверг ничего, во что верил и верит человек западного мировоззрения. Большинство обитателей западного мира до сих пор верят в то, что Земля – центр Вселенной. Штейнер в своей космогонии, опираясь на «высшее знание», доказывает, что все изошло от Земли и все к Земле возвращается. Западный мир верит в науку. Штейнер все время заигрывает с наукой. Германский народ высоко чтит своего народного гения – Гете. Штейнер так или иначе всегда стремится связать провозглашаемые им истины с именем Гете. Западный мир верит в то, что Христос – Единый Сын Единого Бога. Штейнер оставляет во всей силе и это заблуждение...
Одним словом, приняты все меры для возможно большей популяризации учения, для беспрепятственного и широкого распространения его, а что касается истинности провозглашаемых им истин, то это дело второстепенное. Важно завербовать возможно большее число приверженцев, и к этому направлены все усилия. Но так всегда поступают темные братья. Истина выше всего этого. Она не кричит о себе на базаре и никому не навязывается. Она провозглашается. Истина не ищет себе адептов и приверженцев. Ее ищут и находят мудрые.
Могут возразить: разве можно считать Антропософию учением темным, когда оно так высоко чтит Христа, когда антропософы – все ревностные христиане и прилагают усилия, чтобы слить христианство с Антропософией?
Но признание темными Христа – факт общеизвестный, ибо нельзя было им не признать Его. Они признали Его post factum, но признали так, чтобы закрыть возможность признания следующего Учителя, ибо формула, что «такого, как Христос, не было и не может быть», закрывает человеку дальнейшее движение вперед, а темным только это и нужно, для этого они и признают Его.
Штейнер в своем усилии создать учение и свою веру нисколько не возвысился над всеми исказителями Учения Христа и создателями разных учений, число коих легион, которые, все без исключения, пришпиливают это Великое Имя к своему искажению истины, чтобы придать ему подобие истины, чтобы придать своей лжи подобие правды, и Имя Христа служит им лишь для обмана и для извлечения выгод.
Великий провидец древности, пророк Исайя, предсказал наступление такого времени в замечательном по своей правдивости изречении: «В тот день семь жен ухватятся за одного мужа, говоря: мы будем есть свой хлеб и будем: одеваться в свои одежды, только пусть будем называться твоим именем: сними с нас стыд» (Ис., 4:1).
Разве этот день не есть наше время, когда все церкви и все учения, то есть все жены, хватаются за одного мужа – Христа, говоря: мы будем проповедовать свое учение – есть свой хлеб, одеваться в свою праведность – в свои одежды, только пусть будем называться твоим именем? Разве все это не происходит в наше время? Разве не все проповедники и учителя многочисленных якобы христианских учений христиане только лишь по имени? Имя Христа им необходимо для проповеди своего учения и своей правды, ибо не быть христианином в настоящее время стыдно.
Называя Антропософию учением темных сил, приходится эпитет темной силы дать и основателю этого учения, и что это не клевета и не инсинуация, видно из того, что Штейнер отверг правящую миром небесную Иерархию и сделал это вполне сознательно, ибо не знать о существовании Ее и о том, что Она правит миром, как бывший теософ, Штейнер не мог.
Отвергнув Иерархию Света, он тем самым признал иерархию тьмы, ибо еще Христос сказал: «Кто не с Нами, тот против Нас» (см. Матф., 12:30). Христос не говорит: кто не со Мною, тот против Меня, но кто не с Нами – Иерархами, тот против Нас. Признавая Христа своим Богом и отвергая Иерархию Света, антропософы отвергают Христа, ибо Христос один из правящих миром Иерархов. Одной рукой защищая Его, они другой рукой наносят Ему удары.
Автор упомянутой книжки на странице 33 говорит: «Антропософы не проповедуют ни преклонения пред управляющими судьбами мира святыми мудрецами, ни мессианизма, особливо же воплощенного в конкретном земном образе». Этим сказано все. Этим Антропософии выдано свидетельство о полной ее неблагонадежности и о несомненном ее сотрудничестве с темными силами.
Иерархическое начало управления миром есть такой же закон мироздания, как и прочие космические законы. Непризнание Иерархии Света есть противодействие космическому закону, противодействие Свету и сотрудничество с тьмою. Глубоко ошибаются те антропософы, которые полагают, что, отвергнув Иерархию, можно идти вне ее. Можно идти или с Иерархией Света, или с иерархией тьмы. Вне иерархического начала управления Космосом никто находиться не может. Подробнее о значении Иерархии в мироздании говорится в седьмой и восьмой главах этой части книги.
В параграфе 125 Беспредельности говорится: «Только идя с законом, можно прогрессировать». Штейнер пошел против одного из космических законов, но такого, который или возносит, или ниспровергает в такую бездну, выбраться из которой понадобятся усилия многих тысячелетий. Будучи по своим прежним воплощениям весьма высоким духом, что видно по его исключительной талантливости и необычной многогранности его души, пойдя против закона, он не только в последнюю жизнь не преуспел и не продвинулся, что видно по его космогонии, но на долгий срок задержал свое развитие.
Завладение темными силами Штейнером шло медленно, но верно в течение всей его жизни. Окончательно они завладели им за шесть лет до его смерти. По сведениям из высокоавторитетных источников, последние шесть лет своей жизни Штейнер уже не был Штейнером. В оболочку, в тело Штейнера, вселилась некая темная сила, которая продолжала деятельность Штейнера в нужном ей направлении»
Этот период жизни, теперь уже мнимого Штейнера, отличался необыкновенной напряженностью и интенсивностью деятельности, при все понижающемся внутреннем ее содержании. Он разъезжал из города в город, читая лекции и доклады по всевозможным вопросам. Иногда он в один день читал по несколько докладов. Вероятно, к этому периоду деятельности «Штейнера» относится появление в его трудах таких перлов, как то, что аборты полезны, ибо дух, соприкоснувшись с материей, уходит обновленным, или, поедая мясо животных, человек способствует их скорейшей эволюции.
Суммируя все сказанное об Антропософии, видим, что она ни в коем случае не может быть рассматриваема как величина, равноценная Теософии, что они ни в коем случае не сестры и не близнецы, как их ошибочно считают на Западе, что дистанция между ними огромна. Родство между ними не большее, нежели между телом и нарывом, вскочившим на теле. Антропософия есть именно нарыв на теле Теософии. Она есть хитро задуманная и ловко раскинутая сеть для уловления людей. Она есть великий обман, про который сказано, что «второй обман будет хуже первого». Она – плевелы, которые враг человеческий посеял в пшеницу.
Если первый обман был грубым, состоявшим в том, что стараниями темных было искажено Учение Христа и из него были изъяты его ценности, то второй обман – тонкий. В нем оставлены все достижения первого, но под них подведен фундамент высшего знания. В нем подносится людям необходимое для Новой эпохи высшее знание в таком виде, чтобы, приняв его, человек не мог двинуться дальше.
Согласно Высшей Воле, пшеница и плевелы, как сказал Христос (Матф., 13: 30), должны расти вместе до жатвы Господней. Теперь именно пришло время Господней жатвы. Пришло время отделения пшеницы от плевел, и кто причисляет себя к пшенице, тому с плевелами не по дороге.
Из всех существующих в настоящее время в христианском мире различных религий и учений одна лишь Теософия никого не заманивает к себе Христом. Она никогда не говорит: «Приходите к нам, ибо лишь у нас Христос, ибо, воистину, Он не присутствует там, где Именем Его пользуются для уловления и обмана». Но Теософия говорит: «У нас все, у нас Христос, Будда, Майтрейя, Магомет, Конфуций, все бывшие и будущие Учителя человечества, ибо кончилась эпоха обособления и разъединения и все мировые религии, из единого лона вышедшие, должны в него вернуться». Поэтому она приглашает всех, никому себя не навязывая, так как навязывание учения или веры есть вреднейшее заблуждение, а кто для восприятия высшего знания созрел, тот сам ищет Теософию и находит ее...
И лишь обратившись к растущему на Востоке Древу Жизни, этому единственному источнику всякого знания, люди поймут необходимость Единой Религии, Единого Мирового Учения, объединяющего Всех и Все. Лишь Единое Мировое Учение способно положить предел человеческому разъединению, способно вывести человечество из того узкого тупика, в котором оно находится, на сужденный ему простор Беспредельности.
ЧАСТЬ II
Глава 1
РАЗВИТИЕ И РОСТ СОЗНАНИЯ
Каждая форма проявленного Бытия двойственна и состоит из духа и материи. На основе этой первичной двойственности образуется Вселенная и все, что существует в ней. Жизнь каждой жизни, как непременное условие, требует соединения духа и материи. Как дух, так и материя отдельно взятые не дают явления жизни. Жизнь возможна лишь благодаря соединению этих двух извечных Начал: Духа и Материи, положительного и отрицательного, мужского и женского. Материя физического плана настолько плотна, что нам не видна заключающаяся в ней жизнь, и она проявляется для нас лишь в форме человека, животного, растения и т.д., но на высших планах Бытия материя является настолько утонченной, что являет как заключающуюся в ней жизнь, так и форму, ее заключающую; но и в первом и во втором случаях явление жизни обозначает соединение духа и материи. Разъединение духа и материи есть прекращение жизни, или то, что мы называем смертью.
Так как материя сама по себе инертна и неподвижна, а дух обладает качествами противоположными, то дух является возбудителем жизни в материи. Он оживотворяет и одухотворяет материю. Он есть космическая жизненная сила, которой проникнута каждая форма проявленного Бытия, и тот жизненный импульс, который вечными толчками изнутри заставляет материю менять свои грубые формы, в которые она облечена, на менее грубые, и менее совершенные – на более совершенные. Таким образом, дух совершенствует материю, поднимая ее до своего состояния. Процесс этот совершается весьма медленно, в течение бесконечных эонов, и в осуществлении этого процесса заключается сущность эволюции.
Из этого вытекает, что каждая форма проявленного Бытия, обладая зерном духа, обладает потенциальной возможностью достичь той ступени развития, которой в данное время достигла жизнь во Вселенной. Результатом же взаимодействия между огненным зерном духа, который толкает и своими вибрациями побуждает материю к действию, и материей, которая на эти вибрации отвечает, является сознание данной формы жизни в данную эпоху развития. Таким образом, каждая форма жизни есть лаборатория, в которой творится величайшая тайна мироздания – развитие и рост сознания.
Огненное зерно духа, по оккультной терминологии монада, будучи частицей Пространственного Огня, то есть той стихии, которая «все проникает и все в себе содержит», в дальнейшем развитии не нуждается и остается «в своей стихийной цельности», неизменным (см. Агни-Йога, § 275). При развитии жизни изменяется оболочка, или форма, в которую жизнь заключена, и изменяется эманация зерна духа, в зависимости от растущего при этом сознания.
Если зерно духа, как только что сказано, остается постоянным и неизменным, то сознание, находящееся в прямой связи с развивающейся формой, будучи величиной меняющейся, есть результат жизненных накоплений и жизненного опыта данного зерна духа в данной форме жизни. Оно есть первая оболочка из тончайших видов материи, которая окружает зерно духа. Эта оболочка растет и увеличивается, обогащаясь возможностями благодаря поступающим с каждой прожитой жизнью накоплениям. В человеческом царстве жизни сознание человека есть его эго.
Эволюция сознания есть процесс освобождения скрытых в нас божественных возможностей. Это, как говорит в своей книге Основные положения Теософии С.Джинараджадас, «как бы отодвигание завесы, за которой помещается свет. Самый акт отодвигания завесы не прибавляет ничего к свету. Не нуждаясь ни в чем, свет лишь разгоняет тьму. Пока мы сами не отождествляем себя со Светом, мы не можем понять, почему Он так действует. Понять вполне эволюцию сознания то же, что постичь тайну Божественной природы. Но раз все виды жизни представляют Его природу и мы сами также являемся частицами Его, неизбежно вытекает из этого, что рост нашего сознания есть одновременно и открытие Его в себе, и вырастание в подобие Бога. Но, открывая Его, мы открываем и самих себя. В том и состоит тайна сознания, что часть есть и Целое. Первое великое чудо сознания заключается в том, что Целое содержится в своей части; вся сумма находится в единице».
