Совершенство политического устройства советского общества представлялось настолько абсолютным, что не могло подвергаться и малейшему сомнению. Если экономический механизм претерпел хоть незначительные изменения, реагируя на экономическую ситуацию, то политический механизм, напротив, отличался стабильностью, основанной на догматах.политической культуры и мышления.
Находясь длительное время в неизменном состоянии, политический механизм практически не развивался, законсервировав сложившиеся в прошлом отношения партии как политического лидера и Советов, считавшихся политической основой государственной власти и народа.
Исторически сложившаяся однопартийная система в стране постоянно поддерживалась идеей поступательного повышения руководящей роли КПСС в советском обществе. Конституция 1977 г. законодательно закрепила эту идею. Шестая статья Основного Закона государства стала логическим завершением формировавшихся длительное время взаимоотношений партии и народа. В середине 80-х годов в партии состояли каждый десятый взрослый и каждый девятый работающий гражданин страны, примерно каждый пятый инженер и техник, каждый четвертый специалист сельского хозяйства, каждый шестой учитель и врач, 70% докторов наук, 52% кандидатов наук, более половины писателей, треть композиторов. Общая численность членов партии составляла почти 20 млн.. человек. Однако реальной силой по расстановке кадров и общему управлению была наделена партийная элита союзного, республиканского и местного уровня. Именно партийный аппарат сконцентрировал властные функции. В 70—80-е годы главной заботой партийной элиты являлось укрепление своих позиций. Это привело к неоправданной концентрации руководящих функций в системе партийных органов.
Экономическую, социальную, национальную политику партийная элита проводила прежде всего через Советы народных депутатов, именуемые органами народовластия. Советы, составляя основу государственности, являлись главной доступной организацией, позволяющей участвовать в управлении государственными и общественными делами. Советы депутатов трудящихся изначально создавались как органы управления и контроля. Они должны были органично сочетать в себе черты государственной и общественной организации. Только в этом случае можно было соблюсти демократизм советской организации, широко поставить народное самоуправление.
Осуществление власти в форме Советов первоначально раскрывало хорошие перспективы участия рабочих в управлении государственными делами: выдвижение кандидатов в депутаты на предприятиях, участие в подготовке и проведении выборов в Советы всех ступеней, выработке и осуществлении государственной политики. Опыт развития государственности свидетельствует о том, что произошли серьезные деформации советской организации. Постепенно были искажены важные принципы формирования Советов, определяющие их характер и степень демократизма. Непререкаемыми стали права и прерогативы партийно-советских органов по определению сроков выборов, состава избирательных комиссий, по подбору кандидатов в депутаты, проведению собраний в коллективах, на которых осуществлялось «выдвижение народных избранников». Именно аппарат осуществлял подбор кандидатур в областные, городские, районные избирательные комиссии, проводил собрания по выдвижению кандидатов в состав комиссий, обнародовал итоги выборов через средства информации. Отделы организационной работы обкомов, горкомов, райкомов партии и горрайисполкомов занимались непосредственно подбором кандидатур претендентов на депутатские мандаты. Здесь закладывались основные формальные требования, которым должен был отвечать будущий депутат: пол, возраст, партийность, социальное положение. После аппаратного согласования каждой кандидатуры начинался завершающий этап предвыборной кампании — проведение собраний в трудовых коллективах по «выдвижению» кандидатов в депутаты и их регистрация. Следовавшие за этим безальтернативные выборы гарантировали кандидатам полный успех. Этот отлаженный механизм действовал без сбоев на протяжении 60-х — первой половины 80-х годов.
Партийно-государственная элита умело использовала в корыстных интересах идею авангардной роли рабочего класса в обществе. Широкое участие в управлении государством на протяжении всей истории советского общества провозглашалось главным завоеванием народа, бесспорным преимуществом советской демократии перед демократиями западного образца. С этой целью неизменно контролировалось рабочее представительство в Советах. Так, в депутатском корпусе Верховного Совета страны в 1966 г. рабочие составляли 26,6%, в 1970 г. - 31,7, в 1974 г. - 32,8, в 1979 г. -34,8% общего состава. Представители высших политических инстанций, руководства министерств, генералитета, партийные, профсоюзные, комсомольские функционеры в силу своего постоянного большинства имели преимущественное право решать все ключевые вопросы социально-экономического и политического развития общества. Сам высший орган государственной власти страны носил несколько номинальный характер. В течение 60-х — первой половины 80-х годов он работал в среднем около 7 дней в году. Времени на дебаты не отводилось. Заготовленные проекты решений принимались с ходу и становились законами для миллионов граждан страны.
На высшем уровне государственной власти — в Верховном Совете — воедино сливалась власть партийного и государственного аппарата в лице узкого круга номенклатурных работников. Практически одни и те же люди олицетворяли советскую и партийную власть. Если к этому добавить административных работников разных рангов от министров до директоров предприятий, то круг оформленной административно-командной системы замыкается.
Общество, пропитанное страхом прошлых массовых политических репрессий, длительное время находилось в оцепенении, не допуская даже мысли о степени деформации советской организации. Сами принципы «свободного» волеизъявления народа поражали весь цивилизованный мир. Отказ от участия в голосовании расценивался как выпад против существующего строя. Зарубежные исследователи иронически замечали, что участие в выборах 99,9% всех избирателей и голосование «за» 99,9% возможно только в условиях советской демократии. Данные итоги выборов — закономерный результат существовавшей практики формирования органов государственной власти в центре и на местах.
Участие трудящихся в работе Советов всех рангов являлось определенной школой навыков управления. В этом смысле местные Советы как органы государственной власти в административно-территориальных единицах играли особую роль. Считалось, что областные, городские, районные, поселковые Советы олицетворяют государственную власть на местах, осуществляют законодательную деятельность местного масштаба, руководят процессами социально-экономического развития районов. Реально местным Советам подчинялась лишь местная промышленность. В Сибири это проявлялось особенно рельефно, так как производственные комплексы и крупные предприятия имели республиканское или союзное подчинение. Местные Советы имели незначительные бюджетные средства, сами зависели от финансовых подачек. Невелика была их роль и в политической жизни. Основные векторы политической власти на местах сходились в областных, городских, районных комитетах КПСС. Партийные работники присвоили главные распорядительные функции. Местные Советы оказались в полной зависимости от партийных органов.
Выражением полновластия советского народа и одной из гарантий этого полновластия считалось право отзыва депутата избирателями. Для отзыва депутата могло быть выдвинуто два главных основания: 1) если он не оправдывает доверия своих избирателей;
2) если он совершил действия, недостойные высокого звания депутата. Однако реализовать право отзыва депутата по первой наиболее основательной причине избирателям было очень сложно. В этом случае вопрос об отзыве должен был рассматриваться на собраниях избирателей на предприятиях и по месту жительства. Депутат лишался своего мандата в том случае, если за отзыв голосовало большинство избирателей округа.
Таким образом, за четверть века командно-бюрократическая система безраздельно осуществляла свое политическое господство. На протяжении длительного времени безнравственно эксплуатировалась идея авангардной роли рабочего класса в советском обществе. Провозглашая рабочий класс ведущей политической силой, партийно-советский аппарат поставил абсолютное большинство рабочих вне политики.
Ленинская доктрина нового государственного устройства России предусматривала эволюционный переход от диктатуры пролетариата к бесклассовому обществу с полным самоуправлением народа.
Партийно-государственный аппарат долгие годы рассматривал народное самоуправление как некую перспективную, а не насущную проблему дня. Документы партийных съездов свидетельствуют о декларативно-прагматичном подходе номенклатуры к самоуправлению трудящихся. Иначе и не могло быть в условиях тоталитарной системы. Административное управление и ростки самоуправления неизбежно должны были вступить в противоречие.
