Основная нагрузка по комплексному проведению государственной социальной политики все в большей степени смещается в сторону регионов. В подобных условиях проблема улучшения взаимодействия между федеративными единицами (регионами) и федеральным центром по направлению реализации социальной политики становится довольно актуальной.
Передовыми и операциональными административно-территориальными и национально-территориальными образованиями являются мезорайоны — это субъекты Российской Федерации, обладающие государственной структурой управления и проводящие наиболее адекватную региональную политику в социальной, экономической и иных сферах[11]. Все субъекты РФ с 1999 года объединены в 8 межрегиональных ассоциаций республик и областей в сфере экономического и социального взаимодействия с соответственными координирующими надструктурами: Центральная Россия, Уральский регион, Северо-Запад, Северный Кавказ, Черноземье, Сибирское соглашение, Дальний Восток и Забайкалье, Большая Волга; 8 федеральных округов: Центральный, Приволжский, Сибирский, Северо-Западный, Северо-Кавказский, Дальневосточный, Уральский, Южный.
Продемонстрированная территориальная структура российского государства имеет скорее схематический характер. В действительности же отмечаются весьма заметные отклонения от представленной модели, которые обусловлены в целом пространственными параметрами нашей страны, крайне обширным этническим разнообразием и составом, а также особенностями локализации и миграции населения, особенностями территориальной организации российской экономики, инфраструктуры, природопользования, спецификацией разделения труда по географическому признаку и формирования региональных и федерального рынков, уникальной структурой межрегиональных связей и внешнеэкономических отношений.
В России на современном этапе государственное региональное управление в большей степени реализуется на уровне отдельных регионов, на которые в целом и возлагается вся экономическая тяжесть реформирования отечественной экономики и общества. В целом все без исключения субъекты Российской Федерации имеют необходимый и даже достаточный спектр возможностей для самого полного, эффективного и оптимального функционирования, используя при этом только внутренний потенциал и ограниченную внешнюю поддержку из центра. Однако адаптация регионов к самодостаточному развитию происходит крайне медленно, даже более того, для многих регионов и региональных субъектов характерен производственный спад, деградация материальной и духовной сфера населения, ухудшение показателей окружающей среды. В дополнение к уже озвученным факторам продолжает усугубляться межрегиональная социально-экономическая асимметрия. На фоне регионов-доноров превалируют отсталые и депрессивные регионы. Все это говорит о том, что региональная социальная политика, рассчитанная на достижение кратко- и долгосрочных целей, нуждается в ускорении процессов активизации и дифференциации.
Отечественные специалисты среди главных причин возникновения негативных социально-экономических явлений и тенденций видят сохранение имеющийся двойственности федеральной политики в отношении административно-территориальных и национально-территориальных единиц, отсутствие оптимальной, проработанной и чёткой стратегии социально-экономической трансформации регионов и самой страны (наличие лишь общих положений), разрыв и диспропорции в отраслевых, межотраслевых и территориальных связях, непродуманное и неэффективное реформирование экономики[12].
Поднимая вопрос о социальной сфере, не стоит забывать о многоаспектности региональной политики. Гармонизация и согласование различных и противоречивых аспектов данной политики является одним из важных условий развития и модернизации всей социальной сферы, обеспечения взаимного взаимодействия и заинтересованности в конечных результатах своей деятельности между всеми региональными субъектами.
Данное исследование даёт возможность провести соответствие основных процессов и целей в сфере социальной политики целям региональной политики федерального Центра и обозначить следующим способом:
1) Политические — основная суть состоит в сохранение целостного федеративного государства и обеспечении соблюдения социальных и гражданских прав на территории РФ;
2) Социальные — достижение и обеспечение реальной социальной и территориальной (актуально для регионов) справедливости;
3) Экономические — форсирование перехода всех региональных субъектов к постиндустриальной экономике, а также обеспечения соответствия между экономическим и социальным векторами развития;
4) Демографические — обеспечение здоровых демографических тенденций, реализация полного демографического потенциала.
Границы между указанным целями носят достаточно условный характер и реализуются больше в форме оптимального сочетания и обоюдного дополнения для синтеза нужного эффекта. Тот же федеральный бюджет и его реализация включают в себя преследование как очевидных экономических, так и социальных целей.
Выше не раз уже указывалось ранее, одним из ключевых препятствий, а вместе с тем и мерой эффективности взаимодействия пары «Центр-регионы» являются экономические и производственные возможности и ресурсы. Потому следует рассмотреть проблемы и особенности взаимоотношений регионов и федеральных структур в сфере экономики.
Наиболее серьёзным вопросом в данном случае безусловно являются крайне высокий уровень дифференциации по различным социально-экономическим показателям среди регионов России, таких как уровень дохода, производства на душу, производительность труда. Подобные экономические расхождения в региональной динамике субъектов противоречат основным постулатам федеративного устройства Российского государства. Таким образом, пространство экономических отношений между федеративными субъектами и государственным центром становится главной площадкой конфликта, возникающего между ними. Степень проблемы столь высока, что была оценена даже Советом Безопасности Российской Федерации как реальная существующая угроза национальной стабильности и безопасности, и мониторингу данной проблемы выделена значительная часть внимания соответствующих служб.
Экономические противоречия и проблемы в сфере обсуждаемых отношений связаны с неоптимальным и несбалансированным размещением основных региональных производственных мощностей, их критической концентрацией в старопромышленных зонах; наблюдающимися на волне кризисов и внешне-экономических и -политических потрясений производственными спадами, с сопутствующей инфляцией; нарушением сложной пространственной системы межрегиональных взаимосвязей, а также между региональными субъектами; слабостью экономических реформ; недостаточном и не соответствующим приоритетам развитии рыночной и производственной инфраструктуры; незначительная роль среднего бизнеса[13].
Текущая форма федеральной поддержки регионам, установленная в России не удовлетворяет требованиям динамичного развития её субъектов и не способна обеспечить постиндустриальный переход. Однако, положительным является многоканальность бюджетного софинансирования регионов.
Автор считает, что на нынешнем временном периоде следует обозначить приоритет по следующим реалистичным и вместе с тем крайне необходимым направлениям федеральной помощи и поддержки, стоящих на повестке уже много лет:
· Достижение по всем регионам средней планки стандартов жизнедеятельности граждан, естественно преодоление минимального уровня;
· Приведение уровня и темпов социально-экономических модернизации и развития различных субъектов к единому знаменателю;
· Фокусировка на регионах с крайне неудовлетворительным и бедственным экономическим и социальным положением, раскрытие их социально-экономического и производственного потенциала;
· Противодействие издержкам структурных изменений региональной экономики и нестабильности, обусловленных длительным периодом внешнеэкономических и политических вызовов.
На взгляд автора общую стратегию региональной бюджетной поддержки вместо прямой следует переориентировать в большей степени на механизмы косвенной помощи за счёт трансфертов и различных внебюджетных инструментов. Это может обеспечить мотивацию саморазвития и поспособствовать росту числа «доноров» среди регионов[14].
Социальная политика в Российской Федерации по факту всё ещё не является основным направлением стратегии экономического развития. Хоть на протяжении последних лет на федеральном и региональном уровне формируются различные концепции единого социального развития, но целостность совокупных государственных и региональных мер оставляет сомнения, в том числе и из-за слабой результативности и отсутствии принципиальных инноваций. А между тем процессы микро- и макроуровня, составляющие нынешнюю основу регионального и федерального развития, напрямую взаимосвязаны и последовательны между собой. Потому столь необходимо сформировать по факту единое и прозрачное политическое, социальное и экономическое пространство, объединяющее на деле регионы и центр в неделимую порядковую структуру. Сложностями в данном отношении является крайняя противоречивость и многоаспектность системы «Центр-регионы» и «Регионы-регионы», где приходится сталкиваться с противоречием интересов и смешением процессуальных векторов различных уровней. Подход к данному вопросу нуждается в разработке новой методики согласования.
Подобное положение дел свидетельствует о серьёзном устаревании принятого на вооружение отечественного социально-политического курса и диктует острую необходимость его уточнения и, как минимум, корректировки, особенно в сфере полномочного разграничения ведения вопросов социальной политики федеральными органами и региональными субъектами власти.
Стоит принять во внимание сопоставление результатов социально-экономических тенденций между различными субъектами внутри федеральных округов.
Рисунок 1.Дифференциация социально-экономического развития регионов.
Рисунок 2.Межрегиональная дифференциация по прожиточному минимуму в Центральном Федеральном Округе
Межрегиональные сопоставления позволяют сделать вывод, что:
1. Структура социально-экономических процессов и тенденций в округах отличается изрядной пестротой, что ни в коей мере не позволяет воспринимать их-округа в качестве целостного, относительно однородного и неделимого образования. Потому намного актуальнее будет выделять среди них достаточно однородные административно-организационные единицы, в которых процессы регулятивного и экономического характера всё равно нуждаются в значительном дополнительном координировании со стороны органов вышестоящей иерархии.
2. Сущность федеральных округов заключается в исполнении общего надрегионального координирования и регуляции финансовых потоков и направлений развития и трансформации, рассматриваемых в рамках программ общефедерального назначения. Такими являются различные энергетические, транспортные, ресурсные и иные программы. Региональные задачи не входят в область ведения федерального округа.
Ранее озвученная проблема организации иерархии властной системы в региональных территориальных единицах, её основные аспекты функционирования, правовые и политико-экономические механизмы регулирования регионального и федерального взаимодействия вроде бы имеет достаточно просто формулируемое решение, исходящее из особенностей территориально-географической устройства государства. Таким образом, для России, как страны, имеющей федеративную организацию, центрально-региональные отношения регулируются посредством заложенных в конституции механизмов, основным из которых является принцип тождественности региональной конституции субъекта Российской Федерации и государственной. На той же основе определяется порядок экономического, финансового, правового и иного взаимодействия между федеральным и региональным уровнем. Однако, как уже выяснилось, данная система имеет немало подводных камней, отнюдь не является самодостаточной и нуждается в существенном надзоре, контроле и корректировке внутренних процессов.
Заключение
Исследование сущности наиболее актуальных вопросов в сфере разработки и проведения региональной социальной политики поспособствовало выявлению определённых тенденций, сложившихся в российском социальном пространстве. Среди них выделяется возрастание общей роли регионов в процессе формирования и проведения социальной политики, а также усиление значимости региональных факторов в социально-экономических тенденциях. Всё это является результатом многолетней трансформацией политической системы Российской Федерации и следующих за ней процессов децентрализации отечественной социальной сферы. В тоже время мнение о необходимости окончательного отторжения государства от роли социального регулятора и проводника является опрометчивым и категоричным. В условиях социальных, политических и экономических трансформаций и кризисов является необходимым обеспечение сбалансированного взаимодействия различных субъектов, сегментов, уровней и подуровней социальной системы страны, и всей совокупностью полномочий, законодательной и исполнительной властью для регуляции и администрирования данных процессов обладают органы и институты федерального значения. Самоустранение государства от выполнения данных функций приведёт к усугублению имеющихся проблем, придаст им стихийный характер.
В целом в российской региональной социально-политической концепции прослеживаются определённые противоречия на стыке её политической и социальной стороны реализации. К примеру, обеспечение целостности и стабильности государства препятствует ряду эффективных социальных путей. В итоге общегосударственные социальные законы порой способны ограничить эффективные региональные преобразования или экстраполировать на них свои структурные недостатки.
Также делается вывод о системе правового обеспечения региональной политики в области социальной сферы, где необходимы систематизация и упорядочивание правового регулирования и законодательной структуры данной политики.
Отношения между регионами и Центром в России отличаются крайне противоречивым и сложным характером. Они обусловлены многоуровневыми процессами и противоречивыми интересами, всё это требует особенного специфического подхода, применение новых моделей и приёмов согласования всех внутренних и внешних элементов региональной социальной политики.
Список использованной литературы:
1. Ахинов Г.А., Калашников С.В. Социальная политика. Учебное пособие. – М.: Инфра-М, 2009.
2. Балынин И.В. Финансовое обеспечение социальной сферы в Российской Федерации: ключевые ориентиры, проблемы и пути решения // Экономические исследования. 2015. № 4. С. 4.
3. Мазилов Е.А., Кремин А.Е. Оценка влияния малого бизнеса на социально-экономическое развитие регионов // Вопросы территориального развития. 2018. № 1 (41). С. 2.
4. Территориальные проблемы социальной политики // Под ред. Э.Б. Гилинской, С.Н. Смирнова. - М.: ГУ ВШЭ, 2000.
5. Трансформация общества и проблемы управления /Сборник. Под. общ. ред. Баркова С.А. – М.: Новый ключ, 2012.
6. Суспицын С.А. Барометры социально-экономического положения регионов России // Российская академия наук, Сибирское отделение, Институт экономики и организации промышленного производства. Новосибирск, 2004.
7. Аверин А.Н. Социальная политика органов государственной власти субъектов Российской Федерации: Учебное пособие. – М.: Изд-во РАГС, 2008.
8. Берова Ф.Ж., Шогенова Б.А. Мониторинг существующих методик формирования социально-экономической политики // Вопросы экономики и права. 2015. № 88. С. 60-64.
9. Татаркин А.И., Романова О.А. Промышленная политика: генезис, региональные особенности и законодательное обеспечение // Экономика региона. 2014. № 2 (38). С. 9-21.
10. Третьякова Л.А. Рынок труда как главный элемент устойчивого регионального развития // Региональная экономика: теория и практика. 2015. № 36 (411). С. 2-15.
11. Степанов А.Б. Особенности формирования региональной социальной политики в отношении семей // Молодой ученый. 2018. № 1 (187). С. 94-96.
12. Социальная политика в муниципальных образованиях: Учебник / Под общ. ред. Н.А. Волгина, В.К. Егорова, С.В. Калашникова. – М.: Изд-во «Альфа-Пресс», 2006.
13. Соколов А.П., Субботина О.М. Концептуальные основы формирования устойчивой региональной политики // Сегодня и завтра Российской экономики. 2015. № 72. С. 37-43.
14. Первунин С.Н., Широкова Л.В. Звездичев Г.Ю., Формирование цифровой экономики: кластерный подход // Экономика и предпринимательство. 2018. № 2 (91). С. 200-206.
15. Мисаков В.С., Куянцев И.А., Казанчева Х.К., Дикинов А.Х., Кильчукова А.Л., Эфендиева А.А., Сабанчиев А.Х., Мисаков А.В., Абаев Р.М. Прогнозирование и оценка возможностей устойчивого развития проблемных регионов — Нальчик, 2015.
16. Social Policy / Ed. by J. Baldock, N. Manning, S. Miller, S. Viskerstaff. New York: Oxford University Press. 2006.
17. MISSOC – Social Protection in the Member States of the European Union, of the European Area and in the Switzerland. Luxemburg: Office for Official Publications of the European Communities, 2004.
18. Pierson C. Beyond the Welfare State? The New Political Economy of Welfare. Cambridge: Polity Press, 2006, Сh. 1-3, 5.
19. Social Security Pensions. Development and Reform. Geneva: International Labor Office, 2000.
20. Social Security Programs Troughout the World. Washington: Social Security Administration, 2002.
[1] Ускова Т.В. Социально-экономическое развитие территорий: проблемы эффективности региональной политики // Проблемы развития территории. 2016. № 2 (82). С. 7-18.
[2] Соколов А.П., Субботина О.М. Концептуальные основы формирования устойчивой региональной политики // Сегодня и завтра Российской экономики. 2015. № 72. С. 37-43.
[3] Первунин С.Н., Широкова Л.В. Звездичев Г.Ю., Формирование цифровой экономики: кластерный подход // Экономика и предпринимательство. 2018. № 2 (91). С. 200-206.
[4] Шимановская Я.В. Социальная политика на региональном уровне // Человеческий капитал. 2011. № 12 (36). С. 79-82.
[5] Соколов А.П., Субботина О.М. Концептуальные основы формирования устойчивой региональной политики // Сегодня и завтра Российской экономики. 2015. № 72. С. 37-43.
[6] Евсеева Л.А. Региональная социальная политика как инструмент развития социального государства в Российской Федерации // В сборнике: Перспективы развития региона: социально-экономические аспекты сборник материалов научно-практической конференции (с международным участием). 2015. С. 5-16.
[7] Закон Воронежской области: «О государственной социальной помощи в Воронежской области» от 25 июня 2012 года N 98-ОЗ
[8]Закон «О минимальных государственных социальных стандартах» от 08 февраля 2017 №209727-3
[9] Леонов С.Н. и Сидоренко О.В. «Селективная региональная политика как самостоятельный тип региональной политики государства», Государственное управление, Электронный вестник, Выпуск №28, 2011.
[10] Программа Социально-экономического развития Российской Федерации на среднесрочную перспективу (2017-2019 гг.). Распоряжение Правительства Российской Федерации 2017 г.
[11] Степанов А.Б. Особенности формирования региональной социальной политики в отношении семей // Молодой ученый. 2018. № 1 (187). С. 94-96.
[12] Ускова Т.В. Социально-экономическое развитие территорий: проблемы эффективности региональной политики // Проблемы развития территории. 2016. № 2 (82). С. 7-18.
[13] Татаркин А.И., Романова О.А. Промышленная политика: генезис, региональные особенности и законодательное обеспечение // Экономика региона. 2014. № 2 (38). С. 9-21.
[14] Социальная поддержка: уроки кризисов и векторы модернизации / Т.М. Малева, Л.Н. Овчарова, А.Я. Бурдяк, Н.В. Зубаревич, А.И. Пишняк, Д.О. Попова, О.В. Синявская / под ред. Т.М. Малевой, Л.Н. Овчаровой – М.: Издательство «Дело» РАНХ, 2010.
