Парень торопливо перебирал ногами по дорогому паркету, стараясь не создавать большого шума. Не хватало того, чтобы его заметили, и он налажал. Нет, такого не должно случиться.
Каждый раз от какого-либо шороха, он оглядывался по сторонам, его сердце стучало так быстро, что казалось, будто оно способно выпрыгнуть из грудной клетки.
Школа погрузилась в сон, создавая иллюзию спокойствия. Обычно тут толпы студентов, которые бегут кто куда. Подойдя к нужному кабинету, парень прочистил горло и постучал три раза.
Не получив ответа, он осторожно открыл дверь.
— Я полагаю, у тебя есть то, ради чего ты потревожил меня в столь позднее время? — мужчина закуривал сигару и расхаживал по своему кабинету. — Какие новости?
— С-сэр, я делаю все возможное, — парню не хватало воздуха из-за нервов. Эх, кажется, кому-то придется некоторе время принимать успокоительное, — но, думаю, я на верном пути, сэр, — уже более уверенно проговорил он.
— Я рад, я рад, — сказал мужчина, барабаня своими огромными пальцами по столу из красного дерева, — ты же знаешь, какая цена всей твоей работы, да? Надеюсь, ты не дашь деру, ты же ведь не из таких у нас, малыш? — мужчина поднял свой взгляд на человека, что стоял возле его стола.
— Я сделаю всё, о чем мы договаривались. Можете не переживать.
— Хорошо, тогда будь добр, покинь мой кабинет, — на этих словах мужчина докурит и жестом приказал своему собеседнику выйти.
Парень поклонился и вышел, закрыв дверь немного сильнее, чем хотелось.
***
Чанель проснулся с жуткой головной болью и ломотой во всем теле. Открыв глаза, он попытался вспомнить вчерашний день, а именно задание, на которое их с Чондэ отправили. Справились ли они? Или налажали по вине Пака?
Потянувшись, парень вновь бросил взгляд на пустующую кровать.
«Где же ты, Бэк? Мне так много необходимо у тебя спросить», — проговорил про себя Чанель.
Из мыслей его вывел телефонный звонок.
«Чондэ, отлично. Сейчас всё узнаю.»
— Друг, ты как? Готов к сегодняшнему экзамену?
— Какому экзамену? — Чанель, кажется, окончательно потерял остатки своей памяти.
— Сегодня каждая специальность сдает итоговый экзамен, на котором будут сформированы новые группы, ты что, забыл?
— Чондэ, точно! Мне кажется, что я схожу с ума. Спасибо, что напомнил. Кстати, Чондэ, — парень сделал паузу, — как прошло вчерашнее задание?
— А, ты об этом. Всё хорошо. Мы его не провалили, если ты этим интересуешься.
— Фу-ух, еще одной лажи я бы не пережил. Тем более, что я обещал директору выполнять каждое задание на 100%.
— Всё нормуль, милый. Давай поднимай свою аппетитную попку и дуй на тренировку. Увидимся там, пока.
Улыбнувшись самому себе, Чан отбросил телефон на кровать и отправился в душ. Боль болью, но тренировки никто не отменял. Тем более, он обязан сдержать обещание усердно учиться.
Стоя под струями воды, Чанель старался вспомнить вчерашнее задание. Как случилось так, что он ничего не помнит? Может, с дозой перебрал?
Он старался разложить все по полочкам, но ничего не выходило. Единственное, что отчетливо помнил брюнет — слова «Ты умрешь». Но парень решил не обращать на это особого внимания.
Закончив все свои водные процедуры и высушив волосы полотенцем, Чанел услышал какое-то копошение в комнате. Немного напрягаясь, он стал прислушиваться. Шум был отчетливым, а значит, ему не показалось.
— Бэк. Б-бэкхен? — Пак выбежал из ванны в одних боксерах, забыв обо всем. — Бэк, это ты? — еще раз переспросил парень.
Тишина.
— Бэк? — вопрос прозвучал более уверенно и даже немного… хм, грозно?
— О? Что ты тут делаешь, Сехун?
Парень пожал плечами и указал головой в сторону двери. Чанёль проследил за его действием, но так и не понял, к чему клонил младший.
— Мне сказали, что я теперь твой новый сосед, — немного хриплым голосом сказал Сэхун.
На самом деле, Чанёль никогда не слышал, как младший разговаривает. Все это время он думал, что тот вообще не имеет доступа к «функции» общения с окружающими людьми.
— Ты не рад меня видеть? Я могу сказать, чтобы мне дали другую комнату. Просто в нашем крыле ремонт.
— Все нормально, Се, — Чанель улыбнулся, показывая новому соседу, что эта ситуация его нисколечко не напрягает.
Ложь.
— Сегодня будет итоговый экзамен специальностей, ты готов? — Сехун снял майку, в которой находился несколько секунд назад и переоделся в черную, которая обтягивала его накаченное тело.
— Вроде. Не знаю. Будь, что будет. На тренировку идем? — Пак успел одеться и уже был готов к труду и обороне.
— Конечно, — проговорил Сехун, и они двое покинули комнату.
***
Тренировка прошла спокойно. Сегодня им показывали новые приемы, которые заставляют нейтрализовать противника всего одним ударом. Да, это ценная информация. И хоть многие думают, что это легко воспроизвести в действие, они глубоко ошибаются. Во-первых, нужно учитывать угол удара. Во-вторых, силу нанесения удара. И, в-третьих, место, куда нужно бить.
Поэтому сегодняшняя тренировка для многих учащихся школы оказалась очень познавательной, каждый узнал что-то новое для себя, а кто-то закрепил уже имеющиеся навыки.
— Милый, — пропел Чондэ, — мы должны выложиться сегодня на полную катушку. Чтобы у присутствующих рты упали до пола при виде наших способностей.
— Да-да, ты-то у нас точно повергнешь их всех в шок, Чондэ.
Чанель и его друг шли в сторону корпуса, чтобы поесть, набраться сил и переодеться в подобающую одежду.
«Галстук, белая рубашка, идеально отглаженный серый костюм?», — спросите вы. Нет. Не забывайте, что это не обычная школа, поэтому и одежда для каких-либо важных мероприятий тут тоже необычная.
Независимо от специальности, каждому ученику выдавали комплект одежды в черных тонах. Она включала в себя борцовку, штаны свободного кроя и кепку. Ах, да. Была еще такая же черная куртка. Ну, на случай непредвиденных погодных условий.
И Чанелю этот наряд определенно шел. В день, когда состоялся первый экзамен, после которого ученики выбирали специальность, никто не мог оторвать глаз от Пака. Даже парни и те пускали слюньки. Он был похож на мальчика «плохиша», который любит нарушать правила. А еще, если он ухмыльнется, то все упадут в обморок, жадно хватая ртом воздух.
Место, где будет проводиться итоговый экзамен, было за пределами школы.
Большое, по масштабам, здание в 4 этажа, в котором присутствовали секции, согласно определенной специализации.
На первом этаже вся площадь принадлежала ученикам, который специализировались на рукопашном бое.
Второй был занят учениками, чья специализация была химия, как у Чанеля.
Третий и четвертый этаж поделили специализации огнестрельного и взрывоопасного оружия. Их больше всего, поэтому они разделили два этажа.
Сегодняшнее мероприятие было ответственно еще и тем, что будут присутствовать важные шишки, которые, оценивая учеников, могут сделать вывод о их надобности в той или иной сфере.
Главным было не только получить за экзамен хорошую оценку, но и то, чтобы тебя заметили.
***
Ровно в 5 часов вечера около школы остановилось 4 автобуса, которые готовы были доставить всех учеников в нужное место.
— Эй, Чанель, — Чондэ, плюхнулся на сиденье рядом с Паком и достал из внутреннего кармана фляжку, затем потянул ее другу, — не желаешь расслабиться, крошка?
— Что? Ты совсем сдурел? — парню только этого не хватало. Он собирался с мыслями, потому что хотел выполнить всё сегодня идеально, а тут еще этот алкаш лезет. Ну, какого хера-то а?
— Еще немного и тебя придется кодировать, алкоголичка.
— Не алкоголичка, а дегустаторша хорошего алкоголя. Полегче на поворотах, ковбой. Я все равно не отдамся тебе даже будучи пьяным в говно.
— Принципиальная цыпочка? — ухмыльнулся Пак поправляя кепку.
— Считай меня принципиальной стервой. Сначала пара свиданий и хороший ужин за твой счет, а потом я подумаю. Так ты будешь?
— Нет, спасибо.
— Мое дело предложить, — сказал Чондэ и, сделав последний глоток, убрал фляжку назад во внутренний карман.
Дальше все ехали в тишине. Каждый прокручивал в голове возможные действия. Что сказать, что сделать, как ответить и так далее. Каждый переживал, потому что этот день был решающим для каждого.
В прошлом году некоторых учеников после такого же итогового экзамена отчислили с позором.
Когда автобусы приехали на место, все начали желать друг другу удачи и, следуя за высокими амбалами в черном, последовали на свой этаж.
Чанель сдавал своей экзамен на 2 этаже, поэтому он еще раз крикнул в след своим друзьям, Чондэ и Сехуну, пожелание на удачу и расстался с ними.
Очередь из многочисленных учеников заполнила все пространство второго этажа. Каждый был чем-то занят, каждый с ужасом смотрел на дверь, ожидая выхода человека, чтобы наброситься к нему с расспросами.
Многие выходили, поджав плечи, значит, провалились. А некоторые выбегали так радостно, что готовы были смести всех на своем пути.
Через одного человека настанет очередь для Пака. Он еще раз прокрутил в своей голове всю теорию, касательно своей специальности и повторил некоторые ответы, и, когда из двери послышалось «следующий», Чанель поправил кепку, которая была одета задом наперед и уверенно вошел внутрь.
Он оценил взглядом аудиторию. Она была не такая большая по размерам, как казалось в воображении. В центре были расставлены столы с различными ингредиентами, колбочками. Позади всей этой научной техники стоял большой прозрачный стол, за которым сидело шестеро мужчин. В центре стола был их директор школы. Так же тут присутствовали все учителя и наставники, которые помогали своим ученикам в этой непростой специальности.
— Здравствуйте, меня зовут Пак Чанель и моя специальность — синтезирование газа, — парень склонился в низком поклоне и последовал к столу, но тут его остановил директор.
— Хочу вам сказать всем присутствующим, что Чанель является одним из лучших учеников по своей специальности, он не только отлично выполняет все задания, на которые мы их посылаем, так еще он занялся индивидуальной работой. Которая, кстати, скоро будет закончена. Да, Чанель?
— Так точно.
Началось шептание и разговоры. Мужчины были очарованы не только самим Паком, но и его способностью держаться уверенно. На все вопросы, которые они задавали ему, он отвечал точно и по делу, даже что-то добавляя. Со стороны было видно, что он как рыба в воде и ему действительно нравится специальность, которую он выбрал.
Делая разные заметки у себя на листках, мужчины кивали, соглашаясь с каждым словом, сказанным парнем. После того, как со всеми вопросами было покончено, директор сказал Чанелю, что тот может идти, предварительно похвалив его за выступление.
Поклонившись, Пак отправился к выходу, но неожиданно, обратил внимание на худую фигуру, которая держалась в тени. Незнакомец был хорошо спрятан от других лиц, и никто не обращал на него внимание, но Чанель слишком хорошо знал эту ухмылку, чтобы с кем-то ее перепутать…
Примечания:
Я дико извеняюсь за такую задержку и за такую маленькую главу, но у автора кризис очередной. Не могу я писать экшн, к тому-же макси. Простите глупого автора. XD
Часть 17
Выйдя из кабинета, Чанёль снял кепку и вытер со лба выступающий пот. Неужели это был он? Но как он попал сюда? Это же невозможно. Может, все-таки обознался? И почему он держался в тени, словно призрак? Его будто, и правда, никто не видел и даже не подозревал, что, кроме них, в комнате есть еще кто-то. Но эта ухмылка…
Пак не мог перепутать этот оскал монстра с кем-то другим.
Не успел он сделать и пару шагов, на него тут же налетел Чондэ с радостными криками и начал обнимать парня и душить его в своих объятиях. Сэхун же держался немного поодаль, сохраняя привычную маску безмолвия и отрешенности.
— Мы сдали, цыпочка! Представляешь? Мы сдали! — Чондэ потер макушку Чанёля, чем вызвал недовольный взгляд в свою сторону, — а как насчет тебя? Ты же ведь не налажал? Ходят слухи, что на вашей специальности присутствовал сам директор, это правда?
— Да-да, это правда, и еще раз да, я не налажал. Только молю небеса, отпусти меня сейчас же! — парень поднял руки вверх, показывая свое недовольство.
— Что с тобой, Пак? — видя, как его друг нервно кусает нижнюю губу до крови, Чондэ краем глаза посмотрел на Сехуна, на что тот просто пожал плечами.
— У меня есть одно дело, сможете задержать автобусы, пока я его не решу? -поинтересовался Чанёль.
— Предлагаешь нам поднять на уши всё это здание? — Ким ехидно улыбнулся, а взгляд его был похож на взгляда маньяка, который удумал гениальный план, — еще спрашиваешь, Пак Чанёль. Уж будь уверен, что без тебя мы точно не уедем!
С этими словами ребята разошлись по разные стороны.
Еще в тот момент, когда их школьная делегация зашла в это здание, Чанёль сразу же стал осматриваться. Ну привычка выработалась такая, что же поделать?
Поэтому, вспомнив, что где-то между первым и вторым этажом есть запасной выход, он сразу же последовал к нему. Если человек, о котором думал Пак решит покинуть это место, то точно через запасной выход.
«ZAYDE WØLF (Guns 'N Roses Cover) — WELCOME TO THE JUNGLE»
Когда парень пришел на место, он нервно сжимал ладони в кулак.
«Вдруг я опоздал? Вдруг он уже ушел».
Мысли, которые появлялись в голове Пака одна за другой не давали ему покоя. Он стоял у запасного выхода и ждал, надеясь, что он успел. Но вдруг, в коридоре за дверью послышались быстрые шаги. Они были ели слышны. Тот, кто пытался сбежать был очень осторожным и, скорее всего, обычный человек бы просто не обратил внимание на этот еле уловимый звук. Но брюнет слишком хорошо знал, как ходит тот человек.
Это он. Точно он. Когда шаги стали еще отчетливее, сердце Пака исполняло чечетку, заставляя подпрыгивать все внутренние органы, которые находились в его грудной клетке. С чего бы это?
Когда дверная ручка опустилась, и дверь открылась, вышел парень в черной длинной толстовке, темных джинсах и черной кепке прикрытой капюшоном от той же толстовки. Точно такой же, которая была у всех студентов в школе. В его движениях не было неуверенности или страха, что Чанёль даже сначала подумал, что он зря сюда пришел, что это обычный студент, которого отшили с зачета.
Странно, что парень в капюшоне, оборачиваясь назад, не заметил Пака, которого, простите, нельзя не заметить. С его-то ростом. Да еще и сердце стучало на всю лестничную площадку, выдавая с потрохами.
Когда незнакомец подошел к двери, которая вела на улицу, Пак резким и точным движением схватил его запястье и резко развернул к себе лицом. И в этот самый момент между ними будто прошла грозовая молния.
У вас когда-нибудь было такое, что, вроде бы, и хочется что-то сказать, но вот ком в горле застрял, а мозг вообще отказывался управлять телом? Чанёль смотрел на человека сверху вниз и не смог проронить ни слова. В голове всплывали моменты прошедшей давности, отражаясь на лице разными эмоциями: вот они знакомятся, вот Бэкхён пытается наладить с ним контакт и бегает повсюду хвостиком, вот прожигают друг друга ненавистным взглядом и его слова «пожалуйста, Чанёль», после которых их уже и друзьями назвать нельзя.
Парни продолжали смотреть друг на друга, не решившись заговорить, но вдруг, неожиданно инициативу на себя взял тайный «гость» школы.
— Хорошо справился с экзаменом, Чанёль, — его голос дрожал, но он продолжил смотреть Паку прямо в глаза.
— С-спасибо, — единственное, что выдал тот, но потом продолжил, взяв себя в руки, — Бэк? Почему ты ушел тогда? Что ты делаешь сейчас тут? Что вообще происходит? Ты мне можешь все объяснить?
Вопросы сыпались, как деньги из копилки, звонко ударяя по мозгам.
— Слишком много вопросов, не находишь? — Бэк улыбнулся и убрал руку Чанёля со своего запястья, которая продолжала сжимать его все это время. — Я всегда делают то, что считаю нужным, не забывай. И сейчас мне правда нужно было это сделать. Ты все узнаешь, совсем скоро.
— Ты издеваешься?
Пак не мог поверить своим глазам, перед ним стоял Бэкхен. Настоящий Бэкхен, который так же улыбался, пряча внутри настоящего монстра. Хотя еще несколько минут назад он скалился в дикой ухмылке.
— Я рад, что ты справляешься со всем, Чанни. Но не забывай то, о чем я говорил тебе. Надвигается шторм. И тебе нужно будет сохранить трезвость ума, — после этих слов парень дернул дверную ручку и готов был уйти, но снова был остановлен резким движением. Но на этот раз, вместо обычного прожигания друг друга взглядами, парень был втянут в поцелуй. Резкий, быстрый, нервный, но чертовски возбуждающий.
Старший резким движением прижал Бёна к стенке, даже не замечая того, что тот сильно ударился затылком, углубил свой поцелуй.
Чанёль целовал так, будто хотел показать Бэку, как он скучал, взамен будто получая ответы на все свои вопросы. Немного покусывая нижнюю губу младшего, Чанёль запустил одну руку тому в волосы, слегка оттягивая их и тяжело вздыхая в поцелуй, когда Бэкхён вцепился в его майку своими тонкими пальчиками и прижал к себе еще ближе, стараясь впитать в себя тепло чужого тела. Младший немного дрожал и Пак не совсем понимал от чего именно, но сейчас его это мало интересовало. Он не хотел отпускать Бэкхёна. Сейчас он хотел просто развернуть этого паршивого мальчишку, спустить с него штаны и трахнуть так жестоко и грубо, что у того больше не возникало в голове идиотских идей про побег и разговоров загадками. Чтобы тот срывал голос на все здание так, что даже говорить не смог несколько недель всю эту бессмыслицу.
Пак продолжал целовать, удерживая руку парня в одной ладони, а другой исследовал горячими и грубыми пальцами его шею, грудь сквозь плотную ткань черной толстовки. Он уже хотел было залезть тому под нее, как Бён, немного отстранившись, хотел что-то ему сказать, но помутившийся от возбуждения разум не смог сгенерировать нормальное предложение, и Чанёль вновь вовлек его в страстный поцелуй.
Пока они стояли так вдвоем, мир будто остановился. И даже то, что они стоят на лестничной площадке, на которой (не дай Бог) в любой момент мог кто-нибудь выйти…
Так могло продолжаться бесконечно долгое время, но в коридоре вновь послышались шаги, поэтому Бэкхён, резко отпрянул от Чанёля и открыв дверь, словно пуля выбежал наружу, бросив на последок «не прощаемся, Пак Чанёль».
А Пак так и остался стоять, тупо пялясь на дверь и ощущая легкое покалывание на губах и дрожью по всему телу…
***
— Как вы посмели? Вы что, забыли, в какой школе находитесь? — женщина расхаживала из стороны в сторону. — Это уму не постижимо!
Подловив нужный момент, Чанёль проскользнул за ее спиной и забежал в автобус. Посмотрев в окно, он заметил Чондэ, который улыбаясь во все 32 зуба, продолжал выпускать язвительные фразочки в адрес этой дамы.
— Вы, мистер Ким Чондэ, получите строгий выговор от директора, когда мы придем в школу за то, что принесли с собой алкоголь.
— Да-да. Я могу идти? Вы продолжаете эту шарманку, а мне уже дико хочется спать, — и, послав разгневанной женщине воздушный поцелуй, забежал в автобус, уселся на сиденье рядом с паком.
— Что ты натворил? — поинтересовался Пак.
— Я просто решил повеселиться и предложил парням выпить, а эта грымза заметила, ну и начала орать, как потерпевшая. У меня до сих пор уши забиты от ее ора, но сейчас не об этом, — Чондэ развернулся к Чанёлю и вопросительным взглядом посмотрел на него, — ты же расскажешь, что за срочное дело у тебя было?
— Давай не сейчас, хорошо? Я расскажу, как приедем в школу.
***
На следующее утро, по пути в лабораторию, Чанель прокручивал в голове недавние события. Вчерашний день принес столько положительных эмоций, благодаря которым он уснул только под утро, вспоминая сладкий вкус губ Бэкхена и очень дискомфортным ощущением в пижамных штанах.
Войдя в лабораторию и поздоровавшись с наставником и его маленьким подопечным, Пак выслушал похвалу от взрослого мужчины по поводу его великолепной сдачи зачета, он сел за свое рабочее место и принялся доставать свои разработки. Но неожиданно над ним возникла фигура, которая светилась, как утреннее солнышко.
— Привет, — пропел парень.
— Привет, Ёнсон, — Чанёль одарил своего напарника такой же светлой улыбкой. Сегодня у него было отличное настроение, так что, почему бы не поделиться этим с окружающими? — Я надеюсь ты занимался все то время, пока меня не было?
— Конечно, хён. Я сделал все, о чем ты говорил.
Брюнет посмотрел на этого паренька и по телу будто прошелся разряд тока. «Хён»…
Именно так Бэкхён называл его, когда был под действием препарата.
«Ты ведь хочешь меня, хён?».
Пак потряс головой, чтобы эти воспоминания не лезли в голову и постарался сосредоточится на работе.
— Я планирую сегодня закончить свои доработки, — решительно проговорил Чанёль.
— О, правда? А можно я посижу с тобой и, так сказать, наберусь опыта? Мне правда очень интересно! — Ёнсон похлопал в ладоши, получив в ответ одобрительный кивок.
Парни сели за стол, предварительно облачившись в халат, маску и перчатки.
Чанёль пыхтел над своим «чадом», вкладывая в него душу и громко радовался, когда у него все получилось. Ёнсон же внимательно смотрел на старшего и делал записи о смешивании и реакции определенных препаратов. Пак казался ему настоящим мастером своего дела, и он хотел ровняться на него.
Двое лаборантов и не заметили, как приближался вечер. Сделав последние записи в своей тетради и убрав ее в шкаф под столом, Чанёль повернулся к Ёнсону и похлопал по плечу.
— Хорошая работа. На сегодня хватит. Думаю, завтра я смогу показать директору выполненную работу.
— Я так рад, хён. Ты усердно трудился!
Выходя из лаборатории, Пак немного потянулся, разминая затекшие мышцы и отправился к Чондэ. Ему требовалась разрядка. А этот парень хорошо умел расслабляться.
Брюнет не успел постучаться, как дверь перед его лицом распахнулась и из проема показался его друг.
— Совпадение? Не думаю, — проговорил он. — Я как раз собирался к тебе зайти.
— Чондэ, я закончил работу над новым препаратом.
— О-о-о, это определенно надо отметить, сладкий. У меня как раз есть то, что разогреет нашу кровь на сегодня, заходи, — парень жестом пригласил гостя внутрь.
Достав из «секретного шкафчика» бутылку мартини и пару бокалов со льдом, Чондэ поставил их на стол.
— Небось весь день пыхтел, да? — Чондэ уже разливал жидкость по бокалам и немного пританцовывал под музыку, что играла на фоне.
— Не то слово. Я даже не заметил, как пролетело время. И, кстати, с каких пор ты перешел на дамские напитки? А где любимый виски? — принимая наполненный бокал, проговорил старший.
— Создаю романтическую атмосферу.
Чанёль скептически посмотрел на бокал, а потом и на своего друга, после чего оба заливисто засмеялись.
— Ну, тогда за успешную работу? — послышался звон бокалов и жадные громкие глотки. Ох, кажется, эта ночка будет веселой.
— Кстати, — начал Чондэ, — ты так и не сказал мне, что послужило причиной для твоего внезапного исчезновения.
Полностью опустошив свой бокал и накладывая туда немного льда, Чанёль посмотрел на своего друга, думая, рассказать ли ему то, что произошло вчера. Но Чондэ же друг, а друзьям принято доверять и делиться секретами, ведь так?
— В общем, тут такое дело, вчера на сдаче экзамена я видел Бэкхёна.
— ЧТО? Как он туда проник и что он вообще там делал? — было ощущение, что челюсть его друга могла упасть до этого самого стола от шока.
— Но, нам не удалось с ним поговорить, — продолжил Пак — Я хотел его подловить где-нибудь, но у меня ничего не вышло.
«Ну вот, отлично, Пак Чанёль. Врешь собственному другу.»
Хотя, это же не совсем ложь. Он просто скрыл некоторые детали, которые ему не обязательно знать.
— А директор? Охрана? Неужели его не заметили? — Чондэ не успокаивался. Эта новость действительно шокировала его.
— Он был лучшим из всех, кто учится в этой школе. Ты же знаешь. Не удивительно, что его никто не заметил. Его навыки на высшем уровне.
— Это верно, но… все это очень странно. Зачем ему скрываться?
— Я тоже думал про это. Директор сказал, что он на задании. Тогда почему он просто не пришел в открытую в школу?
— Может, в этом и есть его задание? — спросил Ким, делая глоток из вновь налитого бокала.
Но не найдя лучшего ответа, Чанёль просто пожал плечами, продолжая пить мартини.
«Хотел бы я сам знать, как ему удалось проникнуть туда и, главное, зачем?», — проговорил про себя Пак.
Часть 18
Кабинет, которой несколькими часами ранее был в идеальном состоянии, превратился в разрушенную каморку. Тысячи бумаг валялись на полу, дорогой фарфор, который всегда радовал посетителей этого места крепкими напитками, был разбит на мелкие кусочки и разбросан по роскошному персидскому ковру.
— Как вы могли такое допустить, я спрашиваю вас: как? — мужчина, даже не переживающий о том, что на завтра его горло будет болеть так сильно, что он даже разговаривать не сможет, расхаживал по кабинету и продолжал отправлять всё, что ему попадется на пути, в кучу, — наверно, я допустил великую ошибку, приняв вас когда-то на работу, раз вы даже с жалким мальчишкой справиться не можете!
— Сэр, но мы… — начал было в ответ говорить молодой человек, за что получил сильную пощечину. Щека адски зудела, но тот не подавал виду. Продолжал стоять, покорно опустив голову вниз.
Если бы не едва слышный стук в дверь и некто, вошедший в ту секунду в кабинет, то могло случиться непоправимое.
— Вы просили меня зайти, Сэр, — начал парень.
Он огляделся по сторонам, его шестое чувство подсказывало, что ничем хорошим этот разговор не закончится.
— Пошли вон! Оставьте нас! Я завтра же потружусь, чтобы вас тут не было, — проорал мужчина и уселся на кожаный стул, вернее, то, что от него осталось.
— Ты, кажется не очень понимаешь смысл всего того, что я говорю тебе. Да, малыш?
— Я не совсем вас понимаю сейчас, Сэр
— Ну, что ж… Думаю, придется тебе объяснить, а вернее, напомнить условия нашей сделки.
Мужчина потянулся к столу и, открыв ящик, достал от туда желтую папку, театрально помахав ей перед лицом стоявшего возле него парня.
— Мне напомнить, что стоит на кону, сынок? Может, тогда ты прекратишь играть в детский сад, и наконец-то возьмешься за обговоренное нами дело?!
Парень молчал. Быстро вспоминая в голове то, о чем они договорились с этим человеком. Это настоящая сделка с Дьяволом, по другому не назвать никак. Всё, что окружает и окружало парня, в один момент может исчезнуть. Всё. До конца.
— Я правда делаю всё возможное. И да, я помню обо всем. Такие дела не делаются по щелчку пальцев, Сэр. Мне необходимо время, а вам терпение… и успокоительное, — добавил парень и, развернувшись, вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
***
Чанёль лежал у себя в комнате, погрузившись в музыку, что играла у него в наушниках. Приятная мелодия гитары и мужского голоса заставляла мысли крутиться пчелиным роем в голове, сменяя одну другой. Он думал про задания, на которых он был, вспоминал то, как он жил до того, как в их школу перевелся Бэкхён, его первое впечатление о пареньке, который был слишком молодой для их класса, а еще слишком странный. Как первый раз увидел Бэкхёна под действием препарата и их первый поцелуй. А еще первый секс в жизни Пака именно с этим пареньком. Именно тогда Чанёлю не казалось чем-то странным или неправильным, что на его члене прыгал маленький и хрупкий человек, к тому же мужского пола. Все было так, как должно было быть. А потом Бэкхён ушел. Ушел и оставил после себя огромную дыру в груди непонятного происхождения. Это не было любовью или влюбленностью. Это скорее походило на потребность. Потребность в Бэкхёне, который страдал раздвоением личности и убитой детской психикой. Но Чанёль нуждался в этом человеке. Бэкхён знал намного больше, чем Чанёль, и Пак очень хотел разобраться во всем.
Парень положил руку на лоб и прикрыл глаза, стараясь погрузиться в спасительную мелодию, но понимал, что нормально поспать ему сегодня не светит, как вдруг кровать слегка прогнулась от веса другого человека. Парень подумал, что это Сэхун, но О никогда бы не посмел такое сделать. Не в характере этого человека напрямую контактировать с людьми. Даже пусть и с соседом по комнате.
Не успел тот открыть глаза, как на его грудь легла до боли знакомая ладонь. Парень тут же встрепенулся и не поверил своим глазам. Перед ним сидел Бэкхён. На его лице было какое-то смятение и страх. В глазах читалась мольба, а губы были слегка приоткрыты, будто тот хотел что-то сказать.
— Бэк…
Чанёль снял наушники и принял сидячее положение, перехватывая тощее запястье и сжимая в своей грубой ладони.
— Чанни, все хорошо?
— Что? — не понял вопроса старший, продолжая смотреть в темные глаза бывшего соседа.
— Ты в порядке? Ты делаешь все, что я говорил?
Пак не понимал, что именно Бён делает тут и про что он говорит, но сейчас его это мало волновало. Не пожелав вести беседу, Чанёль просто подмял мальчишку под себя и принялся целовать. Именно так, как в прошлый раз. Он скучал по этому сводящему с ума вкусу чужих губ и худенькому телу в своих руках. Бэкхён же тихо постанывал от удовольствия в чужие губы и пытался перехватить инициативу на себя, но старший не давал это сделать. Он слишком скучал. Слишком хотел этого своевольного мальчугана, который всегда делает то, что вздумается. Запустив ладонь под чужую футболку, он изучал его тело, проходился по выпирающим ребрам и возбужденным бусинкам сосков, от чего Бэкхён лишь жалобно хныкал и поддавался чужим ласкам. Прекратив терзать губы, Пак принялся слегка покусывать и целовать нежную кожу шеи и ключиц, параллельно продолжая ласкать младшего рукой, но, как только Чанёль провел грубыми пальцами по тонкой полоске шрама на животе, немного затормозил, что не осталось не замеченным.
— Чанни, — начал младший, убирая чужую руку от своего тела, — давай просто полежим так?
Пак, немного подумав, кивнул головой и лег рядом, обнимая мальчишку за талию и вдыхая запах чужих волос.
— Я скучал, Чанёль…
Старший внимательно посмотрел на молодое лицо напротив и понял, что оно стало немного расплываться. Четкость терялась и становилось все труднее и труднее разглядеть эти темные глаза, а губы, что еще несколько минут назад горели от страстных поцелуев, теряли свой цвет и так же становились все менее четкими.
Вернуться к реальности ему помогла музыка, которая эхом отдавалась во все центры головного мозга, и не думая заканчиваться.
Чанёль лениво потер глаза и начал осматриваться. Он находился в своей комнате. Никакого Бэкхёна и в помине не было в его объятиях, а валялся он в позе морской звезды на своей кровати. Значит, это был сон. Единственное, что бесило Пака больше всего - человеческая способность видеть сны. К тому же такие реальные. Они заставляли человека погрузиться в мир, где находились люди, с которыми ты хотел бы быть в реальной жизни или делать то, что ты не можешь в реальности, но очень хочешь. А после того, как ты просыпаешься и понимаешь, что это всего лишь плод твоей фантазии, сразу наступает состояние депрессии. Ведь всегда трудно возвращаться в реальность после того, как побывал в лучшем мире.
Парень слишком сильно, как хотелось, кинул звонивший телефон в другой угол комнаты, создавая шум, который разбудил соседа.
Ах, да. Сосед. Закончилась одинокая холостяцкая жизнь.
Сэхун недовольно повернулся на другой бок и, с головой накрываясь одеялом, продолжил спать.
Еще вчера, перед тем, как прийти к своему другу Чондэ, Чанёль размышлял о том, как им встретиться с Бэкхёном и поговорить. Нормально поговорить, потому что это, в последнее время, им не удавалось сделать.
Идея расспросить о нем у кого-нибудь из руководителей школы отпала сразу же.
Чанёль не был так наивен и не верил в то, что те разложат ему всю информацию на тарелочке с голубой каемочкой. Поэтому оставалось одно: узнать все самому, а это, в свою очередь, означало, что придется проникнуть в кабинет директора и волшебным образом найти ответы на все вопросы, которые так терзают парня в последнее время.
Для осуществления этого «гениального плана» ему требовалась помощь. Надо же как-то отвлечь директора, чтобы тот покинул свои хоромы. Чондэ сегодня на задании, а просить кого-то другого заняться этим Чанёль не хотел. Лишний риск ему не нужен. Чондэ был единственным близким человеком для Пака, которому он мог довериться и попросить помощи.
Его взгляд упал на соседнюю кровать, и голова тут же начала рисовать картинки, как операция «найти Бэкхёна» проходит успешно.
— Эй, — начал он, потеребив при этом своего соседа за плечо, — у меня к тебе дело на миллион.
Чанёль простоял рядом с чужой кроватью несколько секунд, но О даже и не думал реагировать, продолжая размерено дышать.
— Ты там помер, что ли? — переспросил парень, но Сэхун не подавал никаких признаков жизни, поэтому Чанёлю в голову пришла идея, как проучить этого засранца.
Подняв с пола свой телефон, который, как ни странно, был цел после недавнего полета (не считая нескольких царапин на экране) и, отыскав в нем нужный файл, он с улыбкой на лице нажал «воспроизвести» и поднес динамик к уху своего соседа.
На всю комнату, но казалось, что на весь мир, заиграла громкая музыка, которая сию секунду заставила младшего подпрыгнуть с кровати.
— ТЫ ЧЕГО ТВОРИШЬ? — проорал О. Чанёль смотрел на него и не верил своим глазам, а еще и ушам, потому что этот тихий парень, который ни с кем не разговаривал, только что на него наорал, да с таким выражением лица, будто готов впечатать его в стенку.
— Э-э-э, успокойся. Я будил тебя, но ты не слышал, — пожал плечами Пак.
— И появилась необходимость подносить мне к уху эту неведомую хрень?
— Вообще-то это "Skrillex — Bangarang". Популярная вещь, кстати. Ну так что, ты поможешь мне?
— С чего ты взял, что я стану тебе помогать? Тут каждый сам за себя. То, что мы с тобой соседи, не значит, что мы будем общаться с тобой и уж тем более помогать друг другу.
Наступила тишина. Чанёль не ожидал такой реакции от парня, который всего за несколько минут сказал больше слов, чем за все учебные года в этой школе.
— А тебе самому не надоело? Быть в тени? Ты хотя бы знаешь, что тебя прозвали кирпичом потому, что твое лицо не выражает никаких эмоций? Знаешь ли ты, что люди думают, что ты немой или вообще умственно отсталый? Не хочешь ли исправить ситуацию?
Сэхун пристально посмотрел в глаза своего соседа, затем взяв с собой штаны с майкой, просто вышел из комнаты.
— Ну и вали! Справлюсь как-нибудь сам! Придурок! — прокричал вслед ушедшему парню Чанёль.
***
В обед, сидя за столом и впихивая в себя еду, Чанёль размышлял о том, как ему поступить. Один он точно не справится, а обратиться за помощью больше не к кому.
Он уже представлял о том, как перед ним раскрываются все карты. Как Бэкхён, не ожидая его увидеть, бросится в его большие руки и начнет страстно целовать, а потом… А потом Пак просто свернёт ему шею за то, что тот сбежал и ничего не сказал ему, оставив одного.
Чанёль терзался от смешанных чувств к этому мальчишке. С одной стороны, парень хотел придушить того за все его выходки и нелогичные поступки, которые Паку никак не удавалось понять. С другой стороны, ему было… жалко этого паренька? Наверное, так. Кто знает, что именно произошло у него в прошлом. Пак был уверен что все то, что рассказал ему младший — это далеко не все, что было на самом деле. И хотел ли он знать все — он не знал. Но иногда он действительно метался между тем, чтобы прижать к себе этого мальчика или оттрахать его до потери сознания, оставляя новые шрамы на маленьком тельце. От этих мыслей становилось жарко. Кто знает, в какие органы ещё проник вирус под названием «Бён Бэкхён»?
После обеда у младших учеников по расписанию был урок по стрельбе, в то время как сам Пак направлялся в лабораторию. Вяло шагая по светлым коридорам школы и не замечая никого вокруг, в Чанёля вдруг врезался парнишка лет двенадцати.
— П-простите, меня просили передать это вам, — произнес тот и испарился, будто бы его и не было тут.
Пак трясущимися руками развернул бумажку и, прочитав про себя строки, написанные корявым почерком, поднял свой взгляд и принялся оглядываться по сторонам. Встретившись взглядом с человеком, который смотрел на него и слегка улыбался, парень произнес одними губами «спасибо» и убрал бумажку, от которой зависел ход дальнейшей его жизни в карман.
Спасибо, О Сэхун.
Часть 19
Чанёль сидел за своим столом в лаборатории и внимательно показывал своему подопечному, как правильно и с чем нужно смешивать серу. Мальчишка все внимательно слушал и записывал, что говорил старший. Паку даже стало казаться это интересным. Внутри трепетала некая гордость за то, что на него хотят равняться и считают чуть ли не гением химии. Собственное самолюбие потешалось, а парень ликовал от такого внимания к себе. Давно он не чувствовал что-то подобного. Обычно, когда рядом находился Бэкхён или Чондэ с Сэхуном, Пак чувствовал себя немного ущемленным от того, что каждый из них выглядел очень круто в своем деле. Бэкхён вообще не знал равных по техникам. А вот Чанёль все время сидел в этом кабинете и что-то соображал, делал. Мало кто мог видеть процесс его работы, но многие восхищались тем, что он создавал. А сейчас есть хоть кто-то, кто с небывалым блеском в глазах наблюдает за ним и запоминает все то, что говорит парень.
Приятно.
— Я наслышан насчет газа, который ты сделал в последний раз. Как у тебя получилось, хён?
Мальчишка сидел, отложив ручку и блокнот подальше и сложив руки на столе, собираясь выслушать занимательную историю от старшего, как тот в поте лица сидел и выводил различные химические элементы, чтобы добиться нужного результата.
— На самом деле это пришло случайно, — начал Чанёль, внимательно разглядывая какой-то лист очередного растения под микроскопом. — Просто как-то вспомнил простую химию из средней школы. Что любая жидкость при испарении становится газом, и подумал: если она испаряется, то этот яд должен сохранять некие вещества. Если его соединить с чистым спиртом, скорость испарения которого выше любого другого вещества, может вполне что-то получится. Но концентрации яда при испарении было недостаточно, и я просто увеличил количество яда на один кубометр спирта. Процесс испарения стал медленнее, но я добился, чего хотел. Дело оставалось за малым.
— Ты гений, хён. Серьезно. Я бы никогда до такого не додумался.
— Все гениальное — просто.
Пак встал и, отложив прибор и сняв перчатки, потрепал мальчишку по волосам.
Если честно, Чанёль до сих пор не понимал, как все это у него вышло. Но это получилось, и он смог. Сейчас же все куда сложнее.
Чанёль потянулся, разминая затекшие мышцы, и принялся убирать всю утварь по своим местам, делая последние записи в своей тетради и убирая в верхний ящик своего стола, запирая тот на ключ. Ему поскорее хотелось оказаться у себя в комнате и поговорить с Сэхуном. Нужно было разработать план и проникнуть в кабинет директора. О в любом случае уже закончил свои занятия и уже нежился под душем или в кроватке. Душ. Как же Чанёль мечтал уже оказаться под такими приятными струями освежающий воды и вдыхать запах любимого геля для душа. После некоторого времени он уже и забыл, когда в последний раз мог расслабиться и побыть в одиночестве, чувствовать, как вода смывает с тебя усталость и весь суетливый день. Когда ты не о чем не думаешь, а просто наслаждаешься.
Парень прикрыл глаза и глубоко вдохнул, пытаясь физически ощутить это спокойствие и безмятежность в кафельной комнате.
— Хён, — послышалось за спиной и Пак чуть вздрогнул, выводимый из приятных размышлений. — Я посижу еще тут? Хочу сам кое-что попробовать сделать.
— Конечно. Только не забудь потом все закрыть и убрать за собой.
Чанёль снял халат и повесил на вешалку, подходя ближе к выходу.
— Не взорви тут ничего! — строгим голосом, в котором слышалась небольшая усмешка, крикнул он напоследок.
— Постараюсь.
Пак вышел, прикрывая за собой дверь, и направился в сторону своего общежития. Улица встретила его сильным ветром и неприятной моросью, от чего парень поежился, стараясь сильнее укутаться форменным пиджаком и, похлопав себя по карманам на наличие сигарет, быстрым шагом направился в привычное место.
Закурив и вдохнув едкий дым, он прислонился поближе к кирпичной стене, чтобы хоть как-то укрыться от косого дождя и устало потер переносицу. Справятся ли они с Сэхуном? Сможет ли он проникнуть в кабинет директора? И Чондэ как назло пропал куда-то. Что у него за задание такое, которое требует такого длительного отсутствия? Чанёль очень надеялся, что он не исчезнет как Бэкхён.
Поморщившись от очередного пронизывающего ветра, Пак выкинул недокуренную сигарету, которая уже почти насквозь промокла от дождя, поправил пиджак и уже собирался уходить, когда увидел О, стоящего под зонтом с ничего не выражающим выражением лица. Старший недоуменно на него посмотрел, но последовал за Сэхуном, который жестом показал следовать за ним.
— Что-то случилось? — грубым голосом спросил Пак, подходя ближе к младшему и становясь рядом с ним под зонт, но ответа не последовало. Парни просто шли по направлению к главному корпусу, и Чанёль искренне недоумевал, что именно задумал Сэхун. В голове этого мальчишки может твориться все, что угодно. Когда они уже стояли у входа в здание, Сэхун внимательно посмотрел на старшего и нахмурил брови, на что Чанёль лишь неловко сделал шаг назад и непонимающе посмотрел на парня. О тяжело вздохнул и опустил голову.
— Ты уверен, что тебе это нужно?
— Да! — твердо ответил Пак и посмотрел на двери здания. — Мне нужно… Нет, я должен!
— Хорошо.
О уже развернулся и направился в другую сторону, оставляя Пака в недоумении.
— Эй, куда ты?
Сэхун остановился и повернул лишь голову, внимательно разглядывая Пака.
— Спрячься. Как только я подам сигнал, у тебя будет минут 15, чтобы сделать все, что ты задумал.
На этих словах младший вновь направился в известном только ему направлении, оставляя Чанёля в полном недоумении.
Какой знак? Что происходит? Куда пошел Сэхун?
— Надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, мелкий, — прошипел Пак и твердым шагом направился в здание.
Он не знал, что именно должно было случится. Он не знал, какой именно сигнал подаст ему Сэхун и что вообще он задумал. Оставалось надеяться только на собственную реакцию и удачу. Она ему сейчас была нужна как никогда.
Пройдя мимо охраны, Чанёль направился на последний этаж и спрятался неподалеку от директорского кабинета, ожидая сам не зная чего. Прошло не менее десяти минут, но старшему показалось, что целая вечность. Он уже начал материть этого поганого мальчишку О Сэхуна за то, что тот не удосужился ничего объяснить. Хорошо, что они не в одной команде. Такого напарника Пак бы просто не вынес. Своевольный, наглый, молчаливый, надменный, с полным пренебрежением к другим людям. Он мог бы еще долго материть младшего на чем стоит свет, но тут услышал какие-то быстрые шаги и удар двери. Просидев в полном напряжении еще секунд тридцать, громкий стук двери и уже несколько пар ног бежали в сторону выхода.
— Ты уверен, что это О Сэхун?
— Уверен, Сэр.
Шаги стихли и Пак решительно выбрался из своего укрытия, внимательно оглядываясь по сторонам. Облегченно вздохнув, Чанёль открыл дверь в приемную директора и столкнулся с непредвиденной ситуацией. Как он мог забыть про секретаря?
— Эм… здравствуйте, — начал Чанёль, судорожно придумывая, что делать с этой ситуацией.
— Здравствуйте, Пак Чанёль. Вы к директору?
— Эм, да.
— Он сейчас вышел, но, думаю, вы можете подождать его в кабинете.
«Господи, слава богу. Как хорошо, что у директора такой тупой секретарь».
— Хорошо, спасибо.
Чанёль прошел в кабинет и легко прикрыл за собой дверь, несколько секунд прислушиваясь к звукам по ту сторону. Не услышав ничего, кроме стука по клавиатуре, парень быстрыми шагами направился к директорскому столу, принимаясь шарить по всем шкафам в поисках нужной информации.
У него ушло приличное количество времени, чтобы понять, что такие вещи не хранятся на видном месте, и он сел за стол директора, быстро двигая мышкой, чтобы вывести компьютер из спящего режима.
Быстрее, Чанёль, быстрее!
Нервно перещелкивая папки, Чанёль в итоге нашел нужную ему информацию и глаза расширялись все больше с каждым прочитанным обрывкам из досье. Отдернув себя, что времени почти нет, Чанёль достал телефон и принялся фотографировать экран компьютера, но услышав хлопок двери в приемной, он чуть не выронил агрегат из рук, быстро закрывая все вкладки и ставя компьютер в спящий режим, перемещая свое тело на стул напротив директорского стола.
— Пак Чанёль, — послышался сердитый голос мужчины, и парень весь сжался, чувствуя, что еще чуть-чуть и его просто стошнит от волнения.
— Да, сэр?
— Ты мне как раз нужен. Молодец, что зашел.
Мужчина прошел за свой стол и, слава богу, ничего не заметил, просто сев за свой стул и внимательно посмотрел на парня.
— У тебя новое задание.
— Сэр?
— Цель — особый человек. Этот не такой, как предыдущие дефектные. Он был одним из первых, кто проходил испытания препарата. Фактически — он идеальный боец, но решивший, что может безнаказанно своевольничать. Все документы и координаты по этому делу я выдам тебе позже. Задача — найти и убить. На этот раз тебе будет не просто, Чанёль. Поэтому подготовься хорошо и не забудь про препарат. Без него ты не справишься. Вопросы?
— Один, Сэр. Напарник?
— Твоим напарником будет Квон Джину. Он старше тебя, но так же осведомлен обо всем. Поэтому особых проблем у вас возникнуть не должно.
— А, что на счет Чондэ?
— Мистер Ким сейчас на задании, поэтому не сможет быть у тебя в напарниках. Если это все, то можешь идти.
— Хорошо, Сэр.
Чанёль уже подходил к двери, собираясь покинуть этот чертов кабинет, как вдруг директор его окликнул.
— Чанёль…
Пак на дрожащих ногах медленно повернулся, понимая, что, кажется, мужчина понял, что у него в кабинете проводили осмотр.
— Ты заходил за чем-то. Я совсем забыл. Что ты хотел?
— Просто хотел узнать, есть ли для меня новое задание. И узнать, как скоро вернется Ким Чондэ.
— Мм. Похвально. Ким вернется через пару дней. Не волнуйся за это. Если это все, то можешь идти.
Чанёль вежливо поклонился и вышел из кабинета, проходя мимо удивленного секретаря, и пытаясь спрятать улыбку, которая не предвещала ничего хорошего.
Часть 20
— Никогда никому не доверяй. Всегда полагайся только на себя. Никто тебе не поможет, когда ты будешь в этом нуждаться, и никто не поддержит тебя. Все люди, к которым ты привяжешься, рано или поздно оставят тебя и просто исчезнут из твоей жизни. Многие будут пытаться пользоваться тобой, но не позволяй им делать этого. Все они — не больше, чем кусок мяса, который просто сдохнет и сгниет, как и все остальное. Но ты должен жить. Жить и действовать. Поэтому просто доверяй мне и никому больше… Сэхун.
Парень поморщился от неприятных воспоминаний. Лужи неприятно хлюпали под ногами, а мокрые ноги уже изрядно успели потрепать нервы от неприятных ощущений. Почему он про это вспомнил именно сейчас?
Дойдя до нужного здания, парень немного затормозил, складывая мокрый зонт и поднимая голову вверх, ощущая, как настойчивые капли стекают по бледному лицу. Вдох-выдох и парень делает уверенный шаг, заходя в помещение. Коридор школы встретил его теплотой и светом, пряча от непогоды. Дойдя до нужного кабинета, парень с силой открывает дверь и входит внутрь, где все это время сидели несколько учителей и что-то бурно обсуждали. Раздавшийся шум привлек их внимание, заставляя повернуться на звук, с укором смотря на того, кто нарушил их беседу.
— О Сэхун, разве сейчас не время занятий?
Парень слегка кивнул, пряча глаза за мокрой челкой и смотря себе под ноги, сжимая кулаки до побеления костяшек.
— Тогда прошу тебя покинуть этот кабинет и вернуться к своему расписанию, — серьезно произнес один из учителей.
— Я не могу отсюда уйти, — тихо сказал парень.
— Что-то случилось? — спросила женщина, нутром чувствуя, что что-то не так.
— Да, вы тоже не сможете выйти отсюда.
— Что? Что ты себе позволяешь?
Парень, до этого спокойно стоявший и внимательно смотря на учителей, слегка дернулся, с улыбкой на лице доставая пистолет.
— Как ты пронес его сюда?
Сэхун только дернул головой, убирая с глаз мешающую челку.
— Этот пистолет сделан из специального пластика. Датчики, которые вы понатыкали в этой блядской школе, не могут засечь его. Это очень удобно, правда? Простите, но я правда не могу позволить вам выйти отсюда.
Один из учителей пытался проскользнуть мимо ученика, но О одним точным выстрелом попал ему прямо в ногу.
— Простите, я же сказал, что не могу позволить вам этого. Вы не умрете. Я не хочу, чтобы кто-то умирал. Мне вообще вся эта хуйня надоела. Надоело убивать, надоело подчиняться и притворяться послушным. Эта школа и вы все просто сидите у меня в печенках.
Парень стоял и внимательно наблюдал за тем, как мужчина хватается за простреленную ногу и корчится от боли.
— Что, вы даже не хотите помочь ему? Так боитесь за свои никчемные жизни? Точно как овцы. Вместе вроде все отлично, но как только одному угрожает опасность, то вы все сидите будто ни при чем, даже не пытаясь помочь своему соратнику. Какого это, понимать, что всего один мальчишка из средних классов может застрелить вас тут всех в течении одной минуты? Неприятно, правда?
— Сэхун, зачем ты это делаешь все? — женщина нервно взвизгнула — явно не понимала такого кардинального изменения в поведении своего ученика.
Парень поморщился, как будто увидел что-то очень противное.
— Учитель Со, вы когда-нибудь задумывались над тем, кто учится в этой школе? Задумывался хоть кто-то из вас, что вообще происходит тут? Мне это все просто надоело. Я устал. Устал от всего, что происходит тут. Устал наблюдать за всеми и знать все. Это убивает меня.
За дверью послышались шаги, а после парень только почувствовал тупую боль в спине, от чего ноги подкосились, и он упал на колени.
— Подлый мальчишка. Как ты вообще смеешь поднимать руки на тех, кто тебя воспитал?
Голос директора неприятно забирался в черепную коробку, но Сэхун продолжал ухмыляться, даже когда ему связали руки за спиной, предварительно скрутив и изъяв пистолет.
— На три дня в подвал, — грубым голосом приказал директор, а после последовал сильный удар по голове и темнота.
Я надеюсь, что ты успел, гребаный Пак Чанёль.
***
Придя в свою комнату, Чанёль обессиленно рухнул на свою кровать, закрывая лицо руками. Только сейчас он понял, как его всего трясло. Первый раз в жизни он делал что-то такое. С каких пор Чанёль превратился из примерного ученика в анархиста, не подчиняющегося правилам? Прошло всего несколько месяцев, но Пак был уверен, что в школе за это время изменилось слишком многое. Хотя, возможно, дело в самом Чанёле.
Грядет буря, которая унесет за собой не одну жизнь. И как скоро она нагрянет, никто не знал. Оставалось ждать и надеяться на то, что она принесет минимум жертв.
Немного отойдя от того, что недавно произошло, он принял сидячее положение, снял пиджак, небрежно бросив его на рядом стоящий стул, и вытащил из кармана телефон, на котором были все важные для него сведения. Листая фотографии, его начинало лихорадить, а мозг совершенно отказывался работать.
— Это же… невозможно, верно? Нет, это какая-то ошибка, — повторял он, каждый раз перечитывая информацию. — Бред какой-то.
Чанёль отбросил аппарат куда-то в сторону и резко встал с кровати, начиная ходить по комнате из угла в угол. Он не находил себе места и с трудом переваривал ту информацию, которую сам же пытался узнать. А теперь думал, как же такое вообще может быть. Если верить этим документам, то Бэкхён был одним из первых в лаборатории, на ком испробовали NZ. Действие препарата было непредсказуемым и парень провел в коме какое-то время, а после того, как пришел в себя, его мозг уже работал иначе. Часть информации Чанёль знал из рассказов самого Бёна, но то, что было написано дальше, просто выбило почву из-под ног. Напротив графы с фамилией тех, кто был ответственный за препарат, стояли имена его родителей. Такое просто не может быть. Может, просто страшное совпадение? Ведь его родители, на сколько он помнит, никаким образом не относились хоть к каким-то проектам. Они были обычными людьми, любящими родителями, но никак не ведущими химиками этой страны. Это просто невозможно.
Парень взъерошил волосы на голове, шипя от раздираемых чувств, а потом вернулся обратно на кровать, вновь возвращаясь к чтению.
«Информация по наблюдению за номером двадцать три. День третий: неуравновешенное поведение — одна из первых проблем, с которой мы столкнулись, наблюдая за номером двадцать три. Слишком быстро меняющееся настроение, нестабильное давление, беспричинные вспышки агрессии. Организм перестал воспринимать полезные вещества, поступающие в организм».
Чанёль нервно вытер вспотевший лоб ладонью, перелистывая фотографию и судорожно бегая глазами по отчету его родителей.
«День шестой: организм номера двадцать три стал отвергать препарат, пытаясь вывести его из организма всеми доступными ему способами. Быстрая потеря веса. Наблюдаются частые головные боли и судороги».
«День десятый: тело номера двадцать три слишком ослабло. У подопечного начали наблюдаться первые признаки шизофрении. Нижние конечности оказались парализованными. Мозг номера двадцать три не способен вынести слишком большой нагрузки.
Диагноз: Смерть.
В результате наблюдения было поставлено, что препарат NZ не пригоден для испытания на людях. Незавершенный препарат подлежит утилизации».
— Это невозможно, — прохрипел парень резко севшим голосом.
Что случилось тогда? Ведь Бэкхён жив и находится в более-менее нормальном состоянии. Не считая агрессии и шизофрении, у мальчишки не наблюдалось ничего из того, что было написано в рапорте. По какой причине парень, что числится мертвым, сейчас вполне живой и здоровый?
Пак думал, что как только он найдет хоть какую-то информацию по младшему, помимо той, что говорил он сам, все станет куда проще и понятнее, а на деле все оказалось еще хуже. Сейчас Чанёль не понимал ровным счетом ничего. Если у Бэкхёна от этого препарата действительно были такие симптомы, то почему у старшего они не наблюдались? Хотя, может, дело в том, что после того, как он согласился на испытания с препаратом, он не помнит совершенно ничего? И даже такие моменты, когда он сам вводил себе препарат в условленном с директором количестве, он не помнит. Только когда Бэкхён велел ему уменьшить дозу и перерыв между уколами — он стал соображать, что творит.
Парень скептически покосился на свой шкаф, где хранились остатки препарата и сильно нахмурился. Голова начала болеть от непрерывного потока мыслей и, казалось, еще чуть-чуть и она просто взорвется.
Больший вопрос вызывал даже не столько воскресший из мертвых парень, а его родители, которые относятся к этому дерьму. Столько раз он сталкивался с фразами о его матери от разных ублюдков, которые попадались ему на пути в последние несколько месяцев. Он до последнего надеялся, что это все просто какой-то бред и его семья тут совершенно ни при чем. Да и какая кому разница, чей он сын? Он попал в эту школу, будучи еще ребенком. Провел тут большую часть своей жизни. Жил, учился и все было относительно спокойно. А тут выясняется такое, и Пак в полном замешательстве.
— Может, это все же ошибка? Мало ли совпадений в жизни бывает? — утешал себя парень, поднимаясь с кровати и направляясь в душ на негнущихся ногах. — И где, черт возьми, носит Сэхуна и Чондэ?
***
Сэхун сидел в комнате, находящейся глубоко под зданием школы. Сюда редко кого-то отправляли, и такое помещение было оборудовано скорее в качестве устрашения, чем для реального пользования. Но все же бывали случаи, когда тут оказывался максимум один человек. Несколько дней в комнате, напоминающей палату психиатрической больницы, дают время подумать о своем поведении. А недостаток кислорода заставлял голову разрываться в панике. Но Сэхун спокойно сидел на кушетке, отдаленно напоминающей кровать и смотрел куда-то в одну точку. В голове не было ни единой мысли. Совершенный штиль. Даже как-то странно. Обычно парень очень много думал по тому, что видел и услышал где-то, но сейчас… ничего. Пустота, которая охватила и голову, и тело. О до сих пор не совсем понимал, почему именно согласился помогать Паку, но что-то в этом парне было такое, от чего хотелось это сделать. Возможно, Сэхуну, и правда, надоело находиться в тени, а может, и просто все надоело. Надоели эти стены, рожи, которые он видел изо дня в день. Пустые, ничего не выражающие лица, от которых тянуло блевать, а потом подойти, врезать как следует и заорать во все горло: «Эй, ты слышишь меня вообще? Осталось ли в тебе хоть что-то, отдаленно напоминающее разум?». Но О просто послушно сидел и наблюдал.
Парень меланхолично перевел взгляд к двери, со стороны которой послышался какой-то шум и звук открывающегося замка. К нему зашла девушка в форме и принесла поднос с едой, от вида которой у Сэхуна скривилось лицо, и он вновь отвернулся к стене, в которую минуту назад бездумно пялился. Девушка поставила поднос на небольшой железный стол и вышла, напоследок бросив странный взгляд на ученика, закрывая за собой дверь. О не знал, сколько времени прошло после этого. Суп в тарелке уже перестал дымиться, а по ту сторону двери послышался очередной шум, но на этот раз дверь открылась не в его комнату. Сэхун покосился и неспешно встал со своего места, подходя ближе к двери и заглядывая в небольшое стеклянное окошко. Слышно было плохо, но парень пытался как можно точнее разобрать то, что творилось по ту сторону.
— Ты подумал? — раздался низкий мужской голос.
— Да.
— Ты понял?
— Да, Сэр.
— Тогда вперед.
Голос второго казался до боли знакомым, но из-за звукоизоляции голоса чуть искажались. Не успел Сэхун отойти от двери, как мимо него прошел директор с ничего не выражающим лицом, а за ним и Чондэ, вид у которого был, мягко говоря, не особо веселым.
Глаза О расширились. Тот явно не понимал, что именно Ким делает тут и что вообще происходит, но отскочил от двери прежде, чем парень его заметил.
Часть 21
Глава написана под 3 Doors Down—Here without You Baby
Я буду наблюдать за тобой. За каждым твоим движением, за каждой фальшивой улыбкой. Я буду наблюдать за тобой…
Капли дождя тарабанили в окно, подгоняемые порывистым ветром, который задувал в комнату общежития во все доступные лазейки. Не спасало ни занавешенные шторы, ни теплое одеяло, поэтому Пак просто посильнее укутался и попытался заснуть. Сэхун так и не появился, а мысли про то, что он прочитал несколькими часами ранее, никуда не хотели уходить. Первый раз за много лет Чанёль почувствовал, как ему одиноко. До этого он никогда не задумывался о таком. Всегда он был чем-то занят, а после прихода Бэкхёна его жизнь вообще стала сплошным каламбуром. Каждый новый день и каждый новый сюрприз заставляли кровь кипеть. Потом Бён исчез, и на его место пришел Сэхун. Пусть в жизни Чанёля стало куда меньше сумасшествия, но все же кто-то находился в комнате. Раньше он вполне спокойно жил один и его это несказанно радовало, но теперь что-то изменилось. Он больше не мог спокойно спать, не мог находиться долго в этих четырех стенах. Даже любимые книги и энциклопедии стали скучными. Организму нужен был драйв, встряска, а где его взять, кроме как очередного задания или дозы препарата — парень не знал. Чанёль устремил свой взгляд на тумбу, что стояла у кровати и нахмурился. Сколько времени прошло с последнего приема NZ? Не так много, чтобы совсем о нем забыть, но все же его тяга к препарату стала куда притуплённой, чем до этого. В голове появилась мысль, что пора бы просто забить на все, втянуть дозу препарата и пойти делать то, к чему его готовили столько времени, но вместо этого Чанёль сильно зажмурился и еще больше укутался в одеяло, прогоняя мысли прочь. Еще будет время. Не сейчас.
На утро Чанёль проснулся с дикой головной болью. Все тело затекло, а правую ногу слегка сводило. В голове все еще вертелись отрывки из сна с участием его родителей, школы и некоторых знакомых, которые постепенно стирались из памяти. Все превращалось в какую-то непонятную кашу и, как бы Чанёль не пытался разложить сон по полочкам, все становилось только хуже. Хмуря брови и прикрывая сонные глаза, он не спеша прошел ванную и, подтягивая по пути задравшуюся серую майку и выкрутив кран с холодной водой, встал под ледяные струи, надеясь, что хоть немного проснется. Вода стекала по разгоряченному после недолгого сна телу, унося с собой все мысли и оставляя только пустоту в голове. Звенящая и холодная, она окутывала и расслабляла, а запах любимого геля для душа даже немного поднимал настроение, хотя еще несколько минут назад это казалось невозможным.
Немного придя в себя, Чанёль вылез из-под душа, насухо вытерся свежим полотенцем, надел школьную форму, перекидывая через плечи влажное полотенце, и вышел из душной ванны, направляясь к своему столу и складывая в рюкзак нужные предметы для учебы. Кинув взгляд на постель своего соседа, он нахмурился. Теперь и этот пропал. Может, Пак проклят? Просто это единственное объяснение тому, почему все, с кем он общается, исчезают на долгое время. Или он имеет отвратительный характер, что никто с ним не уживается. Нет, последний вариант точно отпадает. Бэкхён ведь ушел по серьезной причине, а Сэхун… С ним явно не то же самое, что и с Бэкхёном или Чондэ. Он ведь помог ему вчера и сделал явно что-то такое, из-за чего сейчас отсутствует. Стоило предположить, куда его отправили, если поймали. Наверное, для такого парня, как О было странно находится в подобном месте. Всегда примерный и тихий парень. Что же он учудил такого? Навряд ли его закрывали в подвали за то, что он курил в туалете. Хотя Пак бы совершенно не удивился такому исходу.
— Да чтоб вас всех… — процедил тот сквозь зубы и громко хлопнул дверью при выходе из комнаты.
Уже подходя к знакомому месту и запуская руку в карман, чтобы достать пачку сигарет, Чанёль увидел приближающуюся знакомую фигуру.
— Привет, родной, — Чондэ привычно приветливо улыбался и щурил хитрые глазки, — скучал?
— Безумно, — ответил Пак и первый раз говорил это без сарказма. Он правда соскучился по этому неугомонному пареньку. — Расскажешь, где ты был?
— Конечно! Обзавидуешься просто. Только давай сначала сходим в столовку и пожрем, а? Я такой голодный, что готов сожрать все, что можно, — жаловался младший, нетерпеливо прыгая на месте и переступая с ноги на ногу. Было видно, что у парня хорошее настроение, и Чанёлю самому стало немного теплее на душе. Чондэ всегда мог заставить улыбаться любого человека. Это была его отличительная черта и старший уважал его за это.
— Хорошо, только я сначала покурю, не против?
Чондэ лишь с укором на него посмотрел и цокнул языком, но кивнул, начиная рассказ о том, что Паку пора завязывать с этим, а то погубит свое здоровье и умрет молодым.
Чанёль достал из пачки одну сигарету и прикурил ее, вдыхая привычный дым табака и смотря куда-то в небо, которое затягивали тучи. С их профессией вообще будет трудно дожить до старости. Разве что ты спрячешься куда-нибудь от всевидящего директора или ищеек. Тебя или убьют на задании твои враги, или ты сдохнешь от рук соратников, которых пошлют за тобой, если ты надумаешь сбежать. Ведь то, что они делают, пожизненно. Ты никогда не сможешь уйти, сбежать, расторгнуть контракт или еще что-то. Тебя найдут и убьют, как предателя.
— Того и гляди пойдет дождь.
Чондэ проследил за
