В конце концов, около 6 часов вечера, когда до станции оставалось всего около мили, мы обнаружили, что больше не способны продвигаться вперед. Мы знали, что безопасная бухта была прямо перед нами, но, из-за того что лед стал таким толстым, капитан сказал, что нам придется развернуться и возвращаться назад, до того как поднимется ветер.
Возвращаться? Но мы были так близко! Настолько близко, что могли увидеть станцию на другой стороне острова! Всего в полумиле впереди нас другое парусное судно брало право руля, что приводило его к подветренной стороне маленького острова, на котором находилась станция - стороне, свободной ото льда. Своими глазами мы могли видеть, как другое судно входит в безопасную бухту, и, тем не менее, мы не могли попасть туда сами!
Из-за того что мы не могли сдать назад, мы использовали маленькие трещины в паковом льду, для того чтобы развернуться. Это был приводящий в уныние, мучительно медленный процесс, но постепенно мы смогли развернуться и начали двигаться снова на север через паковый лед, медленно расталкивая небольшие айсберги, которые уходили на глубину 5~10 футов с каждой стороны.
В 10 часов вечера, все еще при дневном освещении, потому что солнце не заходит во время антарктического лета, ветер стал нарастать все сильнее, в конце концов, достигнув, по показаниям анемометра, скорости в 50 узлов. Лед и мокрый снег сыпались сбоку, и видимость упала до 100 ярдов. Хотя, в конце концов, мы вырвались из пакового льда, но теперь были окружены гигантскими айсбергами, сражаясь только за то, чтобы снова вернуться в безопасную бухту.
Мы находились в эпицентре штормового ветра, пытаясь продвинуться на север в попытке достичь безопасности, и было только два места на расстоянии 40 миль, где мы могли предположить, что сможем пришвартоваться. В итоге, мы снова дотянули до бухты в Порту Шарко. Тем не менее, невозможно было просто бросить якорь, из-за того что без предупреждения мог смениться ветер и сдвинуться лед, что вызвало бы сильное кружение судна и возможность сесть на мель. Поэтому мы были вынуждены пришвартоваться, спустив 12-футовую резиновую шлюпку, а затем протянуть к берегу 4 троса (от носа, кормы, левого и правого борта), и все это посреди ледяной бури.
К тому моменту, когда мы пришвартовали шхуну, ветер сменился, и айсберги высотой от 10 до 20 футов начали двигаться в небольшой залив, угрожая раздавить наше судно.
Один айсберг в итоге прибился к нашему корпусу, что вынудило нас использовать шлюпку с мотором, чтобы оттащить наше судно с опасного пути, потому что, как я уже сказал, мы не могли использовать задний ход из-за льда. В одно мгновение, из-за моментальной перемены обстоятельств, то, что казалось безопасной гаванью, стало смертельно опасной ловушкой, угрожавшей уничтожить нас. Но гавань выглядела такой безопасной, такой гостеприимной! И, кроме того, до этого мы стояли там два дня, и в то время она была безопасной. Но все зависело от того, с какой стороны дул ветер и как он влиял на накапливание пакового льда в заливе.
Мы два часа сражались, чтобы выбраться из этой ледяной ловушки, и, в конце концов, пробились назад в открытый залив. Айсберги были повсюду, ветер дул со скоростью 50 узлов, и мы недоумевали, куда отправимся теперь, посреди этой ледяной бури. Капитан сказал, что нашим единственным шансом было направиться в порт Локрой, находившийся в 20 милях к северу, если только мы сможем сделать это, не натолкнувшись на айсберг. Наша лодка была оборудована радаром, но снежная буря сильно искажала точность показаний радара. Каждому из нас пришлось лицом к лицу столкнуться с нашими страхами, в то время как мы с боем прорывались через 20 миль бушующих ветров и ледяного дождя, обрушивавшихся на нас с боку. Каждые несколько минут кому-то приходилось бежать на переднюю палубу и опрокидывать ведро воды на ветровое стекло, из-за того что мы едва могли видеть через замерзший и превратившийся в кусок льда плексиглас.
Я никогда не смогу описать вам ту радость и свободу, которую мы ощутили, после того как с утра до полуночи в борьбе, прокладывая себе путь через паковый лед, штормовые ветра и пургу, проходя на расстоянии фута от айсбергов и пробираясь через узкий канал Ньюмайера, наконец, вошли в порт Локрой, безусловно являющийся самым прекрасным местом на земле! Когда мы поворачивали в начале канала, внезапно появилось солнце и повсюду вокруг нас, на 360 градусов, открылись горы высотой 5000 футов, покрытые снегом и с ледниками в каждой долине! Внутри небольшой бухты в порту Локрой было абсолютно спокойно, из-за того что горы блокировали почти все ветра. Снаружи были неистовство и опасность шторма, а внутри все было мирно и спокойно в этой маленькой безопасной гавани, которая более 100 лет спасала жизни многих китобоев и других моряков.
