Настоящее-будущее совершенное 4 страница

Будущее несовершенное единичного конкретного действия. «Будущее конкретное» в це­лом параллельно конкретному прошедшему и актуаль­ному настоящему в том отношении, что и здесь представ­лено сочетание аспектуально-темпорального признака временной локализованности действия с признаком чисто темпоральным (в данном случае — отнесенностью дейст­вия к будущему), причем несовершенный вид выступает в конкретно-процессном и постоянно-непрерывном зна­чениях. Однако отнесенность действия к будущему накла­дывает особый отпечаток на проявление значения конк­ретности. Если прошедшее конкретное основано на вос­произведении действия, бывшего когда-то актуальным, то конкретное будущее не базируется на таком основа­нии: обозначается действие, которого еще нет. Поэтому процессность во многих случаях оказывается ослаблен­ной или совсем отсутствует.

Начнем с ярко выраженной, подчеркнутой процессности. Например: Я знал, что через минуту увижу его [эти слова подготавливают к восприятию последующего действия в процессе его протекания]: он будет идти по двору, а потом по переулку, и до тех пор, пока не перей­дет на другую сторону мостовой [процессность подчерки­вается указанием на этапы действия и на его предел] (Амлинский. Тучи над городом встали). Глагол по самому своему лексическому значению может быть пред­расположен к выражению конкретного процесса. Так, в лексическом значении глагола разглядывать содержит­ся (в потенции) элемент тщательности, доскональности, длительности; в значении глагола узнавать заложена по­тенциальная возможность передачи постепенности про­цесса узнавания; глагол карабкаться обозначает конк­ретное физическое действие, связанное с преодолением трудностей, — такое действие легко может быть представ­лено в процессе его протекания; глагол наслаждаться за­ключает в себе потенциальную возможность выражения длительного погружения в данное действие. Например: ...Если бы он знал, что через шестьдесят лет мы будем разглядывать все это — ни за что бы не стал собирать (Казаков. Проклятый север); Мне ведь нужны секунды. Глаза ее нужны, когда узнавать будет (Солоухин. Свидание в Вязниках); Мне показалось, что если я... побегу, а потом буду карабкаться и вдруг не догоню машину или не сумею в нее забраться, и сорвусь, и упаду в снег, то уж, значит, и не встану (Солоухин. Каравай заварного хлеба); [ Тропачев ]. Мы пока вот с этим смертным будем наслаждаться красотами природы... (Тургенев. Нахлебник).

Обратимся теперь к случаям, в которых выражается конкретное действие в будущем, но процесс развертыва­ния этого действия не подчеркивается. Ослабление и да­же полное отсутствие процессности, с одной стороны, вы­текает из особенностей лексического значения глаголов, а с другой — из отнесенности действия к будущему: ког­да действие еще не осуществилось, во многих случаях нет необходимости в выражении и подчеркивании самого процесса его протекания. Например: [ Зоя ]. Послушайте, я на вас буду мужу жаловаться (А. Островский. Красавец-мужчина). Глагол жаловаться нейтрален, без­различен к значению процессности. Это значение может быть подчеркнуто (ср. в прошедшем времени: Он слышал, как она долго и громко жаловалась),но достигается это средствами окружающего контекста. В нашем приме­ре с формой будущего несовершенного таких средств нет, и они неуместны в данном высказывании. «Непроцессность» конкретного действия определяется как лек­сическим значением глагола, так и целью употребления формы будущего несовершенного, заключающейся не в изображении действия, а в простом указании на него. Другие примеры: Ну вот что, я не с вами рядился, а с ва­шими родителями. И разговаривать я буду с ними (Солоухин. Владимирские проселки); Чем будете закусывать? (Федин. Первые радости).

B следующих примерах представлено будущее время постоянного действия, аналогичное про­шедшему постоянному: Все умрут, мамочка, на Острове, все, все, все; а я всё буду жить здесь (Леcков. Остро­витяне). В этом примере существенно, с одной стороны, лексическое значение глагола, обозначающего длитель­ное и непрерывное действие, а с другой — наречие всё, подчеркивающее его протяженность. Роль лексического значения глагола в выражении «будущего постоянного» наглядно проявляется в следующем примере, где упо­треблен глагол свисать, обозначающий длительное нику­да не направленное и ни к чему не стремящееся пребы­вание в определенном состоянии: Потом они [сережки] сделаются золотыми, большими и все тяжело повиснут среди коричневых ветвей... Будут параллельными штри­хами свисать вниз тяжелые золотые сережки (Солоухин. На лыжне).

Будущее несовершенное повторяющего­ся и обычного действия. Такое будущее аналогич­но прошедшему несовершенному в той же функции. По­этому можно ограничиться примерами: Теперь каждую неделю буду писать тебе... (Лидин. Морозная стежка); И теперь каждый день мы будем смот­реть на танки! (Шефнер. Людская единица). Если в приведенных отрывках повторяемость действия обозна­чается прежде всего обстоятельствами, то в следующих примерах в выражении данного значения существенную роль играет сам глагол: Я не знал, где и чем пообедаю уже сегодня, где и как проведу ночь. Будут попадать­ся неведомые деревни, но ведь никто не ждет меня там... (Солоухин. Владимирские проселки); Там сад какой! Большущий. Я к тебе за черешнями теперь буду при­ходить! (Беляев. Старая крепос ть); Мы новых мест не боимся. Солнышко и туда будет заглядывать... (Пришвин. Осударева дорога). Лексическое значение глагола в этих случаях таково, что действие не восприни­мается как развертывающийся конкретный процесс. Та­кие действия могут быть представлены или как повто­ряющиеся, или безотносительно к их повторяемости/неповторяемости — как обобщенные факты. В приведенных выше примерах контекст не содержит таких элементов, которые указывали бы на обобщенно-фактическое зна­чение; этого достаточно для того, чтобы действия воспри­нимались как повторяющиеся.

Будущее несовершенное обобщенного факта. Выражение обобщенно-фактического значения в плане будущего времени наблюдается в следующих основных разновидностях контекста.

В контексте, где представлен вопрос о том, будет ли производиться действие, внимание сосредоточено не на том или ином характере действия, а на самом факте — будет оно или нет. Отсюда логическое ударение на вспомогательном глаголе (более сильное при его постпози­ции и более слабое при препозиции). Например: Ужи­нать-то будете?.. (Бунин. Сосны); Будем играть? (Бунин. На даче). В ответе на такой вопрос обычно употребляется один лишь вспомогательный гла­гол: Похлебку есть будешь, кавалер? — Буду (Федин. Первые радости). Рассматриваемое употреб­ление связано с модальным оттенком волеизъявления (желания).

При выражении отказа от осуществления действия также важен не тот или иной характер протекания дейст­вия, а самый факт. В таком употреблении подчеркнут модальный оттенок нежелания. Например: Пей. — Нет. Не буду пить, Костя (Троепольский. Записки агронома).

Выражение уверенности в том, что действие будет или не будет производиться: Корма корове хватит? — Занимать не будем (Троепольский. Записки агронома). Модальный оттенок уверенности здесь под­черкивается постпозицией вспомогательного глагола. ...Терентий Петрович... продолжал начатую речь: « — Нет, Егор Порукин, ты будешь слушать» (Троеполь­ский. Записки агронома). Вспомогательный глагол в этом случае находится в препозиции, но и в данном положении на него падает сильное логическое ударение. В следующих примерах указанный модальный оттенок экспрессивно подчеркивается повторением вспомогатель­ного глагола: Терпеть больше не можешь? Нет, можешь, можешь! Катю искать будешь, будешь, будешь... (А. Толстой. Хмурое утро).

Значение обобщенного факта в будущем сходно с аористическим значением прошедшего несовершенного в том отношении, что в обоих случаях выражается общее указание на самый факт действия, безотносительно к тому или иному характеру его протекания. Однако будущее несовершенное обобщенного факта, в отличие от прошед­шего времени с обобщенно-фактическим значением, ха­рактеризуется ярко выраженной модальной окраской. Оно обозначает не просто действие в будущем, а жела­ние или нежелание его производить, отказ от действия, уверенность в том, что оно будет или не будет произво­диться (прошедшее несовершенное в отдельных случаях также может сопровождать выражение обобщенно-фактического значения тем или иным модальным оттенком, но это особенность именно отдельных случаев, а не це­лого типа функционирования глагольной формы). Другая особенность будущего несовершенного связана с анали­тической природой этой формы. Когда будущее несовер­шенное функционирует в обобщенно-фактическом значе­нии, резко проявляется раздельность частей этой формы, разделение их функций. Выражение самого факта дейст­вия (будет оно или не будет) с тем или иным модальным оттенком берет на себя вспомогательный глагол. На него падает логическое ударение, что может подчерки­ваться постпозицией вспомогательного глагола по отно­шению к инфинитивной части формы. Именно потому, что внимание сосредоточено на самом факте действия (это находит специальное и подчеркнутое выражение во вспомогательном глаголе), на долю инфинитивной части формы будущего несовершенного остается только назва­ние действия, пассивное (с данной точки зрения) выра­жение лексического значения глагола.

Для формы будущего несовершенного вопрос о глав­ном, основном значении неактуален. Все указанные выше частные значения равноправны, у нас нет оснований для установления между ними какой-либо градации, иерархии.

 

Прошедшее совершенное

Семантическое содержание форм прошедшего совер­шенного характеризуется набором дифференциальных семантических признаков: П. +, Л.+, Перф. +/–, Одн. –, С. –. По признаку предшествования (П.) по отношению к грамматической точке отсчета рассматриваемые формы объединяются с формами прошедшего несовершенного. По признаку локализованности действия во времени (Л.) формы прошедшего совершенного противополагаются формам прошедшего несовершенного и всем остальным временным формам, которые не обладают этим призна­ком, хотя и не исключают его. Важной характерной осо­бенностью форм прошедшего совершенного является воз­можность выражения признака перфектности (формы прошедшего несовершенного, как уже говорилось выше, лишь в особых, исключительных случаях могут выражать перфектное значение, причем далеко не идентичное той перфектности, которую выражает прошедшее совер­шенное).

Доминанту семантического содержания формы про­шедшего совершенного можно определить как совокуп­ность (пучок) дифференциальных семантических при­знаков П. и Л. Именно совокупность этих признаков, по­стоянно присущих данной форме (в прямом употребле­нии), специфична для данной формы в отличие от всех других членов системы времен. Признак Перф. мы не включаем в доминанту семантического содержания, так как он не является для данной формы постоянным. Доми­нанта семантического содержания рассматриваемой фор­мы, таким образом, сводится к следующему: обозначает­ся конкретное (локализованное во времени) действие, отнесенное к прошлому (предшествующее по отношению к точке отсчета).

Частные значения формы прошедшего совершенно­го — перфектное и аористическое.

Перфектное значение. Выражается прошед­шее действие, результаты которого актуальны для более позднего временного плана — настоящего или прошлого[52]. Ср.: — Где Яков Савельевич? — В амбаре заперся (Бу­нин. Мелкопоместные) и Я сам в те поры уже поднял­ся, сам за ней в город ездил (Л. Толстой. Воскресе­ние). В последнем случае иногда говорят о плюсквамперфектном значении, однако нет необходимости постоянно разграничивать эти оттенки, поскольку они однородны. Речь может идти о разновидностях одного и того же — перфектного — значения.

Аористическое значение. Выражается дейст­вие как конкретный факт прошлого (никаких других се­мантических признаков нет, — в частности, нет указания на последствия, актуальные для более позднего времен­ного плана).

Перфектное значение. Данное значение форм прошедшего совершенного хорошо изучено. Исследова­ние употребления глагольных форм в этом значении в современном языке было подготовлено изучением древнерусского перфекта в трудах А. А. Потебни, Е. С. Истриной, К. А. Тимофеева[53] и ряда других ученых.

В книге В. В. Виноградова «Русский язык» в кратком, сжатом виде изложены те мысли, которые получили даль­нейшее развитие в специальных работах других ученых в более позднее время. Наиболее важными представля­ются следующие положения: 1. Формы прошедшего времени совершенного вида на -л выявляют перфектное зна­чение состояния как наличного результата предшествую­щего действия лишь при наличии соответствующих семантико-синтаксических условий. 2. Существует целая гамма переходных оттенков от перфектного значения к аористическому. В одних случаях «...идея результата или состояния, относящегося к настоящему времени, ре­шительно перевешивает мысль об исполнении действия в прошлом». В других же случаях «...идея прошедшего совершенного действия как бы доминирует над выраже­нием результата или состояния в настоящем». 3. Значе­ние состояния как наличного результата действия особен­но ярко выражается в том случае, если формы на -л обра­зованы от непереходных глаголов[54].

Н. С. Поспелов, опираясь на данное К. А. Тимофее­вым определение одного из значений древнерусского перфекта и ссылаясь на работу Ю. С. Маслова о посессив­ном перфекте в романских и германских языках[55], обра­щает внимание на употребление в современном русском языке прошедшего совершенного с «притяжательным значением принадлежности определенного действия оду­шевленному субъекту». По наблюдениям автора над диа­логической речью, «притяжательное» значение в формах прошедшего совершенного часто выражают переходные глаголы при отнесении их в составе предложения к определенно-личному субъекту». Имеются в виду случаи типа [ Варя ]. Дядечка купил, я в этом уверена (Чехов. Виш­невый сад)[56].

Наиболее детально исследовано функционирование форм прошедшего совершенного в перфектном значении в работах Г. Ф. Лебедевой[57]. На наш взгляд, ценным в этих работах является анализ зависимости выражения перфектного значения и его оттенков (результативного, качественного и посессивного) от лексического значения глаголов.

Значение актуальности последствий предшествующе­го действия для настоящего отражается нередко в соче­таемости рассматриваемых форм с формами настоящего несовершенного. Например: Другая улица... лежит на взгорье, обросла вербами, словно течет под зеленой крышей деревьев... (Шолохов. Батраки).

Прошедшее совершенное в перфектном значении не­редко сочетается с формами кратких страдательных при­частий, кратких и полных прилагательных в роли ска­зуемого, а также со словами категории состояния. На­пример: [ Матрос ]. Ежели, скажем, выгнали меня с ко­рабля за драку со шкипером и руки у меня канатами стерты, так я все равно могу понимать, какой человек был Байрон (Паустовский. Наш современник); Пле­тется он по дороге... Он красен и вспотел (Чехов. Егерь); Веки красны и набрякли от бессонницы (Солоухин. Мать-мачеха).

Перфектное значение нередко выражается относитель­но изолированной единичной формой прошедшего совер­шенного: [ Артамон ]. Боже мой! Они опрокинутся. [ Нил ]. В болоте-то по ступицу засели. (А. Толстой. На­сильники).

Примечательной особенностью употребления форм прошедшего совершенного в перфектном значении являет­ся то, что при сочетании ряда таких форм в контексте возникает не «цепь» сменяющих друг друга последова­тельных действий, как это всегда бывает при сочетании нескольких форм в аористическом значении, а «пучок» одновременных состояний. Если этому не препятствует смысл контекста, возможно даже изменение порядка сле­дования глаголов без изменения временного соотношения действий-состояний. Например: Она обносилась, обтрепалась, спеклась на ветру и на солнце, исхудала до костей и кожи... (Бунин. Дурочка). Здесь воз­можны перестановки: исхудала..., обтрепалась, обноси­лась, спеклась на ветру и на солнце и т. п.

Рассмотрим основные разновидности контекстов, в ко­торых употребляются формы прошедшего совершенного в перфектном значении (речь будет идти о перфектном значении с основным оттенком состояния как о наиболее характерном и специфическом типе перфектного зна­чения).

Констатация физического пли психического состояния субъекта. Например: Ты, наверно, озяб в своих танце­вальных туфлях (Солоухин. Серафима); [ Желтухин ]. Что с ним? [ Маша ]. Проигрались (А. Толстой. Касатка).

Констатация состояния той или иной детали внешности субъекта: части тела, одежды и т. п. Например: Вот я нижнюю губку вашу еще раз поцелую. Она у вас точно припухла... (Достоевский. Братья Карамазовы); Чувствовал я себя так, точно все мускулы высохли (Соколов-Микитов. Спасение корабля); За дверью... стоял матрос... Форменка облепила его мягкую, почти женскую грудь... (Соболев. Капитальный ремонт).

Констатация состояния субъекта или определенной де­тали его внешности может иметь подчеркнуто качествен­ный, квалифицирующий оттенок. Например: [ Смирнов ]. Какова? Раскраснелась, глаза блестят... (Чехов. Медведь); Останется одна бесчувственность, и скажут: «Этот человек совсем сгнил...» (Помяловский. Мо­лотов).

Констатация состояния предмета или явления (в пря­мой речи говорящего или в авторском повествовании), нередко с подчеркнутым качественным оттенком. Напри­мер: Щи на обед варила. Да теперь уж, чай, остыли, чуть тепленькие (Солоухин. Каравай заварного хле­ба); [ Яблоков ]. Извольте поглядеть, штукатурка отва­лилась, дранки видны (А. Толстой. Кукушкины слезы).

Некоторые глаголы, выступая в перфектном значении и обозначая состояние, выражают тем самым отсутствие кого-либо или чего-либо (при былом наличии). Напри­мер: [ Нил ]. А живем скучно — мухи и те вывелись, (А. Толстой. Насильники); [ Астров ]. Лесов все меньше и меньше, реки сохнут, дичь перевелась, климат испор­чен... (Чехов. Дядя Ваня).

Сравнивая контексты, в которых выражается состоя­ние одушевленного субъекта, с одной стороны, и пред­мета, с другой, нельзя обнаружить различия с точки зре­ния яркости, интенсивности выражения перфектного зна­чения. Наш материал не подтверждает высказанного В. В. Виноградовым суждения о том, что перфектное зна­чение состояния как наличного результата действия про­является особенно ярко в сочетаниях с неодушевленными субъектами действия, что «чисто перфектные значения преобладают в формах прошедшего времени совершен­ного вида главным образом при отнесении их к „неоду­шевленным предметам"»[58]. В. В. Виноградов иллюстри­рует свою мысль следующим примером из «Палаты № 6» А. П. Чехова: «В больничном дворе стоит небольшой флигель, окруженный целым лесом репейника, крапивы и дикой конопли. Крыша на нем ржавая, труба наполо­вину обвалилась, ступеньки у крыльца сгнили и поросли травой, а от штукатурки остались одни только следы». В описаниях такого рода перфектное значение действи­тельно часто встречается при субъекте — неодушевлен­ном предмете, однако если обратиться к диалогической речи, то там широко представлены высказывания с одушевленным субъектом действия, выраженного глаголь­ной формой с перфектным значением. При этом нет ни­каких оснований считать, что в случаях типа — Нездо­ров? — Простыл, — ответил Кирилл (Федин. Костер) перфектное значение выражено менее ярко, чем, скажем, в примере из А. П. Чехова, приведенном В. В. Виногра­довым.

Аористическое значение. По отношению к перфектному значению аористическое значение высту­пает как член оппозиции, не обладающий собственным положительным признаком. Действительно, если форма прошедшего совершенного, выступая в перфектном зна­чении, характеризуется признаками П., Л., Перф., то при выражении аористического значения эта форма, сохраняя за собой признаки П. и Л., лишается дополнительного признака Перф.

Основными типами сочетаемости форм прошедшего совершенного в аористическом значении являются: 1) цепь форм прошедшего совершенного, выражающих ряд сменяющих друг друга фактов прошлого (Подошел, остановился и сказал...); 2) различные сочетания форм прошедшего совершенного и прошедшего несовершенного (Поздоровался и несколько мгновений смотрел на нее; Жадно пил, потом заснул и др.); 3) относи­тельно самостоятельная форма прошедшего совершенно­го, выражающая отдельный факт прошлого.

Первые два типа сочетаемости форм прошедшего со­вершенного будут подробно рассмотрены в главе IV. Здесь мы остановимся на некоторых контекстуальных разновидностях третьего типа.

Констатация отдельного факта прошлого без спе­циального лексического и вообще контекстуального уточ­нения времени совершения действия: Да, еще новость, — встретила Акундина, уверяет, что в самом ближай­шем времени у нас будет революция... (А. Толстой. Сестры); На Диксоне теперь много коров... Они ходят прямо по улице — большущее стадо. Один бычок чуть не забодал меня возле почты... (Конецкий. Завт­рашние заботы).

Констатация отдельного факта прошлого может со­провождаться специальным более точным указанием на время совершения действия. Это указание в части слу­чаев выражено лексическими средствами. Например: Дмитрий Степанович писал: «...У нас все по-старому. Очень жарко. Кроме того, Семена Семеновича Говядина вчера в городском саду избили горчишники, но за что — он скрывает. Вот и все новости...» (А. Толстой. Сестры); Ах, вот ты о чем... Давеча я тебе сказала что-то такое... (А. Толстой. Сестры).

Лексическое указание на отнесенность действия к оп­ределенному моменту прошлого может играть роль кон­текстуального показателя аористического значения (без этого показателя было бы выражено перфектное значе­ние). Например: Даша проговорила детским голосом: — Разве я виновата, что не умерла тогда! А теперь мешаю вам жить... (А. Толстой. Восемнадцатый год). Наречие тогда заставляет воспринимать глагольное дей­ствие как факт, замкнутый в рамках прошлого и лишен­ный актуальности для более позднего временного плана. При отсутствии тогда в данном контексте (если отвлечь­ся от продолжения а теперь..., противопоставленного тогда)было бы выражено перфектное значение.

В отличие от перфектного значения, в выражении ко­торого существенную роль, помимо окружающего кон­текста, играет «предрасположенность» лексического зна­чения глагола к признаку Перф., аористическое значе­ние не обусловлено и не ограничено лексически. Даже те глаголы, которые по своему лексическому значению в наи­большей степени предрасположены к перфектному зна­чению, в определенных условиях контекста, в частности при выражении двух и более сменяющих друг друга действий, способны выражать аористическое значение. Например: Жерди, упертые концами в берег речки, в самом узком месте ее, медленно начали клониться и по­висли в тумане над водой (А. Толстой. Сестры).

Какое из двух частных значений форм прошедшего совершенного является главным — перфектное или аори­стическое?

Ответ на этот вопрос не может быть дан в результате применения критерия наименьшей зависимости от кон­текста. Как показывает представленный в предшествую­щем изложении материал, оба значения являются контекстуально обусловленными, причем мы не обладаем та­кими данными, которые позволяли бы утверждать, что одно из рассматриваемых значений обусловлено контек­стом в большей степени, чем другое.

Применение критерия специфичности дает основания считать главным для рассматриваемой формы пер­фектное значение: возможность выражения пер­фектного значения закреплена именно за формой прошедшего совершенного и представляет ее специфическую осо­бенность (редкие случаи употребления формы прошед­шего несовершенного отдельных глаголов в перфектном значении не меняют дела).

Поскольку перфектное значение не отличается от аористического меньшей контекстуальной обусловлен­ностью и, кроме того, обнаруживает, в отличие от аори­стического значения, зависимость от лексики, между положением перфектного значения как главного и аори­стического как «вторичного» нет резкого различия. В иерархии значений между ними нет большого расстоя­ния — перед нами две соседние ступени.

 

Настоящее-будущее совершенное

Семантическое содержание формы настоящего-буду­щего совершенного определяется набором дифферен­циальных семантических признаков: Одн. (+) /–, С. +/(–), Л. +/(–), П –, Перф. –. Примечательная особенность этого набора состоит в том, что ни один из признаков не является для данной формы постоянным. Поэтому трудно гово­рить о доминанте семантического содержания в том же смысле, как это делалось по отношению к другим видо-временным формам. Можно лишь отметить следующее: среди функций рассматриваемой формы преобладает вы­ражение следования по отношению к грамматической точке отсчета, что сочетается с преобладающим выраже­нием локализованности действия во времени.

Выражая следование по отношению к исходной точке отсчета (будущее) как свое основное временное значе­ние, форма настоящего-буду­щего совершенного объединяется с формой будущего несо­вершенного, для которой данный признак является по­стоянным, но противостоит всем другим видо-временным формам, которые этот признак исключают.

Поскольку рассматриваемая форма имеет возмож­ность выражать значение настоящего неактуального, хо­тя и в ограниченных условиях, она объединяется по приз­наку Одн. сформой настоящего несовершенного, но про­тивостоит всем остальным видо-временным формам.

Выражая преимущественно локализованные во вре­мени действия (при ограниченной возможности выраже­ния временной нелокализованности), наша форма занимает в этом отношении промежуточное положение между формой прошедшего совершенного, для которой приз­нак Л. является постоянным, и остальными видо-временными формами, которые в одинаковой степени могут выражать как локализованное, так и нелока­лизованное во времени действие.

Важно подчеркнуть, что у формы настоящего-будуще­го совершенного имеется определенное соотношение меж­ду признаками С. и Одн. с одной стороны, и признаком Л., с другой. Признак Л. свободно сочетается с призна­ком С., но не с Одн. Иначе говоря, выражая будущее, данная форма в обычных условиях выражает действие, ло­кализованное во времени. Выражение действия, нелока­лизованного в плане будущего, возможно, но ограничено определенными семантико-синтаксическими условиями (об этом будет идти речь в главе IV). С другой стороны, значение настоящего неактуального связано преимущест­венно с нелокализованностью действия во времени.

Рассмотрим теперь частные значения формы настоя­щего-будущего совершенного.

Значение будущего

Данное значение реализуется в двух вариантах, вы­деляемых по отношению к признаку Л.: а) будущее вре­мя конкретного единичного действия; б) будущее время повторяющегося и обычного действия.

а) Будущее время конкретного единич­ного действия. Этот вариант значения будущего вре­мени, связанный с конкретно-фактическим значением совершенного вида, не требует особых пояснений. Напри­мер: Сейчас хозяин придет, ужинать будем (Па­нова. Рабочий поселок). Рассматриваемое значение аналогично аористическому значению формы прошед­шего совершенного, только действие относится в данном случае не к прошлому, а к будущему.

Форма настоящего-будущего совершенного во 2-м ли­це единственного и множественного числа при обозначе­нии конкретного действия в будущем может выражать дополнительный модальный оттенок долженствования, предписания. Например: Поедешь в Екатеринослав, — сказал он въедающимся голосом, — предъявишь в рев­коме мандат (А. Толстой. Хмурое утро).

Иногда форма настоящего-будущего совершенного выступает в контексте, определяющем понимание дейст­вия в будущем как предположительного. Высказывается допущение: пусть действие произойдет в будущем, но смысл контекста таков, что это допущение оказывается нереальным. В таких случаях рассматриваемая форма употребляется в значении, близком к семантике сослага­тельного наклонения. Например: Ты пойми, что я не могу этого сделать. У меня дочери растут, и я должна жить в свете для мужа. Ну я приеду [ср.: приехала бы ] к Анне Аркадьевне; она поймет [ср.: поняла бы ], что я не могу ее звать к себе... это ее же оскорбит [ оскор­било бы ](Л. Толстой. Анна Каренина); Воруешь? Да что вы, Прохор Палыч!.. У нас и красть-то нечего: ну украду [ср.: украл бы ] я кружку — куда ее денешь? (Троепольский. Записки агронома).

б) Будущее время повторяющегося и обычного действия. Совершенный вид в этом слу­чае выступает в наглядно-примерном значении. Повто­ряемость (обычность) действия так или иначе передается окружающим контекстом, в частности его лексическими элементами. Например: Главное дело, стойте себе упорно на своем... Положим, каждый день вам придется выслушивать отца или мать часа три... (Помялов­ский. Молотов).