Слово характеризуется неразрывной связью его внешней и внутренней формы, т.е. его звуковой оболочки и образным способом выражения его значения. Однако в одних словах эта связь с течением времени как бы «стирается» и говорящими уже не ощущается (ср., например, такие слова, как дом, стол, окно и др.), а в других она остается достаточно прозрачной и понятной носителям языка (ср., например, такие слова, как подоконник, пятница, подснежник и т.д.). Мотивированность слова - это сохранение в его семантической структуре связи звучания со значением, т.е. это своеобразное «обоснование» звукового облика слова, осознаваемое носителями языка, наглядный «образ» значения слова. Содержание слова благодаря мотивированности находит свое открытое выражение в его внутренней форме. Внутренняя форма слова - это его семантическая и структурная мотивация другим словом (или основой), на базе которых оно возникло (ср., например, ярко выраженную внутреннюю форму таких слов, как подберезовик, пятьсот, chairbed кресло-кровать,clap хлопатьв ладоши и др.). Благодаря сохранившейся в этих словах внутренней форме нам становится понятно, как происходило движение мысли человека в момент называния и почему эти слова имеют такой звуковой комплекс.
В слове, Aлександр Aфанасьевич Потебня выделял три составных элемента: 1) внешнюю форму (т.е. звучание); 2) значение; 3) внутреннюю форму слова, его образ. На ранних ступенях развития мышления человек при наименовании того или иного предмета брал такой признак, который более всего бросался в глаза и/или имел наиболее важное значение. Внутренняя форма слова и есть тот признак, который возобладал над всеми остальными признаками предмета при его назывании. Благодаря внутренней форме слова раскрывается движение человеческой мысли в момент наименования предмета, причина, по которой то или иное значение оказалось связанным с определенным комплексом звуков (ср., например, русское слово переулок: значение его можно представить как 'маленькая улица', однако морфемное строение этого слова подсказывает еще одну деталь, связанную с городской топографией: большие улицы города, как правило, пересекаются маленькими переулками, т.е. сема 'пересекающая' выражена в этом слове префиксом пере-, а сема 'маленькая' - суффиксом -ок (<ъкъ).
Не случайно внутреннюю форму слова часто определяют как мотивационный признак, положенный в основу номинации при образовании слова или его нового лексического значения. Причем выбор этого признака не всегда определяется его существенностью, часто это может быть любой отличительный, бросающийся в глаза признак, который становится как бы «представителем предмета», характеризуя его с той или иной стороны. Именно поэтому в разных языках один и тот же предмет может быть назван по-разному (ср., например, название портного: рус. портной (< порты 'одежда'), нем. Schneider (< schneiden 'резать'), ex. кро]ач (< Kpojumu 'кроить'); или воскресного дня недели в блг. неделя (< не делать) и англ. Sunday буквально 'день (бога) солнца', т.е. в каждом из этих названий актуализируются разные признаки). Это, однако, не исключает и наличия в языках общей внутренней формы в названии одной и той же реалии (ср., например, название подснежника: нем. Schneeglö ckchen буквально 'снежный колокольчик', англ. snowdrop 'снежная капля', франц. perce-neige 'пробивающийся через снег' и рус. подснежник, т.е. буквально 'находящийся под снегом').
Мотивирующие признаки могут быть самыми разными, в том числе звукоподражательными (ср. рус. кукушка или диал. каркуша 'ворона') или описательными (ср. рус. дворник 'работник, поддерживающий чистоту и порядок во дворе и на улице около дома' или столяр 'рабочий, занимающийся обработкой дерева и изготовлением изделий из него').
Внутреннюю форму имеют, как правило, два класса слов:
1) производные слова, т.е. слова, сохраняющие в своей словообразовательной структуре указание на соотнесенность с другими словами или морфемами, от которых они образованы (ср., например, волчица, молочница);
2) слова, употребленные в переносном значении (ср., например, 1 дуб 'о глупом человеке' или зеленый 'о юноше' и т.д.).
Выделяют следующие виды мотивированности:
- фонетическая
- морфологическая
- синтаксическая
Фонетическая мотивированность наблюдается в том случае, если звуковая оболочка как бы имитирует звуки, характерные для предмета или сопровождающие то или иное его действие, напр., buzz, cuckoo, splash, gargle(полоскать горло), purr(мурлыкать). Сравнение звукоподражательных слов в разных языках (например, англ. cackle и рус. хихикать, англ. hiss и рус. шипеть, англ. bubble и рус. булькать, пузыриться (о воде), англ. whimper и рус. хныкать и многих других) убедительно демонстрирует, насколько приблизительна эта имитация.
Морфологическая мотивированность наблюдается в том случае, если существует определенная связь между морфологической структурой слова и его значением. Так, сложное слово loudspeaker мотивировано входящими в него морфемами loud — speak — еr (как — что делает — деятель, исполнитель)
В основе же семантической мотивации лежат связи (реальные и нереальные, существенные и несущественные – см. выше), которые обнаруживаются между первичным обозначением имени и теми объектами, для наименования которых данное имя вторично используется в языке, и соответственно связи между первичными и вторичными значениями лексических единиц. Слово sable в значении 'соболий мех' предстает как мотивированное первичным значением 'соболь', а слово warm в значениях «сердечный; теплый (о цвете) мотивируется первичным значением 'теплый'.
В процессе функционирования мотивированность лексических единиц может изменяться, полностью или частично исчезать. Причины потери мотивации, илидемотивации лексических единиц, различны. Они могут быть связаны:
1) с утратой признака, по которому был назван предмет (напр., blackboard 'классная доска', которая в настоящее время не обязательно должна быть черного цвета)
2) с фонетическими изменениями, которые претерпело слово в процессе исторического развития языка (ср., например, утрату внутренней формы словами связанными по своему происхождению цена и каяться, коса и чесать)',
3) в результате морфологического переразложения и образования из сложного слова простого, корневого слова с соответствующими фонетическими и орфографическими изменениями. Например, слово nostril «ноздря» образовалось из древнеанглийского слова nos-thyrel (букв,носовая дыра). В современном языке это слово является простым и морфологически нечленимым.
Однако самой главной причиной утраты словом своей внутренней формы(демотивации) является избыточность, ненужность его мотивировки с того момента, когда оно стало привычным. Употребляясь постоянно, слово становится постепенно общеизвестным, к нему привыкают, на его структуре перестают останавливаться мыслью, и его внутренняя форма уходит как бы «в тень». Не случайно, что наиболее употребительные и самые важные слова являются простыми, хотя этимологические - исследования показывают, что и они возникали как мотивированные единицы, в процессе своего функционирования подвергшиеся демотивации, напр., black в значении 'черный', salt в значении 'соль', ten 'десять.
