— Пожалуйста… я хочу… мне нужно… — я не знала как попросить, но мне нужно было, чтобы Джек не останавливался.
Я понимала, что каждая пауза, каждое промедление, каждое нерешительное действие были нужны Джеку, чтобы убедиться, что я всё ещё действовала по собственному желанию, словно он не был уверен, что сможет остановиться, если потеряет бдительность. От осознания этого факта моё сердце увеличилось в груди в несколько раз.
Джек крепко зажмурился и сглотнул, будто из последних сил пытался сдерживать себя, после чего его рот в очередной раз накрыл мой, целуя глубоко и медленно.
Но хвала господу, он не останавливался. Его рука скользнула по моему животу прямо под пояс штанов.
Моё дыхание стало поверхностным, тело напряжённым, когда он нежно провел рукой по моему обнажённому бедру и погладил нежную кожу на моих ягодицах. Интуитивно я приподняла колени.
Я застонала, когда его пальцы вернулись на переднюю поверхность бедра и прикоснулись к складкам между ног. Извиваясь около его руки, я пыталась ещё сильнее прижаться к ней, на что Джек мягко усмехнулся около моего рта. Я укусила его за губу в отместку за промедление.
После этого всё стало происходить намного быстрее.
Он зарычал мне в рот, когда его пальцы нашли мою влажность и, скользнув по чувствительному бугорку, погрузились в меня.
Я вскрикнула и выгнулась дугой.
— Чёрт, — застонал Джек. Его язык тоже погрузился мне в рот, повторяя движения своих пальцев. Пока он двигал ими взад-вперёд, его большой палец ритмично поглаживал мою горячую точку.
Я захныкала и застонала прямо Джеку в рот. Опустив связанные руки, я обхватила ими его голову. Пока мы буквально пожирали друг друга, мои бёдра бесстыдно тёрлись о его руку.
Его дыхание стало таким же быстрым, как и движения пальцев.
— Ощущения… такие… потрясающие… — выдохнула я между поцелуями, и Джек зарычал в ответ, глубже погружаясь в мой рот. Вдруг всего стало слишком много. И я разлетелась на кусочки от взрыва ощущений. Я крепко сжала голову Джека руками, пока он ртом заглушал мои крики, моё тело содрогалось и сжималось на его руке, а его ладонь ещё сильнее прижималась ко мне.
— Шшшш, — стал успокаивать меня Джек и осыпать лёгкими поцелуями мой рот, щёки и шею. — Шшшш, — прошептал он мне на ухо, пока я продолжала содрогаться от своего освобождения.
Мне пришлось прикусить губу, чтобы сдержать очередной крик.
Его пальцы медленно скользили во мне, продлевая ощущения, пока я сжималась вокруг них. Хриплое дыхание Джека около моей шеи вторило моему собственному дыханию, после чего он неторопливо вытащил свои пальцы и провёл ими влажную дорожку по моему животу.
Сердце всё ещё трепетало, а глаза сияли, когда я увидела, как он приподнялся и провёл моей влажностью вокруг одного соска. Затем вскинул голову и взял палец в рот. Шокирующая выходка послала через меня очередную волну жара.
Больше не было пути назад, не было возможности избежать секса с Джеком Эверси. Если прежде я сомневалась в этом, то теперь осознавала предельно ясно.
И ничто в мире не изменит тот факт, что огонь, разгоревшийся между нами, был всепоглощающим. Это был огонь настоящей женщины, огонь, не имеющий ничего общего с тем жаром, который возникал, когда я трогала себя. Мимоходом я задумалась, стоило ли мне ещё о чём-то беспокоиться. Джек чувствовал то же самое, что и я, он сам в этом признался. Да и его действия это доказывали.
Я освободила свои запястья от футболки и притянула Джека к себе.
Он уткнулся своим влажным лбом мне в грудь, и я поняла, с каким трудом он восстанавливал дыхание.
Я провела руками по его спине. Ему, должно быть, было сейчас больно от возбуждения, если судить по моим собственным ощущениям. На мгновенье я занервничала. Я хотела… удовлетворить Джека… но не знала, как предложить это. Но я не была готова впустить его в своё тело. Ещё не была. Но я хотела его, просто отчаянно пыталась отдалить прохождение этой точки невозврата. Тогда я буду принадлежать Джеку. Телом, сердцем и душой. Но я всё ещё не была уверена, хотел ли он в свою очередь быть только моим. Подобные мысли тревожили меня и охлаждали поток лавы, что плескалась во мне.
Но Джек попросил дать нам шанс. И я попыталась проглотить ком сомнений.
— Ты в порядке? — спросил он, глядя на меня снизу вверх, а между его бровями пролегла глубокая морщинка.
Я кивнула и игриво улыбнулась.
— После такого? Кто ж знал, что у вас такие талантливые руки, мистер Эверси.
Он подмигнул, и на щеке появилась коронная ямочка.
— Я же говорил тебе, что мои руки хороши в деле… тебе просто нужно было дать мне повод это подтвердить. — Джек чмокнул меня в нос.
— О боже, ты, наверно, содрал себе все локти о шлифованный пол! — Я вдруг поймала себя на мысли, что меня полностью поглотило цунами чувств. Если бы с дома снесло крышу, я бы не обратила на это никакого внимания. Смущение стало расползаться по моим щекам, когда я вспомнила, как только что рассыпалась на части в его руках.
— Я не думал об этом… но сейчас, когда ты напомнила… — Он перекатился в сторону. — Эй, и чего ты сейчас залилась краской?
— Я… ну, это было потрясающе… Сожалею, что никогда… раньше… — Ну, было неловко. Я понятия не имела, что хотела сказать.
— Эй, — Джек повернул меня лицом к себе. — Было чертовски горячо по сравнению с моим предыдущим опытом. Я стараюсь не задумываться об этом, иначе умру прямо здесь. Ты хоть представляешь, насколько ты сексуальна?
— Ты здесь останешься ночевать? — ляпнула я невпопад, чтобы скрыть свою реакцию на его слова. — Можешь остаться в моей постели… нет… — Я втянула воздух. — Я хотела сказать, чтобы поспать. — Боже, куда делся мой разум? Наверно, застрял в одеяле, потому что я знала, в голове его точно не было. Я никак, чёрт возьми, не могла сформулировать свои мысли в связный текст.
— В любом случае, я не в состоянии куда-либо идти сейчас, тем более дождь больше напоминает холодный душ. — Джек засмеялся и поцеловал меня в лоб. — Да, я останусь. Мне нравится эта идея.
Он помог мне подняться на ноги, пока я одной рукой прикрывала свою грудь, и протянул мне футболку.
Я быстро натянула её на себя.
— У тебя есть ещё какие-нибудь дела? — спросил Джек.
Кроме него? Сквозь ресницы я пробежалась глазами по его телу с головы до ног. Но блуждающий взгляд и вероломный румянец в очередной раз меня выдали.
Он застонал.
— Серьёзно, Кэри-Энн. Ты меня погубишь. И теперь, когда я знаю, что означает твой румянец, вопрос в том… — Джек склонил голову набок, — …что за непристойные мысли появились в твоей голове, когда я проводил тебе экскурсию в ванной пляжного дома?
Чёрт, я знала, что он не оставит эту тему.
— Я никогда тебе этого не скажу, — сказала я, качая головой.
Джек наклонился вперёд и с улыбкой на его красивом лице подарил мне быстрый поцелуй, после чего, подхватив одной рукой меня под коленями, оторвал от пола.
Я завизжала и обхватила его за шею.
— Держись, — сказал он и направился к лестнице.
Глава 23
Поднимаясь по лестнице в темноте, Джек перескакивал сразу через две ступеньки. Я заметила, что дверь в комнату Джоуи, к моей величайшей радости, была закрыта. Я не стала спрашивать, откуда Джек узнал, где располагается моя спальня. Ведь он несколько дней работал в моём доме совершенно один.
К счастью, после того, как отключили электричество, я поставила свечу в подсвечнике около своей кровати. Когда Джек вошёл в комнату и направился прямо к кровати, я склонила голову к его шее и вдохнула аромат, который очень быстро стал моим самым любимым. Прежде я никогда не чувствовала себя утончённой, или желанной, раз уж на то пошло, но оказавшись в сильных руках Джека, пока он с лёгкостью нёс меня, я испытала новые и приятные ощущения.
— Ух ты, у тебя столько книг, — сказал он, укладывая меня на кровать.
— Я люблю читать. — Я пожала плечами, небрежно схватила книги с одеяла и положила их на комод, к которому примыкала ещё одна тумба.
— Вообще-то, я тоже. Понимаю тебя. Могу я взять свечу, чтобы сходить в ванную?
Я протянула ему подсвечник и сказала, где взять запасную зубную щётку, а сама легла на кровать в тёмной комнате. Мысль о том, что я целую ночь буду спать рядом с этим парнем, пробудила всех этих долбаных бабочек у меня в животе. Я гадала, смогу ли вообще сегодня уснуть.
Джек вернулся в комнату, протянул мне свечку, и я быстро забежала в ванную, чтобы почистить зубы. Бросив взгляд на своё отражение в зеркале, я внимательно себя рассмотрела и застонала. Чёрт. Мои волосы подсохли, и конский хвост растрепался. Со спутавшимися прядями я выглядела ужасно. Быстро распустив хвост, я расчесалась. Но поскольку волосы всё ещё были влажными, утром я, скорее всего, буду выглядеть как ведьма. Я заплела косу, чтобы минимизировать ущерб, почистила зубы и вернулась в комнату.
Джек лежал на спине, укрывшись одеялом, его глаза были закрыты, а руки заведены за голову. Я на мгновенье притормозила, чтобы запечатлеть в голове его образ в моей постели. Я никогда не думала, что такое может произойти. Вдруг он неожиданно открыл глаза.
— Что?
Я пожала плечом.
— Просто смотрю на тебя.
— И что ты видишь?
— Потрясающего мужчину в моей кровати, — сказала я. Джек не стал ничего отвечать, а просто потянулся вперёд и откинул одеяло, приглашая меня прилечь.
— Ты видишь счастливчика, которому повезло разделить кровать с потрясающей девушкой.
Я слегка усмехнулась.
— Ну да. Простая обычная соседская девчонка и то симпатичнее. — Я забралась в кровать и, оставляя между нами пару сантиметров пространства, повернулась к парню лицом.
Он нахмурился.
— Ты намного красивее без косметики, чем большинство девушек, которых я знаю, после того как они проведут часа четыре у визажиста.
Какое-то время я не могла ничего сказать. В конце концов, кое-как выдавила из себя тихое «спасибо». Джек ответил тем, что протянул руку и привлёк меня к себе, развернул и прижался своей грудью к моей спине, рукой обхватив меня за талию. Я удобно устроилась в изгибах его тела, но застыла, когда почувствовала давление его эрекции. Я прикусила губу, борясь с желанием развернуться и закончить то, что мы начали в гостиной.
— Просто игнорируй его. Как и я, — услышала приглушенный голос Джека в моих волосах. — Спокойной ночи, Кэри-Энн. — Затем он глубоко вдохнул и поцеловал меня в плечо. Я выдохнула и закрыла глаза, стараясь следовать его совету.
* * *
В течение ночи я несколько раз просыпалась, полностью окутанная Джеком. Моя голова лежала на его предплечье, пока он рукой обнимал меня за талию. Я прислушивалась к его дыханию в темноте, глубокий и равномерный ритм которого свидетельствовал о том, что он спал.
Затем я почувствовала нежные ритмичные прикосновения большого пальца его руки к моему животу в том месте, где футболка немного задралась. Должно быть, именно от этого прикосновения мне стало жарко, и я проснулась. Я замерла, желая, чтобы Джек продолжал. Его тело обжигало мою спину, бедро протиснулось между моими ногами, а затем я почувствовала его дыхание на своей шее и мягкое прикосновение губ к моей коже.
Я вздохнула и пока туго соображала спросонья, его рука нежно поползла вверх под мою футболку и обхватила грудь.
На мгновенье Джек напрягся, после чего его пальцы продолжили своё движение, на этот раз скользя по тугому соску.
Я прикусила губу и непроизвольно выгнулась в его руках, после чего он зашипел и прижался своей эрекцией к моей попе, ещё выше приподнимая своё бедро, зажатое между моими ногами.
Дыхание Джека около моей шеи было глубоким и горячим, вторя моему собственному, и я начала тереться об него, когда пульсация внутри меня стала нарастать, словно я не могла насытиться. Джек застонал, крепче обхватил меня руками и прижал к своей ноге.
Неизвестный прежде звук чистого вожделения сорвался с моих губ. Почему я ношу пижамные штаны и футболку? Почему я не надел клёвую ночную рубашку на тоненьких лямках без какого бы то ни было нижнего белья? Прежде чем смогла остановиться, я распутала наши с Джеком ноги и стала стаскивать с себя пижаму. Просто что-то было особенное в пребывании в тёмной комнате в сонном состоянии, от чего всё моё стеснение и запреты испарились.
— Остановись, Кэри-Энн. Пожалуйста, — прошептал Джек на ухо и схватил меня за руки.
Меня словно окатили ведром холодной воды. Я тут же почувствовала себя униженной.
— Я хочу тебя. Ты даже не представляешь насколько сильно. — Он сжал меня в объятиях и поцеловал в плечо.
Я не знала, что на это ответить. Его слова были подобно бальзаму на мою задетую гордость, но я всё равно чувствовала себя идиоткой. Неуверенность в себе вольготно расположилась в моём сердце, и я пожурила сама себя, лёжа в темноте. Отлично, Кэри-Энн… ты хотела раздеться перед парнем, но он отшил тебя с избитым «дело не в тебе, а во мне».
Джек развернул меня и нежно поцеловал в губы, после чего проложил между нашими телами небольшую дистанцию. Хотя он продолжал обнимать меня, я чувствовала себя обделённой. Сглотнув ком в горле, я попыталась снова заснуть.
Глава 24
Я проснулась с пульсирующей головной болью после выпитой вчера текилы.
— Ох, — прохрипела я и схватилась за голову. Вода, мне нужна вода. Наступило утро, по-моему. Джек! Вдруг на меня нахлынули воспоминания.
— Ты в порядке? — послышался голос Джека в изножие кровати. Я распахнула глаза и обнаружила его сидящим у меня в ногах и наблюдающим за мной. Он всё ещё был в одних боксёрах.
Посмотрев на меня, он встал и пересёк комнату. Я услышала шум льющейся воды в ванной и звук открывающейся аптечки. Джек вернулся со стаканом воды и двумя таблетками аспирина.
Я с благодарностью приняла их и приподнялась на кровати.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Мои щёки вспыхнули, когда в голове замелькали образы нашего вчерашнего времяпрепровождения около камина. Конечно же, я вспомнила и свои приставания к нему ночью, и то, как он меня отверг.
Я не могла даже предположить, о чём Джек сейчас думал. Должно быть, он пришёл вчера, чтобы сказать, что связываться со мной было ошибкой, напомнила я себе. Нервничая, я проглотила таблетки и запила их водой, после чего решила, что диверсия будет лучшей тактикой.
— Я храплю или что-то в этом роде? — спросила я.
— Что? — Глаза Джека расширились на мгновенье, после чего он разразился смехом и медленно покачал головой. — Нет.
Больше он ничего не сказал, тогда я встала и прошла мимо него, направляясь в ванную, чтобы освежиться. Дверь в комнату Джоуи была открыта, поэтому я предположила, что Джаз рано ушла домой. Вероятно, она чувствовала себя так же плохо, как и я. Джек даже не пошевелился, когда я вернулась в комнату. На мгновенье я замерла, а потом юркнула в тёплую кровать.
Он не присоединился ко мне, а встал и стал расхаживать по комнате, рассматривая мои картины и заваленные книгами шкафы, фотографии в рамках и памятные подарки, время от времени останавливаясь у некоторых из них и высказывая своё мнение. Я смотрела на его мускулистую фигуру и на боксёры, которые облегали его зад. Это было лучшее средство от похмелья, но внутренний страх, пока я ждала, когда Джек скажет, что у него на уме, сковывал меня.
— «Гордость и предубеждение» и «Сумерки» стоят рядом? — спросил он, рассматривая мою полку с книгами. — Полагаю, у тебя тут нет никакой систематизации?
— Вообще-то, есть. Я расставляю книги в том порядке, в котором их прочитала. — Я могла проследить хронологию своей жизни по расположению книг на полке.
— Правда? — Джек снова перевёл взгляд на книги. Я ждала какого-нибудь заумного комментария по поводу того, как и почему я перескочила с Джейн Остин на «Сумерки». Хотя я не видела большой разницы в двух этих историях: молодая девушка стремится привлечь недосягаемого парня.
Ирония моей нынешней ситуации не ускользнула от меня.
— Ну, так на каком периоде твоей жизни я сейчас остановился?
— Ох, ум… — Это было лето, когда погибли мои родители, но я не хотела никому портить настроение. — Лето перед моим первым учебным годом в качестве новенькой в старшей школе Бухты Батлера.
— Тебе нравится Джейн Остин?
— Сначала я думала, что бедная девушка и богатый парень, сюжет… банальный, но потом я прочитала книгу и… ну, она оказалась хороша.
Он кивнул.
— Да, это так.
Конечно же, Джек читал. Почему нет? Мой идеальный парень тоже был книжным червем.
— «Рабский вид Бога?»[27] Я не знал, что кто-то ещё это читал.
— Ты читал эту книгу?
— Угу. И это полностью противоречило…
— Всему, что мы проходили на уроках истории?
— Ага, — рассмеялся Джек и стал дальше рассматривать книги.
— А есть то, что ты не читаешь вообще?
— Полно. Душераздирающие любовные романы… уж прости.
— Не отзывайся о них плохо, пока не попробовал почитать что-нибудь этого жанра.
— Не искушай меня. — Он подмигнул мне через плечо.
Я тихо выдохнула от облегчения, уловив скрытый подтекст в его словах, но всё ещё чувствовала, будто что-то упускала.
Джек подошёл к фотографиям в рамках. На одной были запечатлены мы с Джоуи во время сплава на двухместной байдарке пару лет назад. На другой — мы с родителями на переднем крыльце дома примерно в то время, когда впервые приехали сюда. Мне было лет десять, и меня словно в тисках с обеих сторон зажали родители. Мои волосы представляли собой непокорный бунт тёмных кудряшек. Я была одета в джинсы и белую футболку, на груди которой красовалась огромная картинка «Хелло Китти», и я улыбалась во все зубы, которые были слишком большими для моего лица. Джоуи стоял по другую сторону от моего отца, высокий и угрюмый, одетый в майку команды «Тар Хилз»[28].
— Ты не сильно изменилась, — прокомментировал Джек весёлым тоном. Я запустила в него одной из своих небольших подушек. Он усмехнулся. — Это твои родители?
Я кивнула. Мама была без косметики, её длинные прямые волосы были распущены, а одета она была в ярко-жёлтый сарафан, что делало её очень красивой, несмотря на натянутую улыбку на этой фотографии. Отец же, в ореоле своих светло-коричневых кудрей, сохранял каменное лицо — ни улыбки, ни нахмуренности. Я часто смотрела на эту фотографию и задавалась вопросом, что творилось в их головах. Жаль, я не могла ничего вспомнить, что дало бы мне подсказку по поводу того, о чём они думали в тот день… или в любой другой день. Жили ли они счастливо, переехав сюда, или это было им в тягость? Возможно, у них не оставалось другого выбора.
— Фотография сделана сразу после того, как мы переехали сюда.
— Откуда вы приехали?
— Ото всюду. Мои родители много путешествовали. У отца всегда была такая работа, которая требовала переезда. Последнее место, которое я помню, это Северная Каролина, но в Бухте Батлера я прожила дольше всего. И я проводила здесь каждое лето с бабушкой, поэтому можно сказать, что мой дом здесь.
— Чем он занимался, твой отец? — Это был логичный вопрос, исходя из информации, которой я поделилась с Джеком. Но я ненавидела разговоры на эту тему.
— Он работал в торговой компании в Саванне. Давай поговорим о чём-нибудь другом. — Отец всегда что-то продавал, всегда был занят делами, всегда пытался что-то наверстать.
— Не слишком молода для выпускного? — Джек смотрел на фотографию, на которой были запечатлены Джоуи, Колтон Грэйвс, Джаз и я. Нас сфотографировала бабушка.
— Это выпускной Джоуи. Он пригласил меня и Джаз. А это его друг Колтон Грэйвс, Колт. Они вместе играли в футбольной команде.
Джек кивнул и пошёл дальше.
— Какой период?
— Книги? Восьмой класс.
Он достал первую книгу из серии «Воины Эрата».
— Ты прочитала это прежде, чем вышел фильм, тогда… — Он задумался, словно такое положение вещей по каким-то причинам ему импонировало. — Не слишком ли ты была молода для подобных книг?
— Я читала тайно, по крайней мере, от моей мамы, — сказала я с хитрой улыбкой.
— Неужели? И как тебе это удавалось? С фонариком под одеялом? — Джек отошёл от шкафа и направился ко мне.
— У меня есть секретный уголок для чтения на чердаке.
— Правда? — сказал он, заползая на кровать. — Можно мне как-нибудь на него взглянуть? Мальчикам можно входить?
— Конечно, — рассмеялась я. — Только там немного пыльно и уже поздновато для наведения марафета. Я поднималась туда вчера после обеда. Чтобы подумать.
Джек уложил меня на спину, а сам устроился рядом, закинув руки за голову.
— И о чём ты думала?
— Что я никогда не забуду твои поцелуи, — честно сказала я.
— Я боялся спросить, учитывая твою головную боль утром, но ты помнишь прошлую ночь?
Жар опалил мои щёки. Глядя на его выражение лица, я поняла, что он, возможно, думал, что только развлечётся со мной. И нет секрета в том, что я была пьяна, когда звонила ему вечером.
— Каждую минуту, — прошептала я. Мои глаза метнулись к его губам, пока я думала, как поцеловать его снова. Потом я вспомнила, зачем Джек пришёл ко мне в дом. — Ты сожалеешь о прошлой ночи? — спросила я. Пожалуйста, пожалуйста, скажи «нет».
— Что? Нет. Почему ты так подумала?
— Ну, ты вчера пришёл ко мне, чтобы сказать, что связываться со мной было ошибкой... и потом, ночью… — Я замолчала.
— Нет, это не то, что я имел в виду… Говоря про ошибку, я хотел сказать не то, о чём ты подумала. Я пытался объяснить, что, несмотря ни на какие причины в настоящем или будущем, я не могу быть вдали от тебя.
Я сделала глубокий вдох.
— Не можешь?
— Не могу. — Джек провёл рукой по моей щеке. Моё сердце затрепетало в надежде.
Уф, мне стало так легко.
Я хотела спросить про Одри. Но слишком сильно боялась услышать ответ. Джек просил меня прошлой ночью дать ему шанс, и, судя по моему поведению, я согласилась сделать это. Мне следовало ему доверять. Я пообещала себе, что спрошу про неё, но не хотела делать это прямо сейчас.
Потом он заговорил:
— Я сказал Одри, что кое-кого встретил.
Я сглотнула ком в горле от нахлынувшей волны радости, внезапно образовавшейся у меня в груди.
— Правда? — выдавила я из себя, пытаясь говорить спокойно.
— Правда, — прошептал Джек, наклоняясь вперёд, чтобы поцеловать меня. Я была рада, что успела почистить зубы. Его губы нежно двигались по моим губам. Мне было хорошо.
Джек отстранился и посмотрел на меня серьёзным взглядом.
— Есть пара вещей, которые нам надо обсудить. Во-первых, твой вчерашний звонок. — Он вздёрнул бровь, глядя на меня.
Ох, вот оно что. Я от унижения закрыла глаза рукой. Он осторожно отвёл мою руку в сторону.
— Ты спросила меня, к чему это всё. Я не собирался просто поразвлечься с тобой, но ничего не мог поделать со своим желанием, и это было взаимно, разве не так?
Я кивнула.
Джек продолжил:
— И я никогда бы не стал делать что-то для тебя, надеясь, что ты переспишь со мной или будешь чувствовать себя должницей. Мне было больно это слышать.
— Прости.
— Не извиняйся, я знаю, ты была расстроена и сердита на меня. Мне просто… Мне нужно, чтобы ты знала… я считаю тебя чертовски сексуальной. — Он нежно поцеловал мою руку. — И почти всё время, находясь рядом с тобой, я так возбуждён, что едва ли могу думать о чём-то другом, кроме ощущений, которые испытаю, погрузившись в тебя…
Я застонала, но Джек продолжил, будто его слова только что не привели меня в полнейший шок.
— Я не собираюсь это делать. Я не хочу, чтобы ты сожалела о чём-то, что может произойти между нами.
Моё тело опалило жаром, и я даже стала слегка задыхаться от его смелых слов, и сейчас он сказал, что ничего подобного никогда не случится.
Я сжала бёдра и стала извиваться под одеялом.
— Никогда?
— Чёрт, Кэри-Энн, ты и святого сведёшь с ума. Я тут стараюсь.
— Я просто пытаюсь понять. Ты хочешь переспать со мной, но отказываешься это сделать. Даже если я сама захочу.
Он кивнул.
— Серьёзно? — спросила я.
Когда Джек ничего не ответил, я скептически продолжила:
— Это что, какой-то вид реверсивной психологии[29]?
— Нет, — засмеялся Джек. — Просто я знаю, что в скором времени уеду отсюда, и уже сейчас будет трудно это сделать. — От напоминания, что он всё равно уедет, независимо от того, что между нами произойдёт, у меня в животе всё перевернулось. Плохой знак.
Но Джек был прав, мне ещё вчера ночью следовало признать, что, сблизившись с ним, я навсегда сохраню его в сердце и в памяти. На мгновенье мне захотелось, чтобы я лишилась девственности пару лет назад, в этом случае он бы не стал волноваться, что оставляет девушку с разбитым сердцем. Думал ли он обо мне, как о ходячем клише, и что я буду ждать предложения руки и сердца, как только он лишит меня невинности? Нет, речь шла о том, что я просто хотела быть с Джеком. Хотя прежде я никогда не хотела быть с кем-то другим.
— Почему мы говорим об этом? — спросила я, прерывая поток собственных мыслей.
— Я просто не хочу, чтобы ты думала, будто всё, чего я желаю, это тебя. Я не хочу, чтобы, оглядываясь назад, ты думала, что сделала это под давлением.
— Я большая девочка, Джек. Думаю, смогу справиться сама.
— Уверен, что сможешь, — подмигнул он. — Также я планирую убедить тебя принять мой подарок и разрешить рабочим закончить ремонт полов, и я не хочу, чтобы ты думала, будто я делаю это по той причине, по которой ты отказалась продолжить работу. Так пусть баснословный счёт от фирмы, занимающейся укладкой напольных покрытий, останется у меня, тем более, представь себе, я не знаю, куда потратить свои деньги.
Я фыркнула.
— Так значит, это я делаю тебе одолжение? Хорошая попытка. — Я закатила глаза. — Нет. И я так не думала на самом деле. Просто была расстроена, когда звонила тебе прошлой ночью.
— Я хочу помочь тебе с ремонтом. Не знаю почему, просто хочу. Возможно, меня заинтересовало, что получится в результате, и у меня достаточно денег, чтобы это сделать, поэтому и сделал. Или, возможно, я представлял себе твоё лицо, когда что-то, чего ты хотела так долго, наконец-то осуществится.
Должна признать, это звучало довольно убедительно.
— Или, возможно, потому что я представил себе, как увижу твоё сияющее лицо и буду знать, что это я тот, кто заставил тебя радоваться.
Чёрт, а этот парень хорош.
— Нет, — снова сказала я, но в голосе слышалось сомнение. Я не думала, что ремонт полов мог быть таким романтичным. — Мне следовало сказать тебе, что моё лицо начинает сиять при виде коробки трюфелей «Линдор». Ты мог бы сэкономить деньги.
Глаза Джека загорелись опасным блеском, а губы прижались к моим губам.
— Я же говорил, что сумею тебя убедить.
Глава 25
Дождь прервал затянувшуюся духоту, и, учитывая тёплую погоду, наступило идеальное время года. Время, о котором мечтали все жители юга, когда продолжается лето с его ярким солнцем, а с моря дует свежий ветерок.
Мы с Джеком, несмотря на его убеждающие утренние поцелуи, зашли в тупик в вопросе ремонта полов. Поскольку рабочие вынесли всю мебель из гостиной, очередное заседание книжного клуба, местом проведения которого был выбран мой дом, я решила провести на крыльце.
Я подбросила Джека до его пляжного дома, где ему предстояло прочитать целую гору сценариев, которые прислала Кэти, после чего поехала на работу. Я не пробыла на кухне и двух минут, как Гектор запел оперным голосом «О, мой милый папочка!»[30]. Полагаю, румянец на моих щеках и глупая улыбка на лице, когда я попросила солонку и горчицу, выдали меня. Я закатила глаза, глядя на него, и попыталась обуздать свои эмоции.
К тому времени, когда должно было начаться заседание книжного клуба, я немного успокоилась. Хотя мой желудок сжимался каждый раз, когда я проходила через гостиную и видела аккуратно сложенное одеяло возле камина.
Миссис Витон вошла в дом через заднюю дверь на пятнадцать минут раньше назначенного времени. Она принесла огромную корзину с лимонным печеньем и попросила меня помочь ей с холодным чаем, который она приготовила. Через двор мы потрусили на крыльцо.
— Ну, дорогая, он просто мечта, разве не так? И такой очаровательный, — вздохнула она с нежной улыбкой.
Я засмеялась.
— Да, он такой, миссис Витон, он такой. Вы же знаете, что не можете никому рассказывать о нём, верно?
— Я знаю, дорогая. Не мне давать тебе советы, в своё время я была достаточно шустрой, но лучше бы тебе защитить своё сердце, милая. И ты знаешь… что вся эта секретность может создать намного больше трудностей, чем нормальные отношения.
Была шустрой? Я покачала головой. Означало ли это, что она была популярной или распутной? Я не стала долго задумываться над этим вопросом и сосредоточилась на своих сердечных делах.
— Я пытаюсь, миссис Витон. Защитить своё сердце, — уточнила я. — Но, на случай, если у меня это не получится, не могли бы вы запастись лимонным печеньем и ещё, по возможности, шоколадным пудингом с карамелью и морской солью?
— Конечно, милая, — похлопала она меня по руке. В этот момент мы услышали рев мотоцикла, промчавшегося по улице с другой стороны дома. Миссис Витон заметила, как я встрепенулась, и удивлённо вздёрнула нарисованные карандашом брови.
Я пожала плечами.
— Джек ездит на байке, он вам это говорил?
Она покачала головой и снова вздохнула.
