Тут Катрусю увидел какой-то дяденька, который в эту минуту тоже с удочками в руках появился на берегу. Он шёл по тропинке вдоль берега и выбирал себе местечко, где бы расположиться ловить рыбу.
- Гей, гей, рыбаки! — закричал он. — Чья это девочка плывёт?
Папа и дядя Лёня подняли головы от своей рыбы и сразу всё увидели. В тот же миг папа сбросил одежду и прыгнул в воду.
Сиди спокойно и ничего не бойся! — крикнул он Катрусе.
- Я и не боюсь, — ответила Катруся.
И правда, сейчас ей уже нечего было бояться. Папа подплыл к лодке, ухватился за корму и. погнал лодку обратно
к берегу.
- Что же ты молчала, не крикнула? — спросил папа, когда они уже остановились у берега.
Катруся посмотрела на папу ясными глазами и сказала:
- Я не испугалась и не плакала. Ты же сам сказал, что в лодке плакать нельзя!
Дядя Лёня захохотал что есть силы.
- Ох, Виктор, какая она у тебя ещё глупая! — сказал он. — Не понимает, когда нельзя, а когда можно и даже нужно кричать.
Катруся обиделась, что над ней смеются, и уже скривила губы, собираясь заплакать. Но папа с весёлым смехом ч подхватил её на руки и подбросил вверх:
— Ничего ты не понимаешь, Лёнька! Моя дочь проявила мужествоч и выдержку, а это что-нибудь значит, если человеку пять лет! К тому же ты сам во всём виноват — не вытащил лодку подальше на берег и не привязал.
Дядя Лёня перестал хохотать и пошёл к лодке, чтобы привязать её к кустам. А папа сказал, что пора бы уже и поесть. Пока Катруся играла песком да плавала в лодке, на удочки попалось несколько рыб. Папа и дядя Лёня живо принялись чистить рыбу и картошку, разжигать костёр и варить обед. Уха сварилась очень вкусная, и от неё скоро ничего не осталось. Ни кусочка не осталось и от пирожков, и от колбасы, и от огурчиков, которые мама положила в рюкзак.
Перед обедом все трое выкупались в реке. Папа учил Катрусю плавать. И хоть она сразу не научилась, но папа сказал, что она обязательно научится, потому что для этого прежде всего надо быть смелой и не бояться воды. А Катруся уже доказала, что она смелая и ничего не боится!
КАТРУСЯ ЕДЕТ В МОСКВУ
Кроме папы и мамы, дяди Лёни и тёти Майи, у Катруси была ещё и бабушка. Только Катруся её никогда не видела. Правда, мама говорила, что Катруся её видела, когда бабушка приезжала к ним. Но это было давно, три года назад, и Катруся тогда была такая маленькая, что ничего не запомнила.
Бабушка жила очень далеко, на Дальнем Востоке. Этот Восток потому и назывался Дальним, что ехать туда надо было целых две недели.
Вот и нет ничего удивительного, что бабушка не могла часто приезжать в гости к своему сыну — то есть к Катрусиному отцу.
Она только письма присылала.
Один раз папу вдруг вызвали на междугородный телефон. Он пошёл разговаривать. А мама и Катруся ждали его — им было очень интересно узнать, кто же это его вызывает.
И вот оказалось, что это звонила из Москвы бабушка. Она приехала с Дальнего Востока на неделю в командировку по какому-то делу. Заехать в Киев она не могла — не было времени. И поэтому она просила, чтобы папа и мама вместе с Катрусей приехали в Москву. Ей уж очень хотелось их всех повидать. А ведь от Киева до Москвы совсем недалеко — только одни сутки ехать, а не то что две недели, как на Дальний Восток!
- Вот хорошо, что у меня отпуск! — сказал папа. — Со берёмся да поедем!
- Я не поеду, — сказала мама. — Поезжайте вдвоём с Катрусей. а я лучше дома без вас отдохну.
Папа не стал маму уговаривать. Он знал, что она что-то плохо себя чувствует. Он побежал на городскую станцию, взял билет, послал бабушке телеграмму. И На другой день они с Катрусей отправились в путь.
С самого начала всё было очень интересно. Катруся ездила когда-то с мамой к знакомым на дачу. Ехали поездом, но в дачном поезде вагоны были совсем другие, не такие, как в этом. В этом поезде вагоны были разделены на такие маленькие комнатки, которые назывались «купе».
Двери из этих купе выходили в длинный коридор. В каждом купе были внизу лавки, а над ними широкие полки, на которых тоже можно было спать. Катрусе очень хотелось залезть наверх, но папа сказал, что их место внизу.
Тогда Катруся примостилась около окна и начала махать рукой маме, которая стояла на перроне, — она пришла их провожать.
Поезд тронулся. Мама пошла рядом с вагоном, она улыбалась и махала рукой.
Но поезд пошёл всё быстрее и быстрее. Мама стала отдаляться и скоро совсем скрылась.
Тогда Катруся оглянулась кругом и увидела, что, кроме них с папой, в этом купе было ещё трое пассажиров. Один из них сразу полез на верхнюю полку.
«Вот счастливый!» — подумала Катруся.
А двое других остались внизу и начали разговаривать с папой. Разговаривали они про что-то неинтересное, и поэтому Катруся стала опять глядеть в окно.
За окном мелькали дома, сады. Потом поезд прошёл по мосту через Днепр. Где-то внизу видны были лодочки. Они казались совсем маленькими. По реке шёл буксирный пароход Он тащил за собой длинную вереницу барж… И пароход и баржи тоже казались совсем маленькими.
За Днепром была станция Дарница. А потом начались леса. Катруся смотрела на высокие сосны, и ей казалось, что она стоит на месте, а эти сосны, и кусты, и телеграфные столбы бегут навстречу и быстро проплывают мимо окна. Она спросила папу, почему это так.
- Обман зрения, — ответил папа. — Ты смотришь, а твои глаза тебя обманывают!
Как удивительно! Разве глаза могут обманывать? Катруся подумала, что тут что-то не так. Ведь на самом деле обманывать может только язык — это когда говорят неправду. А если глаза что-то видят, значит, оно так и есть! А папа говорит — «глаза обманывают».
- Так не бывает! — уверенно сказала Катруся.
Папа засмеялся, а один из пассажиров, дядя в больших круглых очках, сказал:
- Сейчас я докажу тебе, что бывает. Вот солнце. Ты видишь, как оно всходит каждый день на востоке, поднимается вверх, потом опускается на западе и снова заходит. Так что ж, по-твоему, Земля стоит на месте, а Солнце вокруг неё ходит?
- Нет, — ответила Катруся. — Это мне уже давно Варвара Ивановна рассказала. Я знаю, Земля вертится вокруг Солнца, а не Солнце вокруг Земли. Только мы этого не заме чаем почему-то.
- Вот сейчас, в вагоне, ты всё время чувствуешь, что мы едем. Стучат колёса, вагон покачивается — ясно, что мы не стоим на месте. А Земля летит себе в свободном пространстве и не вздрагивает, не качается. Вот нам и кажется, что она стоит на месте.
Катруся представила себе Землю — такой большой, большой шар, который летит вокруг Солнца. По этому шару ходят люди и даже не думают, что они куда-то катятся…
- А если Земля на что-нибудь натолкнётся, тогда будет землетрясение, — задумчиво сказала Катруся.
- Как это так? На что ж она может натолкнуться?
- А на звёздочку!..
Папа и другой дядя начали хохотать. Но дядя в круглых очках с упрёком поглядел на них. Потом он сказал, что смеяться тут совсем нечего.
- Мне лично нравятся такие дети, которые всем интересуются и умеют фантазировать, — сказал дядя.
И он очень понятно разъяснил Катрусе, что Земля не может натолкнуться на звёздочку. Звёздочки очень далеко от Земли. Они огромные, как Солнце, и даже ещё больше' его, а нам только кажутся такими маленькими. Ведь на далёком расстоянии нам всё кажется меньше, чем оно на самом деле.
- Вот видишь вдали домик, — показал он в окно. — Тебе кажется, что он маленький, как игрушечный. Но ты понимаешь, что это большой, настоящий дом. А землетрясения бывают совсем не оттого, что Земля на что-то натолкнётся. А отто го, что в середине самой Земли получаются такие толчки, от которых земля наверху вздрагивает и трескается. И тогда обваливаются горы, а иногда разрушаются целые города… Вот когда Катруся подрастёт ещё немного и пойдёт в школу, она про всё это узнает подробнее.
- Всё надо расти и расти! — недовольно сказала Катруся. — А я уж и теперь большая и про всё хочу знать!..
- Чтобы скорее расти, надо хорошенько есть, — сказал папа. — Давай ужинать!
Он достал из чемодана свёртки с пирожками и жареными цыплятами. Другие пассажиры тоже вытащили свои запасы и начали есть.
Тем временем настал вечер, в вагоне зажглось электричество. Пришла тётя-проводница и постелила постели на нижних и верхних полках. И все легли спать.
Тук-тук-тук, тук-тук-тук! — выстукивали колёса. И под этот однотонный говор колёс Катруся скоро уснула.
Утром проснулась — что такое? Где же это она? И сразу вспомнила: она едет в поезде!
Дверь отворилась, и вошёл папа с полотенцем на плече. Он, оказывается, давно уже встал.
— Пойдём умываться! — сказал папа и повёл Катрусю по длинному коридору далеко, в самый конец вагона. Там был умывальник.
Катруся умылась, причесалась и пошла назад, в своё купе. Тут она увидела в коридоре такую же девочку, как она сама. Эта девочка вышла из соседнего купе и стояла около самого окна.
Катруся подошла к ней и стала глядеть в окно.
- Ты куда едешь? — спросила девочка.
- В Москву. А ты куда?
Я тоже в Москву! А как тебя зовут?
- Катруся. А тебя как?
Так они и начали разговаривать. Оказалось, что девочку зовут Оля. Она едет в Москву насовсем и будет там жить. Она тоже никогда не была в Москве, только видела её на картинках и в кино. И они обе начали загадывать — как они увидят Кремль, и Красную площадь, и метро… Катруся сказала., что ещё ей очень хочется увидеть бабушку — какая она? Катруся думала, что, наверно, она такая же, как Наташина бабуся, старенькая, седая, в очках.
— И у меня тоже есть бабушка, она живёт в колхозе, — сказала Оля. — Я к ней ездила на дачу. Она тоже старенькая, седая, только без очков.
Тут папа позвал Катрусю завтракать. После завтрака она опять встретилась с Олей в коридоре, и они вместе глядели в окно. А поезд всё время шёл и шёл… И вот папа сказал, что пора собираться, уже близко Москва.
И тут Катруся увидела в окно ещё издалека большой-большой город. Этому городу не было ни конца ни края! Поднимались вверх трубы заводов и высоченные дома. То здесь, то там зеленели сады. И над всем городом стояла синеватая мгла, будто утренний туман.
- Ой, какой огромный дом! Что это такое? — закричала Катруся.
Она увидела высокое, красивое здание, которое поднималось выше всех домов.
Это Московский университет, — сказал дядя в очках. — Знаешь, сколько в нём этажей? Тридцать два! А по гляди — вон ещё такие же высотные дома. Они, как башни, возвышаются над городом.
- Папка, а ты мог бы такие построить? — спросила Катруся. — Вы знаете, — повернулась она к дяде в очках, — у меня папа не просто папа. Мой папа инженер-строи тель!
- Нашла чем людей удивлять! — засмеялся папа. — А разве бывают такие «просто папы»? Что-то не слышал про такую профессию.
А поезд всё приближался к вокзалу. Вот он въехал под высокую стеклянную крышу, подошёл к перрону. На перроне стояло много народу. Некоторые бежали навстречу поезду. Спешили носильщики в белых фартуках.
Папа взял чемодан и вместе с другими пассажирами вышел на площадку вагона.
Поезд остановился.
— Мам! — вдруг крикнул кому-то папа и замахал рукой.
Катруся оглянулась — а где же бабушка? Что-то никаких старушек не видно в толпе…
А в это время к папе подбежала какая-то маленькая, худенькая тётя и кинулась ему на шею. И папа начал целоваться с ней.
«Почему это папа целуется с чужой тёткой?» — подумала Катруся и недовольно отвернулась. И опять стала глядеть в толпу — где же её бабушка?
- Катруся, что же ты не здороваешься с бабушкой? — сказал папа.
И вдруг эта самая маленькая тётя обхватила её обеими руками и начала целовать.
- Это такая у меня внучка? Здравствуй, внученька! — говорила она.
Катруся очень удивилась. Разве такие бабушки бывают? Оказывается, её бабушка совсем не похожа на Наташину. Это же не бабушка, а просто тётя. У неё и очков нет, и нет платка на голове, как у Наташиной бабушки. Просто удивительно!
- Ну, пойдём, пойдём скорей! — сказала бабушка и взяла Катрусю за руку. — Я и не думала, Катруся, что ты уже такая большая!
- А я не думала, что вы такая… маленькая! — ответила Катруся.
КАТРУСЯ В МОСКВЕ
Катруся растерялась оттого, что у неё такая удивительная бабушка. Она даже не заметила, как они вышли с вокзала на площадь и сели в такси. Она не обращала внимания ни на что. Только удивлялась: как же это она будет называть бабушку бабусей, а бабушка совсем и не старая!
- Что ты на меня всё время смотришь? — спросила ба бушка. — Может, я тебе не понравилась?
- Нет… я не знаю, — ответила Катруся неуверенно. — А почему вы живёте не с нами, а на Дальнем Востоке?
- А потому, что я там работаю на железной дороге. Я инженер, как и твой папа. Только он строитель, а я железнодорожница.
- Разве бывают бабуси-инженеры?
- Выходит, что бывают! — улыбнулась бабушка.
Катруся с бабушкой сидели в такси рядом, а папа на переднем сиденье. Он повернулся к ним и сказал, что если бабушка будет отвечать на все Катрусины вопросы, то этому конца-краю не будет. И сам он начал расспрашивать свою маму о том, как она живёт и как работает и как вообще живётся на Дальнем Востоке…
А Катруся подумала, что и папиным вопросам тоже не будет конца-краю.
Наконец они приехали к бабушке в гостиницу. Бабушка сняла костюм и надела пёстрый халатик. И сразу стала какой- то родной, близкой, хотя всё-таки была совсем не похожа на других бабушек.
Катруся всё время поглядывала на неё и на папу. Как это удивительно: папка такой высокий, широкоплечий, а его мама такая маленькая! И он так смешно её называет: «Мам». Он наверно, мог бы взять её на руки и подкинуть До потолка, как подкидывает Катрусю, — такой он сильный!.. А бабуся сама маленькая — значит, потому она и подарила Катрусе такую малюсенькую Дюймовочку.
- Я вашу'Дюймовочку очень люблю! — сказала Катруся.
- Какую Дюймовочку?
- А ту, которую вы мне на Новый год прислали в посылке.
- Ага, значит, ты любишь играть в куклы! — сказала бабушка. — И я, когда была маленькая, тоже любила. Только мне больше нравились куклы не купленные, а те, которые я сама делала из бумаги.
- Как так — из бумаги? — удивилась Катруся.
- А вот как!
Бабушка вынула из своего портфеля листок плотной бумаги, взяла маленькие ножницы и начала вырезать. Она сложила бумагу вдвое и вырезала половину фигурки: половину головки, половину платьица, одну ручку и одну ножку. А потом развернула — и вышла девочка с двумя ручками и двумя ножками!
Потом бабушка свернула бумагу в несколько раз, снова вырезала такую же фигурку. А когда бумажка развернулась — вышла целая вереница девочек. Они все держали друг друга за руки, будто стали в круг и собираются танцевать.
- Ой, какие хорошенькие! Какие малюсенькие! — Катруся даже подпрыгивала от радости.
- Ещё надо их раскрасить цветными карандашами, — сказала бабушка. — Вот в воскресенье я буду свободна, пойдём по магазинам за покупками, тогда и цветных карандашей купим!
Потом бабушка вырезала ещё лошадку и санки. Бумажная девочка села на санки, и лошадка повезла её.
- Наверно, ты и мне такие фигурки вырезала, когда я был маленький? — сказал папа.
- Ну конечно, — улыбнулась бабушка. А потом дала Катрусе конверт и сказала: — А чтобы наши куколки не потерялись, положи их в этот конверт. Я всегда так делала, когда была маленькая.
Катруся сложила все фигурки в конверт. Потом взяла карандаш и надписала на конверте: «Катруся».
- Ах! — всплеснула руками бабушка. — Как ты мне на помнила моё детство! Ведь и я тоже надписывала на конверте «Катруся».
- А разве вас тоже так зовут? — удивилась Катруся.
- А как же! Ведь тебя потому и назвали Катрусей. Разве ты не знала?
Катруся поглядела на бабушку и засмеялась. Ей очень понравилось, что эта маленькая папина мама тоже Катруся. Бабуся Катруся — вот как её надо звать!
Вечером бабушка постелила постель на диване и велела Катрусе ложиться спать. Она укрыла Катрусю одеялом, поцеловала, пожелала ей спокойной ночи — так же, как это всегда делала мама. И Катруся окончательно решила, что такая бабушка даже лучше Наташиной.
- Спокойной ночи, бабуся Катруся! — сказала она.
На другое утро бабушка пошла по своим делам. А Катруся и папа отправились осматривать Москву.
На улице сначала ничего интересного не было. Улица как улица, таких и в Киеве немало.
Но вот они вышли на площадь. И тут, посреди площади, Катруся увидела какое-то здание, на котором вверху была огромная буква «М». Туда, в широкие двери, непрестанно входили люди. И папа с Катрусей тоже вошли туда.
Они спустились вниз, в зал, и там купили билеты. Потом прошли дальше и показали билеты тёте-контролёру. Она оторвала от билетов клочок и пропустила их.
- Ну, Катруся, держись! — сказал папа и крепко взял Катрусю за руку.
Тут Катруся почувствовала, что пол у неё под ногами куда-то уходит и тянет её с собой. Она чуть не упала. Но вдруг этот пол сам собой превратился в ступеньку, и ступенька вместе с Катрусей поехала вниз… Катруся опомнилась и увидела, что стоит на длинной-длинной лестнице. Люди стоят на ней неподвижно, а лестница сама везёт их вниз!
- Ой, я знаю! — обрадовалась Катруся. — У меня про это в книжке есть: «Лестница-чудесница бежит сама собой». Только я думала, что это нарочно придумано, а не вправду!
Люди, которые стояли впереди, начали оглядываться на Катрусю. Ведь она с папой разговаривала по-украински, а в Москве все говорят на русском языке.
Один какой-то дяденька сказал:
- Ого, да это же украиночка! Откуда приехала?
- Из Киева! — ответила Катруся.
- Ну и как? Нравится тебе Москва?
- Очень нравится, только я ещё ничего не видала! — сказала Катруся.
В этот момент лестница уже докатилась донизу. Надо было переступить на ровный пол — и тут Катруся снова чуть не упала. Хорошо, что папа крепко держал её за руку.
- Мы уже с тобой глубоко под землёй, — сказал папа, — а погляди как тут красиво!
Катруся оглянулась — и правда! Они очутились в красивом, большом зале. Пол блестел, как зеркало, стены тоже блестели. Они были украшены всякой резьбой. А сквозь резьбу светились такие яркие лампы, что Катрусе показалось, будто всё залито солнечным светом. Даже придумать трудно, что так может быть в глубоком подземелье.
- Наверно, в таком же дворце жила Спящая красавица, правда, папа? — сказала Катруся. Она вспомнила сказку, которую мама рассказывала ей.
- Может, и в таком, — согласился папа. — Но таких поездов у Спящей красавицы не было. Это уж можешь поверить.
Тут Катруся увидела, что с обеих сторон понизу проложены рельсы, как на железной дороге или на трамвайной линии. Но тут вдруг что-то загудело, зашумело…
В тёмном туннеле появился поезд. Он мчался по рельсам всё ближе и ближе. Только поезд этот был не такой, как на железной дороге.
Поезд остановился. В вагонах сами собой раздвинулись двери. И все люди — и Катруся с папой тоже — вошли в вагоны. Двери сами собой закрылись. Поезд тронулся с места и со страшной быстротой помчался под землёй. Катрусе даже стало как-то жутко.
Так они мчались, мчались.., Потом поезд замедлил ход, за окнами заблестели огни. И они остановились на следующей станции. Эта станция тоже напоминала дворец из сказки. А какой из этих дворцов был красивее, сразу и понять было нельзя.
Катруся с папой пошли к выходу. Теперь уже лестница-чудесница покатила их наверх. И Катруся скоро очутилась снова на поверхности земли — на большой, многолюдной улице.
- Ну как, хорошо ездить в метро? — спросил папа.
- Очень хорошо! — радостно ответила Катруся. — Давай ещё покатаемся!
Но папа сказал, что они успеют поездить на метро, а сейчас надо ещё многое посмотреть. Прежде всего Красную площадь и Кремль.
И он повёл Катрусю по улице. По широкому тротуару — и рядом с ними, и впереди них, и сзади, и навстречу — шли люди.
- Куда это все идут? — спросила Катруся. — Почему столько людей?
- Идут себе каждый по своим делам, — ответил папа. — А много народу — так это потому, что Москва очень большой город. В Москве живут миллионы людей! А сколько тут ещё и таких, как мы с тобой, приезжих! Ведь Москва — столица Советского Союза!
Катруся с папой вышли на широкую площадь. На той стороне площади они увидели высокие красные стены с зубцами наверху. Над стенами возвышались башни, а на башнях светились большие рубиновые звёзды. Эти стены, и башни, и эти рубиновые звёзды Катруся часто видела на картинках. Всё это казалось ей таким знакомым, будто она уже много раз бывала здесь.
- Это Кремль! Папа, погляди, это Кремль! — обрадовалась Катруся.
И правда, они стояли на Красной площади и перед ними был Кремль.
Вдруг вверху, над их головами, заиграла мелодичная музыка, и огромные часы на башне начали вызванивать время.
- Ой, папка! Это совсем как по радио! — удивилась Катруся.
- А как же! — сказал папа. — Если по радио говорят «Слушайте Красную площадь и бой часов кремлёвской башни», то ведь это отсюда и передают. И тогда вся страна слышит вот эти кремлёвские часы-куранты. А сейчас мы с тобой сами стоим на Красной площади. И не только слышим, но и видим её своими глазами. И если ты услышишь когда-нибудь по радио бой этих часов, то вспомнишь о том, как мы с тобой стояли здесь и куранты вызванивали над нами.
Два дня бабушка была занята своей работой. Она только вечером приходила домой.
А Катруся с папой осматривали Москву. Они поездили на метро, побывали в Парке культуры и отдыха, проехались на теплоходе по Москве-реке до самого Московского моря.
В воскресенье бабушка наконец освободилась. Теперь, можно было пойти покупать цветные карандаши и разные другие вещи.
Они все трое пошли в огромный универмаг на Красной площади.
Там продавалось всё, что хочешь. Там просто заблудиться можно было среди всех этих этажей, переходов, балконов и коридоров, полных народа.
Цветные карандаши купили в первую очередь. Потом пошли в магазин, где продавались подарки.
— Тут мы купим подарок твоей маме,— сказала бабушка. Они купили маме красивую бархатную сумочку с серебряной застёжкой. Такие в Киеве не продаются, и маме она, конечно, очень понравится.
Потом папа и бабушка остановились около какого-то со всем неинтересного магазина. Там продавались принадлежности для фото и толпилось много народу. Катруся отошла от этой толпы и начала переходить от витрины к витрине и разглядывать, что там выставлено.
Она отошла немного и оглянулась — а где же папа и бабушка? Их нигде не видно… Разве найдёшь их в такой толпе' Катруся испуганно остановилась. Но тут над её головой какой-то голос из репродуктора сказал:
«Граждане покупатели! Если вы потеряли друг друга, встречайтесь около фонтана!»
Около фонтана! А фонтан Катруся видела как раз у того магазина, где они покупали маме подарок. Но вот как теперь найти этот фонтан?
- Тётя, скажите, пожалуйста, где фонтан? — вежливо обратилась Катруся к одной женщине.
- Фонтан? Да вот иди прямо, — ответила женщина и показала куда идти.
Катруся пошла, куда ей показали. По дороге она увидела у витрины какого-то маленького мальчика. Он стоял и плакал, вытирая глаза кулачками.
- Ты чего плачешь? — спросила его Катруся.
Мальчик не отвечал.
- Ты, может быть, потерялся? — спросила Катруся. — Это ничего! Я тоже потерялась. Пойдём вместе к фонтану!
И она взяла мальчика за руку.
Но в это время к ним быстро подошла какая-то женщина.
- Ты куда ведёшь моего Колю? — сердито закричала она.
- Я думала — он потерялся! — ответила Катруся.
- Ничего он не потерялся! Просто капризничает, противный мальчишка!
Сердитая женщина схватила мальчика за руку и повела с собой. А Катруся посмотрела им вслед и пошла дальше, к фонтану.
Только успела она подойти к фонтану, как тут же появились папа и бабушка. Бабушка разволновалась, раскраснелась. А папа шёл и спокойно улыбался.
- Катрусенька! — воскликнула бабушка с удивлением.— Как это ты догадалась, что нужно идти сюда? И ты не испугалась и не заплакала?
- Я же говорил тебе, мам, что она большая девочка! — весело сказал папа. — Можешь быть за неё спокойна.
Но бабушка теперь уже не выпускала Катрусиной руки. Они купили ещё много разных вещей. А потом, довольные и утомлённые, вернулись домой.
Вечером все трое собрались в театр, который назывался «Большой театр». Он и правда оказался очень большой и весь золотой в середине.
На сцене показывали балет «Спящая красавица». Эту сказку Катруся хорошо знала, и потому ей всё было понятно. Балерины танцевали и здесь очень красиво.
Катруся сразу вспомнила «Лебединое озеро» и опять решила, что обязательно будет балериной, когда вырастет. Она рассказала об этом бабушке.
- Вижу, вижу, что в меня уродилась!:— сказала бабушка. — Я тоже любила танцевать, когда была маленькая. Да, видишь, стала я не балериной, а инженером!
- Жалко! — вздохнула Катруся. — Мы бы с вами вместе танцевали… На сцене, как эти девочки! Вот было бы хорошо!
Бабушка засмеялась:
- Ну, знаешь, Катруся, пока ты вырастешь, я буду совсем старенькая. Куда уж мне танцевать! Придётся тебе без меня обойтись, если не передумаешь.
- А почему вы передумали, бабуся Катруся?
- Да я никогда и не думала стать балериной. И теперь я очень рада, что стала железнодорожницей. Это очень интересная работа!
Катруся задумалась. Сказать правду, ей самой нравилась железная дорога. Наверно, если работать на железной дороге, то можно сколько захочешь ездить в поезде… Может, и Катрусе тоже стоит пойти в железнодорожницы? Всё это надо ещё обдумать и посоветоваться с Наташей.
Но вот пришло время возвращаться домой, в Киев. Бабушке надо было ехать на Дальний Восток. А из-за того, что ехать туда очень долго, она решила лететь самолётом. Ведь самолёты летят гораздо быстрее, чем идут поезда, и через два дня она будет дома.
- Ну, до свиданья, моя большая, разумная внучечка! — сказала бабушка и поцеловала Катрусю. — Не забывай меня! Я очень рада, что познакомилась с тобой.
- И я тоже рада, — ответила Катруся. — Я вас не забуду, бабуся Катруся! Я теперь уже скоро все буквы выучу и буду писать вам письма.
Они стояли на широком поле, которое называлось «аэродром».
На это поле прилетали и садились самолёты со всех концов страны. А отсюда они отправлялись в полёт в разные города — так же, как поезда с вокзала.
На этом поле и сейчас стояли самолёты. А ближе всех стоял тот самолёт, на котором бабушка полетит на свой Дальний Восток.
Этот самолёт был очень большой, светло-серый, будто серебряный. Катруся видела издали, что у него сбоку открыты дверцы и оттуда спускается на землю лесенка.
- Пассажиров прошу садиться! — сказал какой-то дядя. Он начал проверять билеты и пропускать пассажиров на с молёт.
Бабушка ещё раз крепко поцеловала Катрусю и папу. А потом взяла свой маленький чемоданчик и пошла вместе с другими пассажирами. Вот она уже поднялась по лесенке, помахала рукой на прощание и вошла в самолёт. Ещё несколько минут — и лесенку убрали, дверцы закрыли, загудел-завертелся пропеллер, и самолёт покатился по ровной дорожке посреди поля.
Не успела Катруся опомниться, а он уже поднялся над землёй. И полетел всё выше, выше и скоро исчез в туманной дали. И бабуся Катруся исчезла вместе с ним…
ВАРВАРА ИВАНОВНА УЕЗЖАЕТ
В этот же вечер Катруся с папой сели в поезд и тоже поехали домой.
С тех самых пор, как родилась, Катруся жила в квартире, где рядом с их комнатой была комната Варвары Ивановны. И папа, и мама, и сама Катруся всегда относились к Варваре Ивановне, как к своему самому близкому другу и советчику. И правда: если чего^не знаешь, можно спросить Варвару Ивановну — она, уж наверно, всё объяснит. Когда папа и мама уходят из дому и Катрусю не с кем оставить, Варвара Ивановна берёт её к себе.
И всегда во всех трудных случаях Варвара Ивановна обязательно поможет. Даже странно было бы подумать, что Варвара Ивановна вдруг не будет больше жить рядом с Катрусей!
Но именно так и случилось.
Был хороший июльский вечер. Катруся и Варвара Ивановна поливали цветы на своём балконе.
Цветы у них пышно разрослись. Ярко-жёлтые бархатцы поднимали кверху свои головки. И настурции, будто усыпанные горячими огоньками, цвели изо всей силы. И королев цвет, который обвил все верёвочки, развесил на балконе, словно кисточки, свои красные цветы…
Все эти цветы выросли из тех семян, которые Катруся посеяла весной. А летом Варвара Ивановна добавила в ящики астр и левкоев. Вот какой пышный цветник был у них на балконе!
В тот вечер, о котором идёт разговор, Варвара Ивановна и Катруся сидели около ящиков. Катруся осторожно выдёргивала травинки, которые кое-где выросли среди цветов. А Варвара Ивановна показывала ей, как надо различать сорняки от цветов.
- Привыкай, привыкай, Катруся, — сказала Варвара Ивановна. — Скоро придётся тебе одной ухаживать за цветами… Сумеешь?
- А… вы где будете? — удивилась Катруся.
- А я уеду отсюда насовсем, — ответила Варвара Иванов на. — Я поеду в город Днепропетровск и там буду работать.
Катруся от удивления даже подскочила:
- Как это так? Насовсем? А мы здесь останемся?
Тут Варвара Ивановна рассказала Катрусе, что её назначили директором школы в Днепропетровске. Это тоже большой город, хоть и поменьше Киева, но и там много огромных заводов, и театров, и школ. И есть такая же детская железная дорога, как в Киеве. А стоит этот город на Днепре, так же как и Киев. Можно сесть на пароход в Киеве и приплыть прямо в Днепропетровск.
