Очередной знаковый эпизод, повлиявший на Джона Гриндера и Ричарда Бендлера, произошёл во время обучающего семинара в доме на Мишен Стрит в Санта-Круз. В одном из уютных домов на этой во всех отношениях приятной улице, собрались несколько студентов Университета. Собрал эту группу парень по имени Кен, к слову, его увлечение НЛП в будущем перерастёт в профессиональный интерес, и он станет частью тренинговой организации в Санта-Круз, но это всё будет позже, а пока он свойский парень и умеет делать кое-какие крутые вещи. Среди участников того семинара можно назвать Девида, Девру, Кена, ещё там были Лесли, Джудит, Ричард, Джон, Пауль, Кетрин, Дебби, собственно я и ещё несколько ребят.
Основные навыки, над которыми мы тогда работали это консультирование супружеских пар (и просто влюблённых парочек, почему бы и нет), некоторые элементы из семейного консультирования и техники Гештальта, немного здесь, немного там. Вечерне-ночная группа (бывало и такое), которую вёл Ричард, как раз «лечила» пары. Костяком этой группы были Френк, Джудит и Лесли. На терапевтической сессии Френк решал проблемы, которые возникли у него с Джудит. К тому же он жил с Лесли, так что ему было над чем тогда работать, но внесём ясность. Дело в том, что Френк был студентом Университета и жил в местном общежитии с Лесли, которая тоже была студенткой. Камнем преткновения между ними стал торт, и Френк этот торт хотел съесть. В общем, в отношениях между Френком, Джудит и Лесли были некоторые затруднения, и они хотели их разрешить, а Ричард был посредником в этом нелёгком деле, как всегда.
Что я помню о Френке, так это то, что он тогда казался очень нервным. Пожалуй, и не удивительно, учитывая ситуацию. У него были очень короткие ногти, потому что он постоянно их грыз. Лесли являла собой классическую чувственно-чувствительную блондинку. Она драматически говорила, что её общение с Ричардом привело к глубоким изменениям в жизни Лесли, причём, за довольно короткий промежуток времени. К слову, Ричард действительно имел на неё сильное влияние. Джудит, казалось, старается быть в тени, и держаться подальше от происходящего. Как мне помнится, её участие действительно было минимальным. В свою очередь Джон Гриндер, который в прошлом был самым что ни на есть настоящим разведчиком, тоже какое-то время занимал выжидательную позицию, но уже переходил к активным действиям.
Эмоциональные подвижки и опыт терапевтического взаимодействия сразу с тремя клиентами были просто невероятными. Однако Ричард, впрочем, как и всегда, справился с этой троицей и Френк, Лесли и Джудит пришли к полному взаимопониманию. Именно, на том занятии на Мишен Стрит, мы сделали первые шаги к тому способу сбора информации, который впоследствии станет паттерном мета-модели. Ключевыми стали вопросы: КТО, ЧТО, КАК, а из Гештальт-терапии пришли опущения и незаданные вопросы, а так же вопросы и причине и цели: почему и для чего?
Мы кричали, чтобы получить ответ, иногда были друг друга по голове, когда эти ответы всё же получали. В сугубо терапевтических целях, конечно, и только мягкими подушками. Паттерны мета-модели и ещё нескольких техник мы получили изучая аудио и видео записи Вирджинии Сатир и Фрица Перлза.
Динамика и процессы в группе были сами по себе очень интересны. Участники постоянно работали друг с другом, делились эмоциональными проблемами. Ричард сблизился с Лесли Кемерон, а Джон стал больше общаться с Джудит ДеЛозье. Впоследствии Лесли стала всё больше и больше включаться в терапевтические процессы и принимала участие в занятиях других групп. Джудит же, никогда особо не интересовалась терапией, в институте она изучала религиоведение, и оставалась верна своему направлению.
Постепенно цена наших еженедельных занятий повысилась, и мы стали платить уже по 50 долларов в месяц.
В 1974 году наши группы стали активно развиваться. Одно из самых интересных занятий того времени, проходило в горах Санта-Круз. Основное внимание мы тогда уделяли Гештальт-терапии, в которой участвовало несколько пар, и семейной терапии, по методу Вирджинии Сатир.
На этом цикле семинаров мы экспериментировали с мета-моделью. Группа собралась в доме прямо за Скош Валей в горах Санта-Круз. Это был большой деревянный дом, как я уже сказал, среди гор, и здесь было очень удобно устраивать тренинги для большой группы. Френк, Лесли и Джудит – все они жили именно здесь. Френк был уже в состоянии сам решить некоторые свои конфликты, и пока жил с Лесли в доме, а Джудит уже обосновалась в бабушкиной квартире. Именно в это время Джудит сдружилась с Джоном.
Глава 11. Мета-модель
Мета-модель создавалась путём проб и ошибок в течении нескольких месяцев. Мы все ошибались, а потом пробовали ещё раз. Первоначально мы применяли мета-модель в контексте Гештальт-терапии. Занятия проходили раз в неделю.
В итоге был создан инструмент, дополняющий другие методики сбора информации. Мета-модель легко применять и в других видах консультирования и психотерапии, а в ближайшем будущем, как я предвижу, в бизнесе и образовании. Тем не менее, некоторые люди получили неверное представление об этой полезной модели. В числе этих счастливчиков оказался Роберт Дилтс и Я, а вы о ком подумали? Дело было так, мы стали, участниками вводного семинара, услышав, будто мета-модель помогает излечить шизофрению. Но, Ричард был непреклонен, и доказал что мы не правы. Довольно быстро убедившись, что прав действительно, именно Ричард, мы стали учиться уже НЛП.
Ричард изначально сделал ставку на свои знания и опыт в терапии, а Джон опирался на лингвистику, где отправной точкой для него была трансформационная грамматика. Эти два способа мышления (терапия и лингвистика) нашли своё отражения и в структуре группы. Участники занятия объединялись в «троечки», или около того, один из еоторых был «клиентом» и рассказывал о своей проблеме, второй - исполнял роль терапевта, остальные отслеживали их взаимодействие. Потом наблюдатели и «терапевт» уходили в другую комнату и собирали с разных позиций информацию о заявленной проблеме и о том, как она представлена в модели мира «клиента». К этому моменту мы уже были знакомы с теорией соотношения глубинной и поверхностной структуры, и твёрдо знали, что карта не есть территория.
Мы занимались каждым мета-модельным нарушением по неделе. Просто шли и задавали людям вопросы, иногда это больше походило на допрос с пристрастием, чем на терапию. Затем, Ричард или Джон проверяли собранную информацию, чтобы убедиться, что все части персональной модели мира на своём месте. В результате этой техники мы смогли получать полное лингвистическое описание модели мира клиента.
