Разгром - Роман (1927)
Командир партизанского отряда Левинсон приказывает ординарцу Морозке отвезти пакет в другой отряд. Морозке не хочется ехать, он предлагает послать кого-нибудь другого; Левинсон спокойно приказывает ординарцу сдать оружие и отправляться на все четыре стороны. Морозка, одумавшись, берет письмо и отправляется в путь, заметив, что «уйтить из отряда» ему никак нельзя.
Далее следует предыстория Морозки, который был шахтером во втором поколении, все в жизни делал бездумно — бездумно женился на гулящей откатчице Варе, бездумно ушел в восемнадцатом году защищать Советы. На пути к отряду Шалдыбы, куда ординарец и вез пакет, он видит бой партизан с японцами; партизаны бегут, бросив раненого парнишку в городском пиджачке. Морозка подбирает раненого и возвращается в отряд Левинсона.
Раненого звали Павлом Мечиком. Очнулся он уже в лесном лазарете, увидел доктора Сташинского и медсестру Варю (жену Морозки). Мечику делают перевязку. В предыстории Мечика сообщается, что он, живя в городе, хотел героических подвигов и поэтому отправился к партизанам, но, когда попал к ним, разочаровался. В лазарете он пытается разговориться со Сташинским, но тот, узнав, что Мечик был близок в основном с эсерами-максималистами, не расположен говорить с раненым.
Мечик не понравился Морозке сразу, не понравился и позже, когда Морозка навещал свою жену в лазарете. На пути в отряд Морозка пытается украсть дыни у сельского председателя Рябца, но, застигнутый хозяином, вынужден ретироваться. Рябец жалуется Левинсону, и тот приказывает забрать у Морозки оружие. На вечер назначен сельский сход, чтобы обсудить поведение ординарца. Левин-сон, потолкавшись между мужиками, понимает окончательно, что японцы приближаются и ему с отрядом нужно отступать. К назначенному часу собираются партизаны, и Левинсон излагает суть дела, предлагая всем решить, как быть с Морозкой. Партизан Дубов, бывший шахтер, предлагает выгнать Морозку из отряда; это так подействовало на Морозку, что тот дает слово, что больше ничем не опозорит звание партизана и бывшего шахтера. В одну из поездок в лазарет Морозка догадывается, что у его жены и Мечика возникли какие-то особенные отношения, и, никогда не ревновавший Варю ни к кому, на этот раз чувствует злобу и к жене, и к «маменькиному сынку», как он называет Мечика.
В отряде все считают Левинсона человеком «особой, правильной породы». Всем кажется, что командир все знает и все понимает, хотя Левинсон испытывал сомнения и колебания. Собрав со всех сторон сведения, командир приказывает отряду отступать. Выздоровевший Мечик приходит в отряд. Левинсон распорядился выдать ему лошадь — ему достается «слезливая, скорбная кобыла» Зючиха; обиженный Мечик не знает, как обходиться с Зючихой; не умея сойтись с партизанами, он не видит «главных пружин отрядового механизма». Вместе с Баклановым его послали в разведку; в деревне они наткнулись на японский патруль и в перестрелке убили троих. Обнаружив основные силы японцев, разведчики возвращаются в отряд.
Отряду нужно отступать, нужно эвакуировать госпиталь, но нельзя брать с собой смертельно раненного Фролова. Левинсон и Сташинский решают дать больному яду; Мечик случайно слышит их разговор и пытается помешать Сташинскому — тот кричит на него, Фролов понимает, что ему предлагают выпить, и соглашается.
Отряд отступает, Левинсон во время ночевки идет проверять караулы и разговаривает с Мечиком — одним из часовых. Мечик пытается объяснить Левинсону, как ему (Мечику) плохо в отряде, но у командира остается от разговора впечатление, что Мечик «непроходимый путаник». Левинсон посылает Метелицу в разведку, тот пробирается в деревню, где стоят казаки, забирается во двор дома, где живет начальник эскадрона. Его обнаруживают казаки, сажают его в сарай,
наутро его допрашивают и ведут на площадь. Там вперед выходит человек в жилетке, ведя за руку испуганного пастушонка, которому Метелица накануне в лесу оставил коня. Казачий начальник хочет «по-своему» допросить мальчика, но Метелица бросается на него, стремясь его задушить; тот стреляет, и Метелица погибает.
Казачий эскадрон отправляется по дороге, его обнаруживают партизаны, устраивают засаду и обращают казаков в бегство. Во время боя убивают коня Морозки; заняв село, партизаны по приказу Левинсона расстреляли человека в жилетке. На рассвете в село направляется вражеская конница, поредевший отряд Левинсона отступает в лес, но останавливается, так как впереди трясина. Командир приказывает гатить болото. Перейдя гать, отряд направляется к мосту, где казаки устроили засаду. Мечик отправлен в дозор, но он, обнаруженный казаками, боится предупредить партизан и бежит. Ехавший за ним Морозка успевает выстрелить три раза, как было условлено, и погибает. Отряд бросается на прорыв, остается девятнадцать человек.
Л. И. Соболев
Молодая гвардия - Роман (1945—1946; 2-я ред. — 1951)
Под палящим солнцем июля 1942 г. шли по донецкой степи со своими обозами, артиллерией, танками отступающие части Красной Армии, шли детские дома и сады, стада скота, грузовики, беженцы... Но переправиться через Донец они уже не успели: к реке вышли части немецкой армии. И вся эта масса людей хлынула обратно. Среди них были Ваня Земнухов, уля Громова, Олег Кошевой, Жора Арутюнянц.
Но не все покидали Краснодон. Сотрудники госпиталя, в котором осталось более ста неходячих раненых, размещали бойцов по квартирам местных жителей. Филипп Петрович Лютиков, оставленный секретарем подпольного райкома, и его товарищ по подполью Матвей Шульга тихо осели на явочных квартирах. Комсомолец Сережа Тюленин возвратился домой с рытья окопов. Случилось так, что он принял участие в боях, сам убил двух немцев и был намерен убивать их впредь.
Немцы вошли в город днем, а ночью сгорел немецкий штаб. Поджег его Сергей Тюленин.
Олег Кошевой возвращался от Донца вместе с директором шахты № 1-бис Валько и по дороге попросил его помочь связаться с подпольщиками. Валько и сам не знал, кто оставлен в городе, но был уверен, что найдет этих людей. Большевик и комсомолец договорились держать связь.
Кошевой вскоре познакомился с Тюлениным. Ребята быстро нашли общий язык и выработали план действий: искать пути к подполью и одновременно самостоятельно создавать молодежную подпольную организацию.
Лютиков тем временем для отвода глаз стал работать у немцев в электромеханических мастерских. Пришел в давно знакомую ему семью Осьмухиных — звать на работу Володю. Володя рвался на борьбу и порекомендовал Лютикову для подпольной работы своих товарищей Толю Орлова, Жору Арутюнянца и Ивана Земнухова. Но когда речь о вооруженном сопротивлении зашла с Иваном Земнуховым, тот сразу стал просить разрешения привлечь в группу и Олега Кошевого.
Решающее совещание произошло в «бурьяне под сараем» у Олега. Еще несколько встреч — и наконец все звенья краснодонского подполья замкнулись. Образовалась молодежная организация, названная «Молодой гвардией».
Проценко в это время был уже в партизанском отряде, который базировался по ту сторону Донца. Вначале отряд действовал, и действовал неплохо. Затем попал в окружение. В группу, которая должна была прикрывать отход основной части людей, Проценко в числе других направил комсомольца Стаховича. Но Стахович струсил, удрал через Донец и ушел в Краснодон. Встретившись с Осьмухиным, своим товарищем по школе, Стахович сообщил ему, что сражался в партизанском отряде и официально послан штабом организовать партизанское движение в Краснодоне.
Шульгу моментально выдал хозяин квартиры, бывший кулак и скрытый враг Советской власти. Явка, где скрывался Валько, провалилась случайно, но полицай Игнат Фомин, проводивший обыск, сразу опознал Валько. Кроме того, в городе и в районе были арестованы почти все не успевшие эвакуироваться члены большевистской партии, советские работники, общественники, многие учителя, инженеры, знатные шахтеры и кое-кто из военных. Многих из этих людей, в том числе Валько и Шульгу, немцы казнили, закопав живыми.
Любовь Шевцова загодя была выдвинута в распоряжение партизанского штаба для использования в тылу врага. Она закончила военно-десантные курсы, а затем курсы радистов. Получив сигнал, что
должна ехать в Ворошиловград и связанная дисциплиной «Молодой гвардии», доложила о своем отъезде Кошевому. Никто, кроме Осьмухина, не знал, с кем из взрослых подпольщиков связан Олег. Но Лютиков отлично знал, для какой цели Любка оставлена в Краснодоне, с кем связана в Ворошиловграде. Так «Молодая гвардия» вышла на штаб партизанского движения.
Яркая внешне, веселая и общительная, Любка вовсю заводила теперь знакомства с немцами, представляясь дочерью шахтовладельца, репрессированного Советской властью, а через немцев добывала различные разведданные.
Молодогвардейцы принялись за работу. Они расклеивали подрывные листовки и выпускали сводки Совинформбюро. Повесили полицая Игната Фомина. Освободили группу советских военнопленных, работавших на рубке леса. Собирали оружие в районе боев на Донце и крали его. уля Громова ведала работой против вербовки и угона молодежи в Германию. Была подожжена биржа труда, и вместе с ней сгорели списки людей, которых немцы собирались угонять в Германию. На дорогах района и за его пределами действовали три постоянные боевые группы «Молодой гвардии». Одна нападала преимущественно на легковые машины с немецкими офицерами. Руководил этой группой Виктор Петров. Вторая группа занималась машинами-цистернами. Этой группой руководил освобожденный из плена лейтенант Советской Армии Женя Мошков. Третья группа — группа Тюленина — действовала повсюду.
В это время — ноябрь, декабрь 1942 г. — завершалась битва под Сталинградом. Вечером 30 декабря ребята обнаружили немецкую машину, груженную новогодними подарками для солдат рейха. Машину обчистили, а часть подарков решили сразу пустить в продажу на рынке: организации нужны были деньги. По этому следу и вышла на подпольщиков давно искавшая их полиция. Вначале взяли Мошкова, Земнухова и Стаховича. Узнав об аресте, Лютиков немедленно отдал приказ — уходить из города всем членам штаба и тем, кто близок к арестованным. Следовало прятаться в деревне или пытаться перейти линию фронта. Но многие, в том числе Громова, по молодой беспечности остались или не смогли найти надежного убежища и вынуждены были вернуться домой.
Приказ был отдан в то время, как под пытками Стахович стал давать показания. Начались аресты. уйти смогли немногие. Стахович не знал, через кого Кошевой осуществлял связь с райкомом, но случайно вспомнил связную, и в итоге немцы вышли на Лютикова. В руках палачей оказалась группа взрослых подпольщиков во главе с Лютиковым
и члены «Молодой гвардии». Никто не признался в своей принадлежности к организации и не показал на товарищей. Олег Кошевой был взят одним из последних — нарвался в степи на жандармский пост. При обыске у него обнаружили комсомольский билет. На допросе в гестапо Олег сообщил, что являлся руководителем «Молодой гвардии», один отвечает за все ее акции, а потом молчал даже под пытками. Врагам не удалось узнать, что Лютиков был главой подпольной большевистской организации, но они чувствовали, что это самый крупный человек из захваченных ими.
Всех молодогвардейцев страшно били и пытали. У ули Громовой на спине вырезали звезду. Полулежа на боку, она выстукивала в соседнюю камеру: «Крепитесь... Все равно наши идут...»
Лютикова и Кошевого допрашивали в Ровеньках и тоже пытали, «но можно сказать, что они уже ничего не чувствовали: дух их парил беспредельно высоко, как только может парить великий творческий дух человека». Все арестованные подпольщики были казнены: их сбросили в шахту. Перед смертью они пели революционные песни.
15 февраля в Краснодон вошли советские танки. В похоронах молодогвардейцев принимали участие немногие оставшиеся в живых члены краснодонского подполья.
И. Н. Слюсарева
