Для детей, страдающих олигофренией, характерным является недоразвитие эмоциональной сферы, причем, при относительной сохранности элементарных эмоций имеется выраженное недоразвитие более сложных эмоциональных проявлений, формирование которых тесно связано с интеллектуальным развитием (65,70). Расстройства в эмоционально-мотивационной сфере умственно отсталых детей грубо дезорганизуют работоспособность, деятельность в целом, ведут к развитию нарушений поведения, нередко вызывая тяжелые явления школьной и социальной дезадаптации больного олигофренией ребенка (85,86).
В изучении патогенетических механизмов эмоциональных реакций у умственно отсталых детей с нарушенным поведением важная роль принадлежит электрофизиологическим методам, в частности, регистрации ЭЭГ.
Исследованию изменений ЭЭГ у детей с отклонениями в поведении посвящены единичные работы. Так, у школьников 7-12 лет с нарушением поведения выявлены медленные волны в затылочных отделах мозга (19), у мальчиков 8-13 лет с повышенной агрессивностью обнаружены низкие амплитудные характеристики ЭЭГ в левом полушарии при выполнении простых задач на время реакции (19). Проведенный Н.К.Благосклоновой (3) анализ фоновой ЭЭГ у детей с психопатоподобным поведением резидуально-органического генеза выявил нарушения электрической активности мозга у 93% обследованных, причем у 51% они были резко выражены. Эти нарушения проявлялись в уменьшении альфа-ритма и наличии билатерально-синхронных вспышек тета-волн с фокусом активности в передних отделах полушарий. В противовес этим работам ряд авторов считают, что изменения ЭЭГ не могут быть связаны с нарушениями поведения, а зависят от других причин, поскольку при обследовании большого контингента детей (732 чел.) с расстройствами поведения изменения ЭЭГ в виде замедления ритмики были обнаружены только в 11,5% случаев, а гиперсинхронная активность - в 5,2% (57,84).
В главе 3 при визуальной оценке ЭЭГ выявлен ряд особенностей ЭЭГ, связанных с патологическим изменением функционального состояния мозга у умственно отсталых школьников 8-12 лет, при разных формах нарушенного поведения. Корреляционный анализ ЭЭГ позволил установить, что у умственно отсталых детей с нарушением поведения в школе в состоянии спокойного бодрствования отмечается значительное снижение пространственной синхронизации биоэлектрической активности, преобладание межполушарных взаимосвязей по сравнению с внутриполушарными, резкое снижение взаимосвязей в левом полушарии, особенно корреляций лобных и нижнетеменных ассоциативных зон с другими центрами.
Недостаточность, а также противоречивость имеющихся немногочисленных сведений, полученных при ЭЭГ исследованиях, представляют значительные трудности в интерпретации их результатов, определении теоретической и практической важности для разработки системы медико-педагогических мер эффективного воздействия на умственно отсталых школьников с нарушенным поведением. Поэтому задачей данного раздела работы явилось изучение межцентральных отношений биопотенциалов проекционных и ассоциативных зон правого и левого полушарий головного мозга у умственно отсталых школьников с девиантным поведением при восприятии эмоционально значимых словесных сигналов.
ЭЭГ обследованию было подвергнуто 26 больных мальчиков в возрасте 8-12 лет и для контроля 17 здоровых детей того же возраста. В зависимости от формы нарушения поведения обследованные школьники были разделены на 2 группы. В 1-ю группу (15 чел.) вошли дети, отличающиеся выраженными нарушениями поведения в школе, во 2-ю (11 чел.) - с асоциальным поведением вне школы, совершающие побеги, поджоги, бродяжничество, воровсто, хулиганские действия и употребляющие, наряду с этим, наркотические вещества (токсикоманы, наркоманы).
Психическое недоразвитие у детей 1 группы было неглубоким, неравномерным или дисгармоничным, им была свойственна эмоциональная неустойчивость, раздражительность, ипохондричность и плаксивость. Повышенная обидчивость и эмоциональная ранимость сочетались у них с аффективной возбудимостью. Нарушенное поведение у этих детей являлось своеобразной реакцией на волевые приемы в организации их обучения без учета психопатологических особенностей детей.
2-ю обследованную группу больных детей составили наркоманы и токсикоманы. Чаще это были политоксикоманы, использующие алкогольные напитки и различные токсикоманические препараты. В этой группе были представлены дети с разными формами и вариантами олигофрении. Резидуальная органическая недостаточность мозга и психопатоподобное поведение этих детей сопровождались нарушениями в эмоциональной сфере, которые не являлись однозначными. У одних детей на фоне добродушного или приподнятого настроения без особого повода возникали бурные аффективные реакции, сопровождаемые агрессивными действиями. У других детей эмоциональные нарушения отличались постоянной напряженностью аффекта, на фоне которой эпизодически возникали дисфорические состояния, мрачное, злобное настроение, склонность к разрушительным и агрессивным поступкам. Потребности и мотивы таких детей были чаще всего примитивны, плохо или совсем неосознаваемы. Решающими в психопатологическом состоянии таких детей для возникновения токсикомании являлись повышенная внушаемость, подражание, нарушение влечений, снижение интеллекта и невозможность критически оценить свои действия.
Корреляционный анализ ЭЭГ показал, что в состоянии спокойного бодрствования общий уровень пространственной синхронизации биопотенциалов мозга у больных детей обеих групп был достоверно ниже, чем у здоровых (15,6% в 1-й и 22,2% - во 2-й, а в норме - 30,6%). Эта закономерность сохранялась и при восприятии различных словесных сигналов (табл.2). По сравнению с покоем при восприятии слов у здоровых и больных детей 1 группы отмечалось повышение среднего числа корреляций, но достоверно значимо только ответ на предъявление незнакомого, индифферентного в эмоциональном отношении слова "тирозин". У больных 2 группы, напротив, наблюдалось повышение числа корреляций только на эмоционально значимое слово, обозначающее наркотик, и различия при его восприятии по сравнению с восприятием знакомого и незнакомого "неэмоциональных" слов были статистически достоверны (табл.2).
Как отмечалось выше, у умственно отсталых детей в покое наблюдаются диффузно представленные по коре, в основном, слабые положительные и отрицательные корреляции. При этом 49% всех установившихся связей приходится на долю отрицательных корреляций, что свидетельствует о низкой синхронизации корковых биопотенциалов и о функциональной разобщенности проекционных и ассоциативных зон мозга. Только у 8,2% больных детей в покое составляют сильные положительные связи, в то время как у здоровых -26,2%, что говорит о низком функциональном взаимодействии корковых центров у умственно отсталых детей. Указанные изменения корреляций биопотенциалов имели место и у умственно отсталых детей с девиантным поведением в обеих обследованных группах и не только в покое, но и при восприятии слов.
Этот факт, по нашему мнению, служит доказательством значительного нарушения межцентральных взаимодействий на уровне коры головного мозга у умственно отсталых детей с нарушенным поведением не только в фоне, но и в процессе восприятия различных по эмоциональной значимости словесных сигналов.
Анализ общего числа внутриполушарных корреляций показал, что у умственно отсталых школьников обеих групп в состоянии покоя доминируют взаимосвязи правого полушария, а не левого, как у здоровых, при этом, у детей 2-й группы их общее число в обоих полушариях было более высоким, чем у детей 1 группы (табл.3). При восприятии знакомого слова "магазин" у здоровых детей преобладали более чем в 2 раза корреляции левого полушария, а у больных детей обеих групп наблюдалось нивелирование различий между левым и правым полушариям. Предъявление незнакомого слова "тирозин" у здоровых детей активизировало взаимосвязи обоих полушарий, но больше правого. У умственно отсталых детей 1 группы в этом случае наблюдалась тенденция доминирования левого полушария, а у детей 2 группы достоверных различий между числом корреляций в левом и правом полушариях не отмечалось. Предъявление слова, обозначающего наркотик, вызывало у здоровых детей сходное с восприятием знакомого слова соотношение внутриполушарных связей, т.е. преобладание корреляций левого полушария. У умственно отсталых детей эти соотношения существенно различались: если в 1 группе число корреляций почти в 2 раза было более высоким в правом полушарии, то во 2-ой - оно лишь незначительно повышалось в левом полушарии. Однако интересно отметить, что если число корреляций в правом полушарии у больных 1 и 2 групп между собой достоверно не различалось, то в левом полушарии у токсикоманов оно в 2,4 раза превышало значения у детей, неупотребляющих наркотические вещества.
Рассмотрим особенности топической локализации биопотенциалов мозга у умственно отсталых школьников с разными формами нарушенного поведения. В состоянии покоя у детей обеих групп наибольшее число корреляций было представлено в задних отделах мозга (нижнетеменных и затылочных). При этом у детей 2 группы число корреляций всех зон, кроме моторных, являлось более высоким, чем у больных 1 группы (табл.4). При восприятии слова "магазин" по сравнению с покоем в 1 группе увеличивались в 2 раза корреляций лобных и в 1,5 раза - нижнетеменных и затылочных зон; в то время как во 2 группе в 1,6 раза снижались взаимосвязи нижнетеменных зон, а остальные, по сравнению с покоем, - достоверно не изменились, но по сравнению с 1 группой имело место снижение в 1,4 раза связей нижнетеменных и повышение в 1,5 раза височных зон. При восприятии незнакомого слова "тирозин" по сравнению с покоем в 1 группе повышались корреляции всех зон, кроме височных, причем, лобных и затылочных - в 1,8, а нижнетеменных - в 1,5 раза. Во 2 группе, как по сравнению с покоем, так и по сравнению с восприятием этого слова детьми 1 группы, достоверных различий выявлено не было. Наибольшие изменения в межцентральной организации биопотенциалов мозга между двумя группами больных отмечались при предъявлении слов, обозначающих название наркотика. У детей-токсикоманов при восприятии этих слов по сравнению с учениками, неупотребляющими наркотические вещества, увеличивалось число корреляций всех зон, особенно височных, взаимосвязи которых возросли в 1,8 раза. У больных 1 группы восприятие этого раздражителя не вызвало достоверных изменений по сравнению с покоем и восприятием других слов, кроме уменьшения в 1,5 раза корреляций лобных зон (табл.4).
Поскольку наиболее существенные сдвиги в характере межцентральных взаимосвязей у умственно отсталых школьников с нарушенным поведением наблюдались при действии "эмоциональных" слов, сопоставим динамику внутриполушарных корреляций всех зон левого и правого полушарий в разных группах детей.
В состоянии покоя у детей 2 группы корреляций всех зон, кроме лобной левого полушария, превышали в 2-3 раза таковые у детей 1 группы. Наибольшее число связей в обеих группах имели центры правого полушария. Восприятие слова-наркотика вызывало в 1 группе незначительное увеличение корреляций всех, кроме затылочной, зон правого полушария, а также височной и затылочной левого полушария. У детей 2 группы восприятие этого сигнала приводило к увеличению корреляций всех, кроме нижнетеменной, зон левого, а также связей височной и затылочной правого полушария. Если сопоставить изменение корреляций в обеих группах между собой, у больных с депрессией эти авторы наблюдали повышение активизации заднеассоциативной зоны правого и лобной левого полушарий как при положительных, так и при отрицательных эмоциях.
В нашей работе выявлены отличия от нормы особенности межполушарных отношений мозга у умственно отсталых школьников с нарушенным поведением при восприятии слов нейтрального и эмоционального характера. При прослушивании слов "неэмоциональных", как знакомых, так и незнакомых, межполушарные различия нивелировались. Однако если больным предъявляли слова, имеющие для группы детей, систематически употребляющих наркотические вещества, эмоционально значимый характер, взаимосвязи исследованных проекционных и ассоциативных зон левого, а также височной, нижнетеменной и затылочной зон правого полушария достоверно увеличивались. Поскольку большинство исследователей связывает правое полушарие с управлением негативными, а левое - позитивными эмоциональными состояниями (4,8,75), можно думать, что выявление изменения межполушарных отношений мозга у больных-токсикоманов связаны либо с отсутствием четкого доминирования одного из полушарий в организации эмоциональных реакций, либо данные "эмоциональные" раздражители имеют для них положительное значение в гораздо большей степени, чем отрицательное, т.е. у них уже сформировалась выраженная психическая зависимость от наркотических веществ.
Выраженный психотропный эффект наркотических веществ связан с их активным воздействием на эмоциональные структуры мозга, что отражается в нарушениях биоэлектрической активности головного мозга (57). Учитывая то значение, какое лимбическая система имеет в генезе эмоциональных нарушений, можно считать, что усиление эмоционального компонента реакций у умственно отсталых школьников, употребляющих наркотические вещества, связано с повышением активности лимбических структур мозга при резком снижении регулирующей роли передних ассоциативных зон коры головного мозга. Это положение подтверждают выявленные нами у детей-токсикоманов факты, говорящие об усилении корреляций височных зон, имеющих непосредственное отношение к лимбико-ретикулярному комплексу мозга, а также снижения на этом фоне взаимосвязей лобных ассоциативных зон по сравнению с детьми, неупотребляющими наркотические вещества.
Проведенное исследование убеждает нас в том, что употребление наркотических веществ умственно отсталыми детьми ведет к значительному усилению поражений у них головного мозга, особенно его передних ассоциативных структур. В результате нарушения активности нервных элементов коры, вероятно, резко снижается ее тормозящее взаимодействие на функциональную активность подкорковых, прежде всего эмоциогенных, структур. Это выражается в резком снижении высших корковых функций и усилении эмоциональных компонентов реагирования. Данные результаты хорошо согласуются с клинической картиной психопатологических изменений личности детей этой группы, нарушенное поведение которых сопровождается грубыми расстройствами в эмоционально-мотивационной сфере.
Резюмируя результаты, можно констатировать:
1) Общими закономерностями в механизмах деятельности мозга у умственно отсталых мальчиков 8-12 лет с различными формами нарушенного поведения по сравнению со здоровыми детьми являются: низкий уровень функциональных взаимодействий коры больших полушарий, особенно лобных зон, на фоне повышения влияний со стороны мезодиэнцефальных структур мозга; а также межполушарная дезинтеграция, выражающаяся в снижении внутриполушарных взаимодействий корковых зон и нивелировании различий между полушариями при восприятии словесных сигналов нейтрального содержания.
2) Специфическими особенностями нейрофизиологических механизмов мозга умственно отсталых мальчиков 8-12 лет с асоциальным поведением, употребляющих наркотические вещества, по сравнению с умственно отсталыми детьми, неупотребляющими наркотики, являются: повышение функциональной активности правого полушария уже в состоянии спокойного бодрствования, а также усиление активности лимбической системы мозга на фоне резкого снижения регулирующей роли передних ассоциативных структур при восприятии эмоционально значимых словесных сигналов, связанных с психотропным действием наркотических веществ.
