Олег Погибин родился 13 (26) ноября 1908 года в семье царского офицера в гарнизоне Остролека на польской территории вблизи русской границы. У его матери были русские и польские корни. Олег был единственным ребенком в семье. Вплоть до окончания Первой мировой войны его семья в связи со службой отца переезжала из гарнизона в гарнизон. Во время революции, когда Олегу было 9 лет, семья Погибиных оказалась в Одессе. Одесса неоднократно переходила из рук в руки. В это время Олег учился в кадетском корпусе. Когда Красная армия подступала к городу в первый раз, всех воспитанников собрали вместе и повели по городу, чтобы переправить в Румынию. Рядом с домом родителей Олегу удалось отстать от группы и нырнуть в подвал соседнего дома. Позднее все его сокурсники были расстреляны из пулемётов подошедшей Красной армией. В открытой нараспашку квартире Олег никого не нашел. В Одессе начались затяжные бои. Улицы были усеяны трупами, через которые приходилось перешагивать, чтобы пройти. Свою мать Олег нашел в пригороде в доме бабушки. На чердаке их дома был расквартирован один из чинов Красной армии, и на какое-то время это служило защитой. Накануне второго наступления Красной армии отец Олега смог попасть на последнюю баржу, отходившую в Стамбул. И долгие годы родные не получали от него никаких вестей. Позднее окольными путями они узнали, что он живет в Каннах и служит управляющим на вилле одного английского лорда. В Одессе царил голод. Олег с матерью ушли от бабушки и скрывались в пригороде в сарае. Они питались прокипяченной кровью забитых на бойне животных, которую Олегу удавалось принести из Одессы в жестяной банке. Мать Олега надеялась выбраться к мужу. И при ближайшей возможности, когда она, наконец, получила разрешение на выезд в 1923 году, она вместе с Олегом уехала во Францию. Семья жила в подвальном помещении на вилле хозяина. Как лица без гражданства устроиться на работу официально они не могли. Мать Олега продавала в магазины Канн сшитые ею мягкие игрушки да собирала летом на крутых склонах холмов цветы лаванды, которые можно было пристроить у парфюмеров. Имея лишь нансеновский паспорт, Олег не мог продолжать свое образование в Каннах и ему приходилось ездить поездом в бесплатную школу в Париж.
Еще в России в одном из иллюстрированных изданий Олег увидел изображение Первого Гётеанума в Дорнахе, которое произвело на него неизгладимое впечатление. С тех пор его не покидала мечта поехать в это место. После окончания высшей школы ему удалось, наконец, это сделать. В Дорнахе он увидел эвритмическое представление и сразу решил остаться там обучаться эвритмии. Он жил бедно, но вскоре подружился с русскими артистами, принявшими участие в его судьбе. Кроме того, он познакомился с Марией Штейнер, и некоторое время проживал в подвале ее дома, в котором находились также репетиционные эвритмические залы. Особенно интенсивно Олег занимался лечебной и речевой эвритмией.
После начала Второй мировой войны 1 сентября 1939 года Олег Погибин как иностранец и лицо без гражданства был выслан из Швейцарии. Олег вернулся к родителям в Канны. Вскоре он был призван в южную группу войск французской армии и служил пехотинцем на франко-итальянском фронте непосредственно вблизи родительского дома. Фронт был довольно спокойным. После поражения французской армии на севере и востоке южная армия была распущена. Не имея французского гражданства, получить официальную работу Олег не мог. Семья жила в крайней нужде. Хозяин-англичанин в Канны, естественно, не приезжал. Олег получил ограниченную продуктовую карточку и сидел в основном на гречневой каше, чае и хлебе. Он спасался тем, что курил самокрутки из темного табака. По случаю он купил в Париже пишущую машинку с русским шрифтом. С этого времени он начал печатать свои переводы произведений Рудольфа Штейнера.
Через знакомого немецкого солдата удалось передать эти переводы в Берлин, откуда с помощью шведского посланника они попали в «Антропософское общество в Швеции» и были изданы в Упсале. Их разослали во все университетские библиотеки СССР. Такие посылки продолжались и в дальнейшем.
Во время войны Олег Погибин многократно пытался перейти франко-швейцарскую границу, чтобы попасть в Дорнах. Но эти попытки закончились неудачно. В последний раз по колено в воде он стоял в приграничном ручье под дулами ружей швейцарского пограничнного наряда. После драматичного и нелицеприятного диалога Олегу пришлось вернуться обратно в Париж. В 1947—48 гг. Олег Погибин работал лечебным эвритмистом в основанном доктором Карлом Кёнигом кэмпхилле в Англии. Впоследствии Олег работал в «Зонненхофе», известном государственном заведении для душевно больных детей и взрослых в Бишвиллере в Эльзасе. Наконец, он получил здесь право на работу во Франции. Он вызывал особое доверие у детей, которые его очень почитали. Он работал также и в Германии: в Малыне под Карлсруэ. В это время я часто встречался с ним. Из Мальша он снова переехал в Бишвиллер, где после смерти отца жил в собственной квартире с матерью. Их гостеприимная квартира тонула в постоянной дымке, так как хозяева очень сильно курили.
В 1960 году у Олега Погибина усилились ревматические боли в суставах, и это сильно ограничивало его практику лечебного эвритмиста. Он заставлял себя двигаться, давая указания особенно одаренным ученикам. Картина болезни соответствовала полиартриту. Лишь в 1965 году он прошел основательное обследование.
Рентген легких давал основание думать о раке. Однако Олег благополучно жил еще три года, и при новом обследовании ему поставили новый диагноз: Lupus erythematodes. После ухудшения состояния в мае 1968 года его положили в клинику университета в Страсбурге. Из-за редкости заболевания решили сделать бронхоскопию, во время которой 16 мая 1968 года он скончался. В свою новую квартиру близ Базеля он так и не въехал.
Декабрь 1993 года. Бад Боль (Германия)
Доктор мед. наук Герберт Франк (пер. с нем. О. Прониной.)
Предисловие Олега Погибина «Пятого Евангелия»
