Когда хватка чуть ослабла, я смогла повернуть голову и … встретилась глазами со Снейпом.
Руки-ноги сковало, от ужаса, я не знала куда деваться. Я забилась в его руках, но он так легко меня сдерживал, что моих сил хватило ненадолго…
Он заставил меня пригнуться к земле, и я замерла в ожидании чего угодно только не…
Он приложил палец к моим губам и прошептал:
- Я ничего вам не сделаю. Обещайте, что не будете орать, и я сниму заклинание. Ну?
Я медленно кивнула. Он взмахнул палочкой, и я почувствовала, как онемевшие губы вновь могут складывать слова в предложения:
- Да что вы…
- Тихо. Выгляните осторожно и посмотрите на опушку леса. Без резких движений.
Мне ничего не оставалось, кроме как приподняться на локтях и сквозь зеленый травяной туман уставиться на окраину леса. Тридцать метров – ничего не видно.
Но тут из-за деревьев показались четыре человека в темных мантиях. О, нет.
Так вот что…
- О, Мерлин…Пожиратели!
- Надеюсь, вы больше не будете дергаться, и молотить ногами? Успокоились? – тихо проговорил он.
- Не буду, если вы не притронетесь ко мне, - мой яростный взгляд нисколько его не впечатлил.
- У вас завышенная самооценка, мисс. Лежите спокойно, и не высовывайтесь, если хотите остаться в живых.
- ЧТО?! Вчера вы…
- Забудьте. Недоразумение, - он досадливо поморщился.
Нет, что?!
- Да как вы…
- Я всего лишь выполнял приказ.…А теперь замолчите и пригнитесь, - он раздвинул ветки кустарника и, прицелясь, послал в сторону опушки несколько проклятий.
Два из них попали в цель. Я увидела, как ноги Пожирателей подкосились, и они рухнули на землю. Двое других тут же вытащили палочки, но не успели они понять, откуда прилетело заклятие, как их поразило двумя сиреневыми лучами в голову.
- Нужно предупредить всех в лагере. Они не очнутся еще несколько часов и вряд ли теперь захотят вернуться с повторным визитом, но все же, - невозмутимо сообщил Снейп, вставая и подавая мне руку.
Я проигнорировала этот жест и, поднявшись, зло уставилась на своего адского спасителя.
- Профессор, у вас бред? Что вы несете? Какой еще приказ?!
- Я не обязан вам давать никаких разъяснений!
- Нет, обязаны!!! – у меня уже не хватало сил сдерживаться. Палочка в заднем кармане. Может, снести ему голову?
- Хотите знать, зачем я это сделал?!
- Да, черт подери!
Так. Тихо. Успокойся. Надо его выслушать. Должно же быть что-то.
Я медленно вдохнула и так же медленно выдохнула.
- Министерство хочет отправить вас в горячую точку, - спокойно произнес он.
- Я узнала об этом пять минут назад, вы опоздали с новостями. Да и какая тут связь?!
- Фадж дал мне задание проверить вас.
- Что?!
- Попридержите ваши эмоции для профессора Люпина! Мне они даром не нужны. Я выполнял задание Министра, - Снейп отвернулся и зашагал прочь от озера.
- Он приказал вам изнасиловать бывшую студентку?! Вы в своем уме?! – я встала перед ним, не давая пройти.
- Он приказал проверить вашу способность действовать в опасной ситуации! Я не собирался сделать чего-то, что…
- Вы не имели права…
- Вы не слушаете меня! Вас хотят отправить не на курорт, а в разгромленную Пожирателями школу, где нападение может произойти каждую секунду!
- Значит, вы просто выбрали самый…приятный способ, как вы там говорите… «проверить мою способность…»
- Прекрасная формулировка, - ухмыльнулся он, - не скажу, что я получил от всего этого удовольствие, но было довольно забавно наблюдать вас в подобной ситуации.
- Забавно?! - я нервно рассмеялась, - да я чуть не умерла от страха! У меня все руки в синяках! Вы довели меня до припадка!!
- Все это говорит лишь о вашей чрезмерной эмоциональности и полном отсутствии способностей, необходимых для работника аврората, куда вы так стремились. Я не ошибаюсь? – флегматично произнес Снейп.
- Вы еще бездушнее, чем я думала. Так легко об этом говорите, - негромко сказала я. Злость уходила.
- А вы все такая же неблагодарная наглая девчонка, - пожал плечами профессор, - за последние двое суток я дважды спасал вам жизнь, а вы не придумали ничего умнее, чем оскорблять меня взамен.
- Вы что, считать разучились? - фыркнула я. - Где второй раз-то?
Снейп остановился и внимательно на меня посмотрел.
- Слово гриффиндорца что-нибудь стоит? – серьезно спросил он.
- Не сомневайтесь.
- Тогда дайте слово, что обойдетесь без истерик и скандалов, если я вам скажу.
Неужели это я сейчас…? Ладно, нечего терять…
- Хорошо. Даю слово.
Снейп некоторое время смотрел в сторону, словно все еще размышляя, сказать или нет.
- Тому мальчику уже было ничем не помочь. Я избавил его от мучений. Я не мог позволить вам отдать ему равновесие. Это все равно, что добровольно пожертвовать рассудком!
Мы немного помолчали.
- Я догадывалась, что это сделали вы.
Он оставил эту реплику без ответа.
- А вы…Вам же вроде должно быть наплевать на своих студентов, или я что-то путаю? – осторожно произнесла я.
- Во всяком правиле есть исключения.
- Я вам…
- Нисколько.
- Лжете.
Он посмотрел на меня в упор, прожигая гневным взглядом. Но дешевые эффекты на меня больше не действуют. Это радует…
- Что изменится, если я скажу, что ты невероятная? Поразительная? Немыслимая? Я ждал, чертовы три года, чтобы…
Воздух застрял в легких. Сердце пропустило удар.
- Ничего. Поэтому я и не могу этого сказать, - тихо закончил он.
Мерлин знает, сколько мыслей пронеслось в моей сумасшедшей голове за эту секунду. Я лечу? Я падаю? Нет, все-таки, лечу… Видение полета было настолько явственным, что я почти почувствовала, как руки касаются курчавых облаков. Какое-то странное, давно забытое желание тревожно засуетилось, прищемило сердце, не отпускало.
Но, опомнившись, я приказала себе вернуться на землю. Нет, нельзя от вскользь брошенных слов падать с крыши.
- Вы правы, - говорю я, сдерживая дрожь в голосе, - ничего не изменится.
В тяжелом молчании мы шли к лагерю.
- Знаете.… Спасибо вам, вот что, - почти искренне сказала я, - за правду. Ну, за то, что дважды спасли мою жизнь.
- Не за что, - ухмыльнулся Снейп.
Я мрачно хмыкнула, оценив этот черный юмор.
Действительно. Не за что.
- Думаю, не стоит нам показываться здесь вдвоем, иначе у Люпина будет инфаркт, - неохотно, как мне показалось, сказал он. Мы уже подходили к Северной части лагеря.
- Да, вы правы. Это будет немного… - но не успела я договорить, как на расстоянии десяти шагов вырос он. Заметив меня и Снейпа в одной проекции, сорвался с места и …. Как не вовремя…
- Похоже, мы опоздали, - протянул Снейп, - Ну как, сами разберетесь со своим ненаглядным профессором или…
- Он не мой профессор. И не ненаглядный. И вообще, вы бы лучше скорее придумывали правдоподобное объяснение вашего присутствия рядом со мной, чем упражнялись в сарказме, - проговорила я.
Мы замедлили шаг и остановились. Он спешил к нам, на ходу вытряхивая палочку их кармана.
- Снейп!! Отойди от нее сейчас же, ублюдок несчастный!! – Люпин как всегда не был оригинален. Наверное, вчерашняя ночь послужила для него полной анемией творчества. Какие циничные мысли…
- Люпин, успокойся, дай мне объяснить… - лениво протянул Снейп.
- Рем, опусти палочку, - по возможности спокойно начала я, - перестань геройствовать, это никому не нужно.
- Гермиона, что он тебе сделал? Ты в порядке?!
- Со мной все хорошо, пожалуйста… - я начинала волноваться, глядя на то, как он решительно направляет палочку на Снейпа. Черт, надо же было довести до…До.
- Отвечай, ничтожество, что ты с ней сделал?!
- Перестань орать и убери палочку. Иначе я за себя не отвечаю, - в голосе Снейпа отчетливо звучала угроза.
- И не подумаю! Ты меня не запугаешь своими…
- Последний раз повторяю…
- Да перестаньте вы оба, сейчас же! – воскликнула я, но меня уже никто не слушал. Одновременно прогремело два мощных заклятия, и от яркой вспышки я почти ослепла. А когда все же открыла глаза, увидела, что оба противника валяются на земле.
Очаровательная картина.
- Вы просто двое сумасшедших! – бессильно крикнула я.
Снейп застонал и попытался встать, но его попытка не увенчалась успехом.
- Знаете что?! Разбирайтесь тут сами, хоть поубивайте друг друга, мне плевать! Забудь, Ремус… Ничего не было! – я развернулась и пошла прочь. В лагерь.
- Гермиона…
- Гермиона, стой…
Но я уже ничего не слышала. Я бегом пустилась. Нет, это просто невозможный бред. Искоса пришитые к небу лучи бьют мне в глаза, а я бегу.
Только оказавшись среди знакомых кострищ и палаток, я поняла, что можно остановиться. Меня занесло как раз в тот район, где жили наши.
Я присела возле большого красного шатра на траву и закрыла лицо руками.
Мне все равно. Мне все равно. Самовнушение – великая вещь. Мне все рано. Всеравно, всеравно, всеравно…..
Мой внеплановый сеанс успокоения нервов был прерван робким голосом из-за спины.
- Гермиона? Что ты здесь делаешь? - из палатки неуклюже выбрался темноволосый парень и присел рядом со мной, - тебя давно не было, а я не решался зайти…
- Здравствуй, Невилл. А я тут… - я замолчала, не зная, что сказать.
«Вчера переспала со своим бывшим профессором, а теперь там двое устроили из-за меня дуэль, а я позорно смылась, дурочка убогая. Вот такие дела. А сам-то ты как?»
Но вместо этого говорю:
- Просто сижу. Ничего?
- Ну что ты, ты же знаешь, я всегда рад тебя видеть… - пробормотал Невилл. - Я тут собирался завтракать. Скоро придут Лаванда с Дином.… Хочешь с нами? – под конец его речь стала совсем сбивчивой, а уши пунцовели с катастрофической быстротой.
- Конечно, я останусь… - выдавила кислую улыбку.
Невилл засуетился, начал разводить костер и притащил из палатки подгорелый плед, расстелил его у огня…
- А ты уезжаешь вместе со всеми через четыре дня, да? – зачем-то спросила я.
- Да, ты же знаешь, приказ Министерства… Нас всех отвезут в Лондон на поезде, а там…
- Сами.
- Да, - тихонько сказал он, - вот только мне некуда…
- Не говори, я знаю.
Мы немного помолчали, глядя на разгорающийся огонь.
- Знаешь, мне иногда кажется, что нам всем по большому счету некуда. А кому есть, тот просто самоуверенный дурак. Больно?
- Угу.
Скоро пришли Дин и Лаванда, молча кивнули мне в знак приветствия и уселись немного поодаль от нас. Наколдовали себе сока и тостов. Мне показалось, что они даже не хотят говорить. Не могут. А пришли просто, чтобы не сидеть одним в палатке. Так и с ума сойти недолго.
Я лениво ковыряла веточкой в сероватом пепле у моих ног.
- Гермиона, я, наверное, никудышный друг…
- Ну что ты, Невилл, ты очень хороший. Правда…
- Но хорошие друзья могут поддержать и утешить в нужный момент, а я даже не знаю, что сказать.… А ты не можешь поделиться со мной… Мы тут сидим и делаем вид, что все хорошо.
Сказать, что во мне все перевернулось – не сказать ничего. С такой беспомощностью и грустью были сказаны эти слова, что я не нашлась, что ответить.
Минуту я молча сидела, таращась на огонь, а потом выложила ему все, как есть.
Я начала говорить о Гарри и Джинни. Девочку они хотели назвать в честь меня. О Роне. Он обещал, что пойдет работать в Министерство, и все у нас будет хорошо.
Я рассказала ему о бедном мальчике, который умер отчасти по моей вине. О Снейпе и том, что у него ледяные руки. В Запретном лесу… Это я тоже рассказала. Потом был Люпин, звезды и еще какая-то нелепица. Потом мою никчемную жизнь зачем-то спасли.
А потом я оторвала безумный взгляд от огненных искорок и обнаружила, что Невилл замер и глядит под ноги, а Лаванда и Дин сидят с каменными лицами. Они тоже слушали.
- Ты жалеешь? – тихо спросила Лаванда. Это были первые ее слова, обращенные ко мне за последний месяц.
- Их – да. Но не себя.
- Что же теперь… - пробормотал Невилл, - что ты будешь делать?
- Жить дальше, наверное, - пожала плечами я, - вернусь в Лондон, найду работу.… Не знаю. На худой конец останусь с Люпином, и буду мучаться всю жизнь. Вот так.
- А Снейп, он… - начала Лаванда, - может уж лучше?..
- И это говоришь мне ты, Лав? – мрачно усмехнулась я.
Дин молча сидел и глядел на нас, как на умалишенных. Потом встал и ушел, не сказав ни слова.
Мы проводили его взглядом.
- Не обращайте внимания, с ним бывает, - пояснила Лаванда.
- Гермиона, я не знаю, что тебе посоветовать, но…Я всегда буду за тебя, какое бы решение ты не приняла, - нескладно заявил Невилл.
- Спасибо.
Солнце перекатилось через зенит и теперь медлительно начало спуск с вершины. Тени поменяли направление. А мы все сидели в тревожном кругу у костра, от которого становилось еще жарче.
Сухой ветер трепал мои волосы. Лаванда начала свой рассказ.
Ее история была короткой, но пробирала до корней души.
… За неделю до начала войны Дин сделал ей предложение, но в первый же день был тяжело ранен. Скоро из-за стресса у Лаванды случился выкидыш. Дин перестал разговаривать и теперь только бессмысленной куклой ходил за ней. Последствия шока.
Но Лаванда несмотря ни на что все так же хотела выйти за него. Они собирались пожениться, как только вернуться в Лондон, но когда оказалось, что до свадьбы всего несколько дней, ее стали мучить сомнения и угрызения совести. Всю жизнь тащить на себе беспомощного мужа? Ради чего?! Любовь? Какая теперь тут любовь…
Когда она закончила говорить, мы некоторое время сидели в вязкой тишине.
Что тут еще можно сказать?
Я выкатила из пепла запеченную картофелину и проткнула веткой. Есть не хотелось.
- Ну а ты, Невилл? Расскажи нам, что у тебя… - с вздохом попросила Лаванда.
- Мне нечего рассказывать. Нет, правда. Мои родители все еще в Святого Мунго, а бабушка умерла год назад. Сам удивляюсь, как выжил в этой чертовой войне. Наверное, по случайности. Столько умерло, а я тут сижу.… Ну какая от меня польза? Я и сам о себе-то позаботиться не могу. Не знаю, что дальше делать. Родители бы со стыда сгорели…
- Никогда так не говори, - отвечаю я, - все у тебя будет хорошо. Лучше не бывает, обещаю.
- Я тебе верю, - грустно улыбается он, - надеюсь, у тебя тоже.
Мы пьем остывший чай, а потом Лаванда неожиданно говорит:
- Они, наверное, тебя обыскались уже.
- Нужна я им. Веселятся сами как могут…
- Интересно, чем же там все закончилось, - говорит Невилл.
- Всегда все чем-то заканчивается, - эхом откликаюсь я.
- А давайте, когда все у нас образуется, обязательно встретимся! Ну? – наигранно весело говорит Лаванда.
- Давайте, - вздыхаю я. Невыполнимое обещание себе.
- Угу. Через года два-три. Или раньше?
Полувопрос остается без ответа. Никто не знает. Хотя, если разобраться, вся жизнь и состоит из таких вот невыполнимых обещаний самому себе, торгов с судьбой и не отвеченных вопросов.
Я кидаю обугленную картофелину через плечо, в самое неведомо куда, поднимаюсь и ухожу.
За моей спиной остаются сидеть два почти незнакомых человека. И я знаю, что ближе друг друга у них в эту минуту никого нет.
Пустая палатка встречает меня раскиданными одеялами и большим красивым беспорядком. Но сначала – маленькой запиской, что приколота к обветшалой материи.
Какие все вокруг романтики… Надеюсь, мне не назначат свидание у колодца…
Но вся моя ирония скукоживается и пропадает. На клочке бумажки четыре маленьких строчки. Я долго – долго их читаю и перечитываю, а потом рву и пускаю по ветру. Что ж, значит, вы сделали свой выбор, уважаемый профессор Люпин. Так вам и надо. А я и не причем.
Но пока я навожу порядок и раскладываю подушки со всей аккуратностью, дурацкий стишок стучит в голове. Он дрожит под закрытыми веками, когда я замерла и лежу на спине, боясь пошевелиться. Круг за кругом.
И ты меня забудешь скоро,
И я не стану думать, вольный,
О милой девочке, с которой
Мне было нестерпимо больно.
