Лекции.Орг


Поиск:




Глава 15. Кофе не терпит суеты




- Кенсу-хён... – Чонин выполз в гостиную сонный, как трехсотлетний призрак, - почему ты не спишь?
- А ты?
- Я проснулся, а тебя нет! – совершенно по-взрослому Чонин надул губы, - зачем ты ушел?
Кенсу вздохнул, отложил книгу и улыбнулся ему.
- Ты не дал мне отдохнуть в полнолуние. Теперь я не хочу спать.
- Совсем?! Разве не наоборот должно быть?
Чонин устроился рядом с ним, сложил голову на колени и свернулся на диване клубком.
- Не наоборот, - Кенсу перебирал его волосы, глядя в окно, - нам нужно тратить как можно больше энергии в полнолуние. Видел бы ты, как носится Чанёль по лесу.
Он тихонько засмеялся и потянул Чонина за ухо.
- Эй, хочешь спать – иди в комнату.
- Не хочу, - промычал дремлющий Чонин, - я хочу быть с тобой.
- А кто сбежал с утра пораньше?
- Ну, хён. Я волновался.
- Не нухёнкай. И что за счеты у тебя с тем парнем? Почему мы так быстро ушли? Ты даже не дал мне кофе выпить и целый день как только я хочу спросить.... да-да, делаешь это.
Чонин поднялся и прижался к его губам, заставив замолчать. Кенсу ответил на поцелуй, случайно столкнув книгу с подлокотника на пол. Потянулся за ней, ворча, что Чонин во всем виноват, футболка смялась, открывая бедренную косточку и нижние ребра. Чонин наблюдал за внезапным стриптизом, потом протянул руку, не отказав себе в удовольствии погладить бархатную кожу. Малейшее прикосновение к любимому телу бросало в жар.
- Щекотно! – Кенсу фыркнул и покрутился, словно пытаясь стряхнуть руку Чонин боковыми мышцами. Пальцы скользнули дальше, на спину, и Чонин вдруг почувствовал участок странной жесткой кожи на боку Кенсу.
- Что это? Я раньше не замечал, - он повернул голову, пытаясь заглянуть.
- О чем ты? – в голосе Кенсу прозвучало чуть заметное напряжение, он выпрямился и расправил одежду, - родинка, наверное.
- Ну, Кенсу-хён! – Чонин изобразил умоляющую мордашку, - я хочу посмотреть на тебя.
- Ты видишь меня целыми днями.
- Я не в том смысле.
Он забрал книгу, кинул на стол. Взял Кенсу за плечи, укладывая на диван, навис сверху, жадно разглядывая его лицо, шею, открытые глубоким вырезом ключицы, наклонился и приник к ним губами. Кенсу откинул голову, наслаждаясь прикосновением. Чонин потянул футболку, мгновение, и она полетела на пол. Он проводил ладонями по телу Кенсу, пытаясь запомнить каждый миллиметр. Демоническая кровь пока милостиво молчала, и он мог просто быть нежным. Провел ладонями по ногам Кенсу вверх, сминая домашние штаны, по обнаженным выступающим косточкам и ребрам вверх. Обнял, слегка царапая ногтями спину.
- Можно? – тихо спросил он, прикасаясь губами к шее.
- Чонин...
- В этот раз будет по-другому. Я постараюсь, правда. Позволь мне.
Кенсу взял его лицо в ладони, отодвигая, заглянул в глаза.
- Разве я могу с тобой спорить? – шепнул Кенсу, передвинул руки на его плечи и всем телом прижался ближе, выгибаясь в объятиях.
Дыхание Чонина перехватило от восторга. Он принялся покрывать лицо Кенсу беспорядочными поцелуями, ловя губами смущенный смех. Провел ладонями по груди, ниже, и снова нашел этот странный, похожий на ощупь на шрам, участок под левыми ребрами. Кенсу, кажется, не заметил. Чонин приподнялся, сквозь туман желания пытаясь напомнить себе две вещи – быть осторожным и посмотреть на этот шрам. Демоническая кровь дала о себе знать, и Чонин едва не рычал, чувствуя, что теряется. Кенсу в его объятиях был слишком реален, слишком близок, слишком родным, чтобы можно было отвлекаться на что-то другое. Болезненный стон оборотня ударил по ушам, как набат.
- Прости, прости! – Чонин замер, уткнувшись носом в его плечо.
Кровь колотилась в висках, затягивала помещение алой завесой, он слышал, как бьется сердце Кенсу, срывается его дыхание, чувствовал его влажную кожу, и не мог, просто не мог остановиться. Чуть повернувшись, Чонин изо всех сил впился зубами в собственную руку. Резкая боль слегка отрезвила, он мог даже дотянуться до губ Кенсу и поцеловать его нежно.
- Давай, - шепнул Кенсу, в его глазах Чонин легко читал захлестывающее желание, но все еще видел и боль тоже.
- Я обещал, - бессильно прошептал он.
- Ничего, - хрипло выдохнул Кенсу, усмехнулся и подмигнул ему, - я разрешаю.
- Хён...
- Чонин, не тормози! – рявкнул Кенсу нетерпеливо, и теперь была очередь Чонина отрывисто засмеяться. Он двинулся, с удовольствием подчиняясь, Кенсу откинулся назад, его руки скользили по разгоряченной коже Чонина, а для того Вселенная снова перестала существовать.
Первой связной мыслью, которая пришла в голову Чонина, было воспоминание о предложении Бэкхена. Кажется, эта идея ему пригодится. Он повернулся, прижался губами к плечу Кенсу, поцелуями добрался до губ и приник к ним.
- Видишь? – заговорил Кенсу, когда оба променяли поцелуй на возможность снова дышать, - совсем не страшно.
- Я совсем ничего не помню, - прошептал Чонин и растерянно засмеялся, - прости. Я обещал, что будет иначе, но твое тело просто сводит меня с ума.
- Мне нравится это слышать, - шепнул Кенсу и улыбнулся ему, запуская пальцы в волосы, - мне нравится, что ты такой.
- Но тебе же больно. Я не идиот, хён.
- Ты демон, - Кенсу пожал плечами, - я могу с этим жить.
- А я не могу! Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо. Как мне.
- Но мне хорошо, - Кенсу потянул его за подбородок, перекатился, опираясь на локоть, и повторил, глядя прямо в глаза Чонина, - мне с тобой хорошо. Так, как есть.
- Я смогу лучше, - мрачно пообещал Чонин, - когда-нибудь точно.
Кенсу смеялся, откинув голову, и Чонин немедленно завладел его нежной шеей, прижавшись к яремной впадине и оставляя свою метку чуть выше.
- Теперь ты расскажешь мне про Ифаня? – спросил Кенсу.
Чонин гневно выдохнул и отодвинулся.
- Это какая-то страшная тайна?
- Н-нет. Но мы... наши семьи вроде как враждуют.
- Вроде как?
- Ну, хён. Я не хочу об этом говорить.
- Я заметил. Но если Минсок-хён сказал, что он приехал просто посмотреть город, разве это проблема?
- Ты уже видел его! – вдруг осознал Чонин, - в ту ночь...
- Да. У нас была встреча именно с ним. – Кенсу сел. Вести подобные разговоры обнаженными было немного странно. Он оглянулся, свесился с дивана, пытаясь дотянуться до своей одежды. Чонин восхищенно смотрел на гибкую спину, его взгляд заскользил ниже. В свете настольной лампы на левом боку Кенсу отчетливо виднелся маленький черно-белый рисунок. Не черный на коже, а именно черный и белый.
- Это татуировка! – сделал открытие Чонин, как только смог закрыть изумленно открытый рот. Кенсу негромко выругался и выпрямился.
- Да, у меня есть татуировка, - он фыркнул, - еще я пробовал курить в старшей школе и неплохо держусь, если дело касается алкоголя.
- А на мотоцикле не гоняешь темными ночами в гонках на выживание? – Чонин закатил глаза, - чего я о тебе еще не знаю.
- Ничего не знаешь, - Кенсу натянул штаны и снова огляделся, - где моя футболка?
- Зачем она тебе? – Чонин тоже оделся наполовину и притянул его ближе, прижался грудью к еще разгоряченной спине, - мне нравится так. И дай посмотреть.
- Чонин, что за фетишизм?
- Эй! Я хочу посмотреть! – Чонин развернул его к свету и обвел пальцами рисунок. Стилизованные черные крылья, обведенные белым контуром. На взгляд Чонина особой художественной ценности татуировка не несла.
- Что это значит?
- Просто захотелось, - коротко ответил Кенсу, снял его руку со своей талии и повернулся. Чонин немедленно ответил на поцелуй, хотя прагматичный голосок где-то на задворках сознания намекнул, что теперь очередь Кенсу уходить от ответа.

***


Лу Хан скучал. К ночи в кофейне никого не осталось, случайные посетители в это время месяца подсознательно обходили заведение стороной, что расстраивало призрака как сотрудника, но радовало как явление.
Колокольчик звякнул, в кофейню вошел Сехун, отряхиваясь, огляделся.
- А где... кто-нибудь?
Лу Хан фыркнул и зачем-то тоже огляделся.
- Что ты тут делаешь?
- Греюсь. Там довольно холодно.
- Набегались?
- Да. Чанёлю-хёну позвонили из клуба, позвали на репетицию. А одному скучно.
- Ты хоть иногда дома ночуешь?
- Зачем?!
- И, правда.
- А Минсок-хён...
- Он ушел. Тут только я.
- Вот как.
Разговор балансировал, как канатоходец над пропастью. Оба медленно осознавали, что остались наедине впервые, говорили нарочито дружелюбно и подбирали слова, словно проводки, от которых бомба могла взорваться или отключиться.
- Так э... – Лу Хан прокашлялся, хотя его горло чувствовало себя прекрасно, - кофе?
- Если не трудно, - Сехун по-прежнему стоял у двери, не решаясь пройти к стойке, пока там стоял призрак, - я немножко замерз.
Лу Хан крепко зажмурился, будто пережидал приступ боли, но выпалил:
- Иди сюда, здесь тепло. И сними шарф, он весь в снегу, можешь повесить ближе к обогревателю...
Он отвернулся, шагнул к эспрессо-машине, и остановился, не дотянувшись до кнопок.
- Все в порядке? – Сехун уже сидел за стойкой, с любопытством наблюдая за ним.
- Минсок перед уходом не разрешил мне готовить кофе, - неохотно признался Лу Хан.
- А должен был?
- Да. Это его машина, я не могу просто взять и прикоснуться к его вещам.
- Ой, - Сехун хмыкнул, - как все сложно.
- Зато! – Лу Хан обернулся и поманил его пальцем, - ты можешь приготовить себе кофе сам!
- Что?! НЕТ!
- Почему? Ты же хочешь кофе.
- Я вообще не люблю кофе!
- Развелось гурманов, - проворчал Лу Хан в сторону, - один не любит сладкое, другой кофе. Ты что сказал с порога?
- Я не упоминал кофе, - протестовал Сехун, - имел в виду что-нибудь горячее.
- Но я предложил и ты согласился!
- Просто так!
- Сюда иди!!!
Лампочка над головой Лу Хана жалобно зазвенела. Сехун вздрогнул, но послушался.
- И незачем сразу кричать.
- А с тобой по-другому невозможно!
- Я не умею варить кофе! Я ее сломаю, и Мин-хён нас убьет!
- Почему «нас»? – в лучах улыбки Лу Хана меркли звезды. - Мне он ничего не сделает.
- Но, правда, я не умею, - промямлил оборотень, любуясь улыбкой.
Лу Хан смущенно отвернулся, пытаясь скрыться от его взгляда.
- Это довольно просто.
Он даже отодвинулся, но Сехун продолжал смотреть, и в груди поселилась сладкая и пугающая тяжесть. И голос слегка охрип, пришлось даже кашлянуть, чтобы продолжить.
- В общем, бери холдер...
- Что?
- Э... вот ту штуку... – Лу Хан кусал губы, и Сехун смотрел на них. Нервно перебирал шарф, а оборотень следил за пальцами. Несколько секунд молчания, и Лу Хан не выдержал, - хватит пыриться! Смотри, что делаешь.
- А, точно, прости, - оборотень отвернулся.
Лу Хан почувствовал себя так, словно рядом выключили обогреватель. Пожал плечами и вздрогнул, оглянувшись вокруг.
- Так что мне делать? – спросил Сехун, вертя в руках холдер.
- Для начала, постарайся его не сломать. Он бьется, - машинально предупредил Лу Хан. Кофе больше не занимал его, и даже присутствие оборотня не волновало.
Он поднял руки и зачем-то посмотрел на свет сквозь пальцы. По-прежнему, он мог исчезнуть, а мог остаться вполне материальным. Тревога не проходила. Яркое, сильное ощущение от взгляда Сехуна напомнило, что в последние дни что-то изменилось. Лу Хан не мог понять, что именно меняется, и от этого нервничал еще сильнее.
- Лу-хён? – позвал его Сехун, и пришлось возвращаться в реальность.
- Да. Включай кофемолку. Подносишь холдер вот сюда, кнопка сама зажимается...
Под чутким руководством призрака они дожили до момента, когда в чашку полилась упругая струйка эспрессо. Сехун от избытка чувств хлопнул в ладоши.
- Получилось!
- Попробуй сначала! – остудил его восторг Лу Хан, сам сияющий, как праздничная гирлянда.
Он стоял за плечом Сехуна, не решаясь к нему прикоснуться. Рядом с оборотнем даже слишком тепло, его всегда повышенная температура почти обжигает.
- Как ты стал оборотнем? – вдруг спросил Лу Хан.
- А? – Сехун обернулся к нему с чашкой, поднес к носу, - понюхай! Ой. Прости.
- Я чувствую запахи, - фыркнул Лу Хан и послушно наклонился ближе, - м-м-м... могло быть лучше.
- Эй!
- Но неплохо, - призрак отодвинулся и сделал приглашающий жест, - пробуй.
- Я не знаю, оно само случилось, - Сехун медленно качал чашку в пальцах, пристально разглядывая пенку на поверхности, - мы шли по парку, луна была такой яркой, и вдруг так сильно захотелось... не знаю чего. Как будто я всю жизнь носил маску, и только теперь об этом узнал, и если очень постараться, то я смогу ее снять...
- Снял? – Лу Хан не знал, можно ли смеяться. История звучала так безумно, но перекликалась с тем, что чувствовал он сам, когда Минсок поселился в кофейне и назвал его призраком. Как будто до этого момента его просто не существовало.
- Снял, - кивнул Сехун, - правда, мне помог Кенсу-хён. Знаешь, в ужастиках оборотни обычно превращаются так жутко. Наверное, у меня было бы также, если бы не он.
Упоминание До Кенсу всколыхнуло в душе ту же тревогу, что и звук колокольчиков.
- А в какое животное... – начал Лу Хан, но его отвлек шум у двери.
- Привет! – радостно сказал Минсок.
- Мин! А где... этот?
- Бэкхен выгуливает его по городу. Что вы тут делаете?
Сехун быстро опустил голову, старательно разглядывая поверхность напитка.
В чашку упала тень, к нему подошел Минсок.
- М, кофе, - ласково протянул он, - сам приготовил?
Сехун нервно обернулся. Лу Хан повис в воздухе, свесив голову набок и, вероятно, изображая жертву убийства.
- И крема довольно плотные, - Минсок взял чашку и задумчиво покачал ее, разглядывая кофе.
- Это хорошо? – Сехун чувствовал себя очень маленьким. Примерно, как песец, хвост которого прижал своей огромной лапой волк. И, главное, в ответ укусить нельзя.
- М-м-м... неплохо... а на вкус...
Минсок прикоснулся губами к краю чашки. Сехун ждал решения с замирающим сердцем.
Бариста пожал плечами, отошел к эспрессо-машине и вылил остатки в поддон.
- Иди сюда и вари заново, - потребовал он.
- Что?! Да я вообще не собирался...
- Сехун-а, раз уж ты взялся варить кофе, делай это хорошо.
- Но, хён...
- Иди сюда.
Лу Хан крутил головой. Что-то в кофейне ему не нравилось. Что-то витало в воздухе, как дым уже погашенной сигареты, что-то неправильное. Пожав плечами, он устроился на книжной полке, подобрав под себя одну ногу, и принялся наблюдать сверху.
То и дело ему казалось, что он чувствует чей-то взгляд, но пока это чувство удавалось игнорировать.
- Я ненадолго, - сообщил Минсок, коршуном наблюдая за руками Сехуна, которые дрожали все сильнее. – Бэкхену почему-то не нравится Ифань.
- Правда, чего это он, - под нос пробормотал Лу Хан. Минсок фыркнул.
- Так что я обещал составить компанию. Вообще-то я зашел только взять перчатки, там холодно.
- Но тогда кофе подождет, - неуверенно сказал Сехун.
- Что?! – Минсок гневно выдохнул, - кофе не может ждать!
- Ладно, ладно, - пробормотал тот.
После третьей чашки, которую Минсок даже попробовал и признал, что пить можно, Сехун и Лу Хан снова остались вдвоем. На этот раз говорить было особенно не о чем. Сехун сел за стойку и закопался в телефон, пытаясь добраться до Чонина, Чанёля или хотя бы Кенсу. В конце концов, оборотни обещали погулять с ним всей компанией, а Чонина он вообще почти не видел с полнолуния.
Лу Хан немного покружил по залу и отправился на кухню, бормоча что-то про тесто на завтра.

Пронзительный крик ударил по ушам. Сехун сам вскрикнул от неожиданности, роняя чашку, и завертел головой, пытаясь сообразить, что случилось. Крик перешел в хриплый стон, в котором смутно угадывался голос Лу Хана. Сехун бросился за стойку, вломился в кухню и озадаченно остановился.
Лу Хан стоял, прижавшись спиной к стене, и выглядел вполне невредимым.
- Сехун-а.... – почти всхлипнул он, увидев оборотня, который почти собрался накричать на хёна за то, что пугает без причины.
Тот и рта не успел раскрыть, когда Лу Хан метнулся ближе, развернул его и прижался к спине, обхватив руками так крепко, что Сехун почувствовал холод даже сквозь одежду. Призрак дрожал, хватал губами воздух крошечными порциями, его дыхание казалось поверхностным и сорванным, словно он чудом держался на грани истерики. Сехун не успел удивиться тому, насколько реальным кажется Лу Хан, когда нервничает.
- Там... – прошептал Лу Хан за спиной, - там, там...
- Там что? – Сехун выяснил, что ни огня, ни воды, ни убийц с кинжалами, ни прочих стихийных бедствий не наблюдается, и почти успокоился. Тревожил его Лу Хан, дрожь которого только усиливалась.
- Там! – заявил он, ткнул пальцем куда-то за дверь и со стоном зарылся лицом в воротник Сехуна.
Оборотень сурово сощурился, но ничего особенного не увидел. Попытался заглянуть за дверь, но Лу Хан вцепился в его одежду.
- Ну, что? – нетерпеливо спросил Сехун. – Лу-хён. В чем дело?
Ответом ему был судорожный вздох.
- Там, - упрямо повторил Лу Хан.
- Хорошо. – Сехун стянул рукава пониже, обматывая кисти, и попытался разжать пальцы призрака, - но там ничего нет.
- Есть! – Лу Хан прижался к нему еще теснее.
Сехун вдруг подумал, что чтобы ни испугало призрака, это нужно поблагодарить. Но перспектива оставить неведомое «ТАМ» как-то не вдохновляла.
- Иди в зал, а я посмотрю.
Он все-таки отцепил хрупкие пальцы Лу Хана от своей одежды, дождался, пока тот исчезнет, дотянулся и пнул дверь, закрывая ее. Думать о том, что так он запер себя в одном помещении с «ТАМ» не хотелось.
За дверью не было ничего особенного. Если не считать парня, который сидел прямо на рабочем столе, небрежно поставив одну ногу на столешницу и покачивая второй. В противовес развязной позе, лицо его было тревожным.
- Я просто поздороваться зашел! – не дожидаясь вопросов, заявил незнакомец, - я ничего не делал! Он сразу начал кричать.
Сехун задумчиво оглядел его с ног до головы. Незнакомец выглядел так, словно его вырезали из кадра какого-нибудь исторического фильма. Многослойная старинная одежда и мягкие башмаки, длинная сережка с камнями и кисточкой в одном ухе.
- Ну, выглядишь ты странно, - заметил вежливый Сехун, - из какого музея сбежал?
- Очень смешно.
Парень спрыгнул на пол, его одежды вихрем окутали фигуру и медленно опустились.
- Возможно, ты оскорбляешь своим видом вкус Лу-хёна, - продолжал Сехун лениво, - но я бы не сказал, что все настолько плохо, чтобы кричать.
- Ха! – Парень упер руки в боки. – Да что бы ты понимал! Это парча из Нанкина!
- Это все объясняет.
- Да каждый сантиметр ее вышит серебряной нитью! Да за эти семь нюцза можно целый месяц мясо есть!
- Семь чего?
- Нюцза же! – парень вдохновенно тыкал пальцем в обтянутые тканью шарики на своем воротнике.
- Да-да. Вагон еды за горстку пуговиц. Не надо мне цитировать сериалы, я их не смотрю.
- Ай, да что с тебя взять, одет, как оборванец.
Парень высокомерно вскинул голову, кивнув на тщательно разорванные джинсы Сехуна, и растворился в воздухе раньше, чем оборотень успел возмутиться его узколобостью.
В зале послышался шум, и Сехун метнулся туда как раз вовремя, чтобы поймать несущегося на всех парах Лу Хана в объятия и увернуться от удара лбом.
- Где ты был? – запричитал тот, - я думал, с тобой что-то случилось!
- Например? – Сехун обнял его, жалея, что не может прикоснуться по-настоящему, - я там какого-то беглого циркача видел...
- Эй!
Парень в театральной одежде стоял посреди зала.
- Я все слышал! – гневно заявил он.
- Надо же, - Сехун вздохнул, когда Лу Хан снова спрятался за его спину.
Но хотя бы не кричал.
- У нас... – срывающимся шепотом заговорил Лу Хан, дергая его за рукав, - у нас в кофейне привидение...
- Подожди. – Сехун развернулся к нему так быстро, что Лу Хан успел только руки отдернуть, - ты боишься привидений? ТЫ?!
Лу Хан обиженно надул губы, отвел взгляд, но кивнул.
- Ага! – Сехун вдруг повернулся к парню, который по-прежнему гневно сопел посреди зала, - значит, твоя одежда настоящая!
- Да уж не картонная! – рявкнул тот и демонстративно снял с рукава какую-то соринку. – Я просто поздороваться зашел... – сменил он внезапно тон на жалостливый, - Минсока-ге нет, кричат, обзываются, даже присесть не предложили, рукав измазан в муке...
- Минсока?! – Лу Хан высунулся из-за плеча Сехуна, уловив главное, - Ким Минсока?
- Да. Ты его знаешь? Немедленно скажи, где он!
- Эй, тебе сколько лет, так со мной разговаривать?! – Лу Хан отодвинул оборотня и встал впереди, скрестив на груди руки, - а? Уважение к старшим проявлять не учили?
- К старшим? – парень окинул его с ног до головы презрительным взглядом, - по возрасту ты, может, и старше, а может, и нет. А вот с твоей одеждой уже ничего не сделать.
- Ой, можно подумать! – Лу Хан в пылу сделал шаг вперед, - ты себя в зеркало видел?
Парень вдруг погрустнел.
- Нет, - пробормотал он, опуская взгляд, - а что? Что-то помялось?
- У-у-у, посмотрите на этого древнего духа! – еще шажок и еще, - одежда из нанкинской парчи, а даже в зеркало смотреть не научился.
- Не научился... – еще тише подтвердил тот.
Сехуну показалось, что незнакомый призрак готов заплакать.
- Что помялось? – жалобно спросил тот, поднимая на Лу Хана совершенно потерянный взгляд.
- Воротник, - буркнул тот, вздохнул и добавил с видом огромного одолжения, - стой спокойно, я поправлю.
- Спасибо, геге.
- Не подлизывайся.
Сехун озадаченно наблюдал за происходящим. Но когда незнакомец с воплем «это что, настоящий шелк?!» схватил Лу Хана за край шарфа, а тот в ответ шумно обрадовался, что хоть кто-то это заметил, оставалось только припечатать себя по лбу ладонью.
- Я позвоню Минсоку-хёну, - сказал Сехун в пространство, но его проигнорировали.
Набирая номер, он ворчал, что кое-кто, не будем показывать пальцем, только что чуть в истерике не бился от ужаса, а тут на тебе, шарфы поправляют.

 

Экстра - 4. Тихий вечер

- Родичи скоро возвращаются, - сообщил Кенсу за ужином и мило улыбнулся, - как прошла тренировка?
- Отлично! – Чонин быстро прожевал все, что было во рту, - а ты... – он вдруг смутился, - ты им скажешь...
- Что у меня в комнате теперь живет демон, которого они раньше никогда не видели?
- Хён!
- Я шучу. Конечно, я скажу им, что мы встречаемся. Но тебе придется пожить дома некоторое время. У себя дома.
- Да, конечно.
- Кстати, как твои родители ко всему этому относятся? – Кенсу обвел помещение широким жестом.
Чонин уткнулся в свою тарелку.
- Мама хочет с тобой познакомиться, - пробормотал он, - но если ты не хочешь, я скажу ей...
- Почему нет? Я бы хотел увидеть твою семью.
- Серьезно?!
- Здесь какой-то подвох? – Кенсу сощурился, разглядывая изумленного Чонина.
- Н-нет.
- Точно?
Чонин тыкал палочками в кусок рыбы, словно хотел убить ее еще раз.
- Моя мама вовсе не страшная.
- Я же ничего не говорил.
- Но все мои друзья ее боятся!
- У тебя есть друзья?!
- Хён!
Кенсу захохотал. Успокоившись, он заверил Чонина, что не испугается его ужасной матери, и остаток ужина прошел мирно. Помогая расставлять посуду, Чонин слишком резко повернулся и вдруг замер на секунду, тихонько ахнув. Кенсу глянув в его сторону.
- Поставь наверх, пожалуйста, - спокойно попросил он и протянул миску.
Чонин кивнул, потянулся к навесному шкафчику, и судорожно вздохнул, вцепившись пальцами в дверцу.
- Так.
Кенсу отобрал миску, схватил его за руку и потащил в комнату.
- Хён, ты что?
- Тихо. – Он подтолкнул Чонина к дивану, - тебя разве не учили разогревать мышцы перед нагрузкой?
- Я разо...
- Ну, конечно. Ложись.
- Но...
Кенсу закатил глаза, толкнул его на диван, заставив лечь носом в подушку, уселся сверху, оседлав бедра, рывком задрал майку и положил руки на поясницу. Чонин вздрогнул – после мытья посуды влажные руки успели остыть, и прикосновение казалось ледяным.
- Лежи спокойно, - проворчал Кенсу и с силой надавил кулаками на твердые, словно сведенные судорогой мышцы.
Чонин вскрикнул. После вспышки ослепляющей боли по спине волной разошлось тепло, тело чуть расслабилось, но повторения категорически не хотелось. Он замер, ожидая новой боли, и дернулся, хотя Кенсу просто положил ладони.
- Прости, - тихо сказал он, - я не думал, что тебе настолько плохо.
- Мне нормально - упрямо ответил Чонин.
- И все-таки ты сегодня плохо размялся. Но... – Кенсу перебирал пальцами по коже, словно что-то искал, - кажется, никаких травм. Где болит?
- Чуть ниже.
Чонин сжал зубы, когда разогревшиеся пальцы вернулись на поясницу. Он ждал, что Кенсу снова надавит, разделываясь с зажимами мышц быстро и уверенно, как с добычей. Но тот слегка поглаживал кожу, разминал и разогревал ее.
- Не дергайся, - без особой нежности шепнул Кенсу, - я больше не буду так сильно.
- Я же не стеклянный, - проворчал Чонин, наслаждаясь массажем, - делай, как хочешь.
- Я делаю, как надо. А если бы ты делал, как надо, то мне бы не пришлось.
- Ну, прости. В зале было холодно.
Кенсу что-то неразборчиво проворчал. Чонин уткнулся носом в жесткую вышивку на подушке, скрывая улыбку. Кожа разогрелась, сильные пальцы посылали по телу волны тепла и покоя с примесью тянущей боли, но тепло побеждало. Он застонал от наслаждения, когда Кенсу с силой провел костяшками пальцев от поясницы до самой шеи и обратно.
- Я хочу еще! – возмутился Чонин, поскольку Кенсу поправил его одежду и спрыгнул с дивана.
- Это был лечебный массаж, хватит.
- Но я хочу еще! – Чонин перевернулся на спину и схватил хёна за руку. Вставать не хотелось, хотелось свернуться клубком и заснуть. Он зевнул, и Кенсу засмеялся.
- Хочешь, я принесу плед? – спросил он, устраиваясь рядом.
- Нет, я хочу тебя, - Чонин притянул его ближе, уткнулся носом в плечо, - и твои волшебные руки.
Кенсу смеялся. Чонин вдруг подумал, что только ради того, чтобы слышать этот смех, можно было забить на технику безопасности.
- Только посмей сделать так еще раз, - вдруг сказал Кенсу сурово, мгновенно сменив тон.
- Как?!
- Всегда хорошо разминайся и не пытайся сделать того, чего не можешь, - Кенсу уперся ладонями в подлокотник за его головой и уставился прямо в глаза, - в следующий раз я отправлю тебя в госпиталь. Даже если будет полнолуние. Будешь лежать на холодной койке в здании, полном несчастных людей, пока не осознаешь.
- Следующего раза не будет, - осторожно пообещал Чонин, изумленно моргая, - чего ты вдруг...
- Я волнуюсь за тебя, - пробурчал Кенсу и снова улегся, устроился поудобнее и закинул на Чонина все доступные конечности. Чонин счастливо вздохнул, закрыл глаза, обнимая его.
- Совсем чуть-чуть полежим тут. Надо еще столько всего сделать. И спать в гостиной будет холодно.

Чонин проснулся внезапно, как от удара. Даже не поворачиваясь, он точно знал, что Кенсу рядом нет. После полнолуния обостренные чувства пришли в норму, и он не мог определить, насколько оборотень далеко.
- Хён? – тихонько позвал он.
Как странно, что язык упрямо не поворачивается называть Кенсу как-нибудь нежнее. Возможно, Чонину просто нравится тихонько выдыхать «хён...». Или темные глаза Кенсу так легко затягиваются льдом, что не располагают к фамильярности. Чонин тяжело сел, огляделся, пытаясь решить, сколько проспал. За окном совсем темно, но не мог же Кенсу уйти и не разбудить его?
- Кенсу-хён? – Чонин не нашел его в комнате или на кухне, в ванной царила тишина и темнота, и он ходил по дому, не решаясь распахивать двери, только притормаживая иногда, чтобы прислушаться. Хотя они практически жили вдвоем, Чонин знал только несколько помещений. Гостиная, спальня Кенсу, кухня и ванная. Если Кенсу в одной из других комнат, он, конечно, отзовется и выйдет.
- Хён? – Чонин начинал нервничать. Полнолуние закончилось, но пальцы все равно холодели при одной мысли о расставании с Кенсу на мало-мальски долгое время. И демоническая кровь тут была почти не виновата. Чонин не признавался даже Сехуну, но себе мог не лгать – он влюблен в До Кенсу весь полностью, и то, что Кенсу так нужен ему – просто удачное стечение обстоятельств. Удачное, пока сам Кенсу не возражает.
- Кенсу-хён!
Один в чужом доме, Чонин застыл посреди коридора, оглядываясь. У него были ключи и формальное право здесь находиться. Но не в одиночестве же!
Входная дверь открылась. Чонин обернулся, в панике ожидая увидеть кого-нибудь из старших До. Кенсу вошел, нетерпеливо стряхивая снег с рукавов прямо на порог. Хрипло выдохнув, Чонин бросился к нему, сгреб в объятия и прижался, не обращая внимания на тающий снег.
- Привет, - пробормотал задушено Кенсу, - что с тобой?
- Не смей так уходить! – Чонин зажмурился, уткнувшись носом в его волосы, - ты меня бросил!
- Я не хотел тебя будить.
Чонин сжал его сильнее. Снег таял на коже, обнаженные руки мерзли, царапались о ледяной металл застежек, холод куртки Кенсу проникал сквозь тонкую майку.
- Дай мне раздеться, - Кенсу попытался расцепить его руки, - ты простудишься.
Чонин прижался еще теснее.
- И пусть, - прошептал он, - тогда ты будешь рядом все время.
- Нет. Прости, но бросать учебу ради тебя я не собираюсь. И тебе придется ходить за занятия с жаром, поскольку тебе я тоже не позволю.
- Жестоко.
Чонин отодвинулся. Кенсу вздохнул.
- Мне позвонил Ким Минсок, - сказал он, пристраивая верхнюю одежду на вешалку. – Мы просто вышли поговорить.
- Почему он не зашел сюда? – Чонин скрестил руки на груди. – Почему ты всегда бежишь к нему по первому зову? Я думал, вы только недавно знакомы. Какие у вас отношения?!
- Почему я должен тебе все объяснять? – уточнил Кенсу в тон и потянул его за руку, - пойдем спать. Хотя нет, посмотрим, что у нас в холодильнике. Я хочу есть. А потом спать.
«У нас».
Этого было даже больше, чем достаточно. Чонин кивнул и пошел за ним, переплетая пальцы с такой силой, что Кенсу морщился, пытаясь высвободиться, и возмущался, повторяя, что рука Чонина слишком большая для таких жестов и он пытается сломать оборотню пальцы.





Поделиться с друзьями:


Дата добавления: 2016-11-20; Мы поможем в написании ваших работ!; просмотров: 310 | Нарушение авторских прав


Лучшие изречения:

Либо вы управляете вашим днем, либо день управляет вами. © Джим Рон
==> читать все изречения...

631 - | 499 -


© 2015-2024 lektsii.org - Контакты - Последнее добавление

Ген: 0.007 с.